Ссылки для упрощенного доступа

logo-print

Политик Гия Тортладзе – о программе десоветизации Грузии


Председатель фракции "Сильная Грузия" в парламенте страны Гия Тортладзе

Председатель фракции "Сильная Грузия" в парламенте страны Гия Тортладзе

Парламент Грузии одобрил Хартию свободы – закон, запрещающий использование на территории страны фашистской и коммунистической символики и предусматривающий люстрацию – должностные ограничения для бывших сотрудников советских спецслужб, высших должностных лиц КПСС, компартии Грузии, комсомола, а также "тех, кто поддерживает скрытые связи со спецслужбами зарубежных стран с 9 апреля 1989 года".

Комиссия по люстрации будет изучать архивы Грузинской ССР. Закон не допускает использования в географических названиях имен советских и коммунистических деятелей и отсылок к коммунистической идеологии. Включенный в Хартию "Патриотический акт" касается антитеррористических мер, включая усиление охраны стратегических объектов, контроля над грузами, ввозимыми в Грузию, и финансовыми потоками.

О Хартии рассказывает ее автор – председатель фракции "Сильная Грузия" в парламенте страны Гия Тортладзе.

– Мы 20 лет ждали этого закона. Гамсахурдиа принять его не успел, а Шеварднадзе не хотел. Я 7 лет работаю в парламенте и пытаюсь провести этот закон. Только сейчас это удалось сделать.

– Вы изучали опыт балтийских, восточноевропейских стран, которые проводили люстрацию и раскрывали архивы спецслужб?

– Да, мы изучали, как работали законы в разных странах и какие были последствия. Грузия – маленькая страна, и мы решили, что сразу открыть архивы и опубликовать информацию полностью не в наших интересах, потому что будет много обид и ссор. Поэтому мы решили так: люди, занимающие сегодня должности, которые они не должны занимать, в течение месяца должны написать заявление и уйти, и их прошлое будет забыто. Эти люди не должны участвовать в политической жизни Грузии. Но запретить им участвовать в выборах мы не можем, поэтому, если они все же решат избираться, центральная избирательная комиссия опубликует их досье. Тогда избиратели будут знать, с кем имеют дело, и сами решат – выбирать или не выбирать.

– Кадры радикально сменились после "революции роз", у власти другие люди – в основном, молодые. Много осталось на государственной службе людей, подлежащих увольнению после принятия Хартии – бывших функционеров КПСС или сотрудников КГБ?
Самым молодым сотрудникам или агентам КГБ сегодня может быть 39-40 лет. Людей такого возраста на государственной службе, в парламенте и вообще в политической жизни Грузии довольно много

– Точную цифру сказать не могу, надо проверять по архивам. Но самым молодым сотрудникам или агентам КГБ сегодня может быть 39-40 лет. Людей такого возраста на государственной службе, в парламенте и вообще в политической жизни Грузии довольно много. Так что надо формировать комиссию, которая будет работать в архивах. Когда в 1991 году Ельцин открыл архивы коммунистической партии, копии документов были вывезены в несколько стран, в Гуверовский архив в США и в Великобританию. Наша комиссия будет добиваться, чтобы нам передали копии грузинского архива.

– Из Балтийских стран значительная часть архивов КГБ была в 90-91 годах вывезена в Москву, но многие документы остались, и сейчас их выкладывают в интернете. А что произошло с архивом КГБ в Грузии?

– И в Грузии та же ситуация. Большая часть архива была вывезена, но сто тысяч документов лежат. Их надо обработать. Конечно, там есть дела людей, которых нет в живых, или очень старых. Но думаю, что там есть и люди, которые активно действуют и работают. Наша цель – отстранить их от государственных должностей и рычагов власти.

– Еще одно направление Хартии свободы – уничтожение советской символики. Знаменитый памятник Сталину в Гори убрали только в прошлом году. Почему так медленно идет этот процесс?

– Потому что не был принят закон. Новый закон говорит, что должны быть сняты все символы. Будет работать комиссия, и она должна определить, какие символы имеют художественную ценность, а, если такие существуют, их следует перенести в Музей оккупации. А то, что не имеет ценности, надо просто сносить и уничтожать. Нужно хорошо прочистить все коммунистические наименования – Красный Октябрь, Красное село и так далее – и восстановить исторические названия.

– А много осталось Красных Октябрей в Грузии?

– Не очень много, но есть. В любом случае, только закон, а не указ какого-то чиновника должен определять, что нужно переименовывать.

– А красный флаг должен быть запрещен? Вы знаете, какие споры идут на Украине из-за красного флага и какие были столкновения во Львове 9 мая.

– У нас красный флаг с серпом и молотом никто никогда не выносил на улицу. Даже люди, которые воевали и празднуют 9 мая. У нас никогда не было того, что случилось на Украине, и думаю, что никогда не будет. Красный флаг, конечно, можно допустить, а флаг с серпом и молотом будет запрещен.

– В Грузии ведь существует маленькая коммунистическая партия – Единая компартия Грузии. Хартия свободы как-то коснется ее?

– Запретить компартию мы не можем. Коммунистические партии существуют во всем мире. Нельзя только выносить на митинги старые большевистские символы. Мы должны осудить ту партию, которая истребляла народ в Советском Союзе и в Грузии в том числе. Этой партии уже не существует, а создавать новые партии не запрещено. Лично я бы запретил, но это было бы недемократично. Я против всех коммунистических партий в мире, но если завтра какие-нибудь молодые люди надумают создать компартию, мы не должны им мешать. Она сама закроется, потому что не сможет работать. В Грузии нет поддержки коммунистов.

– Есть какие-то памятники, которые вас больше всего раздражают, которые вы бы убрали в первую очередь?

– В первую очередь, я бы убрал барельефы Сталина и Ленина, которые находятся на Ортачальской ГЭС в Тбилиси.

– У вас есть личные причины выступать за декоммунизацию? Вы или ваша семья пострадали при советской власти?

– Дело не в личных причинах. Для меня важна моя страна, в которой коммунисты уничтожили интеллигенцию, всех интеллектуалов, всех патриотов. Для грузин большевистская символика – хуже, чем фашистская. Это символика преступной партии. Поэтому я считаю, что ее надо убрать.

– Как шло обсуждение Хартии свободы в парламенте? Оппозиция ведь не участвовала в голосовании?
Для меня важна моя страна, в которой коммунисты уничтожили интеллигенцию, всех интеллектуалов, всех патриотов. Для грузин большевистская символика – хуже, чем фашистская. Это символика преступной партии. Поэтому я считаю, что ее надо убрать

– Да. Возможно, это объясняется тем, что люди, которые находятся в оппозиции, состояли в комсомоле, в партии и в КГБ. Думаю, что больше всего им не нравится люстрация. Хартию поддержала партия Саакашвили. В зале было 83 человека, и все проголосовали "за".

– Хартия была принята через несколько дней после того, как на улицах Тбилиси прошли беспорядки. Что вы думаете об этих событиях?

– Я думаю, что это движение управляется из Москвы. Москва его финансирует. Эти люди хотели ввести российские войска, установить в Грузии пророссийское правительство. Им это сделать не удалось.

– Вы считаете Нино Бурджанадзе агентом Москвы?

– После российско-грузинской войны, когда территория Грузии была оккупирована, она несколько раз ездила в Москву, встречалась с Путиным и другими должностными лицами. Это называется коллаборационизм, когда без ведома правительства ты уезжаешь и начинаешь сепаратистские переговоры с врагом, который оккупировал 22% грузинской территории. Она сегодня сотрудничает с нашим врагом. И вместе с врагами хотела организовывать переворот. Конечно, он не удался.

– Вы ведь тоже – оппозиционный политик?

– Да, в Грузии 15-20 оппозиционных партий, но не все оппозиционные партии пророссийские. Те, кто говорят, что надо свергнуть власть, надо смотреть в сторону России, не надо вступать в НАТО, не надо вступать в Евросоюз – однозначно организации, которые сотрудничают с Москвой.

– Вы не только политик, но и альпинист. И недавно, покоряя вершины в Южной Америке, вы использовали эти восхождения в политических целях.

– Да, в январе я поднялся на высшую точку Америки гору Аконкагуа и на высший вулкан мира Охос-дель-Саладо. И на обеих горах поднял флаг "Грузия без оккупантов". А в Буэнос-Айресе, в Мендосе, в Сан-Хуане и других городах я повесил стикеры "Грузия без оккупантов" и "Россия должна покинуть Грузию". И сейчас собираюсь ехать в Пакистан, на два восьмитысячника, там тоже будет акция против оккупации в Грузии.

– Ваша акция пользовалась успехом в Аргентине и Чили, обратили местные масс-медиа внимание?

– Да, все интересовались, все поддерживали. Я останавливал людей, спрашивал: вы будете держать надпись "Грузия без оккупантов" и "Россия должна покинуть Грузию"? Никто не отказался. Они держали, а я делал фотографии и на видео снимал. Черновой материал я уже показывал в Тбилиси, сейчас хочу смонтировать с музыкой, сделать настоящий фильм, и желающие смогут посмотреть его в интернете.

Фрагмент программы "Итоги недели".

Показать комментарии

XS
SM
MD
LG