Ссылки для упрощенного доступа

logo-print

О календарях


О календарях



Владимир Тольц:

Для начала я хочу привести отрывок из мемуаров Казановы, о его споре с российской императрицей Екатерины Второй по поводу расхождения григорианского и юлианского календарей. Екатерина Вторая отстаивала преимущество последнего.

Казанова: "Суждения Вашего Величества исполнены мудрости и великого восхищения достойны, но что до Рождества..."

Екатерина: "Только в этом Рим прав, ибо мы не празднуем его в дни зимнего солнцеворота, нам это ведомо. Позвольте Вам заметить, что это сущая безделица. Лучше допускать эту небольшую оплошность, чем нанести подданным моим великую обиду, убавив на одиннадцать дней календарь и тем самым лишив дней рождений или именин два или три миллиона душ, а, пуще того, всех. Ибо скажут, что по своему неслыханному тиранству я убавила всем жизнь на одиннадцать дней".

Мы детства слышим - "все врут календари". Но что именно?

Для участия в передаче я пригласил сегодня историков: доцента МГУ, кандидата исторических наук и кандидата физико-математических наук Андрея Юрьевича Андреева; доктора исторических наук, ведущего научного сотрудника Института востоковедения российской Академии наук и профессора Православного университета Иоанна Богослова Андрея Борисовича Зубова; и научного сотрудника Государственного архива Российской Федерации Ольгу Валериановну Эйдельман.

Сегодняшний выпуск "Разницы во времени" посвящен календарям, в частности, расхождениям между юлианским календарем и календарем григорианским, тому, как эта разница между старым и новым стилями сказывается на нашей жизни, как она, возможно, будет сказываться в дальнейшем.

Но первый вопрос, который я хочу задать сегодняшним уважаемым собеседникам-историкам, связан непосредственно с названием нашей программы - "Разница во времени". А точнее, с рассуждениями, которые мне часто приходится слышать (простите за тавтологию) от слушателей наших передач, читать в их письмах.

У меня складывается впечатление, что некоторые наши слушатели часто путают время, как всеобщую и неотъемлемую составляющую истории, с системами его счисления, с календарными стилями, а также с историографическими системами периодизации прошлого. На этом строятся представления об особом для той или иной культурной или исторической общности времени. И они, в свою очередь, кладутся в основание часто малоубедительных, на мой взгляд, объяснений особенностей как минувшего, так и настоящего.

Берется, к примеру, традиционная периодизация западноевропейской истории, а затем утверждается, что там средние века были в одно время, а у нас (речь идет о России) в другое, а потому нечего, де, сравнивать и соединять здешнюю и тамошнюю историю - это предметы несопоставимые. Или вот еще одно диковинное рассуждение, которое мне довелось несколько лет назад услышать. На основании расхождения в юлианском и григорианском календарях утверждалось, что западное Рождество - дата фальшивая. Хотя, например, даже императрица Екатерина Вторая в беседе с Казановой считала, что как раз празднование Рождества на Западе астрономически более точное, чем в России. Но вот все эти рассуждения о "фальшивой" дате рассматриваются как доказательство, (в данном случае, в том разговоре, о котором я сейчас вспоминаю), рассматриваются как доказательство неистинности, фальшивости веры христиан, отмечающих Рождество по григорианскому календарю. Таких вот комичных, в общем, примеров можно приводить много.

Но поскольку сегодняшняя передача должна носить отчасти и просветительский характер, я попросил бы вас сейчас хотя бы кратко объяснить нашим слушателям, чем время, как составляющая истории, отличается от календарного времени, то есть от систем его исчисления.

Андрей Андреев:

Дело в том, что каждая цивилизация, каждая культура живет, исходя из своих имманентных внутренних ритмов. И эти ритмы, конечно, у каждой истории свои. И, на мой взгляд, ничего здесь удивительного нет, если бы у нас средние века были действительно несколько позже, чем на Западе. Другое дело, что ядро наших средних веков совпадает с западной историей, но это никак не опровергает ценность той или иной истории. Просто у каждой культуры есть свои внутренние ритмы, свои внутренние законы.

А что касается абсолютного времени, то это время физическое. Физическое время, как некоторая довольно сложная и математическая, и одновременно философская категория. Мог бы назвать десятки книг, посвященных раскрытию понятия физического времени. Мы все его так или иначе чувствуем, оно перед нами бежит на наших часах по секундной стрелке. Так вот это время входит в разнообразные уравнения, разнообразные законы, но, на мой взгляд, достаточно далеко от опять-таки понятия культуры, истории, где есть какие-то свои внутренние периодизации, которые с этой глубокой метафизикой не напрямую связаны.

Владимир Тольц:

Сегодня мы говорим о календарях, в частности, о расхождениями между григорианским и юлианским календарями, между так называемыми "старым" и "новым" стилями летосчисления.

Ольга Эйдельман:

Есть же еще концепция, которая трактует историческое время как неравномерно текущее для разных процессов. Экономические процессы, социальные, политические или, скажем, война измеряются в разных темпах и разных ритмах. Поэтому можно рассматривать историческое время как такой слоеный пирог, в котором одни слои текут быстрее, другие медленнее. В общем-то все это скорее образные разговоры, чем на самом деле какая-то практическая необходимость для понимания истории.

Владимир Тольц:

А теперь давайте все же займемся нашей "календарной темой", а, если точнее, этой разницей между юлианским и григорианским календарями. Я попрошу сейчас Ольгу Валериановну Эйдельман коротко, как то диктует формат передачи, рассказать, как возникли, как возникали разные календари, в частности, юлианский и григорианский, и на чем основано расхождение этих двух календарей.

Ольга Эйдельман:

Календари... Нужно, наверное, начать с того, что мы так привыкли к календарю, что нам кажется совершенно естественным такой счет времени. Да, годы, месяцы, недели, понедельник, воскресенье - вроде бы это само собой разумеется. Но на самом деле представим: вот вращается земля вокруг солнца, сменяются сезоны, день сменяется ночью и эти процессы цикличны и бесконечны. Значит нужно, во-первых, уловить единицу этого цикла - откуда докуда считаем, с утра до утра, например, от полнолуния до полнолуния, от весны до весны и установить какую-то определенную единицу и момент ее начала.

Естественно, что есть два очевидных природных ритма, по которым можно строить календарь. Это, во-первых, период обращения земли вокруг солнца - год, и, во-вторых, фазы вращения луны - месяц. Соответственно можно говорить о двух основных типах календарей, которые существуют, одни привязаны к луне, другие к солнцу, лунные и солнечные.

Наш календарь мы унаследовали от тех народов, которые выбрали солнечное исчисление. В принципе, коренится он в календаре древних египтян. В Египте календарь был в принципе похож на наш. Они считали в году 365 суток, год состоит из 12-ти месяцев по 30 дней и 5 дней добавочных, которые они ставили на грани годов. При этом египтяне прекрасно знали основную проблему, с которой сталкивались все, кто занимался составлением календаря. Период обращения земли вокруг солнца не укладывается в точное число суток - 365 суток 5 часов 48 минут 6 секунд. И вот из-за этого хвостика такого неровного календарь все время сбивается. У египтян этот календарь за четыре года уходил на сутки. Они об этом, в принципе, прекрасно знали, но решили с этим не бороться, а просто мирились с тем, что начало года потихоньку сползает, блуждающее и так и жили. Им было довольно безразлично, что у них новый год приходится попеременно на разные сезоны.

Этот календарь был унаследован римлянами в 46-м до новой эры. Цезарь реформировал старый римский календарь и получилось то, что мы сейчас называем старым или юлианским стилем. Тот стиль, по которому жила Россия до 1918-го года. 365 дней в году, високосный год каждые четыре года. Но следующая реформа календаря, которую мы называем новым стилем, произошла тоже довольно давно. Новый стиль у нас насчитывается от реформы Папы Григория Тринадцатого 1582-го года.

Владимир Тольц:

Должен заметить, что в рассуждениях, которые прозвучали, и несколько, на мой взгляд, становятся уже сложными для восприятия на слух, присутствует не только исторический аспект, но и астрономический. И здесь самое время вновь выслушать Андрея Юрьевича Андреева, являющегося не только историком, но и астрономом.

Андрей Андреев:

Начну с того образа, который привела Оля вначале, - что земля вращается по кругу. Казалось бы, это естественно. И даже некоторые говорят, что день рождения им потому приятно праздновать в один и тот же день в году, что они как бы возвращаются на свою родину, в ту точку пространства, где они родились когда-то сколько-то лет назад. Это очень наивно. Вы понимаете, земная орбита описывается какими-то законами, но совсем не похожа на кольцевую автодорогу. И образ, что вот мы ездим по кольцу и каждый год проезжаем мимо одного и того же километрового столбика, где мы выходим, пьем шампанское за свой день рождения, это совершенно образ неправильный.

Начать с того, что никакого абсолютного пространства, то есть никакой плоскости, по которой была бы проложена эта кольцевая дорога, не существует. Суть того открытия, перевернувшего физику 20-го века, Эйнштейна была в относительности движения. И в некотором смысле он "закрыл" открытие Коперника, да будет мне позволено так сказать. Потому что спор, что вокруг чего вращается - земля вокруг солнца или солнце вокруг земли, с точки зрения Эйнштейна теряет свою остроту. Ответ на него зависит от выбора точки зрения или, как говорят физики, от выбора системы отсчета. То есть, конечно, мы находимся на земле, и солнце, совершенно очевидно, мы это видим, вращается вокруг земли. Если бы мы были на далеких звездах, которые будем считать неподвижными, то мы бы там увидели, как земля вращается вокруг солнца. Но даже на этих далеких звездах мы все равно не увидели бы кольцевую дорогу. Потому что мы также там увидели бы, что солнце вращается вокруг центра галактики, кстати, довольно быстро, скорость движения солнца порядка двухсот километров в секунду. Вся галактика вращается вокруг центра скопления галактик, ну и так далее. Как вы понимаете, все находится в непрерывном движении, на что еще накладывается известное, наверное, всем уже теперь расширение Вселенной. Так что мы в принципе не можем вернуться в прежнюю точку.

Что же тогда такое год, если нет этого кольца? Вот на самом деле речь как раз в относительном положении светил, земли и солнца, земли и луны, как сказала Оля, потому что можно рассматривать и лунный год, наконец, земли и звезд. Что является маркой для солнечного года, что является границей солнечного года? Казалось бы понятно, - опять-таки Оля нам сказала, - полный оборот земли вокруг солнца. Но мы, находясь на земле, не видим этого полного оборота, на звездах мы бы его увидели, здесь на земле нам его не видно. Что же мы видим на земле? Солнце движется по небу и каждый день оно чуть выше или чуть ниже предыдущего дня. Когда солнце высоко - наступает лето, когда солнце низко - наступает зима, происходит смена времен года. И поскольку солнце периодически возвращается в одну и ту же точку неба по высоте, то вот возвращение солнца в одну и ту же точку неба по высоте и называется годом. Солнце здесь было в этой точке неба уже год назад. Таких точек можно выбрать несколько на небе. Общепринятая это точка весеннего равноденствия. Значит год - это то время, за которое солнце проходит вновь точку весеннего равноденствия. Надо сказать, что это вполне конкретный и видимый на земле момент. Вот представьте себе Северный полюс, как известно, вся земля вращается, если смотреть со звезд, а вот Северный полюс и Южный полюс не вращаются, поэтому там нет смены дня и ночи. Поэтому на Северном полюсе полгода день, полгода ночь. И вот солнце там показывается из-за горизонта, происходит восход как раз в момент весеннего равноденствия. То есть это вполне конкретный физически определенный момент, когда солнце всходит на Северном полюсе, соответственно, оно заходит на Южном полюсе.

Чему же равно это время? Астрономы посчитали, и этот год называется тропическим, что он равен ровно 365 дней 5 часов 48 минут 46 секунд. Напомню, что наш юлианский год, о котором мы сейчас будем постоянно говорить, год с високосными годами раз в четыре года, он равен 365 дней и 6 часов, то есть тропическому году не хватает до юлианского чуть больше 11-ти минут. Но самое-то интересное, что это не полный оборот вокруг солнца. Если бы смотрели со звезд, мы бы увидели, что новое равноденствие наступает, когда земля немножко не докручивает полный оборот. Тому есть строгая физическая причина, я не буду ее, конечно, в эфире объяснять, но еще раз подчеркну - каждый год, каждый оборот земля не докручивает порядка двадцати минут до полного оборота, следующее равноденствие наступает на двадцать минут раньше полного оборота. Поэтому астрономический год больше тропического. Он равен 365 дней 6 часов 9 минут и 10 секунд и он больше юлианского на 9 минут.

Как вы видите, юлианский год ближе к астрономическому, чем к тропическому. Чисто солнечный год связан с тропическим годом. Это тот год, который строили египтяне, у них цикл земледельческий как раз строился вокруг солнца. Есть лунный год, который привязан к фазам луны. Лунный год равен 12-ти месяцам, 12 месяцев недобирают немножко до солнечного года, поэтому остается 13-й добавочный месяц. И самый точный лунный календарь это еврейский. Вот поразительно, что юлианский календарь, наш юлианский старый стиль, согласует и солнечный, и лунный календарь.

А вот григорианский календарь, который принял папа Григорий Тринадцатый, это чисто солнечный календарь. То есть он принципиально здесь уступает юлианскому по точности и по согласованию с астрономическими данными. А вывод вот какой: григорианский календарь нарушает согласование луны и солнца, которое было в юлианском календаре, кроме этого, с астрономической точки зрения, он ничем не лучше, чем юлианский, наоборот юлианский лучше приближает астрономический год, как я уже показал. И, наконец, сама реформа Григория Тринадцатого это сокращение десяти дней в 1582-м году. Папа Римский убрал десять дней, он убрал их, подтягивая равноденствие. Ну, может быть, во второй части я более подробно расскажу, зачем он это сделал. Но, подтянув солнце к нужной ему дате, он при этом не может же одновременно подтянуть Луну, Юпитер и все остальные планеты, поэтому григорианский календарь содержит колоссальные ошибки ко всем остальным светилам, что очень затрудняет астрономические вычисления. До сих пор астрономы вычисляют по прежнему юлианскому календарю, а потом уже переводят все в новый стиль. То есть астрономически григорианский стиль никаких преимуществ не содержит, наоборот не обоснован.

Владимир Тольц:

И снова про Казанову: убеждая Екатерину Вторую принять в России григорианский календарь, он ссылался на опыт просвещенной Европы, там, где даже английские протестанты признали это начинание Римского папы. "При таком всеобщем согласии, - говорил итальянец русской императрице, - Европа дивится, что старый стиль все еще существует в стране, где государь явный глава церкви и есть академия наук". По мнению Казановы: "Петр Великий наверняка перешел бы на новый стиль, узнав, что даже англичане проделали это". "Всем известно, - ответствовала с любезным и лукавым видом Екатерина, - что великий Петр не был ученым".

...В первой части передачи мы уже выяснили астрономический аспект проблемы расхождения старого и нового стилей. А сейчас я попробую вернуть нашу беседу в историческую плоскость.

- Скажите, для описания прошлого, какой стиль более удобен?

Андрей Андреев:

Двойная датировка событий используется сейчас в русской истории. Введена она была в советской историографии после 1918-го года, когда советская власть перевела нашу страну на новый стиль. И сейчас у каждого события до 18-го года есть две даты - старый и новый стиль. На мой взгляд, это очень неудобно и очень запутывает суть событий.

Вот пример с юбилеями, достаточно простой и яркий. Дело в том, что сейчас для юбилеев, например, для юбилея Пушкина, который недавно прошел, существует такое правило: отмечается новостильная дата, соответствующая тому веку, когда родился этот человек. Скажем, Пушкин родился в 18-м веке, тогда правила перевода календарей призывают нас прибавлять 11 дней к дате его рождения. Пушкин родился 26-го мая по старому стилю, прибавляем 11 дней, получается 6-е июня. Теперь представьте, что Пушкин сам отмечает свой день рождения, он это же делает в 19-м веке, а в 19-м веке надо прибавлять 12 дней, значит сам Пушкин отмечал свой день рождения 7-го июня. А сегодня в нынешнем веке 26-е мая старого стиля падает на 8-е июня. И получается, что та дата 6-го июня это дата абстрактная, это дата, которая была в Европе, скажем в Париже, в тот день, когда родился Пушкин. Но Пушкин жил и Россия жила по старому стилю, вот прямое указание как запутывает нам новый стиль празднование юбилеев.

Может быть еще более простой пример: Петр Первый родился в день памяти святого Исаакия Далматского, отсюда у нас сейчас Исаакиевский собор в Петербурге стоит. Петр, естественно, праздновал свой день рождения в этот день. И сейчас этот день 30-го мая старого стиля, 12-го июня нового стиля. Но если мы переведем по правилам историографии, что я сказал, 30-е мая в пересчете на 17-й век, мы получим 9-е июня, что, естественно, ошибочно, никакой памяти Исаакия Далматского в этот день не празднуется.

Но еще более яркий пример, это Московский университет, праздник всего студенчества Татьянин день, это 12-е января старого стиля. Сейчас память мученицы Татьяны празднуется 25-го января нового стиля, 12-го старого. Если мы переведем по старому правилу, должны прибавлять 11 дней, получим опять неправильную дату - 23-е января.

Новой стиль очень сильно запутывает датировку для русской истории. Заметим, европейская история вообще не пользуется двумя стилями. Казалось бы, Колумб открыл Америку до календарной реформы, то есть как будто бы по старому стилю. Дата открытия Америки - 12-е октября 1492-го года. Почему эту дату не перевести на новый стиль? Почему бы не праздновать открытие Америки по правилам Григория Тринадцатого? Но нет же, вы знаете, как прошел этот юбилей 500-летия открытия Америки, никто, естественно, эту дату не переводил. Так что для русской истории григорианский календарь никакого значения не имеет. Нужно четко придерживаться одного календаря, не вводить путаницу, этот один календарь юлианский.

Единственное исключение, пожалуй, когда событие равно относится к русской и европейской истории, скажем, Бородинская битва. Бородинская битва по нашему календарю 26-е августа, по европейскому - 7-е сентября. Обе эти даты реально мы видим в документах, соответственно, русской и французской армии. Но, естественно, юбилей мы отмечаем по тем правилам, которые я сказал, и придерживаемся строго юлианского календаря.

Владимир Тольц:

Ну так сложились обстоятельства, что сейчас юлианский календарь в России это прежде всего календарь, по которому живет Русская Православная Церковь. И вот я сейчас хочу спросить у Андрея Борисовича Зубова, как сказывается то, что церковь использует юлианский календарь на ее повседневной жизни? Как сказывается на этой жизни нарастающая разница между старым и новым стилем? Вообще, не возникали ли идеи в церкви возможного перехода на григорианский стиль? Как относятся к этому и клирики, и прихожане?

Андрей Зубов:

Безусловно, вопрос о расхождении дат он, конечно же неудобен, конечно же мешает. Классический пример это то, что реальный гражданский Новый год празднуется до Рождества, то есть до 7-го января, хотя традиционно считалось, что Новый год всегда праздник, который последует Рождеству Христову. И таких вот взаимных накладок довольно много. Кроме того, как вы совершенно правильно сказали в начале передачи, по сути говоря, само Рождество Христово в некотором роде условная дата. Когда в 4-м веке после рождества Христова как раз вводился праздник Рождества Христова, тогда было принято, что он должен праздноваться в день зимнего солнцеворота, то есть в тот день, когда начинает прибавляться день. И вся церковная обрядность, все песнопения Рождества Христова так или иначе связаны с этим фактом. Например, знаменитый рождественский тропарь звучит так, что "Рождество твое, Христе Боже наш, воссияй мир и свет разума", дальше Христос сравнивается с солнцем. То есть вот идея солнца, идея солнца победительного, солнце побеждающего.

Конечно, когда сейчас между Рождеством Христовым и начала возрастания светлого времени дня разница в две недели, то все это утрачивает свой первоначальность смысл. Вот все эти вещи они давно волновали православную церковь. И у нас еще в 19-м веке работала комиссия, работала она, по-моему, с перерывами вплоть до революции, которая как раз должна была решить вопрос о возможности, о целесообразности перехода на общеевропейский григорианский календарь. Но то, что тонко обсуждали многие годы ученые и люди Церкви, одним ударом меча загубили большевики, когда взяли и ввели вот этот гражданский год по григорианскому календарю. И после этого, надо сказать, Церковь отнюдь не стала в полное непринятие этого решения, поскольку одна за другой православные церкви мира переходили на новый стиль.

В настоящее время, сколь мне известно, только Русская православная церковь и Иерусалимская православная церковь из больших патриархатов сохраняют верность старому стилю. Причем Иерусалимская церковь сохраняет верность старому стилю в сущности по конъюнктурным соображениям. Дело в том, что приходится одни и те же праздники в одних и тех же святынях, например в храме Гроба Господня или храма Рождества Христова в Вифлееме праздновать вместе с католиками, вместе с лютеранами. Чтобы разнести дни празднования, естественно удобнее праздновать православным по другому календарю. Патриарх Тихон в последние годы своей жизни собственно высказывался совершенно положительно за переход на новый стиль, но общество, русское православное общество, тогда было против этого. Причина понятна - после того, как победили большевики, явно богоборческая, богопротивная с точки зрения всей религиозной части русского общества, власть, получать из их рук какой-то дар, следовать их ценностным установкам, все равно, в языке ли, в календаре ли, в чем-либо еще, считалось каким-то фактом молчаливого согласия с этой новой властью. И поэтому новый стиль, равно как и русский язык богослужения принципиально был отвергнут самим православным народом.

Надо сказать, что здесь еще возникает одна такая естественная форма. Дело в том, что по мере секуляризации жизни, внешней жизни, церковь проходит два этапа, может их пройти. Первый этап - это попытка отгородиться от секуляризующегося мира и загородиться таким иконостасом обряда. Когда и язык, и календарь, и формы обращения, и формы жизни, и облачение, и вообще все, что связано с миром церкви, должно быть максимально отлично от того, что происходит в миру, который гонит Бога, который оставил веру, который имеет совершенно другие ценности. Потом может наступить, а может, конечно, и не наступить, следующая фаза, когда церковь ломается и начинает идти на полный компромисс, на полное соглашение с миром. Может произойти и обратное, может мир вернуться в лоно церковное. Но вот что касается как раз календаря, то здесь сейчас проблема стоит не в том, чтобы сломаться и уйти в этот секулярный мир, а проблема стоит в том, чтобы как раз русской церкви, после того уже, как противостояние большевизму как подателю нового стиля естественно исчезло, может быть пойти по пути всех остальных церквей православных и постепенно перейти на новый стиль, хотя это и крайне опасно в практическом смысле, поскольку большевизм оставил Россию не только с новым стилем, но он оставил Россию и с крайне духовно, культурно необразованным обществом. И в частности, христианское православная часть общества сейчас очень часто воспринимает внешние формы, внешние элементы обряда, как некоторые абсолютные принципиальные догматы. И поэтому переход, скажем, на новый стиль, такой одноразовый, декларативный, без соответствующих объяснений и подготовки общества, он мог бы вызвать и, как я знаю, боится священоначалие, может вызвать раскол, появление секты "старостильников", что, разумеется, ни в малой степени не входит в интересы священоначалия. В этом смысле справедливы слова апостола Павла, что если то, как я ем, соблазняет брата моего, то не буду есть мясо во век. То есть лучше век пользоваться старым стилем, но только не позволять в церкви раскол. Но это, конечно же, я бы сказал, дань политической или общественно-политической конъюнктуре, а не высокому богословию и, конечно же, не высокой астрономии, как нам прекрасно здесь рассказывал Андрей Юрьевич.

Андрей Андреев:

Переход в церковной жизни на новый стиль столь же необоснован с научной точки зрения, в данном случае со стороны церковной науки, как и с астрономической, что я пытался сказать, и с исторической точки зрения. Дело в том, что сам Папа Григорий Тринадцатый, вводя новый стиль, не ставил целью выяснить, какая верная дата у Рождества, например, или у других неподвижных праздников, речь шла о корректировке пасхалий. То есть с этого надо начинать.

Проблема как бы распадается на две: на проблему отношений неподвижных праздников и подвижных. Дело в том, что церковный год это их неразрывное единство. Все подвижные праздники отсчитываются от Пасхи, у всех неподвижных есть свои постоянные даты, как у Рождества Христова, например, 25-е декабря, которое и у западных христиан таковым является, и у нас. Мы не празднуем Рождество Христово 7-го января, мы его празднуем 25-го декабря, только по старому стилю. Но это к слову. Итак, суть реформы Григория Тринадцатого была в корректировке пасхалий. Дело в том, что пасхалия была основана в 4-м веке нашей эры на знаменитом Никейском соборе. Вычисление Пасхи сводилось к довольно простому правилу, канонизированного этим собором. Пасха празднуется в первое воскресенье после первого полнолуния после весеннего равноденствия. И вот проблема состояла вот в чем: папские ученые заметили, что равноденствие уходит в юлианском календаре, постепенно с течением времени равноденствие начинает становиться все раньше и раньше. Это как раз связано с тем, что юлианский согласован с лунным календарем и с астрономическим годом, но не с тропическим. Подчеркну, что григорианский календарь согласован с тропическим годом.

Итак, равноденствие в 16-м веке, когда Папа проводил свою реформу, падало уже не на 21-е марта, как во времена Никейского собора, а на 11-е марта, то есть десять дней была разница. И вот у Папы в его булле так и написано: вернуть равноденствие на надлежащее ему место. Если угодно, Папа приказал солнцу. Не будем обсуждать это дальше, но слова довольно гордые. Он подтянул календарь на десять дней, убрав эти десять дней и вернул равноденствие вновь на 21-е марта, откуда оно в григорианском стиле уже никогда не уйдет и всегда останется 21-го марта. И после этого, как он считал, можно опять вернуться к Никейской пасхалии, то есть пользоваться тем правилом, которое только что назвал.

Но Папа ошибся и ошибся именно с научной точки зрения. Суть его ошибки характерна по отношению к тому, как католическое богословие трактует церковное предание - копируются буквы, но не смысл. Папские ученые совершенно не разобрались в смысле решения Никейского собора в том, как именно празднуется Пасха, почему она так установлена.

Буквально в двух словах о смысле празднования Пасхи. Приготовление и сам праздник говорит нам о евангелиевских событиях. Христос был распят в день Пасхи иудейской, а затем на третий день воскрес. Важно, что иудейская Пасха празднуется по еврейскому календарю 14-го или 15-го нисана. Нисан - это первый весенний месяц в их календаре, и поскольку календарь еврейский лунный, о чем я уже говорил, это ровно соответствует полнолунию. Полнолуние в нисане наступает после весеннего равноденствия. То есть смысл решения Никейского собора - Пасха празднуется в первое воскресенье после Пасхи иудейской.

Что же получилось после того, как Римский Папа подтянул календарь на десять дней, а сейчас уже разница достигла 13-ти дней? Календарное согласование по солнцу и луне, которое было в юлианском стиле, сбилось, разрушилось. И это неустранимая ошибка, она будет увеличиваться из века в век в григорианском стиле. Теперь первое полнолуние после весеннего равноденствия часто уже наступает до иудейской Пасхи, и поэтому примерно в четверти случаев, как показывают расчеты, католическая Пасха предшествует Пасхе иудейской, что нарушает сам смысл этого праздника. А кроме этого, такое нарушение попадает под определение целого ряда церковных соборов, которые предписывали считать тех людей, которые празднуют Пасху христианскую одновременно с Пасхой иудейской, еретиками.

Владимир Тольц:

Мы говорили сейчас о праздниках церковных, ну вот у меня попутный вопрос о светских памятных датах. Ольга Валериановна, просветите неверующих коммунистов, когда они свой праздник 7-го ноября начнут отмечать 8-го?

Ольга Эйдельман:

В чем суть реформы Григория Тринадцатого, помимо того, что он убрал вот эти десять дней? - Для того, чтобы в дальнейшем это разница не набегала, а юлианский календарь по сравнению с тропическим годом ошибку одни примерно сутки за 128 лет. Значит каждые 128 лет набегает день. По григорианской реформе был немного скорректирован порядок постановки в календарь високосных годов. По юлианскому календарю, по старому стилю, високосный год это каждые четыре года. Для того, чтобы эти лишние года убрать, было решено каждые, соответственно, четыреста лет лишние високосные годы выбрасывать. Правило подсчета такое: те годы, которые кончаются на два нуля, 1700, 1800, високосными не являются, они исключаются из порядка високосных лет за исключением тех годов, у которых сумма первых двух цифр делится на четыре. таким образом, 1700-й год не должен быть високосным и 1800-й, и 1900-й. Вот на этих-то годах и набегала разница между старым и новым стилем, та разница, о которой мы говорим, что в 18-м веке - 11 дней, в 19-м - 12, в 20-м - 13 дней. Теперь мы переходим рубеж 2000-го года. 2000-й год у нас был високосным, потому что 20 делится на четыре. Поэтому сейчас, при переходе в новый век, вот этой разницы в еще один день между двумя календарями не возникло, они оба прибавили по одному дню. Так что в 21-м веке мы можем жить спокойно и праздновать 7-е ноября по старому 7-го ноября. А вот в 22-м веке уже придется думать о прибавке лишних дней.

Владимир Тольц:

Или о других праздниках...

Время нашей передачи подходит к концу, пришло и для меня время спустить вас с небес на землю. Мы записываем эту передачу уже после русского православного Рождества, а пойдет она в эфир в первый день так называемого старого Нового года. Скажите, вы будете его праздновать?

Ольга Эйдельман:

Будем.

Андрей Зубов:

У меня маленькие дети, которые любят любую дату, особенно которая связана с тем, что Дед Мороз приносит подарки. Я думаю, что Дед Мороз и на этот раз что-нибудь положит под елку. Но по правде сказать, от такого большого количества празднований, то есть сначала западного стиля Рождество, потом западного стиля Новый год, потом православное Рождество, потом православный старого стиля Новый год. В общем-то становится сложновато даже Деду Морозу, начинает потихоньку разоряться. Поэтому, я думаю, конечно, Новый год мы сейчас все празднуем с 31-е декабря на 1-е января по григорианскому стилю, даже в православных семьях.

Владимир Тольц:

И, тем не менее, передача, которая пойдет в первый день старого Нового года, это по сути дела последняя возможность в уходящем старом старом году и в наступившем старом новом году, - тут можно запутаться! - пожелать что-то нашим слушателям. Что бы вы могли им сказать напоследок?

Ольга Эйдельман:

Я думаю, что коль скоро разговор у нас календарный, то и пожелания должны быть сходны. И вывод из всех наших календарных дискуссий: все хорошо, когда мы находимся все вместе в одной системе отсчета, проблемы начинаются, когда системы отсчета становится две и проблема с переходом из одной в другую. В этой связи желать нужно, чтобы мы находились в одной системе координат и непонимания из-за разных точек отсчета и разных способов счета у нас не возникало.

Андрей Андреев:

Вы упоминали комиссию, которая работала в России накануне 20-го века, около 1900-го года. Я хочу в качестве пожелания, зачитать вывод, к которому пришла эта комиссия: "Историческая миссия в России в том, чтобы сохранить юлианский календарь и через то облегчить для западных народов возвращение от ненужной никому григорианской реформы к неиспорченному старому стилю".

Андрей Зубов:

Ну и наконец я. Бог находится по ту сторону времени, по ту сторону языка и человек дает ему не тот или иной стиль, не тот или иной язык, а дает ему свое сердце. И вот мне кажется, что если человек научится отдавать свое сердце Богу, научится давать в своем сердце место любви и добру, то тогда все проблемы эти, достаточно внешние, достаточно формальные, достаточно, кстати говоря, локальные, потому что не всему человечеству свойственны, они найдут свое место, человечество в них разберется.

И я бы хотел бы пожелать, хотя мне в это трудно верится после ужасного 20-го века, чтобы 21-й век, наученный бременем ошибок наших и наших отцов, которые случились в прошлом столетии, был бы веком не разъединения, а веком соединения человека с человеком, человека с Богом и человеческой совести с человеческими поступками.

  • 16x9 Image

    Владимир Тольц

    На РС с 1983 года, с 1995 года редактировал и вел программы «Разница во времени» и «Документы прошлого». С 2014 - постоянный автор РС в Праге. 

XS
SM
MD
LG