Ссылки для упрощенного доступа

logo-print

Предвыборная кампания в эфире. Телевизионные дебаты


Анна Качкаева: Сегодня тема нашей программы - политические дебаты и предвыборная реклама. Со мной в студии психолог, директор агентства "Старая площадь" Светлана Колосова и телевизионный обозреватель журнала "Политбюро" Елена Афанасьева.

А сейчас немного истории.

Диктор: Вот уже неделю каждое утро на "Первом" и каждый вечер на двух общенациональных каналах тикают часы, звучат гонги, мерцает, наливаясь красным пол, работающий секундомером, мелькают очень похожие друг на друга мужчины. Все за сорок, в темных костюмах, с бородками и без них. Один раз уже случилась драка с участием представителя блока "Родина" и "ЛДПР", а от слов "Отечество", "Россия", "Святая Русь" и "Великая Отчизна" стоит звон в ушах. К выходным в эфире добавляется оплаченные политические бои в "Свободе слова" и "К барьеру". На телевидении предвыборная кампания.

"Политические баталии - это всего лишь маски, скрывающие неблагополучие народа, которое их же и порождает. Они говорят о состоянии дел в государстве больше, чем все официальные анализы. К тому же, любой политик, стремящийся найти своего избирателя, тщательно препарирует информацию. В результате на поверхности остается микстура, способная лишь приглушить болезнь. Выборы никогда не приносят счастья, потому что поднимают со дна слишком много грязи и порождают слишком много тревог и нескрываемых разочарований".

Эти слова принадлежат Жаку Сегела, французскому рекламисту и политтехнологу, на счету которого 15 избирательных кампаний, в том числе три президентские. Ни один из его кандидатов не проиграл. Если мы примем за основу то, что публичные политические дебаты и кампании действительно в какой-то степени отражают состояние дел в государстве, то очевиднее всего эта видимость проявляется на телевидении с его мощным эффектом присутствия. Не говоря уже о том, что телевизионный тип рекламы - это единственный тип рекламы, который одновременно обращается к двум органам чувств человека - зрению и слуху. Первые в истории предвыборные теледебаты прошли в США в 1960-м году между вице-президентом-республиканцем Никсоном и молодым политиком-демократом Кеннеди. По мнению специалистов, именно эта телевизионная встреча решила исход выборов в пользу Кеннеди. Исследователи зафиксировали: избиратели, слушавшие радио, одинаково относились к обоим кандидатам, а вот те, кто смотрел телевизор, отдавали явное предпочтение Кеннеди.

Анна Качкаева: В России попытки проводить дебаты предпринимались, начиная с выборов в Думу 1993-го года, но полноценные дебаты между кандидатами в депутаты случались редко. Или кто-нибудь не участвовал, или закон того не требовал. Сок Немцова - Жириновского в 1995-м не в счет, а дуэль между Чубайсом и Явлинским в "Гласе народа" в 1999-м, пожалуй, единственный пример цивилизованной и небесполезной с политической точки зрения дискуссии.

Как телевизионная кампания влияет на выбор человека и влияет ли вообще? Какие политические мотивы лежат в основе нынешней предвыборной кампании? Отвечают ли они запросам потребителей и граждан? Итак, политическая реклама и предвыборные дебаты в программе "Смотрим телевизор". Мы обсуждаем эту тему вместе с вами, уважаемые слушатели, а также с психологом, директором агентства "Старая Площадь" Светланой Колосовой, и с моей коллегой, обозревателем журнала "Политбюро" Еленой Афанасьевой. Вам мы задаем вопрос: как вы полагаете, влияют ли политическая реклама и предвыборные дебаты на ваш выбор?

Я обращаюсь к Светлана Колосовой. Светлана, вот если учесть, что говорил Сегела, благополучный, успешный, не проигравший ни однажды, и если, в общем, предполагать, что люди всегда склонны видеть то, что они ожидают увидеть в соответствии со своими ценностями, представлениями, установками - какую кампанию как психолог видите вы, каково состояние дел в государстве, если судить по ней?

Светлана Колосова: Вопрос этой компании очень скорбен, я бы так сказала, потому что ее нет. в общепринятом смысле этого слова

Анна Качкаева: Тогда нам не о чем разговаривать в ближайший час.

Светлана Колосова: Потому что вообще выборы - это война, военные действия, когда каждая из партий доказывает людям свою состоятельность, она участвует в выборах, чтобы одержать победу и воплотить свою программу в жизнь, то есть, состояться. Каждому человеку, мужчине, женщине, у нас, судя по партийным спискам, все-таки мужчине, нужно состояться в этой жизни, сделать что-то полезное обществу, что-то созидать, довести до людей, воплощать мечты, и, в общем, закончить свою жизнь, как минимум, оказавшись в Книге рекордов Гиннеса, или в истории новейшего времени... Могу сказать честно, что пока я не вижу ни одного лица, которое бы себя зарекомендовало таким образом, чтобы оказаться яркой личностью в истории новейшего времени. К сожалению, все тускло, все непонятно и безынициативно. То есть, пока сложно делать выбор в чью-то пользу, потому что идеологии нет, идеи очень слабенькие, лидеры достаточно однообразны и скучны, поэтому при всем при том могу сказать, что жесткой борьбы, скорее всего, не будет.

Анна Качкаева: Лена, вам, как телевизионному обозревателю, каковой показалась эта минувшая неделя, что же это за кампания?

Елена Афанасьева: Я согласна со Светланой, что мало того, что нет выборов, так телевидения нет, так что говорить действительно не о чем. И неделя, которая должна была бы по идее внести новые краски в телевизионное освещение, хотя бы потому, что стартовал официально агитационный месячник, и появились дебаты, платные и бесплатные, появилась рекламная продукция телевизионная, по идее должен был быть какой-то всплеск интересов, новых поворотов, тем, предвыборных ходов - ничего не появилось. А это лишний раз доказывает, что все СМИ были выстроены в единую жесткую вертикаль, заранее все роли были расписаны, заранее все было встроено в четкую схему, которая срабатывает так, как хочется где-то там наверху, и ничего не дает нового, не позволяет собирателю докапываться все-таки до какой-то сути. Если на прошлых выборах четыре года назад все-таки за каким-то потоком грязи, не всегда адекватных методов, не всегда корректной борьбы все-таки зритель мог пытаться понять, кто за кого, кто против кого, хотя бы отметая крайности и оставляя позиции двух противоборствующих сторон, которые были тогда представлены противоборствующими телеканалами, то сейчас все телеканалы работают в единой схеме, а мы уже не раз с вами говорили, что событие существует только тогда, когда его показывает телевидение.

Анна Качкаева: Хорошо, Лена, вы хотите сказать, что даже то, что нынешние политические дебаты, по сути дела, по закону первые в истории России официальные теледебаты, вы хотите сказать, что телевидение и политики ничего не сделали для того, чтобы избиратель действительно участвовал всерьез в этом политическом процессе?

Елена Афанасьева: Из того, что видела я из дебатов, более, конечно, похоже на дебаты то, что идет у Савика Шустера в платном эфире. Может, все-таки партии, заплатившие из своего официального партийного избирательного фонда, по крайней мере, дорожат деньгами и не тратят время на отбарабанивание заученных текстов, и хоть как-то пытаются довести свою позицию. Туда идут осознанно - я заплатил, я осознанно пришел. Туда, куда идут бесплатно, у нас, к сожалению, дело обстоит так, что раз дали бесплатно - можно делать, что хочешь. Унылость, скука, ролики шаблонно-снятые... Мало того, и мы теперь все пишем по одной схеме. Я посмотрела: все невольно анализировали первую неделю дебатов, и были вынуждены анализировать практически в одних словах, потому что ничего увидеть невозможно.

Анна Качкаева: Светлана, а как вы полагаете, почему все-таки, помимо отсутствия идеи и общего настроения, все-таки, почему такая однообразная эта политическая реклама? Такое ощущение, что не было предыдущих вообще семи лет, вот эта "святая Русь", "кот Ваучер", который еще ничего, Похмелкин на танке, но это еще тоже все ничего, а вот гимн, и вот эти поля, леса, медведи, комбайны, шахтеры, младенцы...

Светлана Колосова: А все очень просто. Я думаю, что как раз младенцы с комбайнами снимаются за три с половиной копейки, подо что списывается пять с половиной рублей, поэтому это выгодно. При этом вроде как понятно, что даже при такой схеме все будет окей, поэтому зачем огород городить?.. Вот скукота, она же очень интересная, и такая полифункциональная. Вот Дружинин - это как бы райковский вариант...

Анна Качкаева: "Народная партия"...

Светлана Колосова: Да. Ему задали вопрос, что такое народное предприятие, вот вы - "Народная партия"... В глазах немой ужас, то есть, будучи народной партией, мы не понимаем, что такое народное предприятие, где народ-то. И такие как бы пожимания плечами, он оборачивается к своим соратникам, не помня ни одного имени-отчества, кто у него за спиной сидит: "Ну, кто хочет ответить?" Это такой шедевр... Все женщины сидят почему-то в красных костюмах, все мужчины в черных. И чувствуется, что при этом самая лучшая подготовка у "VIP-ов".

Анна Качкаева: Коими можно считать персонажей из "Единой России", видимо?

Светлана Колосова: Миронова даже, да, безусловно, Грызлова, это те, которые по роду своей деятельности вынуждены перелопачивать большой объем информации и что-то знать.

Елена Афанасьева: А вы уверены, что они вынуждены это перелопачивать?

Светлана Колосова: Они же ездят куда-то, встречаются, поэтому они выглядят звездами на фоне всех остальных

Елена Афанасьева: Главное - создать правильный фон.

Светлана Колосова: А остальные - казалось бы, дали шанс, возьми, попробуй. Нет, мы все хотим, хочется сказать бесплатно, "на шару", как-то так проскочить, засветиться, может, что-то поиметь.

Анна Качкаева: Я, видимо, готова согласиться со многими моими коллегами-наблюдателями, которые утверждают, что, на самом деле, только скандал может хоть как-то взбодрить эту тягучую, скучную, вялую компанию. То есть, чем больше господин Жириновский с кем-нибудь еще будут друг другу бить морды, тем видно, выше будет телевизионный рейтинг, и это оживит кампанию.

Светлана Колосова: Больше голосов будет у Жириновского, да.

Елена Афанасьева: Вы знаете, я сегодня задумалась над тем, что такая предвыборная кампания и такое выстраивание власти на руку Жириновскому. С трудом, с мылом пройдя в прошлую Думу, а он человек вменяемый, он таким клоуном предстает только на публике, в спокойных ситуациях он умеет анализировать, он понимал, что это его практически последняя Дума, он это знал и готовил себе запасные аэродромы. И вдруг - такой подарок. Власть выстроила все так, что от полной безысходности, как и в 1993-м году, растет рейтинг Жириновского. Пока по опросам, по крайней мере, по сравнению с тем, что даже было полгода назад...

Анна Качкаева: А как вы вообще полагаете, прилично ли, что в объявленных, официально зафиксированных в законе дебатах не участвует крупнейшая партия? Потому что списки кандидатов от "Единой России" открывают фамилии трех десятков сочувствующих, которым депутатские мандаты будут не нужны, потому что это министры, губернаторы, президенты республик, мэры, они все для фасада, в итоге половина Думы получается такие политические нули, потому что за них ведь голосовать не будут. Вообще, что это за отношение к избирателям, и почему телевидение не объясняет это, на ваш взгляд?

Елена Афанасьева: А какое телевидение сейчас это может объяснять из государственных каналов, если все телевидение четко закрыло рот, не может пропустить даже элементарный сюжет про книжку о кремлевских тайнах, как это было вчера с сюжетом о книге Елены Трегубовой. Если такого боятся, то как можно говорить о том, как выстраивает свои списки партия власти

Анна Качкаева: Но, с другой стороны, про Закаева не заметили...

Елена Афанасьева: К сожалению, мы уже третий раз получаем партию власти - кота в мешке. В "НДР" было то же самое, если кто помнит "Наш дом - Россия", черномырдиновская партия в 1995-м году, "Единство" в 1999-м и "Единая Россия" сейчас. Абсолютно та же схема, и вот с этим потоком пробивающих, вы их перечислили, приходит серая масса, которая немедленно занимает посты. Ведь в 1999-м - начале 2000-го года, когда делили портфели, никто не знал ни Слиску, ни Грызлова, ни всех нынешних столпов "Единой России", потому что они пришли именно вот так вот. "Партия сказала надо"... Вернее - власть сказала надо, партия ответила есть. При этом у нас партии власти быстро забываются, никто не знает, что с ней будет через 4 года.

Анна Качкаева: Светлана, ведь политтехнологи, вы их иногда консультируете, они считают, что кандидат - это товар?

Светлана Колосова: Это так.

Анна Качкаева: Если избирательная кампания это продажа товара, то должны действовать какие-то маркентинговые стратегии. Кандидат - товар, у него есть имидж, стратегия конкурентоспособности есть цена, выражающаяся в победе, отвлечении голосов, планировании спроса, место продажи - округ, избирательные участки, и, наконец, продвижение - комплекс предпродажных и продажных мероприятий. Это, в общем, очень циничный подход, но, видимо, оправданный, и в этой ситуации мне хочется понять, а что собственно и кому продаем, если вы говорите, что и продукта нет, и цена, видимо, не сильно велика, и мероприятия вялые - что здесь происходит?

Светлана Колосова: Нет, здесь очень банальная ситуация. Это как в государстве, безусловно, есть супермаркет огромный, пять этажей, заходи, бери, а есть сельский магазин, где хлеб - он только хлеб бывает, один сорт. Все.

Елена Афанасьева: И раз в неделю...

Анна Качкаева: Сейчас я уж не знаю, есть ли у нас такие сельские магазины.

Елена Афанасьева: Есть, есть, за много километров идут бабушки и несут эти буханки.

Светлана Колосова: И вот как бы ситуация политической открытости. Либо вот, пожалуйста, универмаг... Либо власть начинает сворачивать нас всех в этот магазинчик с одним-двумя сортами водки, хлеба, соли, и так далее, но все равно, хлеб-то есть. Вопрос выбора - он здесь спорен. А по поводу работы профессионалов - она видна очень ярко. Посмотрите, VIP-персоны в красных галстуках, потому что считается, что красный галстук - знак "биг-босса", и это как-то украшает мужчину. Все научились отвечать на банальный вопрос, а почему вы голосовали за ввоз ОЯТ в Россию. Все говорят - нет-нет, мы не за это голосовали, надо читать четко букву закона, мы голосовали о переработке, это разные вещи. Все научились голосовать и все научились правильно отвечать на вопросы. То есть, безусловно, работа профессионалов видна, но работа очень плохая. Потому что работа профессионалов тогда интересна, когда они могут делать яркое зрелище.

Анна Качкаева: То есть, в общем, совет опять же француза Сегела, что голосуют за спектакль, а не за рутину, в нашем случае не срабатывает?

Светлана Колосова: Почему? Как раз голосуют за спектакль, а не за рутину, когда мы говорим, что Жириновский набирает рейтинг.

Анна Качкаева: У нас мнение слушателя из Самары: "Отказ "Единой России" от участия в дебатах удручает, а мотивация Грызлова оскорбительна для миллионов избирателей, в том числе и тех, кто за "Единую Россию". Мне неинтересны мотивы их отказа от дебатов, то, чего они хотят, или не хотят. Я просто хочу их видеть и слышать их ответы на вопросы, их умение дискутировать, убеждать и быть убедительным. Отказ от дебатов - серьезный политический промах. Ефим Кнохинов".

Светлана Колосова: А им не нужны политические победы, потому что на следующий год будет другая партия власти, на следующий выборный год. Это вопрос временщиков, он так решается.

Анна Качкаева: Елена, а как вы думаете, влияют ли дебаты для телезрителя хоть на что-то, на его ощущения, гражданскую позицию, выбор? Вот на вас влияет то, что вы видите на экране, образы политиков, реклама, дебаты?

Елена Афанасьева: На меня влияет. Лишний раз не хочется идти голосовать, потому что с тех пор, как я стала работать 10 лет назад на выборах, резко расхотелось ходить голосовать, когда знаешь всю эту кухню... Вопрос в том, как они выглядят. Пока из всех дебатов, которые я видела, все эти партии-клоуны, партии-однодневки, которые на каждые выборы возникают заново, блоки, они еще больше смешиваются в кашу. Вычленить что-то отдельное очень трудное, несмотря на биллборды, развешанные по Москве и несколько в общей сложности часов прямых и непрямых эфиров в день. А те, кто известны, кто лицами работают не первые выборы, они так и работают, набирают очки, или теряют очки. Я имею в виду и Немцова, и Хакамаду, и Явлинского, и Райкова, и Рогозина, в общем, они все в своих имиджах. Им как-то имидж никто не разу не поменял, не перепрофилировал. И они у них прекрасно держатся, причем используя все возможности, то есть, любые темы. У Светланы Сорокиной, например, в последней программе было обсуждение этого чудовищного случая, когда погиб мальчик в Ханты-Мансийском округе во время военной подготовки в школе, и, в общем, несмотря на трагичность в ситуации, все равно выступления многих политиков воспринимались, как предвыборные. Тем более, по такой иронии судьбы одновременно шли платные дебаты у Савика Шустера, где была тема армии, и, естественно, опять-таки затрагивалась вся эта проблематика. И по чудовищному совпадению, так как программа Сорокиной идет в эфир в записи, а пишется накануне, а у Савика всегда тоже пишется, но из-за платных дебатов она идет в эти недели в прямом эфире, то родители погибшего мальчика в программе Сорокиной сидели у нее в студии в Останкино, и в те же самые секунды одновременно у Шустера были в программе в своем доме в селе Пионерское в Ханты-Мансийском округе. Выглядело, конечно, более чем чудовищно. Но вот это тайны нашего телевидения, которое скатывается все дальше к таким застойным временам с записью. Но выступление, любое появление политиков, сейчас, естественно, воспринимается как предвыборное. Это, против чего так рьяно пытался бороться Александр Альбертович Вешняков, и то, что перекрыл Конституционный суд. А ощущение, что, в общем-то, каналы не рады, что Конституционный суд, не по инициативе медийных верхов, а по инициативе низов, отменил эти поправки. Ощущение такое, что каналам было удобно в зажатых тисках, потому что у них было алиби, "мы не можем говорить потому, что нам нельзя", а сейчас вроде и можно, а говорить не хочется, боязно.

Анна Качкаева: Тем не менее, наши слушатели, двое уже, приславшие мне сообщения на пейджер, говорят, что на них никак не влияет все то, что происходит на экране... Мы продолжим после выпуска новостей.

Прежде, чем мы перейдем к нашей рубрике "Смотритель", отвечу на многочисленные вопросы, которые задавались слушателями, звонившими нам по телефону, и вот уже даже на пейджер пришел нам этот вопрос. Елена затронула тему в связи с книгой Елены Трегубовой "Байки кремлевского диггера". Сюжет, который в воскресенье отменили в вечернем выпуске программы "Намедни", касался той самой скандальной книги, которая описывала ситуацию последних лет в высших эшелонах власти. Журналистка Елена Трегубова работала в "кремлевском пуле" и рассказывала о том, что она видела в коридорах, и каковы были нравы высшего политического истеблишмента. Книга эта разошлась громадным тиражом, Лена была у нас на радио, была на других радиостанциях, об этом писали и говорили, и естественно, что Леонид Парфенов не обошел вниманием эту тему и пригласил ее в программу в пятницу, записал интервью в стилистике инфотеймента - политической информационно-развлекательной программы. Он записал это интервью в японском стиле, в декорациях японского ресторана, который Елена описывает в своей книге. Именно в этом месте она обедала с тогда еще не президентом Владимиром Путиным. Еще несколько было цитат, связанных с описанием того, каким и как она видела Ельцина и еще многих московских политиков. Так вот, этот сюжет из "Намедни" вечернего был снят. На самом деле, если вы спрашиваете моего мнения, разумеется, нигде власть не любит, чтобы о закулисе знала общественность. Но книга, особенно скандальная, безусловно, фактор общественной жизни, и странно, что именно она стала поводом для того, чтобы генеральный директор "НТВ" ввел такую, на мой взгляд, даже глупую цензуру. Других слов у меня нет по этому поводу.

А теперь мы возвращаемся к нашей теме политических предвыборных дебатов. На очереди традиционная рубрика "Смотритель", в которой дежурный телезритель всматривается в телепейзаж недели. За дебатами на минувшей неделе наблюдали студенты. Начинает Дарья Хорошилова, ей 18 лет.

Дарья Хорошилова: В пятницу у Савика Шустера на "НТВ" предвыборное состязание в красноречии. В воскресенье Парфенов изящно и задорно издевается над выборами, кандидатами и всеми нами вообще. Смеемся. Во "Временах" Познер обсуждает в вечернем эфире животрепещущие проблемы пенсионной реформы. Я думаю, смысла в этом больше, чем в очередных предвыборных баталиях. А в конце программы ведущий замечает, что не очень понимает смысла разгоревшихся дебатов. Есть дебаты, проплаченные из предвыборного бюджета партий, есть бесплатные, которые мало кто смотрит, потому что лидеры партий там не появляются. А кто подумал про зрителя и избирателя? Дебаты для кого? Мне казалось, что для нас, чтобы мы могли позвонить и задать, например, свои вопросы в прямом эфире. На втором канале вроде даже звонят, или пишут, как проверишь. В общем, смотрят что предлагают, куда деваться...

Вот, например, пятничная "Свобода слова". Действующие лица - Явлинский, Рогозин, Немцов и Трошев. Тема - какой должна быть армия в России. Ход обсуждения: Немцов - нужна профессиональная армия, Рогозин - нужно поднять престиж вооруженных сил. Трошев - раз отменили льготы, надо повысить зарплату, Явлинский - нужна сильная армия, чтобы обеспечить в стране стабильное демократическое развитие. И все молодцы, и кого не послушаешь, все правы. И точки зрения-то принципиально не расходятся, прямо душа в душу. Рогозин, Явлинскому так и сказал после выступления последнего: "Молодец, Григорий Алексеевич, хорошо говоришь". Только я вот никак понять не могу, если все так хорошо гладко и полюбовно, то почему в стране ничего не меняется к лучшему? Банальный, конечно, вопрос, но все-таки. Вы же, уважаемые кандидаты, уже 4 года вместе в Думе сидите и пока еще действующие депутаты. Ну и делали бы все прекрасно, раз даже думаете одинаково. Или это только к выборам ваши точки зрения начинают совпадать? Или это нам кажется? А так, знаете, пока выловишь суть вашей предвыборной программы, мало ли что показаться может.

Анна Качкаева: Света, Лена, вы будете комментировать?

Елена Афанасьева: Реплик нет, потому что, насколько я знаю по мнениям разных телезрителей, они почти совпадают с мнением Даши, а что касается Познера, то это серьезный вопрос - действительно ли важнее ли сейчас разговор о пенсионной реформе, нежели очередной виток предвыборных дебатов. Насколько я знаю, Владимир Владимирович собирался делать дебаты у себя в программе, причем даже в тот момент, когда это было запрещено ЦИК. Он хотел приглашать лидеров нескольких самых крупных партий, которые реально проходные в Думу, в эфир, и хотел обсуждать с ними вопросы международной ситуации и внутренней политической жизни России, но, судя по вчерашней реплике, ему резко расхотелось. По-моему, это показательно.

Анна Качкаева: Света, по-моему, эта реплика нашей слушательницы и зрительницы отвечает и нашим чаяниям, потому что взбодрить политиков, наверное, можно было бы живыми вопросами и живыми звонками?

Светлана Колосова: Безусловно. Более того, есть как бы различные практики, и телемосты, и есть варианты проведения теледебатов не в студии, а на улице. Конечно, это требует, наверное, какого-то дополнительного усилия, я не знаю, еще каких-то возможностей творческих и технических, тем не менее, ребята нельзя же так! Такое ощущение, что никому ничего не надо. А после этого мы хотим, чтобы избирателю было надо, причем так, как хочет власть. Понимаете, ситуация творческого умирания - она тяжела. И винить в этом никого нельзя, избирателя нашего бедного в том числе, только себя.

Анна Качкаева: Вот у нас слушатель Маевский пишет из Москвы, что политическая реклама полезна и еще раз убеждаешься в никчемности большинства политиков. А вот Ирина говорит о том, что дебаты вообще не имеют значения, потому что выборы будут подтасованы, как захочется власти. У нас в эфире слушатель, добрый день представьтесь пожалуйста.

Виктор: Добрый день, Виктор, москвич. Вы знаете, я который год уже наблюдаю за выборами, это у нас каждые 4 года какая-то олимпиада по цирку, по цирковому искусству происходит. Вы знает, для того интересно смотреть, что, в общем-то, тема-то одна проходит в дебатах. Вообще не обсуждают, кто, что как видит, какие есть выходы для России из создавшегося тяжелого положения. А стоят чуть ли не с кулаками, готовы броситься друг на друга в вопросе, кто первый поднял тот или иной вопрос.

Анна Качкаева: Продолжает тему еще одно мнение нашего дежурного телезрителя, в рубрике "Смотритель" Наталья Фурсова, она тоже студентка, ей 18 лет.

Наталья Фурсова: Чем больше я слежу за предвыборными дебатами, тем больше убеждаюсь, что для простых людей они мало что объясняют. Особенно меня поразили дебаты на "ТВ-Центре" в минувшую пятницу. Пришли Жириновский из "ЛДПР", Иванов от коммунистов и представитель партии пенсионеров, я, к сожалению, не запомнила его фамилию. Спорили кандидаты на такую тему: правильно ли распределены в нашем обществе материальные средства? Говорили они долго, ругались много, но яснее от этого не стало, а все потому, что Жириновский с Ивановым начали откровенно и агрессивно выяснять отношения. Кричали, размахивали руками, вместо того, чтобы представлять свою программу. Мне даже в голову пришло, не специально ли кандидаты это делают. Положено время в эфире - они заняли, на экране показались, внимание к себе громкими криками и взаимными оскорблениями привлекли, о программе рассказали по минимуму, наверное, чтобы никто не смог ее критиковать. Хотя меня лично возмутило и то, что они сказали: коммунист Иванов с радостью заявил, что для народа лучше, если у него все отнимут и перераспределят, чем если у него все отнимут и отдадут олигархам. Я, как представитель этого самого народа, могу сказать, что и то, и другое мало нравится. Какая мне разница, кому отдадут мое, если меня при этом лишат последнего, между прочим, честно заработанного?

Вообще мне показалось, что представители "ЛДПР" и "КПРФ" как-то непреодолимо далеки от простых людей и их реальных проблем, в этом смысле кандидат от партии пенсионеров гораздо мне симпатичнее. Товарищ Иванов не один раз за время передачи называл эту партию карликовой и несерьезной. Не знаю, партия ли эта мала, или их кандидат от природы более интеллигентен, но вел он себя приличнее и спокойнее, чем его именитые собеседники, объяснялся спокойно и даже пытался утихомирить своих коллег, когда они особенно разбушевались. Конечно, у партии пенсионеров четкой программы тоже нет, и они вряд ли пройдут пятипроцентный барьер, но они хотя бы какие-то проблемы на своем уровне решают. Еще хочу сказать о ведущем. Вел он дебаты вполне прилично, но когда речь заходила о Путине или "Единой России", он как-то сразу прерывал собеседника, особенно Иванова, который не переставал критиковать нынешнюю власть. А вот Жириновскому высказаться дал, ведь тот заявил, что против Путина ничего не имеет. Противно как-то даже. Я понимаю, что сейчас президента обязательно надо хвалить, а критиковать нельзя ни в коем случае, но хоть бы видимость свободы слова сохраняли, что ли. Дебаты это все-таки демократическая форма предвыборной агитации.

Анна Качкаева: У вас есть какие-то комментарии?

Светлана Колосова: Я могу сказать, что, безусловно, приятно, что молодые люди настолько внимательно отслеживают все и смотрят. Между прочим, интеллигент всегда смотрит за поведением, вот этот понравился, этот - нет. Несмотря на то, что идеологии нигде нет, вот этот хоть больше нравится. На самом деле, я хочу обратиться ко всем лидерам, потому что это просто бездарность и бездумие: ребята, это вы, господа избиратели, это чувствуют именно так. Если нет идеологии, идеи и ничего другого, то партии - это вы! И поэтому...

Анна Качкаева: Будьте хотя бы приятными во всех отношениях?

Светлана Колосова: Да. Абсолютно. Пытайтесь быть обаятельными.

Елена Афанасьева: Россия - женская страна, и идеология меньше всего интересует избирателей.

Светлана Колосова: Да, будьте сексуальными, мудрыми взвешенными, и так далее. То есть, я считаю, что если партии совсем уже некуда деваться, то вот, вкладывайте все в лидера. Пусть это будет лицо достойное и приятное.

Анна Качкаева: У нас в эфире слушатель, добрый день, представьтесь пожалуйста.

Георгий Николаевич: Здравствуйте. Георгий Николаевич, Подмосковье. Замечательно, девочки, вы начали говорить об основной задаче, вот Жак Сегела, упомянули одно имя, и вот смотрите, Солженицын провозгласил это: главное - сбережение народа, не только нашего, но и всего земного шара, сбережение народа от этих самых технологий. Прежде всего, они избирателя сажают на шок иглу. Остается только видео и звуковое восприятие, шоу-сигналы мы воспринимаем, скандалы, кровь, мордобой, а настоящих сигналов властителей дум мы не видим.

Анна Качкаева: Как вы полагаете, нынешняя предвыборная кампания вас тоже сажает на шок-иглу, вы что-нибудь понимаете в ней, вы хотите смотреть или голосовать за этих лидеров?

Георгий Николаевич: У той же Светланы Сорокиной или Савика Шустера пробовал туда мыслящий человек, нормальный - Игорь Чубайс, философ, художник, ему Савик Шустер пригрозил своими кривыми... У нас, говорит, как у Льва Толстого, чем глупее мужик, тем лучше его понимает лошадь.

Анна Качкаева: Из Самары нам Александр Дмитриевич такое мнение прислал: "Телевизионное отображение нынешней избирательной кампании скучно потому, что нет такой яркой программы, сделанной специально к выборам. Если вы вспомните выборы 1996-го года, то выходила потрясающая программа Александра Невзорова "Дни", а к прошлым выборам - Доренко. Они были интересны и успешны".

Светлана Колосова: Да, Доренко был особенно интересен.

Анна Качкаева: Да, видимо, у нас две крайности. Тогда так убегали и боялись этой грязи, что пришли к такой скукоте. Или это не альтернатива и вовсе не необходимость выбора?

Елена Афанасьева: Тогда все-таки были две противостоящие силы на парламентских выборах, к президентским было уже все более-менее ясно, потому что все было сыграно до декабря, но было противостояние тогдашнего "Отечества" и Лужкова, как реального претендента на Кремль, и неожиданно, как чертик из табакерки возникшего преемника Ельцина в виде тогда никому неизвестного, с 2-процентным рейтингом Путина. И у каждой силы были свои телеканалы. Гусинский и его медиа-империя поддерживали Лужкова, Березовский тогдашний владелец "ОРТ", и Доренко, как его самый громогласный рупор, работали на Путина, и, конечно, грязи было много. Но опять-таки, грязь - это плохо, мы все против грязи, мы знаем, чем закончилась карьера, пока, на данный момент, Доренко, которому никто в сообществе даже руки не подает. И, наверное, и журналисты стали осторожнее, потому что они понимают, что можно за один сезон себя спалить, получить миллион долларов, но они понимают, что если много наработать, то можно и больше получить, только потихоньку, продавая свой имидж, свое лицо. Но то, что отсутствует сейчас реальное противоборство партийное и властное, какая-то реальная альтернатива силе, находящейся в Кремле, у власти - это отражает телевидение.

Анна Качкаева: Да, безусловно, и мне кажется, что на этом фоне программы, безусловно, Савика Шустера и Светланы Сорокиной ярче, в силу того, что они все-таки имеют возможность выбирать и приглашать, там работают лидеры, и программы канала "Россия", сделаны все-таки по форме телевизионного зрелища, а "Первый канал" как-то он формально подошел.

Елена Афанасьева: Кажется, им самим скучно это дело, и они обязаны его отработать, и отрабатывают.

Анна Качкаева: Светлана, вопрос к вам, как к человеку, знакомому с психологией предвыборного дела, работающему с кандидатами: один из советов гласит, что следует голосовать за будущее, а не за прошлое. Если судить по минувшей неделе, то я не услышала ни от кого, за что он, за какое будущее, чего хочет - внятно это не сформулировано, ни в политической рекламе, ни в дебатах.

Светлана Колосова: Как раз я могу сказать, почему "Единая Россия" надеется получить большинство. Потому что мы понимаем, что Путин изберется еще на 4 года, и будет стабильность некая, и вот люди это понимают. То есть, это ситуация, когда вот исподволь, ассоциируя "Единую Россию" с Путиным и со следующими президентскими выборами...

Елена Афанасьева: Как же исподволь, там такая упитанная женщина, образ женщины советской, такая стоит бой-баба и говорит, что, "я за президента, значит, за "Единую Россию". Это не исподволь. Это в лоб избирателям.

Светлана Колосова: Ну и в лоб тоже, не могу не согласиться.

Анна Качкаева: Вместе с президентом, и галочка отмечена..

Светлана Колосова: Да Лужков - "Единая Россия" и галочка, и москвичи тоже понимают, вот еще 4 года можно как-то спокойненько прожить. То есть, ситуация будущего у нас пока выражается в том, что лишь бы хуже не было, и мы уже за это готовы отдавать свой голос.

Елена Афанасьева: Потом вчера в "Намедни" был другой сюжет, не касающийся выборов: меня потрясли три старушки на лавочке, классические, у входа в подъезд, три старушки в каком-то бедном поселке, и одна на другую наскакивает: "Она за Путина не собирается голосовать. Ты что, не русская, как это ты не пойдешь за Путина голосовать?" Вот это психология общества, психология небольшого человека, живущего где-то там в российской глубинке, которая, в общем-то, и составляет всю Россию.

Светлана Колосова: А вы знаете, какой я бы сейчас предложила вариант политических дебатов: вот пригласить сторонника каждой партии, человека, который 10 лет за нее голосует...

Елена Афанасьева: Вы знаете, какой я предлагала вариант теоретический дебатов: когда в прошлом году а "Последннм герое-3" вывезли "звезд" на остров, я в шутку сказала Любимову: вот вам надо собрать следующей осенью лидеров партий, и "Последний герой-4" будет просто на ура - посмотреть их всех на необитаемом острове.

Анна Качкаева: Вообще вы даете такие советы, которые обычно бывают оплаченными, можете потом потребовать. У нас в эфире слушатель, добрый день, представьтесь пожалуйста.

Слушатель: Журят "Единую Россию" за отказ от дебатов. Но что им дебатировать? Они заявляют, что являются партией президента. Но какова политическая программа самого президента, чего он хочет? Сейчас уже забыто, как при выборах в 2000-м году у него спросили, почему он идет в президенты. Он натужно задумался и ответил, что идет потому, что ему приказал это его главнокомандующий Ельцин. Так что тут дебатировать?

Анна Качкаева: Нет, у нас есть несколько еще очень ярких цитат за время президентства господина Путина, про "мочить в сортирах", и "одно место".

Слушатель: Да-да, взять за одно место, и так далее, это что ли дебатировать? Вы поймите этих ребят из "Единой России", мне их жалко. Ну, нечего им дебатировать.

Анна Качкаева: А вам себя самого не жалко, нет?

Слушатель: Разумеется. Эти выборы - никакие не выборы, эти партии - никакие не партии, поэтому тут совершено все ясно.

Елена Афанасьева: Как вообще можно серьезно относиться к политической силе, в которой объединились прошлые "Единство и "Отечество"? Они шли в прошлую Думу самыми яркими антагонистами, а теперь в общей упряжке. Что, у них так резко поменялись взгляды? Они 4 года назад мочили друг друга, следуя словесному варианту президента, по полной программе, метали тазобедренные суставы в противников, а сейчас мы идем в строю. Никто ведь не отмежевался от прошлых взглядов, никто не сказал, я не за это, а за это.

Анна Качкаева: Зато теперь все на сцене хорошо поют гимн "Единой России" с отпускником Грызловым. У нас в эфире слушатель, добрый день, представьтесь пожалуйста.

Слушатель: Здравствуйте. Мой звонок не очень относится к выборам, но к вашей передаче. Вышла книга Елены Трегубовой "Записки кремлевского диггера", было пять экземпляров, два подарили автору, три послали на немецкую выставку, и вдруг два экземпляра из этих трех пропадают и всплывают в администрации президента. Если раньше коллеги президента крали секреты атомной бомбы, то теперь крадут книги. Весело, правда?

Анна Качкаева: Нет, я думаю, вы просто немножечко не в курсе. Тираж был 10 тысяч, он разошелся очень быстро, был во всех центральных магазинах Москвы, допечатано еще 30 тысяч экземпляров, как я понимаю благополучно продаются, а чиновники вполне могли получить в издательстве и купить сами. Сначала она расходилась вообще в списках и по Интернету. Так что не думаю, что они специально чего-то крали. У нас в эфире слушатель.

Иосиф: Добрый день. Я москвич, меня зовут Иосиф. Действительно вы правы, в том смысле, что очень неинтересные дебаты. Информационность их тоже низкая, но они, собственно говоря, подтверждают все то, что мы знали. Какие-то косноязычные люди некоторые пытаются нас примитивно обманывать. Я понимаю так, что если у кого уже сложилось мнение, за кого голосовать, тот так и будет. Никаким образом не повлияют эти дебаты и эти выступления на мнения человека. Потому что, если я давно решил, что я буду за "СПС" голосовать, так я, конечно, и буду голосовать, хотя нового мало что узнал.

Анна Качкаева: Вы из участка, как говорят, определившегося электората, не из болота, для которого, видимо, смотреть телевизор необязательно, а телевидение всегда рассчитано на массового зрителя....

Иосиф: Да. Думаю, что оно, наверное, и на массу никак не действует. С другой стороны, есть, конечно, определенное количество людей, которые сами не думают, а думают телевизором. Может, на них это какое-то влияние и окажет. Но там же один слоган, мы - партия президента. Вот они и пойдут. А другие - Жириновский, как обычно, петрушку валяет и скандалы устраивает, к сожалению, ему еще ни разу как следует физиономию не набили

Анна Качкаева: Нет-нет, уже набили. Мы просто этого не видели, осталось за кадром.

Иосиф: Что, хорошо получилось?

Анна Качкаева: Говорят, в ухо дали сильно... Потом, после рекламной паузы, все было очень вяло.

Иосиф: Конечно, если его не прикрывают ребята из "девятки", то тогда ему можно просто внушить.

Анна Качкаева: Они не успели добежать. Там военизированная охрана российского телевидения их разняла, как рассказывают.

Иосиф: Это я просто по историческому периоду, я помню, как наши ребята пытались с ним посчитаться, но ничего не смогли сделать, потому что его очень классные профессионалы прикрывали, комитетские.

Елена Афанасьева: Мне кажется, Иосиф, вы немножко недооцениваете роль телевидения, потому что каждый оценивает что-то по близким. Когда один мой родственник, пожилой человек, который долгие годы голосовал только за коммунистов, мне сказал, что пойдет голосовать за "Единую Россию", я поняла, что, по крайней мере, наши два основных канала свое дело сделали честно. А что касается болота нынешнего, мне кажется, оно губительно не только для избирателей, для неопределившегося электората, но и для наших коллег - журналистов. Потому что оно позволяет работать и так, получать ту же зарплату, и не стараться, не думать, не искать, не исполнять свой, по сути, как это ни громко звучит, журналистский долг, а просто отрабатывать функции. Мы с вами Аня только что приехали из Казани, где был конкурс "Тэфи-регион", и для меня было вопиющим, очень показательным моментом, когда один из победителей из казанской телекомпании благодарил всех и вся, как обычно благодарят победители, получая "Тэфи", и начала благодарить татарские власти, и произнес фразу: "Спасибо, что позволяете". Спасибо, что позволяете - для меня это стало каким-то трагическим девизом нашего сегодняшнего времени.

Анна Качкаева: У нас в эфире, слушатель, добрый день, представьтесь пожалуйста.

Слушательница: Это пенсионерка из Москвы, Иванова. Я хочу выразить отношение, и к дебатам, и к выборам, в стихотворной форме: "Не надо, больше ничего не надо, и местоимений не надо, вздохов и стремлений, менять чего-то, иль кого, взгляни наверх, или окрест - все те же сытенькие рожи, так что же измениться может у нас от перемены мест?" Это мое отношение ко всему.

Анна Качкаева: Благодарю вас. Довольно грустное отношение.

Слушательница: Выстраданное за много лет.

Светлана Колосова: Я могу сказать, как психолог и технолог, о том, что все развивается по спирали, и не так все грустно, как все-таки мы об этом думаем. На любой застой есть любой взрыв, и на революцию есть период благоденствия. Ни в коем случае нельзя забывать, ни власть предержащим, ни телевизионным руководителям, что застыть значит умереть, это правда, и никто потом не пожалеет, и никто потом не приголубит, все пройдут, и жизнь потечет заново. Каждый день рождаются дети, каждый день мы хотим жить в хорошей стране, поэтому всегда есть критическая масса, есть нормальные живые люди с их мудростью и интеллектом. Даже если люди не оканчивали вузов, они все равно дойдут, просто своим жизненным опытом. Поэтому забывать ни в коем случае нельзя. И поэтому я все таки надеюсь на лучшее.

Анна Качкаева: Как вы думаете, я не буду призывать вас нарушать законы и пытаться сейчас определить, кто победит, или не победит, но как вы думаете, чьи телевизионные дебаты все-таки через месяц заставят нас говорить о том, что это было интересно, или у кого будет самый большой рейтинг? Вот кто из политиков может сыграть настоящий спектакль?

Елена Афанасьева: То, о чем говорила Света, что надо вкладываться в лидера - вот партии, где есть яркий лидер, вот то, что делает "ЛДПР", вкладываясь только в Жириновского, или известные лидеры "Яблока", "СПС" - вот там, где лидер - личность, с каким бы знаком, плюсом или минусом, нами бы эта личность ни воспринималась... Когда сходятся две личности - могут получиться дебаты. В тех редких случаях бесплатных дебатов, когда попадаются партии с ярко выраженными лидерами, я думаю, может быть рейтинг.

Светлана Колосова: Я думаю, что пока все-таки наиболее яркими являются Жириновский и Немцов.

XS
SM
MD
LG