Ссылки для упрощенного доступа

logo-print

"Лениниана" Михаила Ромма

  • Сергей Юрьенен

(Голос Ромма) Я хотел добиться того, чтобы Ленин на экране вызвал всенародную любовь - вот была, пожалуй, главная, генеральная и единственная задача.

"Ленин в октябре" и "В 18-м году".

(Сцена из фильма)

Картина первая. "ЛЕНИН В ОКТЯБРЕ". Производство студии Мосфильм. Премьера в Большом театре 6 октября 37-го года, в канун 20-й годовщины Октябрьской революции. Режиссер - Михаил Ромм; сценарий - Алексей Каплер; сорежиссер - Дмитрий Васильев; оператор - Борис Волчек; художник - Борис Дубровский-Эшке; музыка - Анатолий Александров. В главных ролях: Борис Щукин (Ленин), Семен Гольштаб (Сталин), Покровский (Дзержинский), Ковалевский (Керенский), Николай Охлопков (рабочий-большевик Василий, телохранитель Ленина).

(Сцена из фильма)

Юрьенен:

Более полувека ложь наезжала на зрителя с первых кадров: телохранителем Ленина в реальности был финский коммунист Эйно Абрамович Рахья - казненный в 36-м, в канун рождения "Ленинианы". Соавтор Ромма по "Обыкновенному фашизму", киновед Майя ТУРОВСКАЯ, Москва:

"Ленин в Октябре" и "Ленин в 18-м году" для своего времени были чемпионами проката. Это надо иметь в виду обязательно, потому что Михаил Ильич Ромм не умел делать картин, которые были бы не интересны зрителю. Вот он делал настоящее зрительское кино. И "Ленин" в этом смысле, будучи фильмом-идиологемой - "Лениниана", в то же время принадлежало вот к этому зрительскому, народному кинематографу 30-х годов.

(Сцена из фильма)

Юрьенен:

Петроград, 17-й, начало октября. Ленин возвращается из Финляндии в Российскую республику, по его словам "самую свободную в мире страну" - пока еще свободную. Первую ночь в столице он проводит на полу в квартире у телохранителя, жена которого на сносях.

(Сцена из фильма)

Двадцатилетие Октябрьской революции в 37 надвигалось без юбилейного фильма. Сталин дал указание: "Чтоб картина была!" Молодой красивый Каплер, впоследствии пострадавший от Сталина за связь с его дочерью, представил сценарий под названием "Восстание", который летом 37 Вождь переименовал и одобрил. Сроки были невозможные, но с юбилейной картиной был шанс выйти в первые номера "важнейшего из искусств". Михаил Ромм решил поставить на карту все. 10-го августа картина была запущена в производство. Из Петербурга режиссер и киновед Олег КОВАЛОВ:

Мы не можем сказать, что фильмы Ромма были конъюнктурными. Ромм, ощущая, что изменилось время, он чувствовал примерно то же самое, что чувствовал Вертов - что идеалы Октября выветриваются, что наступает иное время, что к власти приходят иные, страшные, странные, непонятные люди. И глубокая неудовлетворенность тем, что происходит в стране, она и заставляло художника обратиться к истокам.

(Сцена из фильма)

Сергей Юрьенен:

Из Москвы последний исполнитель ленинской роли в СССР (в спектакле по пьесе Шатрова "Суд над Лениным") Александр КАЛЯГИН:

Я понимаю, что картина делала свое дело, как говорится, работала на что-то - определенным образом работала на идеологический аппарат. Но тем не менее, игнорируя, все перечеркивая, вдруг Щукин в этом исполнении был удивительно прост, ясен. Может быть такой человек? Может быть такой мужичок? Может... И Щукин в этом смысле подбросил поленья в топку идеологической печи, когда люди стали еще больше верить в этого вождя. Знаете: лучше бы он плохо сыграл, бывает так. Но он сыграл действительно гениально.

Сергей Юрьенен:

Под давлением Ленина 10-го октября ЦК партии большевиков принимает решение о немедленном вооруженном восстании. В газете "Новая жизнь" Зиновьев и Каменев предают эти планы гласности.

(Сцена из фильма)

Олег Ковалов:

В первой серии объектом почти физиологической ненависти Ленина были Зиновьев и Каменев и меньшевики и эсеры. Это было сделано потому, что только что был приговор военной коллегии, приговоривший этих людей к расстрелу. Поэтому мотив был введен в фильм по следам этой самой дымящейся крови расстрелянных в подвале людей.

Сергей Юрьенен:

"Ленин в Октябре": профессор Датского киноинститута, британский киновед Марк ЛЕФАНЮ:

"Ленин в Октябре" и "Ленин в 18-м году" - до недавних времен, до падения коммунизма эти фильмы в стране показывали не стыдясь. Когда смотришь их сегодня - суждение вынести не просто. В них есть и хорошие стороны, и стороны плохие, и стороны зловещие. Есть своеобразный юмор, главным образом в первом - "Ленин в Октябре", менее злобном, чем "Ленин в 18-м". В том, как Щукин представляет Ленина, есть даже нечто обаятельное, персонаж очеловечен и, по крайней мере, не тошнотворен. Фильм сделан рукой мастера, это не отталкивающая тупая пропаганда - с одной стороны. Но, с другой стороны, нельзя не видеть, что фильмы сделаны во время Большого террора, что они используют мифологию недавнего прошлого, для оправдания того, что происходило в 30-е. Поэтому в фильмах полно заговоров и того, как Ленин расправляется с заговорщиками. Здесь нимало не стыдятся говорить о смертных приговорах, есть много сцен, особенно во второй картине, в которых приговаривают к казни: кровь стынет в жилах и не остается ничего, кроме чувства отвращения.

Сергей Юрьенен:

"Ленин в Октябре" - первая в истории мирового кино картина, где появился игровой Сталин. Актер театра Ленинского комсомола Семен Гольштаб в этом образе хозяина Кремля удовлетворил, видимо, не полностью: во втором фильме Ромма его сменил Михаил Геловани, а Гольштаб, сыграв Сталина еще дважды - в положенной на полку картине Ефима Дзигана "Первая конная" и в "Александре Пархоменко" - исчезает так , что даже с помощью Госфильмофонда сегодня не найти следов этого, как пишут американские киноведы, "еврейского Сталина". Из Москвы режиссер Большого театра Георгий Михайлович ГЕЛОВАНИ:

Гольштаб в жизни, он был очень похож на Сталина, в чем я однажды лично убедился. Я шел по площади Пушкина и вдруг увидел, что навстречу мне идет Сталин! В кавалерийской шинели, в сапогах, в военной фуражке, с трубкой в руках. Я тут же метнулся к стенке, потому что испугался, что всех нас присутствующих просто схватят, и я начал глазами шарить в поисках какой-то свиты, охраны. Сталин это заметил и усмехнулся, а потом я увидел, что никаких спутников нет, и понял, что это не Сталин. Нет, сказал я себе, дуришь: ты же намного выше ростом, чем Сталин и похож на Сталина не сегодняшнего, а где-то 20-х годов.

Сергей Юрьенен:

Где он, первый исполнитель роли Сталина Семен Гольштаб? Что с ним стало? При Хрущеве, как известно, Ромм вырезал из своей "Ленинианы" всю "Сталиниану". Из Нью-Йорка режиссер Слава ЦУКЕРМАН:

...Если уж выбрасывать культ из этих фильмов, надо было выбрасывать их целиком. На мой же взгляд, их надо было сохранить целиком как выдающийся памятник искусства своей эпохи.

Начать со структуры фильма: в ней легко прочерчивается одна определенная линия, которую я бы назвал "линией необходимости вождя". У большевиков есть Ленин - поэтому они сильны, и поэтому враги хотят Ленина убить. При этом, кроме Ленина, основные герои картины, не другие вожди революции, а простой рабочий и его жена, сюжетная роль которых в фильме демонстрировать любовь к Ленину, поклонение Ленину. Замечательный актер Охлопков делает не меньший вклад в создание образа Ленина, чем играющий вождя Щукин: как в "Сикстинской Мадонне" ангел Рафаэля созерцает божество, так Охлопков созерцает на протяжении всего фильма Ленина, взглядом своим на него превращая его в божество.

Если фильм Эйзенштейна "Октябрь", снятый к Десятилетию революции в 27-м году, изображал революцию как борьбу масс и идей, то снятый к Двадцатой годовщине Октября фильм Ромма изображал революцию как пришествие мессии, если хотите: не столько мессии, сколько его предтечи, поскольку в одной из первых сцен фильма сообщалось, что России нужен настоящий душитель, настоящий кровопивец. Ленин же в картине, хотя не скрывал своей кровожадности превращая в веселую шутку сообщение об убийствах помещиков крестьянами, но, тем не менее, не был достаточно кровав для роли диктатора. "Ленин в Октябре" снимался в 37-м году: советские зрители этого года, конечно же, не сомневались в том, что Сталин полностью соответствует этой роли.

Сергей Юрьенен:

37-й, Мосфильм. Олег Ковалов:

Арестовывался и низовой состав студии, и верхние эшелоны руководства студией, и Ромм не мог об этом не знать. Был арестован Борис Захарович Шумяцкий - руководитель кинематографии и, по сути дела, крестный отец фильма "Ленин в Октябре". У самого Ромма был наготове чемоданчик в дорогу, как мы уже сейчас знаем. И более того, на студии происходили странные вещи: кто-то перерубал топором осветительные кабели, колуном дробились стекла осветительных приборов, осуществлялась подмена негатива. Были случаи явного вредительства, которые никак не мог понять Ромм: кому нужно было топором рубить кабель? А сейчас мы можем высказать одну догадку. Один из московских киноведов сказал, что съемки фильма проходили под неусыпным контролем НКВД, и НКВД разрабатывало версию срыва съемок этого фильма.

Сергей Юрьенен:

Тем временем загримированный Ленин отправляется в Смольный. На экране надпись : "Последняя ночь русского капитализма была холодна".

(Сцена из фильма)

Юрьенен:

На премьере в Большом театре юбилейная картина рвалась 15 раз, но главный удар нанес Сталин. Михаил Ильич РОММ:

Выходит Шумяцкий, потирает руки, говорит: "Ну вот, сегодня после демонстрации Иосиф Виссарионович еще раз смотрел картину и просил передать Вам, что без ареста Временного правительства и штурма Зимнего дворца все-таки крах буржуазного правительства России будет неясен. Придется доснять штурм Зимнего дворца и арест Временного правительства".

(Сцена из фильма)

Сергей Юрьенен:

"Лениниана" Ромма. Через год после премьеры первого фильма и за год до премьеры второго в Ленинграде родилась Нина Александровна АНДРЕЕВА, ныне Генеральный секретарь Всесоюзной коммунистической партии большевиков. Из Санкт-Петербурга:

Я сама родилась в 38-м году, поэтому, естественно, я эти фильмы смотрела, когда была школьницей. Фильмы Ромма, они сделаны на высоком, я бы сказала, на высочайшем профессиональном уровне. Когда смотришь эти фильмы, то как-то сопричастен к тем событиям, которые мы видим на экране. То, что сегодня создается нашим кинематографом Российской Федерации - это просто позорище. Нас не приучали к грязи, нас не приучали к глумлению над нашей историй, что сегодня мы видим, нас приучали к уважению к нашей истории. Наша советская история была сложная, трудная, мы впервые (мы - советские люди) впервые строили общество, аналогов которого еще не было. Конечно, у нас были и ошибки. Но сегодня вот это вот глумление, топтание, муссирование, смакование вот этих вот ошибок, в извращенном, причем, представлении - оно производит самое отрицательное впечатление. Я когда смотрю вот эти сейчас фильмы, особенно которые говорят о жизни Сталина, я вообще не знаю, до какого уровня морального падения дошли и кинорежиссеры, и те, которые принимают участие в создание этих фильмов, что дают такую низкопробную халтуру: она рассчитана, по моему, только на самых крайних дебилов.

(Сцена из фильма)

Владимир ТОЛЬЦ: Мир в 37-м, в год премьеры "Ленина в Октябре":

В Доме Союзов проходит второй московский процесс, среди 17-ти обвиняемых Пятаков и Радек.

На февральско-мартовском Пленуме ЦК ВКП(б), посвященном усилению борьбы с врагами, выступает Сталин. Начало Большого террора в СССР. Бывший руководитель НКВД Ягода арестован, звание Генерального комиссара государственной безопасности присвоено Ежову. Июньский пленум ЦК ВКП(б) дает чрезвычайные полномочия органам ГБ, Постановлением Политбюро разрешено применять к арестованным пытки. 12-го июня 37-го года расстреляна группа военноначальников во главе с маршалом Тухачевским. В Испании авиация франкистов разрушает Гернику. По указанию Сталина и с помощью НКВД испанские коммунисты разворачивают террор против инакомыслящих. Первые выборы в Верховный Совет СССР: 98,6% проголосовало за блок коммунистов и беспартийных. В 37-м году Альберт Шпеер становится главным архитектором Гитлера. Набоков переезжает из Германии в Париж. Русский эмигрант во Франции Алехин выигрывает титул чемпиона мира по шахматам. Компания "Дюпон" получает патент на изобретение нейлона. Уолт Дисней выпускает "Белоснежку и семь гномов". В Сан-Франциско открывается мост "Золотые ворота". Выходит роман Хемингуэя "Иметь и не иметь". 8 августа 37-го года родился Дастин Хоффман. 18 августа 37-го года родился Роберт Редфорд. В год, когда вышел "Ленин в Октябре", самой популярной в мире была песня "Ты для меня прекрасна".

Сергей Юрьенен:

Фильм второй - "ЛЕНИН В 18 ГОДУ". На экраны вышел 7 апреля 39-го года. Режиссер - Михаил Ромм, Авторы сценария - Каплер и Татьяна Златогорова. Художники - Дубровский-Эшке и Иванов. Композитор - Николай Крюков. В ролях: Борис Щукин (Ленин), Михаил Геловани (Сталин), Николай Боголюбов (Ворошилов), Николай Черкасов (Горький), Марков (Дзержинский), Любошевский (Свердлов), Дюбина (Крупская), Плотников (тамбовский мужик), Наталья Эфрон (Фанни Каплан). Кто исполнял роль Бухарина, установить пока не удалось: фамилия актера в списке не значится.

(Сцена из фильма)

Итак, герой Смольного становится хозяином Кремля. Советская республика окружена врагами, Ленин - тоже. А под ногами у него, оплетаемого заговором, путается Горький с гуманоидным нытьем: "Поменьше бы,Владимир Ильич, суровости". На помощь Вождю приходит рабочий.

(Сцена из фильма)

Среди множества книг, которые издал немецкий писатель Фридрих ХИТЦЕР, есть и о советском кино, и о Ленине, в Мюнхене. Встречался Фридрих Хитцер и с Роммом - на фестивале в Лейпциге в 65-м, где фильм Ромма "Обыкновенный фашизм" получил специальный Главный приз.

Встреча с Роммом стала для меня последним импульсом... Я подготовил для западногерманского телевидения около 30-ти произведений советской киноклассики, включая "Пышку" Ромма - один из последних шедевров немого кино. Вместе с другими специалистами я подготовил еще и первую в ФРГ ретроспективу советских фильмов 30-х годов. Она состоялась в знаменитом курортном городе Бад-Эймсе. Там, уже после личной встречи с Роммом, я познакомился с его киноклассикой сталинизма: "Ленин в Октябре" и "Ленин в 18-м году". По содержанию обе картины служат организованному Сталиным культу Ленина, по форме принадлежат к шедеврам исторических мифов звукового кино 30-х. Можно сказать, что, освободив свою "Лениниану" от Сталина, Ромму не удалось избавить эти произведения от эстетики сталинских времен. Но правда еще и в том, что Михаил Ромм принадлежит к тем художникам своего поколения, которые в силу своей художественной и человеческой честности первыми начали изгонять из общества дух сталинизма. А главное в том, что он свое прошлое и не скрывал. Нельзя представить себе таких режиссеров, как Тарковский или Чухрай без влияния их учителя - Михаила Ильича Ромма. Я, во всяком случае, был счастлив, когда он пригласил меня к себе во ВГИК. Но возможности стать учеником Ромма не представилось: въездную визу в СССР мне не дали.

Сергей Юрьенен:

"Ленин в 18-м". Роль Сталина для Михаила Геловани стала и судьбоносной, и роковой. Сын актера расскажет об этом в следующих передачах русской "Кинодвадцатки". А пока о предыстории дебюта. Георгий ГЕЛОВАНИ:

Творческая жизнь моего отца до 1937 года была очень напряженной и радостной. Будучи очень популярным артистом театра имени Руставели, на сцене которого он играл самые разнообразные роли - от разорившегося грузинского князя Коци и до испанского поэта Гарсиа Лорки. Помимо этого снялся в главных ролях в десятке фильмов Госкинпрома Грузии, сначала в немых, а потом и в звуковых. И сам в качестве режиссера-постановщика снял 5 художественных фильмов. В его последней предсталинской роли - вредителя и убийцы Кириле в фильме "Золотистая долина" режиссера Николая Шенгелая другой кинорежиссер Михаил Чиаурели подметил какие-то внешние черты, придававшие отцу некое сходство со Сталиным. Скорее всего это сходство придавали ему большие наклеенные усы, китель и фуражка военного образца.

Сергей Юрьенен:

Сталин в конце 30-х и Ленин в 18-м году. Человек, которого называют "архитектором перестройки", председатель Комиссии по реабилитации жертв политических репрессий при Президенте России, академик Российской академии наук и первозритель фильма Александр Николаевич ЯКОВЛЕВ:

Что касается сталинской темы, то, вы знаете, мы-то воспринимали это тоже как бы за правду, до сих пор утаивавшуюся. Но если говорить языком сегодняшнего политического плаката, то ясно, что это была чистейшая пропаганда, дальнейшая попытка вслед за "Кратким курсом" показать что все дела и раньше-то решались Сталиным: он ведь и в этих фильмах претендует на какую-то то ли спасительную роль, то ли решающую, то ли роль принимающего решения, причем жестко и четко принимающего решения - вот такой он был. У меня грешным делом появляется мысль, что прошло еще бы несколько времени, и он бы стал потихонечку, если бы он пожил дольше, потихонечку оттеснять Ленина в сторонку. Недаром же в своей автобиографии, которую он сам правил (у меня ксерокопия сталинских правок есть), это же его фраза: "Сталин - это Ленин сегодня". Это уже, извините, претензия встать рядом, а потом и немножко впереди.

(Сцена из фильма)

Олег Ковалов:

"Ленин в 18-м году" - вероятно, одно из самых страшных, самых вредных, самых порочных произведений пропагандистского искусства. Этот фильм создавался в период Большого террора, вышел на экран в 39 году, и само появление этого фильма, оно должно было оправдать методы проведения Большого террора. То есть, времена военного коммунизма, времена "Красного террора" впрямую соотносились в картине с временами террора 37 года, и фильм должен был представлять собой цепь доказательств того, что террор был нужен и необходим. Картина была фантасмагорическая: в стране назревал огромный, гигантский заговор, руководимый извне, в этот заговор были вовлечены не только иностранные разведки, но и люди, которые принадлежали к ленинской гвардии, такие как Троцкий и Бухарин, и целью этого заговора было убийство Ленина. В фильме появлялись совершенно невероятные линии-эпизоды, ничего не имеющие общего с тем, что было в реальности. Скажем, рабочий Васильев узнавал о том, что эсерка Каплан готова выстрелить в Ленина, и он ехал предупредить Ленина. Когда Ленин отправлялся на завод Михельсона, рабочий Васильев выходил во двор Кремля, и Бухарин показывал ему противоположное направление - именно поэтому звучал роковой выстрел.

Майя Туровская:

Я видела Бухарина два раза в своей жизни, и как бы для меня это имя было не чужое, потому что я училась в одном классе с дочерью Николая Ивановича Светланой. Поэтому история с Бухариным даже в давние времена казалась мне довольно абсурдной. Я понимала, что этого не может быть. Когда мы работали над "Обыкновенным фашизмом", я каким-то образом набралась нахальства и сказала: "Михаил Ильич, я-то была маленькая, я просто училась со Светланой, поэтому я знаю, что этого не могло быть ни в коем случае. Ведь Вы-то были уже взрослым, Вы-то точно знали, что Бухарин не мог этого сделать. Как же получилось, что Вы сняли такую сцену?" И Михаил Ильич ответил мне с большим трудом для себя, он сказал: "Майя, но Вы просто не представляете, что такое было это время".

Сергей Юрьенен:

Оправдать казнь Бухарина мало, нужно оправдать и коллективизацию. В Кремль к Ленину приходит ходок из Тамбовской губернии...

(Сцена из фильма)

Один из выдающихся учеников Ромма по ВГИКу, автор "Баллады о солдате" и "Чистого неба" Григорий ЧУХРАЙ:

"Ленин в октябре" и "Ленин в 18-м году" в свое время сыграли положительную роль и войдут в историю советского кино. Как же так? - с возмущением воскликнет современный критик. Ведь картины создавались в страшные годы сталинских репрессий. Идут сфабрикованные суды над "врагами народа", массовые аресты, расстрелы, страна объята смертельным страхом, а Ромм в это время восхваляет Ленина - виновника всего этого ужаса. Но это же преступление! С точки зрения сегодняшнего дня выглядит логично. Но дело-то в том, что Ромм жил не сегодня, а в то страшное время, о котором вы так хорошо говорите. Ромм был честным, принципиальным человеком, и в то время, когда другие забились в угол и молчали, Ромм задался мыслью выступить против того, что творилось в стране. Ромм решил противопоставить Сталину Ленина, не исторического Ленина, а идеального, такого, какой жил тогда в сознании народа. Противопоставление Сталину Ленина в то время считалось величайшей крамолой и каралось расстрелом, а Ромм отважился.

Сергей Юрьенен:

Перед покушением Ленин выступает на заводе Михельсона...

(Сцена из фильма)

Олег Ковалов:

Ромм на лекциях во ВГИКе как пример удачной режиссуры приводил сцену расправы над Фанни Каплан. Помните эту сцену, когда огромная толпа поворачивается к этой женщине-террористке, и каждый стремится ее разорвать на куски, а толпа рабочих окружает ее в кружок, не давая как бы прочим людям дергать ее за волосы, терзать, эту самую жертву. По сути, он снял самое отвратительное, что может быть в кино, он поэтизировал самосуд, и он сделал все, чтобы сами зрители ощутили желание схватить за волосы эту женщину, ее растерзать. На этом воспитывались зрители. Это было невероятно страшно.

(Сцена из фильма)

Из Нью-Йорка Борис ПАРАМОНОВ:

Фильм "Ленин в 18-м году", несомненно, источник всех анекдотов о Ленине. В нем действуют все прочие персонажи анекдотической "Ленинианы": Алексей Максимович, Феликс Эдмундович и Надя - полный джентльменский набор. Зажигание к анекдотам - сцена, в которой медсестра у постели раненого Ленина говорит: "Профессор, он бредит". Вы понимаете, что русское коллективное сознание не могло пройти мимо такой возможности переосмыслить канонического Ильича. Есть в фильме еще одна сцена, насыщенная богатейшими потенциями анекдотической разработки: рабочие в цехе читают газету, в которой помещен бюллетень о состоянии здоровья Ленина... Тут корень в том, что Ленин представлен в качестве тела, что вступает в резкое противоречие с монументальным образом чугунно-бронзового вождя.

(Сцена из фильма)

Сергей Юрьенен:

Фанни Каплан расстреляна во дворе Кремля его комендантом и, по одной из версий, там же сожжена в железной бочке на глазах у любопытного поэта Демьяна Бедного через несколько дней после своего неудачного покушения. Ленин умер через 6 лет после покушения. Загнанный работой над его ролью Борис Васильевич Щукин - через полгода после премьеры картины. Ромму в советском кино предстояла долгая жизнь. Из пражской штаб-квартиры Радио Свобода Юрий ГЕНДЛЕР:

Если не ошибаюсь, вскоре после "Обыкновенного фашизма" появились намеки на то, что и "Лениниану" Михаил Ромм сделал с неким диссидентским подтекстом, с неким противопоставлением Ленина Сталину. Но вынужден признать: я и мои сверстники, впервые смотревшие "Ленина в Октябре" и "В 18-м году" в конце 40-х-начале 50-х, если и заметили какой-то подтекст, то несколько иной. Правда, ныне я совершенно забыл, что Сталин появился уже в первом фильме, в "Октябре", и если бы наш замечательный петербургский автор Олег Ковалов не напомнил об этом, никогда бы я сам не вспомнил. Но Сталина во втором фильме Ромма помню и почти полвека спустя, и помню очень хорошо. Тут нужно заметить, что тогда в нашем сознании появились, увы, конкурирующие кинообразы. В те последние годы Сталина трофейные, главным образом, голливудские фильмы шли в пропорции два к одному к советским картинам, и в них, трофейных, были женщины в бальных платьях, были мужчины с белоснежными зубами, в хороших костюмах. В том художественном ряду стояли Гарри Купер, Джон Уэйн, Тайрен Пауэр, Джеймс Кегни, Хемфри Богарт. В те суровые годы сталинщины свидания назначались уже - "на Бродвее", уже завораживали "Грустные бэйби" или - "Мой Гарри слаще шоколада, милее меда Гарри мой". Помню, возвращались мы морозным вечером зимой 51 года из клуба "Первой пятилетки", посмотрев "Ленина в 18-м году", и мой друг-одноклассник говорит: "Ты понимаешь, Юра, странное дело получается: Сталин такой солидный, рассудительный, одет аккуратно, сапоги начищены, а этот вертлявый в одном и том же галстуке, что в 17-м, что в 18-м, и все спрашивает: "Вы согласны со мной, Иосиф Виссарионович? Я правильно говорю, Иосиф Виссарионович?" Как ты , Юра, думаешь, уж не специально ли все так сделано?" Я не нашелся что ответь.

Есть такое мнение, что искусство - это великая проститутка, что его средствами доказывается все, что угодно, кому угодно. Это, конечно, не так, но те, кто придерживается такого взгляда на искусство, могли бы в качестве аргумента привести "Ленина в Октябре" и "В 18-м году".

Олег Ковалов:

Среди тех, кто воспевал Сталина, лучшие стихи написали не спекулянты, не конъюнктурщики, а лучшие стихи написал, например, Заболоцкий -"Горейскую симфонию", лучшие стихи написал Мандельштам - "Оду Сталину", лучшие стихи написал Пастернак - главы из "Высокой болезни". Эти строки выдающиеся, которые ставят перед нами вопрос: а что, собственно говоря, с ними делать? Как к ним относиться? Поэзия - высокой пробы, а объект воспевания - палач. Это вопрос, на который еще не ответила история культуры, по-моему. В таком же недоумении мы пребываем, когда смотрим на дилогию Михаила Ильича Ромма.

Сергей Юрьенен:

Завершая передачу мы не ставим точек над "i".

В этом беспросветном фильме, на мой взгляд, есть лучик - то, конечно же, не случайное место, где девочка-сирота Наташа, заблудившаяся в коридорах кремлевской власти, в кабинете основателя Советского государства создает свой жуткий рисунок, где вместо неба болото: образ подсознания России в те годы, когда Ромм и Каплер создавали свою "Лениниану". Оставленный ими знак эпохи.

(Сцена из фильма)

XS
SM
MD
LG