Ссылки для упрощенного доступа

logo-print

Гражданская война на землях Чечни

  • Александр Горянин


Редактор и ведущий: Анатолий Стреляный

Анатолий Стреляный: Как гражданская война протекала на землях Чечни и отчасти ее соседей. Небольшевистские газеты юга России называли тогдашние события в тех местах - Второй Кавказской войной. Она действительно сильно напоминала первую. Это была война без фронтов, но противостояния разворачивались по тем же линиям, что и во времена Ермолова и Лермонтова. Пришло другое поколение, изменилось оружие, но тактика борьбы осталась во многом прежней. Это мы о событиях 1917-1920 годов. Все, кто оставил воспоминания о тех событиях, на чьей бы стороне он не воевал, сходятся в том, что самыми необычными участниками войны были чеченцы. Историки привыкли относить начало Гражданской войны в России к 1918 году, но случай Чечни необычен. Здесь помимо вопроса о земле, сразу встал вопрос о нефти, уже в 1917 году.

Историк и этнограф Людмила Гатагова: Взаимоотношения между казачеством и местными народами очень сильно испортились после окончания Кавказской войны, когда в результате замерения края, власти, администрация кавказского наместничества стала в значительной части пахотных и приспособленных для земледелия земель раздавать казачеству. К концу XIX века сложилась такая ситуация, что большая часть земель оказалась у казачества. Горцы, в частности чеченцы, ингуши, оказались практически без земли. Все они владели, в среднем, участками от одной десятой до трех десятых десятины. Это совершенно крошечные участки. В то время как участки, раздававшиеся казакам и их семьям в станицах, превышали в десятки раз. И когда произошли события 1917 года, стало ясно, что земельный вопрос приведет к большой крови между горцами и казачеством. Потому что напряженность возникла с первых же дней государственного безвластия. Очень скоро начались просто самые настоящие боевые действия между казачеством с одной стороны и чеченцами и ингушами с другой стороны. Насилие, грабежи, захваты заложников, поджоги, убийства стало обыденной нормой. И большевики поняли, что это их козырная карта.

Василий Цветков: Сразу же после отречения Николая Второго от престола, с момента, когда в Петрограде установилось двоевластие - Власть Советов и Временного правительства - на Кавказе появляется еще одна власть - Союз объединенных горцев Кавказа. Во главе его встали политические деятели, которые с одной стороны имели авторитет среди населения Чечни, Ингушетии, Дагестана, но, с другой стороны, имели довольно тесные связи с российской аристократией. Это в первую очередь кабардинец Пшемаха Коцев, один из владельцев грозненских нефтепромыслов офицер русской армии чеченец - Тапа Чермоев, кумыкский князь Капланов, Князь Тарковский - один из знатных представителей дагестанских княжеских фамилий. Непосредственно после событий Октябрьского переворота в ноябре 1917 года в Екатиринодаре образуется так называемый "Юго-восточный Союз казачьих войск, горцев Кавказа и вольных народов степей". В декларации, которую этот Юго-восточный союз опубликовал, отмечалось в частности: "Гарантируя своим членам полную независимость их внутренней жизни, Союз обязуется содействовать им в подготовке их внутреннего устройства, как самостоятельных штатов будущей Российской демократической федеративной республики. С одной стороны, здесь уже на лицо разговор о конфедеративном отчасти устройстве. Но с другой стороны пока еще нет тех конфликтов, которые разгорятся на Северном Кавказе позднее, т.е. пока еще и казаки терские, и горцы, и вольные народы степей, под которыми в частности могли даже пониматься и российские крестьяне-переселенцы, все они объединены в этой общей декларации. Но один из первых терских атаманов Караулов - атаман терского казачьего войска, был зверски убит демобилизованными солдатами. Терское казачество оказалось обезглавленным. Большевистские структуры уже вышедшие из подполья к тому времени, начинают делать ставку на раскол между казачеством и горцами, постоянно апеллируя к неразрешенности пресловутого земельного вопроса. И поскольку это действительно был один из самых больных вопросов для Северного Кавказа, то посулы большевистских лидеров о том, что нужно только ликвидировать терских казаков, нужно их уничтожить, нужно сжечь эти станицы, и этот земельный вопрос будет разрешен. Вот эти посулы, эти обещания находили отклик в сердцах наиболее радикально настроенных горцев.

Анатолий Стреляный: Большинство паровозов России и весь Волжский флот ходили не на угле, а на мазуте. Керосином Баку, Майкопа и Грозного снабжалась половина Европы. Нефть означала большие деньги. Вот почему уже в мае 1917 года, т.е. задолго до большевистского переворота, чеченские абреки, разбойники стали делать попытки овладеть грозненскими нефтепромыслами. В Петроград шли телеграммы с требованиями прислать в Грозный военную охрану, но эти телеграммы оставались без последствий. Из-за интриг внутри новой демократической власти. Многим наверху хотелось показать бессилие Временного правительства по сравнению с царским правительством. Осенью 1917 года в Грозном завязалось настоящее сражение между частями вернувшегося с фронта Чеченского конного полка Кавказской туземной дивизии, более известной как "Дикая дивизия" и казаками. Сражение переросло в погром чеченцев Грозного. Их изгнали из города. В ответ был образован Чеченский национальный комитет во главе с шейхом Дени Арсановым. Грозный, спешно обнесенный колючей проволокой под током высокого напряжения, и опоясанный окопами превратился в осажденную крепость. Нефтедобыча полностью остановилась. Оба противника показали себя не с лучшей стороны. Казаки, заманив Арсанова на переговоры, убили его вместе с 50-ю мюридами. Абреки же громили, грабили и поджигали все, до чего могли добраться. Они сумели поджечь новые промыслы, старые остались вне их досягаемости, внутри оборонительного кольца. Смогли разрушить нефтепровод "Грозный-Петровск-Порт", ныне Махачкала. Осада была снята лишь весной 1918 года, когда власть в городе перешла в руки большевиков, чеченцы были на их стороне. А шесть нефтяных фонтанов пылали целых полтора года, их удалось погасить лишь в мае 1919 года после прихода Белых. В фонтанах сгорело нефти на сумму равную четверти годового бюджета Российской империи.

Людмила Гатагова: Многие думают, что набеги чеченцев на казачьи станицы есть свидетельство национальной розни. Однако набеги совершались не только в отношении казачества. Набеги совершались и на села и аулы, принадлежащие другим народам Северного Кавказа. И набеги совершались и в отношении своих собственных соплеменников. Набеговая система это не только привилегия "чеченцев", она была свойственна и другим. Это был определенный "модус вивенди". Набеговая система - это этап развития практически каждого народа. Это отголоски эпохи военной демократии, которая законсервировалась у чеченцев, когда многие народы уже давным-давно оставили позади эту эпоху. Набеговая система сохраняла поразительную живучесть. Малоземелье, невозможность обеспечивать пропитание. Первоначально набеги были обращены в сторону зажиточных ханств Дагестана, сел, аулов, деревень Грузии. Однако, по мере роста хозяйственного благополучия казачества, которое все больше и больше заселяло кавказскую линию, набеги стали оборачиваться против богатых казачьих станиц. С их развитой инфраструктурой, многочисленным скотом и плодородными землями, на которых снимался достаточно богатый урожай. Набеговая система - это отражение определенного уровня развития народа, отчасти - это определенный менталитет. В какой-то момент набеговая система чеченцев обернулась против казаков. Когда Российское правительство, пытаясь укреплять свои позиции на Кавказе, заселяло кавказскую линию, так называемую, азово-моздокскую, сунженскую населяло казачеством. Надо сказать, что очень скоро казаки тоже научились отражать набеги, во-первых. А во-вторых, совершать нападение на чеченцев тоже. В результате сложилась такая стойкая привычка к взаимным набегам. Когда началась Гражданская война, набеги приняли еще более ожесточенный оборот. И в ответ на выселение ингушами с сунженской линии несколько казачьих станиц, в середине летом 1919 года казаки совершили опустошительные набеги на ингушские села и дотла сожгли и уничтожили жителей аула Бартабас. Это было страшно кровавое деяние. После изгнания Добровольческой армии, когда Орджоникидзе дал санкцию ингушам на уничтожение казачества, все изменилось ровно наоборот. Было, в сущности, выселено почти 20 казачьих станиц, включая Сунженскую, Тарскую, Фельдмаршальскую, Воронцово-Дашковскую. Казаки семьями были изгнаны из этих станиц.

Василий Цветков: Горское правительство, которое пыталось пойти на компромиссы, пыталось выработать среднюю линию в поведении между казачьими лидерами, между терским казачеством и горцами. В этой ситуации вынуждено было для сохранения своего политического авторитета по существу идти на уступки вот этим самым горским радикалам. На Кавказе, накануне выборов в Учредительное собрание, были сформированы отдельные избирательные округа по общероссийским законам. На этих избирательных округах большинство получил так называемый Шариатский блок. Его судьба тоже очень примечательна, потому что позднее из Шариатского блока, по существу, сформировались те радикально горские партии, радикально горская оппозиция, в частности, знаменитое Северокавказское эмирство, о котором я позднее еще расскажу. Его лидеры, тот же самый шейх имам Узум Хаджи, один из самых авторитетных для Чечни в то время, также шейх Нажмудин Гацинский. И Шариатский блок не исключал для себя сотрудничество с большевиками. Шариатский блок в то время уступал и в оппозиции горскому правительству. И радикальные горцы, недовольные тем, как может решиться правительством земельный вопрос, естественно, свои симпатии отдавали представителям Шариатского блока, и по существу стоящим за их спиной большевикам. Вот такая ситуация сложилась в начале 1918 года.

Людмила Гатагова: Кавказ еще в XIX веке был вовлечен в мировую экономику, благодаря грозненской и бакинской нефти. Более того, еще раньше он стал яблоком раздора геополитических интересов. С революцией 1917 года заинтересованные державы тут же вспомнили о своих геополитических и экономических интересах на Кавказе. Хотя Уинстон Черчилль и предрекал, что большевики все-таки соберут вновь Российскую империю, пусть и в новом обличии. Проблемы Кавказа в годы с 1917 по 1922, когда уже окончательно утвердилась на Кавказе Советская власть, занимали много умов мировых политиков.

Василий Цветков: В середине 1918 года, в конце 1918 года Северный Кавказ уже становится полем борьбы между Антантой и Тройственным союзом. Поскольку лето 1918 года - это последние попытки Германии и ее союзников повернуть ход войны. В этом отношении, в частности, горское правительство идет на прямое сотрудничество с Турцией и тем самым с Германией. Дагестан и Чечня объявляются частями будущей некой великой османской империи, в которую к тому времени уже, как планировалось, должен будет войти Азербайджан. И через территорию Азербайджана, через территорию Дагестана в Чечню направляется оружие, турецкое и немецкое оружие. И Дагестан по существу также становится плацдармом для турецкой оккупации, последующей на Северном Кавказе. Туда вводится ни больше, ни меньше как целая дивизия турецкой армии под командованием генерала Изет-Паши. Как известно, ноябрь 1918 года, Первая Мировая война заканчивается. Турция и Османская империя также терпят в ней поражение, и турецкие войска выводятся с территории Дагестана и Азербайджана. Теперь уже Антанта, Англия вводит войска в Баку, в частности, занимает район Бакинских нефтепромыслов. Снова возникает вопрос о международной ориентации. Горское правительство признали Грузия, признала Армения, признал Азербайджан. Великобритания здесь по существу оказывалась перед дилеммой: кого поддержать, деятелей горского правительства, признать их на Парижской мирной конференции или Деникина. Но Великобритания склонилась в сторону Деникина. Глава английской военной мисси на юге России - генерал Брикс, в своих заявлениях постоянно подчеркивал, что с горскими правительствами никаких переговоров вестись не должно, наш естественный союзник - генерал Деникин. И Англия вполне его поддерживает, в частности, и его идею о возрождении единой неделимой России, в составе которой будут Чечня и Дагестан. Что в это время происходит в Чечне? Чечню и Ингушетию, горское правительство, безусловно, всячески пытается втянуть в свою орбиту. Но авторитет горских лидеров к тому моменту уже в Чечне существенно падает. Исламисты чеченские, их лидер Узум Хаджи и чеченские большевики во главе с Шриповым и Гикало, по большому счету, они заключают не только политический, но и военный союз. Для горцев, для Чечни, для Ингушетии в начале 1919 года появляется еще более серьезная опасность, чем восставшие терские казаки. Кстати сказать, вот здесь в начале восставшим сопутствовала удача. Им удалось осадить такие города как Моздок, Владикавказ, Грозный. Причем оборонялись, рука об руку стояли и чеченские большевики и исламисты, но после того как к чеченским большевикам подошли подкрепления и в первую очередь - это отступающие с Северного Кавказа части, разгромленные тогда уже Деникиным, 11 армии Сорокина. Терские казаки были вынуждены снять осаду Грозного и отступить обратно в свои станицы. За отступающими частями Сорокина, за частями 12-ой Советской армии, которую, кстати сказать, сформировали именно на основе тоже коалиции между русскими большевиками и чеченскими исламистами, наступают уже части регулярной Добровольческой армии. Вот февраль, март 1919 года - начало боевых действий.

Анатолий Стреляный: Деникинцы отбили Чечню у Красных весной 1919 года. После первых неудач, в частности, при попытке штурма аула Гайты, был убит полковник Пушкин, потомок поэта. Командование принимает генерал-майор Даниил Павлович Драценко, который умиротворил Чечню собственным способом и в кратчайший срок. Вот отрывки из записок участника экспедиции, полковника Писарева: "Как большинство восточных народов, чеченцы чувствительны. Малейший успех окрыляет их надежды. Но и сильный удар по их воображению приводит к скорым и положительным результатам. Операция, проведенная генералом Драценко, носила характер карательной экспедиции. Она ставила целью доказать чеченцам нашу силу. И разрушением аулов доказать им, что с ними говорят языком железной действительности. Генерал Драценко принимает решение, на первый взгляд, очень суровое, но если в него вдуматься, то оно окажется гораздо более гуманным относительно других возможных планов. Он решает сильно ударить по воображению чеченцев, показав последним, что с ними не шутят. По моему глубокому убеждению, никакие потоки крови не заставили бы чеченцев сложить оружие. Только хорошо продуманный и решительно проведенный генералом Драценко план, привел к блестящим и быстрым результатам. Бесконечные жертвы людьми и оружием, как с нашей, так и с другой стороны, в тысячи раз обошлись бы дороже, чем разрушение трех, четырех чеченских аулов. По моему мнению, чеченцы, как и все восточные народы, призирают слабость и глубоко уважают силу. Излишняя строгость никогда не повредит и не сделает чеченца вашим врагом. Наоборот, она возвысит вас в его глазах. И при известной тактичности может его сделать верным и преданным человеком. Результаты операции говорят сами за себя. В две с половиной недели при незначительных потерях и силах отряда Чечня была усмирена. Имя генерала Драценко, произносилось чеченцами с уважением и примесью страха. И до конца борьбы Доброй армии, цветущий край получил мир и порядок. И, кроме того, в состав Доброй армии выставлялся Конный чеченский полк. Если оглянуться на прошлую историю чеченского народа, его почти 20-летнюю борьбу под знаменами Шамиля. Если принять во внимание, что против незначительной шайки Зелимхана назначались карательные экспедиции из всех родов оружия, и безуспешно, то можно уяснить все значение блестяще проведенной генералом Драценко кампании. После Гудермеса, Первая Конная дивизия при Второй и Третьей конных батареях, на пасхальной недели, погрузилась в вагоны, и была переброшена на царицынское направление".

Анатолий Стреляный: В общей сложности, дивизия генерала Драценко сожгла пять аулов или четыре, если не считать Гудермеса, где сожгли только опушку селения.

Людмила Гатагова: Чеченцы и ингуши в большинстве своем примкнули к большевикам отнюдь не потому, что они разделяли их взгляды. Большевистская идеология и большинство реальных действий, которые большевики успели осуществить до прихода Добровольческой армии, отнюдь не разделялись чеченцами и ингушами. Более того, есть один очень любопытный документ, который как нельзя лучше отражает отношение, реальное отношение чеченцев и ингушей к большевикам. 8 июля 1920 года на Съезде делегатов Правобережной Осетии в Назрани, по вопросу о коммунизме была вынесена резолюция следующего характера: "Протестовать всеми мерами против насаждения коммунизма среди туземцев, оговариваясь, между прочим, что, борясь против коммунизма, будем поддерживать Советскую власть". Традиции ислама, вряд ли могли соответствовать идеям большевиков. Но, решая свои задачи, а именно, изгнание казаков со своих бывших земель, они встали на сторону большевиков, потому что поняли, что большевики именно на этом играют и примкнули к ним, хотя понятно, что не вполне искренне. Что касается остальных народов Кавказа, то в отличие от чеченцев и ингушей, каждый из горских народов практически раскололся надвое. Это была трагедия. Часть поддерживала большевиков, другая часть примкнула к Добровольческой армии. Особенно тяготели к деникинцам те из народов, у которых были давние традиции служения империи и среди них было огромное количество офицеров царской армии. Значительная часть населения желала реставрации Российской империи, которые не желали расставаться с привычным образом жизни. Это были люди, которые всеми сторонами своей жизни были интегрированы в империю, очень крепко с ней связаны. Другая часть - какие-то политические группировки, которые примкнули к большевикам, рассчитывали на создание совершенно нового государства с пересмотром всех сторон жизни Северного Кавказа. И в первую очередь, с пересмотром несправедливого, по их мнению, решенного земельного вопроса. Третьи - так называемые горские интегристы, стремились к созданию отдельного шариатского государства на Северном Кавказе, которое должно было объединить все местные горские народы. Они внушали людям, что Северный Кавказ и Россия не совместимы ни по образу жизни, ни по менталитету и следует отойти от России и создавать свое шариатское государство. В число наиболее крупных представителей горского интегризма входили: известный, очень крупный скотовладелец - Гацинский, знаменитый кавказский имам - Узум Хаджи, крупный чеченский нефтепромышленник - Тапа Чермоев, меньшевик Ахмед Цаликов, осетинский генерал царской армии, кавалер почти всех орденов и медалей, т.е. Георгиевских крестов Эльмурза Мистулов. Эльмурза Мистулов и Ахмед Цаликов являлись мусульманами, что не так характерно для осетин, подавляющее большинство которых принадлежала к христианству. Поэтому они в основном вели свою агитацию среди мусульманской части населения Кавказа. Наиболее колоритной фигурой среди горских интегристов, безусловно, был Узум Хаджи - кавказский имам 102-х летнего возраста. Долголетняя жизнь и стойкая приверженность исламу, снискали к нему популярность. И к началу революции и Гражданской войны Узум Хаджи стал невероятно знаменит и влиятелен среди мусульман. Сторонники горского интегризма надеялись, что своими посулами на жизнь в шариатском государстве совершенно качественно иную, нежели в лоне Российской империи, они смогут переманить на свою сторону большинство народов. Они, видимо, ошибались, потому что противоречия между горскими народами были слишком сильны. Эти противоречия мешали осуществлению так называемой "кавказкой идеи", т.е. идеи единого Северокавказского государства, которое могло бы быть, если не было столь серьезных, тянущихся в глубь веков, противоречий.

Анатолий Стреляный: В это трудно поверить, но во время Гражданской войны аулы Хараго и Ведено воевали между собой из-за пахотной земли.

Василий Цветков: Добровольческая армия оказалась более сильной и профессионально подготовленной. В течение буквально нескольких дней основные пункты сопротивления чеченцев и ингушей были взяты. И Третий армейский корпус генерала Ляхова, который собственно и проводил эту операцию, Деникин оставляет в Чечне, в качестве такого временного гарнизона, который должен там окончательно навести порядок, ликвидировав чеченских большевиков, ликвидировав чеченских исламистов. И вот когда он наведет там порядок, Деникин предполагал для Северного Кавказа, для Чечни, для Ингушетии и в последствии Дагестана, введение определенной автономии. Некой автономии, которая по замыслам лидеров Белого движения должна бы полностью удовлетворить лидеров горского правительства. Начинается построение местных органов власти. Для Чечни, для Ингушетии, для Дагестана, как впрочем, и для Осетии и для Кабарды, для Черкесии - вот эти области также были выделены - Деникин предполагал введение самостоятельных правителей. Правители, причем, должны были избираться горцами, а это должны были быть люди, пользующиеся уважением горского населения, но обязательно иметь военный чин. При этом правителе должен быть сформирован специальный совет, также из представителей местного населения и также избираемый самими горцами. И для каждой области и для каждого района должен быть сформирован особый совет, куда должны были быть включены наиболее авторитетные старейшины. Представители самых таких древних тейпов, представители даже тех же самых панисламистов и более авторитетные духовные лидеры. Шариатское право Деникин также не исключал. Мартовский съезд в городе Грозном - Чеченский съезд признал власть Деникина, лидеры чеченских тейпов снялись на такую общую фотографию вместе с генералом Деникиным и генералом Романовским, и назначенным генералом Деникиным правителем Чечни. Им стал генерал артиллерии Эрис Хан Алиев. Фигура тоже довольно авторитетная среди чеченцев, поскольку генерал участвовал еще в Русско-турецкой войне 1877-1878 годов, и, что самое главное - это была фигура довольно нейтральная. Он не был связан ни с чеченскими исламистами и большевиками с одной стороны, ни с деятелями горского правительства. И в то же время генерал, русский генерал в таком большом чине, генерал артиллерии. Казалось бы, что это тот самый лидер, тот самый правитель, который сможет привести Чечню к долгожданному умиротворению. Но на самом деле оказалось так, что Алиев по существу, оказался заложником в руках добровольческой администрации, а именно, главноначальствующего Терско-дагестанского края - Эрдели. Главноначальствующий - должность, которая по замыслу Деникина, должна была бы стать должностью верховного контролера над всеми правителями Чечни, Кабарды, Ингушетии, Дагестана. Вот эта должность, по существу превратилась постепенно в должность диктатора. И уже вот к осени 1919 года авторитет правителей, авторитет того же самого Алиева, авторитет генерала Халилова, который Деникиным был назначен на должность правителя Дагестана, их авторитет постепенно падает.

Людмила Гатагова: Добровольческая армия Деникина, которая пришла на Кавказ в начале 1919 года, сразу же попыталась востребовать казачество в борьбе против горцев, которые пытались изгнать их с земель. В то же время, как я говорила уже, большевики сделали ставку на ущемлявшееся за счет этого самого казачества горские народы. В результате две без того не дружеские силы столкнулись в лоб. И на Северном Кавказе практически началась война всех против всех, потому что в борьбу казачества с горцами были вовлечены и другие народы. К тому же противоречия между местными народами были и по другим линиям. Балкарцы постоянно сталкивались с кабардинцами. Карачаевцы и черкесы - с чеченцами и ингушами. Ингуши, в свою очередь, с осетинами. В основе большинства противоречий все-таки стоял земельный вопрос, т.е. малоземелье Северного Кавказа обострило все внутриэтнические процессы, межэтнические отношения в регионе. Поскольку хаос привел к полному отсутствию каких-либо примет власти и управления, не было никого, кто мог бы приостановить это. Добровольческая армия, когда она пришла на Кавказ попыталась вернуть и вернула, собственно говоря, вернула все отнятые чеченцами и ингушами у казачества земли. Но с приходом большевиков, спустя год все изменилось вновь, потому что Орджоникидзе, который руководил борьбой большевиков против Добровольческой армии, сделал ставку на ингушей, которые особенно активно выступали против казачества. И поощрил их на то, чтобы подвергнуть казачество изгнанию. В результате чего более 20 станиц сунженской линии, так называемой, были "освобождены" от казачества и казаки вместе с семьями были изгнаны. Это был, можно сказать, один из первых актов геноцида со стороны большевистской власти. 8 февраля 1919 года Добровольческая армия вторглась на Северный Кавказ. И ввиду творимых беззаконий, одним из первых указов Деникина был указ "О неприкосновенности частной собственности". В указе говорилось, что любое посягательство на частную собственность будет караться самыми жестокими средствами. Генерал Ляхов - один из военачальников Добровольческой армии, устроил целый ряд карательных экспедиций против ингушей с целью возвращения казачеству отнятых у них земель.

Анатолий Стреляный: С конца 50-х годов историки Чечено-Ингушетии создают легенду о том, как горские партизаны разгромили Деникина. Дошло до уверений, что чеченское направление удерживало до трети Добровольческой армии, причем именно из-за этого сорвался ее поход на Москву. Документы ничего подобного не подтверждают. Сколько-нибудь существенных сил Деникин на Кавказе не держал. Исламистов и большевиков без большого труда удерживали маленькие гарнизоны при поддержке станичной самообороны. Даже для карательной экспедиции в горы, по методике генерала Драценко, в конце сентября 1919 года не пришлось вызывать дополнительные силы.

Василий Цветков: Несмотря на формальное покорение Чечни и Дагестана, военные действия спорадически вспыхивали и это были действия, главным образом, с остатками частей 12-ой Красной армии и отрядами чеченских исламистов, представителей Шариатского блока. Они отступили в горы. Расцвет антиденикинского сопротивления, расцвет повстанческого движения на Северном Кавказе, вот та самая Вторая Кавказская война - это уже относится к событиям осени 1919 года. После гибели горской республики, после того, как на территорию Чечни вступили деникинцы, Узум Хаджи с отрядом в триста всадников захватывает аул Ведено и объявляет его столицей, так называемого Северокавказского эмирства. Верховным покровителем, верховным протектором вот этого эмирства должен был стать турецкий султан. И, объявив семя эмиром, Узум Хаджи объявляет программу. Во-первых, на территории Чечни, на территории Дагестана не должно быть ни одного православного. Врагами номер один объявляются терские казаки и Белая армия. Большевики становятся естественными союзниками. И более того, русский большевик Николай Гикало, становится командующим одной из армий в составе войск Северокавказского эмирства. Человеком, который совмещал в себе несколько должностей - военного министра, министра юстиции, министра иностранных дел, министра народного просвещения, министра имущества и, естественно, премьер-министра, стал князь - чеченский князь Камил Мухаммед Хан Осункаев-Дышнинский. Тоже фигура довольно характерная, т.е. человек, который получил высшее образование в Санкт-Петербурге, был ротмистром, но затем переходит в сотрудничество с турецкой разведкой уже в годы Первой Мировой войны. Если Узум Хаджи был духовным лидером чеченских панисламистов, то Дышнинский, несомненно, представлял собой фигуру яркого политика, человека, который во имя единой шариатской монархии, включившей бы в себя также и народы Дагестана и Чечни, готов был на все. Географический фронт пролегал, главным образом, по так называемой, "зеленке", т.е. там, где начинались горы, там, где начинались леса, фактически заканчивался фронт, который держали терские казаки. В горы они предпочитали не ходить. Соответственно вся нагорная часть Чечни, вся нагорная часть Дагестана контролировалась горскими повстанцами. Аул Ведено - столица Северокавказского эмирства, соответственно во главе с Узумом Хаджи и князем Дышнинским. Белые очень прочно удерживали железную дорогу. И любые попытки чеченцев прорваться в плоскостную Чечню, отбивались именно благодаря тому, что дежурный бронепоезд выезжал со станции и обстреливал эту саму "зеленку", и добивался того, чтобы повстанцы отступали обратно в горы. Но периодически линия фронта нарушалась. В частности, со стороны чеченских повстанцев, 5-я армия под командованием Николая Гикало, попыталась прорваться к Грозному. Заняла слободу Воздвиженку - это ближайший пригород к городу, но затем была выбита оттуда с большими потерями. То же самое и Белые периодически пытались предпринимать рейды в нагорную Чечню. Один из таких рейдов в июне 1919 года, отряд терских казаков прорвался в Шатой, прорвался в Утум-Кале и даже разъезды казачьи доходили до границы Чечни с Грузией. Позднее подобного рода рейдов терские казаки уже не предпринимали. Очень эффективными, как показал боевой опыт Второй кавказкой войны, были действия российской кавалерии, в частности не только конных казачьих частей, но также и знаменитого, славного в своей истории - Александрийского гусарского полка. Александрийский гусарский полк несколько операций проводил в составе войск Северного Кавказа. И все они были настолько успешными, что чеченские джигиты, попадавшие в плен к русским гусарам, всегда признавали, что если в атаку идут александрийцы, то с ними лучше не иметь дело и сразу можно либо отступать, либо сдаваться на милость победителя.

Анатолий Стреляный: Покорность Чечни длилась 5 месяцев, после чего край восстал вновь и был подавлен тем же способом. В сентябре состоялась новая блестящая экспедиция.

Людмила Гатагова: Помимо того, что большевики играли на исторических противоречиях между казачеством и горскими народами, они использовали в своей тактике по привлечению местных народов и эксперименты по созданию национальных частей Красной армии. Это был, безусловно, рискованный эксперимент и решился на него Сталин. В отличие от Деникина, который побоялся давать оружие кавказским мусульманам и тем самым вызвал их обиду и недоверие. Большевики же на какое-то время, вскоре эти эксперименты прекратились, но на какое-то время создали национальные части и тем самым вызвали массовое доверие со стороны местных народов. Орджоникидзе, который возглавлял Совет обороны Северного Кавказа от Добровольческой армии Юга, способствовал развитию мощного партизанского движения. И это партизанское движение очень удачно легло на привычную тактику ведения войны со стороны чеченцев и ингушей, которые очень ловко умели устраивать засады и тут же быстро отступать. Им гораздо более свойственны были вот такие набеги, нежели открытые бои.

Анатолий Стреляный: Белые занимали Северный Кавказ ровно год. В начале 1920 года, нужда большевиков в бензине, керосине и мазуте достигла предела. Ленин приказал отбить Грозный у Белых во что бы то ни стало, не жалея ничьей крови. 28 февраля он шлет в Реввоенсовет Кавказского фронта телеграмму, редкой даже для него откровенности: "Смилге и Орджоникидзе, нам до зарезу нужна нефть. Обдумайте манифест населению, что мы перережем всех, если сожгут и испортят нефть и нефтяные промыслы. И наоборот, даруем жизнь, если Майкоп и особенно Грозный перейдут в целости". Угроза подействовала. Грозный был взят без нефтяных поджогов. Четвертая трудармия немедленно брошена на восстановление нефтепровода "Грозный-Петровск-Порт". А кавказский фронт двинут на взятие Баку и ликвидацию независимости Азербайджана.

Василий Цветков: Борьба была бескомпромиссной, борьба была очень жестокой, кровавой. Действительно чеченские большевики могли быть очень довольны, поскольку благодаря использованию панисламистских, очень популярных в то время на Кавказе лозунгов, они по существу делали дело установления Советской власти в этом регионе чужими руками. Белым удалось привлечь на свою сторону реально только силы Чеченского национального комитета во главе с Ибрагимом Чуликовым. Человек, который изначально был готов на сотрудничество с русскими властями. Он не мыслит Чечню отдельно от России. Отряд Чуликова, насчитывающий около 2-х тысяч чеченцев, отряд Чеченского национального комитета участвовал в военных действиях. На его боевом счету бой за слободу Возждвиженку - пригород Грозного, в ходе которого был убит один из чеченских большевиков, наверное, самый авторитетный лидер чеченских большевиков - Асланбек Шалипов. Чуликовцам не удалось привлечь на свою сторону население Чечни. К концу 1919 года общее положение на фронтах Белых армий юга России сложилось так, что нужно было отступать. Фронт уже покатился от Орла вниз к Харькову, к Ростову. Естественно, чеченские большевики, чеченские исламисты воспаряли духом. Начинается борьба по захвату центров, по захвату столиц Чечни и Дагестана, Темир Хан Шуры - нынешнего Буйнакска и порта Петровское - нынешней Махачкалы. И чеченские повстанцы ведут уже наступление на Грозный. В феврале - марте 1920 года боевые действия войск Северного Кавказа заканчиваются. Они довольно спокойно отступают до Владикавказа и дальше по военно-грузинской дороге уходят на территорию Грузии. Военным врачом в одной из воинских частей, которые отступали по военно-грузинской дороге, был наш известный российский писатель Михаил Булгаков. В том числе вместе с Белыми войсками, вместе с частями терских казаков и регулярными частями войск Северного Кавказа отходит и отряд Чеченского национального комитета вместе с Чуликовым. Так закончилась Гражданская война на Северном Кавказе, а именно, противостояние Красных и Белых, в которое волей истории оказались втянуты и чеченские исламисты. Война, в которой Красные очень ловко, очень удачно использовали национальные противоречия. И за счет этого фактически смогли удержаться у власти, смогли привлечь к себе симпатии со стороны горского населения. Последствия для того же Узума Хаджи, который не больше не меньше называл себя полномочным представителем Советской власти на Северном Кавказе. И здесь, формально Советская власть Северокавказского эмирства не признала. И вот как только большевики вступают в Грозный, Северокавказское эмирство ликвидируется, Князь Дышнинский погибает в застенках грозненского ЧК, но Узум Хаджи, он к этому моменту уже умер.

Анатолий Стреляный: Об имаме Узум Хаджи мало что знают даже историки. На самом ли деле ему было 102 года точно не известно, видимо все же меньше. Есть глухие сведения, что он родился в 1825 году, был мюридом Шамиля, во время Русско-турецкой войны 1877-1878 годов, попытался вновь поднять соплеменников. Был сослан в Сибирь на поселение, и якобы забыт там на 38 лет. Вернулся в Чечню лишь по политической амнистии марта 1917 года. Умер же он в феврале 1920 года, немного не дождавшись Красной армии, которую ждал с пылом юноши, видимо принимая за Зеленую исламскую революцию. Приходится признать, что судьбу Чечни во время Гражданской войны решали и решили внешние и потому чуждые ей силы: сперва Белые, потом Красные. Слишком все-таки маленький край Чечня.

XS
SM
MD
LG