Ссылки для упрощенного доступа

logo-print

Чечня - спираль зверства и жестокости

  • Савик Шустер

Программу ведет Савик Шустер. В ней участвуют также Петр Вайль, Владимир Буковский - известный правозащитник, живущий в Великобритании, и специальный корреспондент Радио Свобода на Северном Кавказе Андрей Бабицкий.

Савик Шустер:

Расстрел колонны беженцев - такова главная новость, поступившая сегодня из Чечни. Сообщает специальный корреспондент Радио Свобода Андрей Бабицкий:

Андрей Бабицкий:

Утро сегодняшнего дня. В 9 часов из Грозного, а из этого города ежедневно продолжают выходить мирные люди, выехала колонна машин - семь легковых и один автобус - "ПАЗ". Они выехали под белыми флагами, таким образом люди обычно пытаются дать понять, что они беженцы, и обезопасить себя от самолетов и просто блок-постов, на которых нервные российские военнослужащие легко могут пустить в ход любое оружие. То, что произошло дальше, выходит далеко за рамки моего собственного опыта, и прошлой войны, и даже войны нынешней, которая гораздо страшнее. Российские спецназовцы без всякой видимой причины в упор расстреляли колонну у самого селения Гайты, оно расположено в пяти километрах южнее Грозного. Из почти пятидесяти человек сумели выжить только семь, все ранены. На одной уцелевшей машине - "Ниве" они добрались до Ингушетии. С беженкой Татьяной Айдамировой, легко раненой, мы говорили в отделении травматологии районной больницы в Слепцовской. Вот как она описала трагедию:

Татьяна Айдамирова:

Утром мы выехали с Грозного. Не доезжая до села Гайты, нас обстреляли, прямо в упор обстреляли. Сорок мертвых лежало, и семь раненых было. После они сами подошли, сами перевязки делали, обезболивающее давали, Потом мы спросили - можно нам обратно ехать, в Грозный? Они говорят: "Нет, обратно вы живыми не поедете. Если хотите, езжайте прямо в сторону Назрани". Мы выехали оттуда, нас еле-еле пропускали. Потом проверяли, проверяли машину, не давали, чтобы я, хоть и раненая, как-то лежала:

Андрей Бабицкий:

Это было рядом с селом Гайты, да?

Татьяна Айдамирова:

Да:

Андрей Бабицкий:

Сколько машин было?

Татьяна Айдамирова:

Семь легковых и один автобус.

Андрей Бабицкий:

Сколько проехало сюда?

Татьяна Айдамирова:

Только наша "Нива".

Андрей Бабицкий:

Из чего стреляли? Из танка, или из гаубицы?

Татьяна Айдамирова:

Нет, прямо в упор они стреляли, подошли сами. Пулемет там стоял подальше, и из автоматов они стреляли, прямо в упор.

Андрей Бабицкий:

А видели они, что это мирные жители?

Татьяна Айдамирова:

Видели, они же машины проверяли, видели, что там мертвые люди лежат, ничего не объяснили, в масках все были. Еще такие довольные, как будто так и должно быть. Я не знаю, такой жестокий народ, что всем надо было умереть.

Андрей Бабицкий:

Кроме Татьяны Айдамировой в больнице находится другая женщина с черепно-мозговой травмой. При мне ее как раз готовили к операции, исход которой может быть любым. Машина - красная "Нива" с разбитыми стеклами и следами автоматных очередей со всех сторон стояла некоторое время у больницы. А потом пятеро раненых мужчин уехали по каким-то своим делам в другое ингушское село.

Савик Шустер:

Этот материал Андрея Бабицкого прослушал известный правозащитник Владимир Буковский, который живет в Англии. Прослушав этот материал, он высказал свое мнение, и ответил на несколько вопросов Петра Вайля.

Владимир Буковский:

Ну, что тут можно сказать, я на эту войну смотрю с такой тоской и безнадежностью - до чего там может еще дойти озверение?! Сколько еще там должно погибнуть людей, прежде, чем, наконец, до всех дойдет, что военного решения эта проблема не имеет?! Ну что сейчас будет - сейчас будет большое количество людей, которые считают себя честными и порядочными, они будут оправдывать все это, заявляя, что лес рубят - щепки летят, что иначе не справиться с боевиками. При этом забывают, кого они цитируют и какое страшное время при этом нам всем напоминают. Что я еще могу сказать? Это просто может повергнуть человека в депрессию. Нынешнее безразличие, тупое безразличие перед лицом совершаемых там преступлений, и главное, еще тот аспект, что эти преступления совершенно бессмысленны, что там все равно нет силового решения.

Петр Вайль:

Как вы считаете, в нынешней ситуации раскручивания этой спирали зверства и жестокости, которая проявляется с обеих сторон, возможно ли что-то еще сделать?

Владимир Буковский:

Мне кажется, что сделать вы с этим ничего не можете. Это, конечно, озверение. Нужно, чтобы это прежде было осуждено теми остатками общественного мнения, которые в России еще имеются, если они имеются. Нужно, конечно, как-то заставить российское руководство начать переговоры с Масхадовым, начать поиск урегулирования этого вопроса и гораздо более фундаментального, чем было сделано несколько лет назад. Нужно не перемирие, а политическое решение этой проблемы. Вот на что хотелось бы надеться. Сделать это никогда не поздно, несмотря на озверение, озверение в любой войне бывает, а тем более в такой, где враг как бы невидим и неясен. Нужно решить эту проблему, это -единственная вещь - остановить это.

Петр Вайль:

Вы сделали важную оговорку: вы сказали: остатки общественного мнения, если оно еще осталось. В прошлую чеченскую войну российская общественность тоже не сильно выступала против войны, антивоенных демонстраций мы не можем вспомнить, но тогда пресса, по крайней мере, более-менее объективно освещала ход событий, хотя бы давала две стороны. Сейчас пресса и общество единодушны, односторонни. Видите ли вы со стороны остатки общественного мнения, о которых вы сказали?

Владимир Буковский:

Если они и есть, то они глубоко в подполье. Сейчас происходит то, что кто-то назвал консолидацией в стране. Это - такая консолидация, которую не дай Бог видеть в нашей стране. Консолидация вокруг чего - вокруг общей победы, казалось бы, с другой стороны, вокруг нынешних руководителей, а это - бывшие работники КГБ. То есть происходит консолидация на основе каких-то сталинско-брежневских остатков, под их лозунгами министерскими. Такой консолидации не надо. Лучше вообще распасться до уровня удельных княжеств, чем иметь такую консолидацию. К сожалению, отсюда общественного мнения уже не заметно. Такое ощущение, что нынешние события хорошо подготовлены пропагандистки и организационно, и что они застали людей врасплох. Взрывы в Москве все однозначно приписали действиям чеченцев, хотя никто никогда этого не доказал, никто не был пойман, почему-то взрывы сразу прекратились, как только начались широкомасштабные действия российских войск в Чечне. У меня остается по этому поводу очень много вопросов, тем не менее, это произвело свой эффект, свое воздействие на общественное мнение, даже те немногие, кто пытался хотя бы публично не соглашаться с такой политикой, сегодня предпочитают публично молчать.

XS
SM
MD
LG