Ссылки для упрощенного доступа

logo-print

Македония - отчаяние и надежда


Программу ведет Джованни Бенси. В ней участвуют: обозреватель газеты "Нова Македония" и корреспондент Радио Свобода в Скопье Мирче Адамчевски; специалист по Балканам, сотрудник Института международных экономических и политических исследований РАН Сергей Романенко; корреспондент Радио Свобода во Франции Семен Мирский.

Джованни Бенси:

Передышка в македонском конфликте. В субботу в городе Охрид, начались при закрытых дверях очередные переговоры между лидерами славяно-македонских и албанских партий. Кроме президента Македонии Бориса Трайковского, на переговорах присутствуют также представители Европейского Союза и Соединенных Штатов Америки. Интерес Вашингтона к ситуации на Балканах не ослабевает. В начале минувшей недели американский президент Джордж Буш, на обратном пути с саммита "Восьмерки" в Генуе, посетил Косово и заверил, что военное присутствие США в регионе будет продолжаться. Остаются и другие международные войска, объединенные в контингент КФОР, куда входят и подразделения НАТО. Но их полномочия ограничены, и цели их деятельности не четко определены. Это мы видели как раз в Македонии.

Многие македонцы-славяне, выгнанные из района города Тетово засильем албанских боевиков, нашли убежище в столице Скопье, где устроили антизападные демонстрации, сопровождаемые разгромом иностранных представительств. Демонстранты обвиняли НАТО в потворстве албанским националистам-повстанцам. Госдепартамент в Вашингтоне отверг эти обвинения как "безответственные" и "абсолютно неверные". В стране постоянно грозит опасность гражданской войны, но в то же время понятно, не следует упускать возможности компромисса. Теперь, кажется, весы и склоняются в сторону переговоров. В Скопье прибыли генеральный секретарь НАТО Джордж Робертсон и координатор Евросоюза по вопросам безопасности и внешней политики Хавьер Солана: они предполагают, что возобновление диалога пока предотвратило трагедию гражданской войны. Робертсон, в частности, подчеркнул, что войска НАТО готовы приступить к разоружению албанских формирований, но только после заключения политической договоренности между сторонами.

Ситуация в Македонии и вообще на Балканах - тема сегодняшней передачи Радио Свобода, в которой участвуют, связанные со мной по телефону: из Скопье обозреватель газеты "Нова Македония" и наш сотрудник Мирче Адамчевски. Из Москвы - специалист по Балканам, сотрудник Института международных экономических и политических исследований РАН Сергей Романенко. Из Парижа - корреспондент Радио Свобода Семен Мирский.

Сначала Мирче Адамчевски, Скопье. Насколько серьезен диалог, возобновившийся в Охриде между македонскими и албанскими представителями? Агентства печати передают, что первые два дня встречи закончились безрезультатно. Как быть дальше?

Мирче Адамчевски:

Диалог, который идет, очень серьезен. Все дальнейшее развитие событий зависит от его результатов. Я думаю, что и представители США, и ЕС - Пардье и Леотар - будут нажимать в ходе переговоров на обе стороны. Сам Леотар заявил вчера в интервью радио "Франс Интернасьональ", что он большой оптимист и через несколько дней можно ожидать положительных результатов, а потом говорить и о вводе сил НАТО. Ведется очень трудная работа в Охриде. Что будет - сказать никто не может. Но я оптимист и думаю, что какое-то положительное решение, скажем, в сфере языка будет - албанского языка, и это обеспечит подписание какого-то документа. А потом можно будет говорить и об остальном, и о прибытии сил НАТО в Македонию.

Джованни Бенси:

Мирче, как раз вы упомянули этот вопрос о языке - станет Македония двуязычным государством? Возможно ли, что и албанский язык станет таким же государственным, как и македонский - нечто, как в Швейцарии, например?

Мирче Адамчевски:

Нет. Этого не произойдет. Леотар и Пардье сделали маленькие изменения в своем предложении. Теперь говорится, что это будет, скажем, государственный язык, но в местах, где живут, скажем, 20 процентов албанцев и больше. Так что, вот этот язык будет официальным в западной части Македонии. Но проблема в связи с языком - говорят, что надо решать около 18 вопросов о том, где можно, а где нет пользоваться албанским языком в качестве государственного. Так что, если они о чем-то договорятся, то я думаю, албанцам будет дана возможность пользоваться своим языком как государственным - в администрации на своих местах. Сейчас они нормально пользуются своим языком, говорят на нем, учатся на нем в школах и в высших учебных заведениях, хотя албанского университета еще нет. Так что, я думаю, проблема будет решена, и какой-то компромисс все-таки будет найден.

Джованни Бенси:

Семен Мирский, Париж. На ваш взгляд, и на основе того, что говорят в политических кругах Европейского союза, оправданы ли обвинения в пристрастности, в потворстве албанским боевикам, выдвинутые в Скопье в адрес не только войск НАТО, но и западных гуманитарных организаций? Каковы сейчас полномочия сил НАТО в данном регионе, идет ли дискуссия в Европе по этому поводу?

Семен Мирский:

О пристрастиях, о предвзятости, скажем, западных дипломатов, политических и военных деятелей, говорить не приходится. Это совершенно не в стиле западной дипломатии, и это противоречит всем представлениям этики: если ты хочешь посредничать, то будь добр быть третейским судьей, то есть, беспристрастным и объективным. Дело не в этом. Я думаю, что все недоразумения, связанные с обвинениями в якобы проалбанских симпатиях Запада проистекают только из одного пункта. На Западе зреет, или, точнее - созрело ощущение, что УЧК - албанская "армия освобождения" стала силой, которую нельзя ни обойти, ни объехать. Что все разговоры, всякие компромиссы, о которых говорил Мирче Адамчевски - он в него верит, и я тоже верю, но этот компромисс пролегает также и через переговоры с албанской "армией освобождения", той самой УЧК. Поэтому, конечно, люди, у которых есть какие бы то ни было причины симпатизировать славяно-македонской, скажем так, стороне в этом конфликте, могут расценивать факт признания объективной силы, которой стала УЧК и шире - албанская община Македонии, как некую предвзятость со стороны Запада. Но такая точка зрения не выдерживает. как вы сами понимаете, критического анализа.

Джованни Бенси:

Сергей Романенко, Москва. Вы только что вернулись из поездки по бывшей Югославии, были в Хорватии и Боснии-Герцеговине. Везде на Балканах неспокойно. Мы видели, как выдача Слободана Милошевича Гаагскому трибуналу взбудоражила Сербию. Теперь и хорватский генерал (правда, албанского происхождения) Рахим Адеми, явился в Гаагу с повинной. Межэтнические отношения в Македонии, Боснии и Косове остаются сложными. Какие следы оставили эти события в балканских странах? Что говорят люди, какова атмосфера сейчас в этих образовавшихся после распада Югославии республиках?

Сергей Романенко:

Действительно, я был в Боснии и Герцеговине, и в Хорватии, и надо сказать, что общественность и печать этих стран очень внимательно следят и за событиями в Македонии, и за событиями вокруг выдачи Слободана Милошевича. Вызвано это, естественно, тем, что югославское политическое пространство, хотя многие хорватские политики это и отрицают - оно, тем не менее, объективно существует, и, естественно, то, что происходит в одной его части, так или иначе отзывается в другой. Так, например, конечно в Боснии и Герцеговине очень внимательно следят за ходом переговоров о будущем Македонии - какой станет эта страна, останется централизованной республикой или станет федерацией, допустим. Это очень важно, потому что сама Босния и Герцеговина стоит перед очень непростым выбором. Спустя 6 лет после подписания Дейтонских соглашений становится ясно, что все-таки это, как говорят и хорваты, и сербы, и мусульмане-босняки, не Священное писание, и, так или иначе, его придется менять. Но менять в какую сторону? Каким образом? Например, сейчас в Боснии напряженность вызвана отчасти и тем что те силы, которые в последние годы ориентировались на режим Франьо Туджмана в Хорватии, пытаются добиться сейчас создания третьего государственного чисто хорватского образования. Естественно, что это вызывает резкое неприятие и демократически настроенной части хорватского общества в Боснии, вызывает неприятие и в Загребе, и неприятие международного сообщества. Тем не менее. такая напряженность существует. Более того, существует проблема и с будущим, собственно говоря, Республики Сербской. Связано это с тем, что возникает вопрос, будет ли Босния и Герцеговина опять-таки централизованной республикой, или федерацией двух или трех государственных национальных образований.

Что же касается проблемы выдачи Слободана Милошевича, то здесь тоже все довольно любопытно. Естественно, хорватская и мусульманская печать приветствовала этот акт сербского правительства. Однако, естественно, что та же печать, которая приветствует выдачу сербских преступников, очень часто берет под защиту своих собственных. И как раз вот та ситуация, которая сложилась в Хорватии вокруг выдачи Гаагским трибуналом ордеров на арест двух хорватских генералов, в том числе и уже упоминавшегося Адеми и хорвата по происхождению Анте Готовины, как раз свидетельствует о том, что националистические настроения еще имеют достаточную почву в Хорватии и на них пытаются играть силы, которые были связаны с президентом Туджманом, которые пытаются проводить старую политику в новых условиях.

Джованни Бенси:

Сергей, есть ли опасность возобновления вооруженных столкновений в этих районах - или она уже миновала, осталась в прошлом?

Сергей Романенко:

В Хорватии, безусловно - нет, а что касается Боснии и Герцеговины - я разговаривал со многими политическим деятелями, и не все, но некоторые, говорили, что до тех пор, пока стоят международные войска, войска СФОР, конфликт, естественно, невозможен, а что будет, когда они уйдут - не знает никто. Поэтому можно, видимо, говорить о том что эти войска пробудут в Боснии и Герцеговине достаточно долгий срок, несмотря на то, что в результате достигнутых все-таки за 6 лет каких-то положительных результатов было принято решение о сокращении численности сил СФОР.

Джованни Бенси:

И снова Мирче Адамчевски, Скопье. Соглашения между македонцами - славянами и албанцами - были и раньше, но чаще всего не соблюдались. Кроме того, за событиями в Македонии, как и в соседнем Косове, смутно маячит призрак "Великой Албании". В Тиране отрицают такие амбиции, в Приштине, чаще всего, тоже. Но во имя чего тогда воюют боевики УЧК, "Уштрия Члиримтаре Комбетаре", по-русски НОА, "Национально-освободительная армия". Каковы их цели? Требуют ли просто больше прав в Македонии, или стремятся к чему-то другому?

Мирче Адамчевски:

Мое личное мнение, что здесь идет война криминала, что есть экстремисты, криминал среди македонцев и среди албанцев, и они перевели все это на национальную почву и начинается борьба за права. Сами вот эти боевики из "Национально-освободительной армии" говорят: "Мы воюем за права для албанского языка - чтобы он был государственным". Но если это будет, если будет достигнут компромисс по этому вопросу - дальше за что они будут воевать? Вы знаете, что македонское правительство - коалиционное. Когда оно составлялось, македонские националисты и албанские националисты создали свое коалиционное правительство, и все еще началось тогда - в 1998-м году, три года назад... Потихонечку это все набирало силу и потом взорвалось. И теперь пожинаются вот эти плоды, давным-давно посеянные. Я хочу сказать, что они будут воевать не за какой-то язык. Я думаю, что идет битва за территории и пока не решится вопрос Косово - будет ли оно независимым или автономным краем в составе Сербии или Югославии - пока этот вопрос не разрешится, не будет решена и ситуация в Македонии. Так что, по-моему, речь идет о территории, а не о каких-то правах.

Джованни Бенси:

Семен Мирский, Париж. Вы слышали, что говорил наш коллега из Скопье, ситуация очень сложная, сложные хитросплетения... И у меня вот какой вопрос: есть ли у вас впечатление, что западные политики, общественность, средства массовой информации, понимают суть трагедии, которая уже более десяти лет разыгрывается на Балканах? Какова роль Соединенных Штатов? И какова роль Европейского Союза?

Семен Мирский:

Понимают, конечно. недостаточно, и не полностью, и недостаточно глубоко. В то же время справедливости ради скажем, что сегодня понимают лучше, чем 10 лет назад, когда при усилиях Слободана Милошевича начался процесс распада Федеративной республики Югославия. 10 лет - это все-таки немалый срок, и какой-то опыт в этом смысле уже накоплен. О том, с какими трудностями связано разрешение конфликтов в Македонии и шире - на Балканах красноречивее всего, по-моему, говорит рассказ очевидца, который я приведу. Итак, на дороге, ведущей в Тетово, остановился танк македонской армии. Танк, как водится, немедленно окружили дети. И один из них - албанский мальчик попросил танкиста, стоявшего в башне: "Дяденька, подними на танк". Македонский танкист слез, взял малыша на руку и посадил его на башню танка, и тут ребенок вцепился в ручки пулемета, который стоял на башне, и громко закричал: "Да здравствует УЧК", - албанская "освободительная армия". Очевидцем этого, по-моему, только отчасти смешного эпизода был корреспондент парижской газеты "Монд" в Македонии Реми Ордан, очень хорошо, кстати, знающий регион. И вот он пишет: "Радикальный национализм крепнет в обеих общинах, как в македонской, так и в албанской. Выиграв так называемую "битву за Тетово", албанские повстанцы показали, что хотя они и были вынуждены покинуть город, они, тем не мене,е сумели завоевать симпатии албанского населения, и УЧК убеждена, что она в любой момент сможет вновь захватить Тетово и диктовать свои условия", - пишет специальный корреспондент газеты "Монд" в Македонии. Это был моя попытка ответить на ваш, Джованни, вопрос - понимают ли? Да, скорее всего, понимают. Другое дело - что они делают с этим пониманием, что могут сделать конкретно. Пока, судя по всему, еще не слишком много. Таково, по меньшей мере, мнение Криса Паттена, который является европейским комиссаром по внешним связям. Вот что сказал Крис Паттен: "Пока не будет достигнуто политическое соглашение между враждующими сторонами - наши возможности весьма ограничены". Примерно в том же духе выдержано заявление и двух других представителей европейской политической элиты - министров иностранных дел Швеции и Франции Анны Линдт и Юбера Ведрина. Но, разумеется, ждать, пока македонцы и албанцы договорятся между собой - это примерно то же самое, что сидеть у моря и ждать погоды. И мы знаем, что есть попытки активизации западной миротворческой деятельности в Македонии. Здесь я напомнил бы, что в прошлом месяце президент Франции Ширак и канцлер Германии Шредер во время встречи во Фрайбурге принципиально договорились об отправке в Македонию смешанной франко-германской бригады, и эта операция уже даже получила кодовое название - по-английски "Essential harvest", что можно перевести как существенный урожай. Урожай, как известно, собирают осенью, осень не за горами, и что-то там произойдет.

XS
SM
MD
LG