Ссылки для упрощенного доступа

logo-print

Марина Тимашева: В Москве завершился фестиваль искусств ''Черешневый лес''. Он открылся в апреле оперой Мариинского театра ''Иудейка'' (она была одновременно выдвинута на соискание национальной театральной премии ''Золотая Маска'', и награду получил Нил Шикофф – выдающийся американский тенор, исполнитель главной партии). Затем в Лужниках показали замечательный ледовый спектакль Ильи Авербуха "Огни большого города''.

Илья Авербух: Так часто ставят на чем-то определенное клише и штамп, загоняя в рамки и не давая возможности себя показать, не давая возможности интегрироваться различным видам искусств. Это определенный прорыв, это все-таки определенный этап в становлении драматургии на ледовой площадке.

Марина Тимашева: За ''Огнями большого города'' последовал балет Большого театра – ''Утраченные иллюзии'' на музыку Леонида Десятникова в хореографии Алексея Ратманского. Еще в афише была ретроспектива испанских фильмов, подготовленная Музеем кино и посольством Испании. Затем - выставка одной картины: в ГМИИ имени Пушкина появилась "Паллада и Кентавр" кисти Ботичелли. Национальный филармонический оркестр под управлением Владимира Спивакова и молодые вокалисты выступили на перроне Киевского вокзала с ариями из опер Бизе, Россини, Пуччини и Леонковалло. Далее фестиваль представил камерную оперу "Вариации Джакомо" на музыку Моцарта, в главных ролях - Ингеборга Дапкунайте и Джон Малкович . Возраст Джона Малковича не должен никого смущать — речь в пьесе идет о последних годах жизни Джакомо Казановы.

Джон Малкович: Трудно сказать. Я не знал его, я только читал о нем или читал его, а воспоминания свои он начал писать, когда ему было 65-66 лет, и это были воспоминания - отражение его уже прожитой жизни. Говорят, что он практически ничего не придумывал в своих записях, поскольку он всегда возил с собой дневники и всегда записывал все свои похождения. Я думаю, что жизнь его была достаточно счастливой.

Марина Тимашева: Джон Малкович известен всему миру как киноактер, лауреат многих премий, в том числе ''Оскара''. Но он никогда не оставлял театральную сцену - сперва сотрудничал с компанией “Степен вулф”, как актер, потом поставил несколько спектаклей. На мой вопрос, почему он не отказался от театра ради кино, Джон Малкович ответил:

Джон Малкович: Театр это мой дом. Кино для меня это как если бы пианиста попросили поиграть на саксофоне. Хорошо, ладно, но это не то, чему меня учили. Театр это мир, из которого я родом, и я люблю театр. Наверное, мне больше нравится самому ставить спектакли, больше чем играть в них, но играть на сцене мне тоже нравится. Я даже представить не могу, чтобы какая-то еще работа была лучше, что есть что-то более совершенное, чем ежедневные репетиции с интересными и талантливыми людьми, что есть что-то лучше возможности сидеть в темном зале и наблюдать за игрой хороших артистов или хороших певцов. Я не могу вообразить лучшей жизни. Отчего же было мне от этого отказываться?

Марина Тимашева: Сам спектакль мне посмотреть не удалось, потому что дневной прогон для прессы отменили. Из-за неверно оформленных документов декорации и костюмы прибыли из Германии днем позже, и даже первый вечерний спектакль играли, подобрав элементы оформления в московских театрах и без костюмов.

Еще на фестивале представили книгу моего любимого коллеги Сергея Николаевича. Она называется ''Все о моем отце'', таким образом, обыграно название картины Альмодовара ''Все о моей матери''. Речь в фильме идет, конечно, не о матери самого Альмодовара, а в книге – не об отце Сергея Николаевича. Под одной обложкой собраны рассказы, очерки и монологи разных людей. В их числе Татьяна Тарасова, Галина Волчек, Тонино Гуэрра, Леонид Рошаль...

В саду "Эрмитаж" Музыкальное товарищество Олега Меньшикова провело музыкальный однодневный марафон на открытом воздухе, а в демонстрационном зале ГУМа Меньшиков представил свое новое увлечение – молодежный духовой оркестр. В нем – 25 музыкантов, 24 юноши и одна девушка, в составе – трубы, валторны, тромбоны, тубы и ударные. Они играли разные композиции: от классических симфонических до джазовых и киномузыки.

(Звучит духовой оркестр)

Марина Тимашева: Оркестранты заодно пели, пританцовывали, разыгрывали разные сценки, например, своеобразную дуэль барабанщиков.

(Музыка)

Музыкантам помогали коллеги, актер и режиссер Егор Дружинин и актер Никита Татаренков, они довольно лихо били чечетку, она же – степ. Вышла такая подмосковная приблатненная сценка:

(Музыка)

Все действие Олег Меньшиков характеризовал, как главы музыкальной книги. Сам он не дирижировал, не руководил, а в самом деле читал эти главы и стихи Давида Самойлова.

Олег Меньшиков: Как все-таки мы быстро умеем забывать. Причем, чаще всего очень хорошее забывать, теплое и по-настоящему важное. И, знаете, это не время все стирает и перемалывает, нет - это наша безответственность к собственной памяти. Изменяются названия улиц, на которых мы выросли, имена соседей, фамилии одноклассников, первых учителей, телефоны товарищей, лица возлюбленных. Не можешь вспомнить аромата любимых духов мамы, забываешь, когда в последний раз выходили с отцом на рыбалку, смотрели футбол или просто вместе смеялись. Все становится песком, утекает между пальцев. Какого числа родилась бабушка? А прабабушка? На какой каток ходила бабушка с подругами, в какой парк бегала на танцы, какая у нее была девичья фамилия, под какую музыку она познакомилась с дедушкой? А сколько у деда было орденов или медалей? А как звали его отца? И так далее, и так далее... Все превращается в пыль. И неужели все так улетучивается безвозвратно? Как-то не очень хочется в это верить. Ведь где-то должна храниться эта огромная информация. Может, на каких-то полочках, в каких-то файлах, в сундуках, на чердаках. Может, когда-нибудь в антикварной лавке, среди сэконд- хэнда или в пункте потерянных вещей, отыщутся все наши воспоминания, и тогда... И тогда воздух наполнится ароматом черемухи, во рту появится сладкий вкус черешни, во дворе, куда родители никогда не боялись нас отпускать гулять одних, тихонечко затренькает гитара, раздастся чей-то смех и высоко в небе пролетит самолет, оставляя длинный белый след. Конечно, кто-то скажет: ''Абсурдно все помнить''. И будет прав. Есть прогресс, мир меняется, человечество растет... Вы меня поймите правильно, я ни к чему не хочу призывать, просто попросить не забывать. Не забывать, как улыбаются ваши друзья, как учащается пульс при виде любимого человека, постараться запомнить вкус собственных слез и первое слово вашего ребенка. Мне кажется, в силах каждого из нас это сделать, ну хотя бы попробовать. И, вполне вероятно, тогда окажется неважным, какие у тебя часы на руке, на какой машине ты приехал, на каком шоссе у тебя дом, какой национальности ты, какую религию исповедуешь. Я всего лишь хочу, чтобы вы вспомнили, как это здорово - просто жить.

Мы две души, летящих в никуда,
Мы темная небесная руда.
Столкнемся мы и станем светлой пылью,
А люди скажут - новая звезда.


Марина Тимашева: Честно говоря, я была уверена, что лиричная, нежная исповедальная проза принадлежат перу самого Меньшикова, но из буклета следует, что ее автор - Алексей Кабешев. Что ж, это лишнее свидетельство тому, что Олег Меньшиков умеет актерски ''присвоить'' чужие слова, что на сцене он по-прежнему ограничен и держится удивительно естественно. Под конец всеобщий любимец побаловал публику, и на бис запел:

(Песня)

Марина Тимашева: ''Ждать и тосковать'', на самом деле, будет публика – до тех пор, пока Олег Меньшиков не появится в новой роли на сцене или в кино.

Конечно, демонстрационный зал ГУМа – не идеальное для музицирования пространство, в нем скверная акустика, да и перемещаться между столиками, за которыми сидели гости, молодым оркестрантам было сложно. Но вряд ли Олег Меньшиков легко расстанется с новой игрушкой – вероятно, таких выступлений на других российских площадках будет много, и тогда послушать их и посмотреть смогут не только друзья фестиваля ''Черешневый лес''.

А завершился он 31-го мая вручением премии имени Олега Янковского. Лауреатами стали: Илья Авербух и Татьяна Тарасова, Ирина Антонова, Сергей Маковецкий, Владимир Машков, московский театр ''Современник'' за спектакль ''Враги. История любви'' ( Галина Волчек, Чулпан Хаматова, Алена Бабенко, Евгения Симонова, Сергей Юшкевич), Константин Райкин и Георгий Франгулян, а еще молодая Анастасия Кобекина — стипендиат Фонда Владимира Спивакова. Люди все достойные, и теперь получается, что премия имени Олега Янковского выступает на равных с ''Триумфом'', тем более, что и денежная составляющая очень значительная - один миллион рублей.

Вообще, с фестивалем ''Черешневый лес'' жалко прощаться. Он всегда оставляет зрителя в очень хорошем настроении.
XS
SM
MD
LG