Ссылки для упрощенного доступа

logo-print

Советский анекдот: живой героический эпос русской истории




Владимир Тольц: Когда в перестроечном СССР введена была гласность, оттуда стала поступать совершенно немыслимая информация. Однажды, я получил звуковой репортаж с конкурса анекдотов. Причем анекдоты рассказывали дети. Неуверенные детские голоса воспроизводили давно известные и совершенно новые (и не всегда "детские") истории из жизни Чапаева и Петьки, Пушкина и Брежнева, Ленина и Штирлица... Тогда мне показалось, что озвученные с казенной эстрады анекдоты обозначили гибель этого жанра, о чем я и поведал жившему в Париже Андрею Синявскому. Но Андрей Донатович возразил: "Это хорошо, что анекдот уходит к детям. Значит выживет и "нас переживет и тленья убежит".

Похоже, он, Синявский, оказался прав. Дети перестройки уже обзавелись своими детьми. И те, и другие по-прежнему рассказывают анекдоты. Перестав быть полузапретным, этот смешной и грустный жанр остается единственным живым героическим эпосом русской истории.

...Советский анекдот: живой героический эпос русской истории. - Данное мной этой передаче название ученые (а анекдоты давно уже - предмет серьезного, правда, несколько бухгалтерского, на мой взгляд, внимания ученых) так вот, ученые могут счесть название это не вполне научным. И, тем не менее, я считаю, что именно анекдоты для русской культуры (неважно о ком и о чем они - о евреях, о чукчах, об армянском радио или о Ленине и Брежневе, или о собирательном персонаже Вовочке или о вымышленном Штирлице) именно все эти анекдоты являются живой и продолжающейся эпической фиксацией (в отличие, скажем от таких замечательных эпических памятников как Илиада и Одиссея, Сон в красном тереме или цикл о Гильгамеше) - фиксацией советского и досоветского прошлого и постсоветского настоящего русской и мировой истории. Ну, а о деталях, так сказать, я надеюсь, нам более научно поведает гость московской студии Свободы исследователь советских анекдотов - молодой филолог, фольклорист Александра Сергеевна Архипова.

Саша, вот мой первый вопрос: история советской власти начинается, как известно, с 1917 года. А когда начинаются советские анекдоты?

Александра Архипова: История советских анекдотов на самом деле довольно запутана. В это время было огромное количество юмора, в том числе и политического. Это очень понятно, потому что до 17-го года свобода журналов, огромное количество сатирических, юмористических журналов, сильное смешение городского и деревенского населения, много разговорных жанров, популярные шутки на военную и политическую тематику. И, конечно, когда началась Октябрьская революция, то, естественно, появились анекдоты и на эту тему. Но "советский анекдот" - не было такого слова в то время, появляется он уже после 1923 года, когда в эмигрантских публикациях, в эмигрантских изданиях появляются публикации текстов, вывезенных из Советского Союза или услышанных от людей.

Владимир Тольц: Ну, а о чем они, эти самые первые анекдоты, которые исследователям хотя бы по публикации удается точно датировать?

Александра Архипова: Знаете, удивительным образом это анекдоты не про политику, это анекдоты про голод. Я приведу два известных анекдота: "Горничная докалывает: "Лошади поданы, пожалуйте кушать". И второй текст: "Ночь, темнота, стоит поезд, из поезда высовывается голова: "Почему стоим?" "Паровоз меняют". "На что - на соль?"

Владимир Тольц: Справедливости ради отмечу, что и революцию, и большевиков, и вечных героев советских анекдотов - евреев, которых фольклор отождествлял то с большевиками, то с жертвами большевизма, и большевистских вождей те, самые первые анекдоты советской поры тоже не обошли своим вниманием.

"Какая болезнь у Ленина?

Пара-ильич".

***

"Троцкий спит в палатке. Белые наступают. Часовой хочет разбудить Троцкого. Товарищем назвать не решается, а назвать Вашим Превосходительством тоже считает неудобным. Вдруг его осеняет гениальная мысль, и он начинает кричать ему в ухо: "Вставай, проклятьем заклейменный!"

***

"Скажите, пожалуйста, много ли евреев в партии?

Нет, процентов шестьдесят.

А остальные?

Еврейки".

***

"На смерть Ленина.

Коммунист спрашивает еврея:

Скажите, Баржанский, кого бы Вы хотели видеть на месте Ленина?

Ой, я бы хотел, чтоб вы все были на месте Ленина".

Владимир Тольц: И все-таки я готов кое в чем согласиться с Александрой Архиповой: голод, разруха первых послеоктябрьских лет были действительно доминантными темами анекдотов. - И тогда, и после их главной темой была уродливость повседневной жизни. А это шире, чем политика. Другое дело, что насильственно политизированное сознание общества многообразие повседневности пропускало через призму политики.

"На Всероссийской выставке. Старушка перед верблюдом: "Ну и большевики! С лошадью-то что сделали? Срам какой!"

***

"Комиссия по чистке спрашивает студента:

Какое ваше происхождение?

Сугубо пролетарское.

Кто же ваши родители?

Одна крестьянка и двое рабочих".

Владимир Тольц: Итак, анекдоты фиксировали самые разные формы советской повседневности. Описывали ее с насмешкой или с горькой усмешкой. Известно, что советская власть, шуток над собой не любившая, на протяжении своей истории относилась к этой фольклорной форме по-разному. Поначалу - довольно снисходительно. А почему?

Александра Архипова: Это довольно забавно, потому что такого рода тексты, юмористические фельетоны и анекдоты, как они назывались, они во многом считались привилегией людей книжных, людей интеллигентных. И ими активно пользовались в журнальной полемике, в устных речах, собственно говоря, сами большевики, и они продолжали этим пользоваться на протяжении 20-х годов. И негативно относились как к средству контрреволюционной пропаганды вовсе не к анекдоту, а негативно относились к частушкам, которые приписывались как принадлежащие исключительно деревенской среде. Если высказывалось что-то, что воспринималось как крамола, тогда да - это контрреволюционная пропаганда, а вовсе не анекдот.

Владимир Тольц: Действительно, анекдоты про партийных бонз были до эпохи Большого террора их тайным внутрипартийным оружием в борьбе парттоварищей друг с другом. Особо отличался в этом Карл Радек -"мастер анекдотов с антисоветским душком", как определил его (уже после радековского низвержения с партийного Олимпа) околочекистский писатель Лев Никулин. Сохранилось немало приписываемых Радеку анекдотов. Вот один из них, широко тиражируемый ныне в Интернете:

Вызывает как-то Сталин Радека и говорит: Прежде, товарищ Радек, когда я был обычным первым сектретарем ЦК Вы еще могли иногда отпускать по моему адресу свои идиотские шуточки. Но теперь, когда партия и советский народ признали меня выдающимся теоретиком марксизма это стало совершенно нетерпимым. Вы немедленно должны прекратить рассказывать про меня анекдоты. -- Теоретиком марксизма!.... Знаете, товарищ Сталин этот анекдот я еще никому не рассказывал.

Но жизнь всегда богаче своего отражения. В том числе и анекдотического. Когда в 1928-м Радека сослали в Тобольск, его поселили на улице Свободы. Вскоре туда пришло письмо другого сосланного оппозиционера - Преображенского:

"Тот факт, что ты доехал до улицы Свободы и на ней тебя упрятали от борьбы с мировой буржуазией, является, конечно, самым неприличным из всех анекдотов, которые ты знал за всю твою жизнь.

Ну а частушки - это отдельная тема. Конечно же, в крестьянской стране строчки вроде

Пятилетку выполняю,
Семенной овес повез,
А весной-то нечем сеять -
Так что х.. с меня возьмешь!


были понятнее и популярнее городских анекдотов про партмаксимум. Понятно - и наказывались круче!... А вот когда за анекдоты начинают сажать?

Александра Архипова: Понимаете, юридически за это очень трудно посадить, потому что приговор был за "контрреволюционную пропаганду", например. И ситуативно контрреволюционной пропагандой могли счесть все, что угодно - байку, прозвище, анекдот и так далее. Но в общем и целом, конечно, на протяжении 1920-х годов тема анекдотов и в том числе антибольшевистских, была очень популярна, ей можно было заниматься. В 1928-м году выходит последняя книга на эту тему и после этого полное молчание, хотя нельзя говорить о том, что было какое-то постановление, запрещающее говорить. И начинаются постепенно посадки, где в формулировке приговоров фигурирует "рассказал контрреволюционный анекдот", в противовес более ранним приговорам, где человек рассказал или спел контрреволюционные частушки или записал контрреволюционные частушки.

Владимир Тольц: А вот существует по годам статистика приговоров, в которых упоминаются анекдоты?

Александра Архипова: Понимаете, в принципе, такую статистику можно сделать по "Книгам памяти". Например, приговор 1932-го года человеку за то, что он исполнял антиколхозную агитацию,- сочинение антиколхозных частушек, - ему дали два года в местном доме заключения.

Владимир Тольц: Я рассматриваю составленную Александрой Архиповой сводку приговоров за анекдоты по Татарстану. Нахожу там и Николая Васильевича Гаранина, колхозника, отца четверых детей. Ему еще 30-ти не было, когда получил он 2 года за антиколхозные анекдоты (об этом приговоре Александра только что сказала). А вот казанскому студенту Павлу Дмитриеву в 1935-м за анекдоты "дискредитирующие СССР и ВКП(б)" уже 3 года дали. А Петру Бардашеву в том же 35-м за анекдоты про "вождя и партию" уже 4. Бывали, конечно, и "сбои" в те годы. В том же 1935-м двоих анекдотчиков оправдали "за отсутствием состава преступления". И в 1936-м еще парочку. И даже в 1937-м дело 22-летнего директора школы Павла Булыгина, рассказывавшего анекдоты, дискредитирующие Сталина, прекратили "за недостаточностью улик". Но постепенно приговоры за анекдоты ужесточаются. В 1937-м крестьянину Хасану Гализянову за похабные анекдоты про советскую власть "впаяли" уже 8 лет исправительно-трудовых лагерей. А старика-юриста Сергея Васильевича Бельского и священника Кузьму Александровича Давыдова в 37-м приговорили за анекдоты к конфискации имущества и расстрелу.

Александра Архипова: Но реально расстреливали и много не в 37-м году, а в 40-е годы во время войны.

Владимир Тольц: Расстреливали за анекдоты?

Александра Архипова: Да, давали "высшую меру наказания", например, с формулировкой "антисоветская агитация, контрреволюционный анекдот". Обратите внимание, что агитация называется антисоветской, а анекдот - контрреволюционным.

Владимир Тольц: Давайте поговорим о содержательной стороне советских анекдотов. Ведь анекдоты - используем здесь известную ленинскую фразу о Толстом - были "зеркалом русской революции", русской советской жизни. (Хорошим/плохим - для этого моего вопроса неважно даже!...) Так вот: как они строились, как они развивались на протяжении меняющейся советской жизни? Кто был их героями? Как "подавались" эти герои?

Александра Архипова: Несомненно, анекдоты 20-х годов, о которых мы что-то еще знаем, они не очень для нас привычные, например, привычный нам цикл о Ленине возникает гораздо позже. Существовало огромное количество из политических анекдотов сначала о Троцком, потом о Сталине и о Калинине, с сюжетом как приходит крестьянин к Сталину и Калинину. Кроме этого, конечно, большое количество отдельных анекдотов про Сталина.

"Как-то Калинин был в Сибири. Пригласил его один крестьянин на обед, а после показал петуха, который пел "Боже, царя храни". А Калинин говорит, что надо петуха выучить петь "Интернационал". Прошло время. Приезжает крестьянин в Москву. Калинин спрашивает его: "Ну, как? Поет твой петух "Интернационал"? - "Поет, да не весь: споет "Весь мир насилья мы разрушим до основанья, а затем..." А затем - х... - "Мы наш, мы новый мир построим" петь не хочет!

***

"Захотел Сталин пир на весь мир устроить, а денег на него пожалел. Позвал наших специалистов и приказал все организовать. Те как не старались, но на маленькие деньги ничего не получается. Пригласил Сталин иностранных спецов. Те думали-думали, но тоже ничего не придумали. Тогда Сталин позвал одного еврея и спросил его, может ли тот устроить такой пир? Еврей отвечает: "Купите, Иосиф Виссарионович на 5 копеек пулю и застрелитесь! - Вот тогда и будет пир на весь мир, и Вам он ничего не будет стоить".

Александра Архипова: Были, несомненно, привычные нам и непривычные еврейские анекдоты. Из вымерших, совсем вымерших анекдотов, кроме анекдотов о Троцком, можно назвать анекдот о нэпмане и о крестьянине. Крестьянин, который взаимодействует с новой властью, и нэпман, который пытается выжить.

Владимир Тольц: А кто все-таки был главным героем анекдотов в ту пору?

Александра Архипова: Понимаете, это сложный вопрос, поскольку цикл анекдотов, формирующийся вокруг какого-нибудь яркого персонажа, они складываются гораздо позже, когда появляются соответствующие средства тиражирования, распространения. И кроме этого, в 20-30-е годы нет анекдотов о каком-то вымышленном персонаже, потому что есть политические фигуры - Троцкий, Сталин, Калинин, Ленин, Каменев, есть Мартов, есть как бы собирательные фигуры - крестьянин, нэпман, еврей, коммунист. Но можно сказать, что героем анекдотов является либо новый человек в новой ситуации, либо человек старого мира в новой для него, меняющейся ситуации.

Владимир Тольц: Давайте, двинемся дальше! О военном времени, когда кара за анекдоты была особо суровой, а приговоры участились мы уже говорили. (Попутно отмечу, что много сажали за анекдоты и на излете сталинской эры, и в хрущевское правление. Приговоры, правда, были не столь суровы, как в войну). Но вот что происходит с самим анекдотом после войны?

Александра Архипова: Понимаете, появляется кино, оно "входит в каждый дом". Возможность одновременно смотреть, слышать и видеть информацию одновременно многими людьми, вдобавок к тому, что человек все время слышит по радио передачи, - и это слышат все советские люди в один и тот же момент времени, - в дополнение к тому, что человек читает одну и ту же информацию, и все читают одну и ту же информацию, это привело к тому, что советский анекдот выкристаллизовался.

Появляется огромное количество текстов про одних и тех же людей на одну и ту же тему. И кроме анекдотов вокруг политических персонажей, вокруг Хрущева, вокруг Сталина, опять анекдотов вокруг Ленина, Брежнева и прочее, появляются анекдоты вокруг абсолютно вымышленных персонажей, например, анекдот о Чапаеве и так далее.

Владимир Тольц: Мне уже как-то приходилось говорить, что, если предположить немыслимое: если бы от нашего времени не осталось никаких "материальных остатков", не осталось бы письменных памятников, не осталось бы ничего, и остались бы одни анекдоты, то история советского промежутка, история дореволюционного периода России, история постсоветского времени предстала бы в очень странном виде. Там были бы очень крупные фигуры вроде Чапаева и совершенно, может быть, отсутствовали другие, хотя они занимали важные позиции в общественной и государственной жизни, вроде Константина Устиновича Черненко (про него были анекдоты, но так мимолетно...). В этой истории был бы Калинин и примкнувший к ним Шепилов, но при этом не было бы очень многих партийных государственных деятелей. В этой истории от артистов остались бы очень немногие - Яблочкова...

Александра Архипова: Зато осталась бы Фурцева!

Владимир Тольц: Фурцева несомненно осталась бы... Конечно, были бы люди, которые вообще - либо собирательный образ, либо придуманные типа Вовочки - эпического героя, либо вроде Штирлица, о котором мы еще отдельно поговорим с вами, я надеюсь. Конечно, это "зеркало русской революции", но очень странное зеркало ваши анекдоты!.. Что я хочу у вас сейчас спросить - это о судьбе советского или антисоветского анекдота, то есть анекдота советского времени, о его судьбе, о его жизни после конца советской власти.

Александра Архипова: Довольно забавно, но как бы история сделала такой своеобразный круг и замкнулась. В 20-м году в журнале "На посту" было написано, что новый анекдот - это на самом деле способ пропаганды, способ, которым новый советский революционер собирает и дискредитирует старый мир, это новое классовое оружие. И потом эта идея, естественно, была абсолютно отвергнута. - Как анекдот может быть использован как классовое оружие? Но сейчас это, собственно говоря, очень популярно. Ведь, например, по крайней мере, с выборных кампаний 93-го года анекдоты используются в листовках и пропаганде как pro, так и contra. Например, это очень популярный прием в листовках, как напечатанных, так и самопальных, самодельных, например, "Отчества". Анекдоты о Путине публикуются на сайте "Путин.ру" и "Дутый.Пу". Анекдоты о себе помещал Кириенко на своем сайте. Неважно, что они высмеивают фигуру, главное, что если ты попадаешь в анекдот, ты становишься народным героем, и таким образом тебе делается дополнительная реклама. Этот план очень хорошо используется. И, действительно, сейчас анекдотов очень много. С другой стороны, его функция как отмечать что-то отталкивающее, она, конечно, скорее отмерла.

Владимир Тольц: Итак, в общих чертах ясно: часть старых функций анекдота в нынешнее время ослабляется, появляется что-то новое... А давайте конкретно: какие старые анекдоты выживают и ныне, и какие появляются новые?

Александра Архипова: Например, был такой анекдот про Ельцина, который возник где-то в середине 90-х: Идет Ельцин пор Белому дому, грустно ему и скучно. Видит - висит его портрет, он смотрит на него и говорит: "Эх, скоро нас с тобой снимут". "Нет, - говорит портрет, - это меня снимут, а тебя повесят".

Так вот на самом деле этот анекдот он переделка еще дореволюционного анекдота, много к кому он применялся к соответствующим деятелям партийным внутри разных группировок. Этот текст воскресает спустя почти век. В этом смысле, конечно, анекдот живет. И с другой стороны, у анекдота есть две функции. Первая очень простая - рассказать что-то новое, отметить что-то новое, необычное. Вторая функция - высмеять, высмеять что-то неприятное, возможно, то же самое новое.

Конечно, функция высмеивания политиков, то, что было популярно в 60-70-е годы, она во многом ослабела, потому что, если человек хочет получить удовольствие от высмеивания политиков, он включит программу "Куклы", например. Но функция реакции на что-то новое она, несомненно, сохранилась, я бы сказала, даже усилилась. В этом смысле полезно поговорить об анекдотах в Интернете, где анекдоты появляются спустя считанное время после совершения события. Когда еще горела Останкинская башня, появились анекдоты про взрыв на Останкинской башне. Когда Путин дал интервью Кингу, где-то через час появились шутки на эту тему.

Владимир Тольц: Вы имеете в виду интервью путина Ларри Кингу, когда тот задал знаменитый вопрос: что случилось с лодкой "Курск"?

Александра Архипова: - Она утонула.

В продолжение: что случилось с Останкинской башней? - Она сгорела.

Что случилось с вашим президентом? - Неужели?..

Владимир Тольц: Ну, это только анекдот! Кстати, для президента России весьма лестный, поскольку включает его в ареопаг героев живого российского эпоса. О другом, правда, вымышленном - но это не делает его мельче - герое анекдотов во второй части программы.



...Фрагмент фонограммы из фильма "17 мгновений весны":

Я - Москва, Север-1. Вызывается Тайга-5, Тайга-5, Тайга-5. Сообщаем для геологических партий: 12, 16, 21 результат анализа шихты, присланный соответственно 1-го, 3-го и 7-го января этого года. 38, 977, 35, 510, 97....



Голос Е. Копеляна (из фильма "17 мгновений весны"): Это была шифровка, предназначенная для него. Он ждал ее уже несколько дней. Такие шифровки он получал раз в месяц. Цифр было много. Диктор читал их привычно сухо и четко. Для него эти цифры были только цифрами....



Диктор(из фильма "17 мгновений весны"): Николаева поздравляем с рождение сына.

Голос Е. Копеляна: Информация к размышлению:

"Штирлиц получил шифровку о том, что его жена родила сына. На глаза накатывались слезы радости и тоски по дому. Ведь он уже 7 лет не видел свою жену".

Владимир Тольц: Вряд ли кто станет спорить с тем, что никогда не существовавший штандартенфюрер СС Штирлиц (он же полковник ГБ Исаев), самовольно передислоцировавшийся из Берлина 1945 года и "Семнадцати мгновений весны" в анекдоты, стал общенациональным русским героем. Как и почему это произошло? - Об этом я продолжаю свою беседу с исследовательницей анекдотов, фольклористом Александрой Сергеевной Архиповой, которая в своих ученых штудиях анекдотам о Штирлице уделяет особое внимание. А почему именно Штирлиц?

Александра Архипова: Для этого существует как бы двойное объяснение. С одной стороны, просто очень нравится фильм. Фильм снят замечательно, операторская работа, и там играют совершенно замечательные актеры. А с другой стороны, с точки зрения научного интереса, анекдоты о Штирлице довольно сильно отличаются от привычных нам анекдотов, даже возникших на основе фильмов, например, анекдоты о Чапаеве или анекдоты о Винни-Пухе, Пятачке, Крокодиле Гене и так далее. У них совершенно иная структура, у них совершено другое начало. И кроме этого, анекдоты о Штирлице имеют огромное количество каламбуров. Если мы, например, возьмем пятьсот текстов анекдотов о Штирлице, из них больше половины тексты каламбуров.

Владимир Тольц: Ну с чем это связано, сразу возникает вопрос?

Александра Архипова: Естественна такая рабочая гипотеза: если мы имеем такие сильные отличия, такие аномалии, соответственно, это аномалии не просто, а аномалии отклонения от традиционного способа образования русского анекдота. Значит, это связано каким-то образом с фильмом.

Владимир Тольц: Фильму "17 мгновений весны" недавно исполнилось 30 лет. А если добавить и годы работы над ним, - Андропов, вдохновивший эту работу, как-то мрачно пошутил, что за это время можно было заново победить Германию,- и того больше. По поводу юбилея было написано немало статей и сказано немало восторженных слов. И о том, что Штирлиц "живее всех живых", и что "каждый из нас немного Штирлиц", и что он - "герой нашего времени", а полковник ГБ Путин в роли президента - воплощенная народная мечта об окончательной победе Штирлица (в фильме-то все-таки какая-то недосказанность - открытый, так сказать, конец...). Но о фильме мы еще поговорим. А сейчас об анекдотах. Вот Александра Архипова говорит, что анекдоты о Штирлице выделяются своей нетрадиционностью. А как вообще традиционно слагается анекдот?

Александра Архипова: Это вопрос вопросов, действительно, на него очень трудно ответить. Но, несомненно, анекдот может быть реакцией на какую-то услышанную фразу, может быть прямым пародированием текста, как, например, те современные в Интернете, про которые мы с вами уже говорили. Но чаще всего это переделка старого сюжета - это вполне закономерно. Традиция, в отличие от носителя, не боится анекдотов с бородой, она их любит. 80% анекдотического фонда - это старые анекдоты, в которых просто переделываются персонажи, только 20% - это новые, придуманные. Но в анекдотах о Штирлице почти нет старых сюжетов - это очень заметно.

Владимир Тольц: Естественно, потому, во-первых, что в основе анекдотов о Штирлице лежит фильм вполне определенный, по сути дела, созданный чекистами и околочекистской идеологической обслугой, в частности, писателем, очень талантливым, Семеновым, некий сказочный эпический образ не существовавшего никогда героя и подвига.

Александра Архипова: Несомненно. При том при всем, что другие анекдоты, возникшие на основе фильмов, они между собой невероятно пересекаются. Много анекдотов о Чапаеве встречаются как анекдоты о Винни-Пухе, как еврейские анекдоты и как анекдоты о Брежневе, но анекдоты о Штирлице не пересекаются ни с чем. Попробуйте заменить в анекдоте "Штирлиц шел по лесу" Штирлица на Чапаева, у вас ничего не получится.

Владимир Тольц: Ничего не получится и пробовать не буду!.. Расскажите мне тогда об этом особом случае, давайте расскажем слушателям об этом фильме, который породил уже эпос.

Александра Архипова: На самом деле не нужно думать, что это был первый фильм или уникальный фильм, - сама по себе эта вещь в то время очень принятая. Было очень много фильмов о советских разведчиках, о действиях наших гениальных разведчиков среди глупых немцев или не очень глупых. И к тому времени это был уже третий сценарий Семенова, написанный по такому типу. Был фильм "Пароль не нужен", снят в 60-е годы, в котором рассказывалось о действиях молодого Исаева в Дальневосточной республике. Потом был снят более известный фильм "Майор Вихрь", где тоже в качестве персонажа второго плана фигурирует Штирлиц-Исаев, который помогает спасать Краков от взрыва. И, соответственно, был снят "17 мгновений весны". Все эти фильмы сняты в одно и то же время. Фильм "17 мгновений весны" - третий, это все сценарий Семенова. Кроме этого были другие фильмы - "Вариант "Омега", "Щит и меч", которые тоже были посвящены действиям советских разведчиков в тылу.

Владимир Тольц: Ну, насколько я знаю, этому фильму, снимавшемуся почти столько же, сколько шла Великая Отечественная война, фильму, над которым трудились не только мастера из художественно-идеологической обслуги ГБ, но и сами чекисты из высшего эшелона КГБ, этим самым руководством госбезопасности этому фильму исходно придавалось некое особое значение...

Александра Архипова: Да, несомненно. Создание фильма курировал непосредственно Андропов и консультантами были Цвигун и Пипия от КГБ. Несомненно, фильм позиционировался как пропаганда, как демонстрация тонких, изящных операций разведчиков. Для того, чтобы показать всю тонкость, изящность этих махинаций, несомненно, нужно было показать, как они - враги - тоже все делают тонко, изящно и так далее. Посмотрите, там есть очень интеллигентный, изящный, красивый, остроумный Шелленберг, который шутит, ходит по лезвию ножа, шутит с Гимлером, курит американские сигареты и так далее. И есть такой как бы простецкий Мюллер, которого Шелленберг спрашивает: "Как к вам обращаться - "господин Мюллер" или вы предпочитаете "мистер"?" Эта шутка в 45 году уже имеет некоторый оттенок. Мюллер говорит:"Я предпочитаю просто и со вкусом - просто Мюллер".

Владимир Тольц: Многие шутки в фильме действительно удачны. И - сейчас это уже многим непонятно - для советских 70- годов нетрадиционны и, я бы даже сказал, если б не знал, что за фильмом стояли глава "органов" Андропов, его заместитель-графоман Цвигун (он скрылся под псевдонимом "Мишин") и генерал Пипия (тоже под скромным псевдонимом), так вот, если бы я этого не знал, то сказал бы, что шутки рискованные. Ну, например, о евреях. В кино это слово тогда вообще не употреблялось. А в казенной жизни предпочитали говорить о "лицах еврейской национальности". И вот - на этом фоне - эпизод фильма.

Фрагмент фонограммы из фильма "17 мгновений весны":

"Что случилось, старина, кого вы так боитесь?

- Мюллера.

- Вашего шефа?

- Именно.

- Что случилось за те двое суток, что меня не было? Перевернулся мир, на землю сошел Бог, Кальтербруннер женился на еврейке?

- Почти".

Владимир Тольц: В анекдоте этот конспиративно-еврейский сюжет трансформировался так:

"Штирлиц зашел в темный кабинет Бормана, и потянулся к выключателю.

- Не включайте свет, Штирлиц! - сказал Борман.

"Шабад" - догадался Штирлиц".

Владимир Тольц: Но все-таки: одних шуток для того, чтобы герои советского фильма в эсэсовской форме перешли в анекдоты еще недостаточно...

Александра Архипова: Они все мастера махинаций, и это было, конечно, очень важно, не говоря о том, что фильм, несомненно, снят операторски и режиссерски очень хорошо. Не говоря о том, что текст сценария очень сильно изменен, очень сильно адаптирован под голос Копеляна таким образом, что голос Копеляна запоминался будущим рассказчикам анекдотов.

Владимир Тольц: Голос Копеляна - особый предмет... Я думаю, что не только обаяние артиста, но и его "закадровость" повлияли на структуру и содержание анекдотов про Штирлица...

Александра Архипова: Несомненно. Ведь дело в том, что с закадровым голосом в советском кинематографе сразу много историй. Существует такая легенда, что однажды Сталин, просматривая какой-то фильм про летчиков, сказал недовольно: "Что это за замогильный голос я все время тут слышу?" После этого закадровый голос был негласно запрещен, и употребление его в советском кино было под большим знаком вопроса. Кроме того, существовал некоторый образец - левитановская манера дикторская. Если вы обратите внимание, в фильме Копелян иногда к ней возвращается, когда комментирует какие-то военные события, а также, когда говорит о событиях войны - он говорит очень торжественно, с бархатными левитановскими интонациями. Но реально упор был сделан на другое, реально закадровый текст воспроизводит разговорную манеру.

Голос Е. Копеляна: "Мюллер отсутствовал уже второй час. Штирлиц чувствовал, что что-то у него не связалось у Мюллера, что-то случилось.

- Да, что-то не сложилось, что-то у них не сложилось. Что-то случилось".





Информация к размышлению:

"Дело, которому Штирлиц посвятил всю свою жизнь, прогорело.

Кэт оставила на нем невыключенный утюг".

***

"Штирлицу за шиворот упала гусеница.

"Где-то танк подорвался" - подумал он".

***

Голос Е. Копеляна: "Штирлиц чувствовал, что что-то у него не связалось, что-то случилось.

- Да, что-то не сложилось".

Владимир Тольц: Как и в кино, в анекдотах со Штирлицем все время "что-то" случается, что -то "не связывается". Находясь, как и в кино, среди врагов умных и все время что-то, как сам Штирлиц, подозревающих врагов, анекдотический альтер-эго киноперсонажа всегда, как и подобает эпическому герою, с честью и неожиданно выходит из этих ситуаций победителем. Или, по крайней мере, не сдается. Как и подобает герою, он бессмертен - даже когда в некоторых анекдотах, казалось бы, должен погибнуть, его героическое существование не прерывается.

Голос Е. Копеляна: Информация к размышлению:

"В понедельник Штирлица повели на расстрел.

"Ни хрена себе начинается неделька!" - подумал Штирлиц".

***

"По Штирлицу стреляли разрывными - Штирлиц пораскинул мозгами".

***

"Штирлиц с Мюллером играли в карты. Мюллер явно был не в форме. Она лежала возле Штирлица".

***

"Штирлиц встретил врагов свинцом. Винцо врагам понравилось".

Владимир Тольц: Как и подобает настоящему разведчику, анекдотический Штирлиц наблюдателен, вдумчив и аналитичен.

"Штирлиц проводил Кэт до подъезда. Кэт сказала:

- Давайте встретимся завтра у роддома.

Штирлиц поднял глаза и увидел в окне свет - урод был, действительно, дома".

***

"Штирлиц зашел в лес и увидел голубые ели, подошел ближе, и увидел, что голубые не только ели, но и пили".

***

"Штирлиц увидел в лесу людей сидящих возле костра. "Кастраты", - подумал Штирлиц".

Владимир Тольц: А еще, в отличие от фильма, где он все время ждет, пока Копелян расскажет про его тягостные раздумья, Штирлиц в анекдоте умеет мгновенно принять правильное решение

"Сдачи не надо! - сказал Штирлиц, увидев, что Плейшнер хочет спрыгнуть с дачи".

***

"Штирлиц приготовил ведро для мусора. Когда мусор вошел, он надел ему ведро на голову".

***

"- Почем яйца? - спросил Штирлиц продавца.

- По три!

- Сам потри! - не растерялся Штирлиц".

Владимир Тольц: А еще Штирлиц анекдотов в отличие от своего прототипа из фильма, живущего анахоретом, без дамского общества (прислуга и радистка Кэт не в счет!), в соответствии с законами народного "низового" юмора дам не чурается и галантный кавалер. Сравните сами:

Фрагмент фонограммы из фильма "17 мгновений весны":

"Штирлиц приехал к себе домой, когда только-только начало темнеть. Он любил это время года: снега почти не было, по утрам высокие верхушки сосен освещались солнцем и казалось, что уже лето. Здесь, в Бабесберге, недалеко от Потсдама, в своем коттедже он жил один.

- Добрый вечер, господин Штирлиц.

- Добрый вечер! На сегодня вы свободны.

- Спасибо. Вот ваша почта, господин Штирлиц. Сейчас я приготовлю вам ужин и уйду.

- Хорошо. Который час?

- Около семи, господин Штирлиц.

- А точнее?

- Без четверти семь.

- Хорошо.

"Счастливая девочка: она может себе позволить это "около семи", - подумал Штирлиц. Самые счастливые люди на земле те, которые могут вольно обращаться со временем, ничуть не опасаясь за последствия.

Владимир Тольц: В анекдотах Штирлиц и с девочками и со временем обращается куда вольнее.

"Штирлиц попробовал икру. Кэт покраснела и убрала ногу".

***

"Штирлиц спросил Кэт:

- Вы любите фильмы про любовь?

- Бесспорно! - ответила Кэт.

- А я с порно, - признался Штирлиц".

***

"Штирлиц мылся в бане.

- Добавьте-ка мне еще пару! - крикнул он.

К нему запустили еще двух проституток".

***

"Штирлиц взял книгу, потом увидел раздел и поставил галочку...

Одевалась Галочка уже сама..."

Владимир Тольц: Но все это не мешает герою анекдотов, как и его кинопрототипу оставаться настоящим патриотом. Правда, патриотизм его выглядит порой довольно идиотично. Но таковы уж законы жанра!

"Штирлица рвало на Родину - карта страны была и до него заблевана Борманом".

***

"Штирлиц шел по коридору гестапо с расстегнутой ширинкой, из которой виднелись красные трусы. Так Штирлиц праздновал День советской армии".

***

"Штирлиц сидел и тосковал по русским газетам - "Правда", "Известия", "Красная звезда". Передовая статья... Решения пленума ЦК КПСС в жизнь... Портрет вождя на первой странице... Как долго он был лишен этого счастья...

В конце концов Штирлиц собрал всю свою волю в кулак, встал с унитаза и воспользовался давно опостылевшей ему немецкой туалетной бумагой..."

Фрагмент фонограммы из фильма "17 мгновений весны":

"Господин Бользен! Вы меня слышите, господин Бользен? Я должна сказать, вам следующее: я не знаю как вы, но я уже зарядилась кислородом для нашей ужасной городской жизни. Как вы думаете, господин Бользен, нам уже, вероятно, пора домой?

- Пожалуй, пора.

- Господин Бользен, господин Бользен, будьте, пожалуйста, любезны до конца и помогите мне - я не могу перешагнуть это.

- Прошу, фрау Заурих.

- Благодарю. Вот уже несколько лет подряд, господин Бользен, вы меня ранней весной вывозите сюда. И должна вам сказать откровенно, что мне этой прогулки хватает почти на целый год. Вы знаете, господин Бользен, мне не очень хочется возвращаться в город. А вам? В том-то и дело. Вы знаете, мне до черта надоело мое учреждение. Вы, конечно, понимаете, что я имею в виду? Этот проклятый кабак и мою эту, так сказать, с вашего позволения, мою профессию. Подержите, пожалуйста. Конечно, если бы не война, и дети мои были живы. Вы знаете, какая это трава? Это великолепная трава, лечебная. Если ее посушить, то очень хорошо из нее отвар сделать. Понюхайте-ка, а? Нужно пить этот отвар при больных почках. У вас болят почки?

- Нет.

- Жаль".

Владимир Тольц: Это в фильме. А в унылой повседневности его зрителей, которой они тяготились не менее, чем фрау Заурих и Штирлиц-Бользен своей городской берлинской жизнью 45-го года, этот эпизод трансформировался так:

"Утром Штирлиц выглянул в окно: на деревьях уже появились первые почки. Опять Мюллер всю ночь зверствовал, вздохнул Штирлиц".

Анекдоты про Штирлица можно рассказывать бесконечно. Но вот вопрос - я вновь обращаюсь к исследовательнице штирлицевского цикла фольклористу Александре Архиповой - вопрос об отношении госбезопасности, которая стояла за созданием штирлицевской киноэпопеи к анекдотам о Штирлице. "17-ти мгновениям весны" - 30 лет. Столько же анекдотам о Штирлице. Середина 70-х годов, когда они стали популярны, - время активной борьбы "органов" с разного рода антисоветчиками. А вот за анекдоты о Штирлице - ничего... Их собирали и рассказывали и стар, и млад, в том числе и чекисты, и сексоты. И, похоже, относились к ним вполне одобрительно. В чем тут, по-вашему, дело?

Александра Архипова: Понимаете, нельзя сказать, что было одобрительным, нет такого свидетельства. С другой стороны, конечно, за рассказами анекдотов о Штирлице не стояла крамола. Можно еще упрекнуть в том, что, рассказывая анекдоты про глупого Чапая, ты снижаешь образ советского командира. Но странно утверждать, что ты снижаешь образ советского разведчика, рассказываешь анекдот "Штирлиц выстрелил в слепую, слепая упала". Или: "Штирлиц любил камерную музыку, но в камеру музыка не проникала". Или: "Штирлиц шел по Берлину и увидел девушек. -"Недосуг", - подумал Штирлиц".

Несомненно, если утверждать, что у Андропова была какая-то цель, и эта цель содержала в себе, например, идею прославить интеллектуальные игры разведчиков, сделать упор на их интеллектуальную мощь, этой цели он добился, потому что Штирлиц всегда думает.

Владимир Тольц: Ну, с чекистами понятно. А почему, как вы считаете, анекдоты про Штирлица стали самыми популярными в разных слоях советского общества?

Александра Архипова: Потому что эти анекдоты устроены довольно однотипно. Они задействуют ту механику, использование клише в стилистике Копеляна: Штирлиц шел и увидел то-то..., подумал Штирлиц - это довольно легко воспроизвести. Это довольно часто использовалось в анекдотах о Штирлице, что воспроизводится довольно просто. И любой носитель русского языка от маленького ребенка до пожилого человека это воспроизведет, даже не смотря фильм о Штирлице. Кроме этого, если Штирлиц вбирает в себя каламбуры, эти каламбуры изначально были связаны с фильмом, то потом к таким анекдотам можно прилепить любые каламбуры или любые современные события. Это оказывается удобной матрицей, куда укладывается все, что угодно. Например, старый анекдот про кирпич, который бросает Мюллер и думает: "Вот тебе раз. Вот тебе два", трансформировался в то, что Штирлиц увидел, как взорвалась одна башня: "Вот тебе раз", - подумал Штирлиц. "Вот тебе два", - подумал Мюллер, взрывая вторую башню.

Владимир Тольц: Вы имеете в виду нью-йоркские башни Мирового торгового центра?

Александра Архипова: Да. Глупый анекдот, но, тем не менее, он возник, и было довольно много вариантов после 11-го сентября. Как мы можем это интерпретировать? Сидят люди, смотрят передачи CNN, слушают радио, смотрят новости в Интернете и у них возникает некоторое желание это прокомментировать, а они комментируют не как-нибудь, а используя старую матрицу, которой, между прочим, 30 лет, причем, довольно глупо, хотя бывают и очень остроумные варианты. К одному из недавних остроумных вариантов про нового Штирлица относится анекдот: "Штирлиц подвел итоги. Больше Киселев ему руки не подавал".

Владимир Тольц: Да, похоже, у никогда не существовавшего Штирлица давно уже началась "вторая жизнь". (А может даже, и третья, и четвертая - если считать жизни вначале книжного персонажа, затем киногероя, и еще две анекдотического (эпического на самом деле!) супергероя...

Александра Архипова: Забавно, что вторая жизнь в анекдотах про Штирлица возникает даже с точки зрения языка, новые слова в языке они тоже проникают. Например, такой анекдот: "Штирлиц ждал боя, но пришла "герл". Он был бы невозможен, общий механизм тот же самый, простой каламбур, построенный на омонимии, но это было бы невозможно еще даже десять лет тому назад, потому что слова англоязычные "бой" и "герл, например, "бой-френд", они не вошли настолько в русский оборот. И здесь, конечно, только сейчас этот анекдот стал возможен, стал понимаем большой частью аудитории.

Владимир Тольц: В заключение вернусь к тому, с чего начал: мне удивительно, что анекдоты о Штирлице рассказывают нынче дети, "17 мгновений" не видавшие и об Отечественной войне имеющие весьма смутное представление. Те самые дети, которые по мысли Синявского и спасут героический эпос нашего времени - анекдоты от смерти...

Александра Архипова: Удивительным образом анекдоты о Штирлице выживают всегда. Например, запись от детей, которые не смотрели фильм о Штирлице и не очень понимают, к каким действиям апеллируют события, которые упоминаются в них, у них возникает в пару к Штирлицу не Мюллер и не Борман, а у них возникает другой персонаж вполне исторический, не русский - у них возникает Рейган. - Появляются анекдоты, где действует Штирлиц и Рейган. Почему Рейган? - Потому что имя похожее звучит, такое же ударение, как Мюллер, как Борман. И кроме того, это имя, которое дети слышали по телевизору. Это анекдот горбачевского времени, когда все время говорили о встречах Горбачева и Рейгана, о Рейгане, о разоружении и так далее. Естественно, что происходит такой эффект, Рейган попадает в анекдоты, заменяет собой Мюллера, но при этом структура сохраняется, анекдот выживает.

Владимир Тольц: А в качестве постскриптума вот вам последний анекдот про героического полковника:

Штирлиц шел по коридору Лубянки. Навстречу ведут арестанта.

- Ходорковский! - подумал Штирлиц и пошел отправлять шифровку в Центр. Но рация не работала. Чубайс за неуплату отключил электричество.

  • 16x9 Image

    Владимир Тольц

    На РС с 1983 года, с 1995 года редактировал и вел программы «Разница во времени» и «Документы прошлого». С 2014 - постоянный автор РС в Праге. 

XS
SM
MD
LG