Ссылки для упрощенного доступа

logo-print

Война в Чечне - кто формирует общественное мнение в регионах России?

  • Савик Шустер

Программу ведет Савик Шустер. В ней участвуют корреспондент Радио Свобода в Лондоне Наталья Голицына, корреспондент Радио Свобода на Северном Кавказе Хасин Радуев, корреспонденты Радио Свобода в регионах России: Олег Родин из Нижнего Новгорода, Сергей Новиков из Тулы и Анна Липина из Пскова, а также Анна Титова - журналистка, директор новостей 4-го телеканала Екатеринбурга, и Сергей Ким, главный редактор новостей телеканала "Афонтово" в городе Красноярске.

Савик Шустер:

Сегодня в Лондоне международная правозащитная организация "Amnesty International" обнародовала заявление, в котором призывает свои отделения и членов организации начать акцию протеста в защиту гражданского населения Грозного. С подробностями корреспондент Радио Свобода в Великобритании Наталья Голицына.

Наталья Голицына:

По лондонскому телевидению с заявлением в защиту гражданского населения Грозного выступила член секретариата "Amnesty International" Майя Консанес. Я обратилась к ней с просьбой рассказать о мерах, которые предпринимает "Amnesty International" в связи с предполагаемым штурмом Грозного российскими войсками. Вот что она сообщила: "Во-первых, мы обратились ко всем членам нашей организации во всем мире, а это как минимум один миллион человек, отправлять письма протеста в адрес российского правительства, призывая его избегать военных акций, направленных против гражданского населения Чечни. Мы особенно обеспокоены многочисленными свидетельствами огромных жертв среди мирных жителей в результате военных действий российской армии. Мы уже обратились к российскому правительству с открытым письмом, требуя сделать публичное и недвусмысленное заявление о том, что оно обязуется соблюдать международные гуманитарные законы и не допустит военных акций против мирного населения в Грозном. Мы внимательно следим за событиями в Чечне. Члены нашей организации наблюдают за происходящим в Чечне в районе чечено-ингушской границы, так как им отказано в посещении Грозного". Говоря о непосредственных акциях в защиту прав человека в Чечне, нарушаемых российскими войсками, Майя Консанес подчеркнула, что "Amnesty International" начала кампанию по консолидации международного общественного мнения в защиту гражданского населения Чечни, призывая правительства всех стран оказать давление на Россию с тем, чтобы заставить ее остановить кровопролитие, жертвами которого становятся в основном мирные люди. Кроме того, как заметила член руководства "Amnesty International: "Наши отделения во всем мире планируют провести акции протеста, выступить в защиту чеченских женщин, стариков и детей. Мы обратились с призывом и к российским членам нашей организации. У нас нет своего отделения в Москве, но мы уверены, что правозащитники, члены нашей организации в России присоединятся к нашей кампании по спасению гражданского населения Чечни".

Савик Шустер:

В прямом эфире специальный корреспондент Радио Свобода на Северном Кавказе Хасин Радуев. Первый вопрос: официальные власти России сообщают о том, что большинство жителей Грозного сосредоточены в Старопромысловском районе. Это так?

Хасин Радуев:

Дело в том, что в то время, когда я в последний раз побывал в Грозном, я внимательно объехал весь город, внимательно изучал этот вопрос, смотрел, где могут находиться мирные жители, в каких условиях они живут, и я могу свидетельствовать, что они рассредоточены практически по всему Грозному, они не собираются в одном месте, они живут в подвалах собственных домов, под многоэтажками, когда наступает темное время суток, зажигаются какие-то свечи, керосиновые лампы, и можно увидеть, что во многих домах горит свет. И люди в момент, когда прекращается обстрел, поднимаются в свои дома и квартиры, и я знаю, что они находятся по всему Грозному.

Савик Шустер:

Называются разные цифры того, сколько жителей осталось в Грозном - от 5 до 40 тысяч, конечно, разброс огромный, хотя, даже если бы там оставался один мирный житель, город все равно нельзя было бы бомбить. Скажите, какая цифра ближе к истине, можно назвать более точно, сколько людей там еще живет?

Хасин Радуев:

Дело в том, что с началом бомбардировок, а вторая война началась именно с того, что бомбардировкам подверглись населенные пункты Ножай-Юртовского района, затем Веденского и дальше, очень много людей бежало в Грозный. Они надеялись на то, что Грозный бомбить не будут, правительство разместило десятки семей в административных зданиях, в общем, город был наполнен беженцами практически со всех горных районов республики. Ну а с тех пор, как начали бомбить уже сам Грозный, люди потихоньку уходили, но по моим подсчетам примерно 40-45 тысяч в Грозном еще остается.

Савик Шустер:

Что значит по вашим подсчетам - вы сверяли ваши данные с ингушской службой, которая регистрирует всех беженцев и примерно прикидывает, или это такое примерное число?

Хасин Радуев:

Дело в том, что если, скажем, считать, что в подъезде десять квартир, то из них примерно семь уже пустуют, а в трех живут семьи. Таких домов очень много, я со многими людьми разговаривал. С начала боевых действий я следил за этой ситуацией, и из того, что я слышал в последние дни, когда бомбардировки уже шли полным ходом, то в это время я побывал в Грозном, бывал во многих домах в разных районах, и у меня сложилась эта цифра. Может быть, сейчас в связи с тем, что уже был предъявлен ультиматум и перед этим, когда люди уже понимали, что Грозный будет окружен и жить там будет невозможно, может быть, какая то часть жителей заранее покинула Грозный, но все-таки там до сих пор остается большое количество людей.

Савик Шустер:

Сегодня Грозный покинули всего лишь 35 человек. С точки зрения военной, российские войска взяли город Урус-Мартан и выдвигаются к окраинам райцентра Шали. Что это значит с точки зрения военной - что вооруженные формирования уходят в горы и оставляют города, либо их просто выбивают оттуда - они несут огромные потери и просто бегут?

Хасин Радуев:

Я думаю, что в нынешней кампании чеченское военное командование не хочет повторять ошибок, которые были допущены в прошлой войне, когда небольшой отряд оставался возле населенного пункта, начинал боевые действия, потом то ли он был вынужден отходить, то ли погибал, и именно этот населенный пункт считался зоной боевых действий, военным объектом, крепостью, и по домам наносились удары из артиллерии и авиации, и село разрушалось. Сейчас, судя по настроениям, насколько я знаю, в принципе, ни Масхадов, ни другие полевые командиры не против того, чтобы люди пытались сохранить свои села и дома и вели какие-то переговоры с российскими военными, объясняя им, что в этих населенных пунктах не находятся такие укрепрайоны, о которых говорят российские военные, и что там нет боеспособных подразделений. Более того, я точно знаю, что делегация жителей села Шали побывала у российских военных, они говорили о том, что в принципе город не будет защищаться, сопротивления не будет, и приглашали российских военных провести так называемую "зачистку" или проверку паспортного режима. Им ответили, что на очереди Грозный, а после того, как он будет взят, возьмутся за Шали. Уже вчера райцентр Шали бомбили два штурмовика, они нанесли удар прямо по центру, это значит, что по тем разговорам, которые ведут российские военные - что там ставка Масхадова, что там укрепрайоны и так далее, можно прогнозировать, что Шали, вообще-то, ожидает та же участь, что Аргун и Урус-Мартан.

Савик Шустер:

Хасин, в Москве звучат заявления о том, что именно вооруженные формирования, экстремисты не выпускают людей из Грозного, создавая тем самым живой щит обороны. Можно ли верить таким заявлениям?

Хасин Радуев:

Я считаю, что эти заявления носят пропагандистский характер, поскольку еще не было ни одного такого случая, и в прошлую войну об этом много говорили, и в эту войну. Никто людей не удерживает. Они просто надеются на то, что первая волна натиска пронесется, а потом можно будет как-то обустраивать свою жизнь Именно этим обусловлено то, то они не хотят покидать Грозный. Никто, уверяю вас, никто там никого не держит. Более того, подразделения, которые подчиняются Масхадову, наводили порядок, ставили посты. То есть не было ничего такого, что мешало мирным жителям покинуть столицу.

Савик Шустер:

По опросам общественного мнения мы знаем, что большинство жителей России - от 65 до75 процентов поддерживают войну в Чечне. Интересно понять, кто формирует общественное мнение. Особенно в регионах. Главным образом местные СМИ - или федеральные? Эту тему мы будем обсуждать с Анной Титовой - журналисткой, директором новостей 4-го канала Екатеринбурга, и Сергеем Кимом, ведущим, главным редактором новостей телеканала "Афонтово" в городе Красноярске. Начнем с трех информационных материалов. Первый из Нижнего Новгорода - как освещается война там. Рассказывает Олег Родин:

Олег Родин:

Нижегородские СМИ освещают события на Северном Кавказе регулярно. Источники информации для них разнообразны, прежде всего, это интервью солдат и офицеров, отправляющихся в зону конфликта или вернувшихся домой. Мнения, приводимые в репортажах, достаточно разнообразны. Наряду с патриотической бравадой можно услышать и довольно жесткую критику, как например при отправке нижегородских милиционеров для организации РУВД в Гудермесе.

Сотрудник милиции: Альтернатива такая: или езжай, или пиши рапорт об увольнении, скорее всего, навсегда и без права восстановления. Моя голова будет оцениваться в 55 рублей в день. Что это такое - всем понятно.

Олег Родин:

Часть нижегородских журналистов посетила Северный Кавказ вместе с губернатором Иваном Скляровым, который участвовал в работе комиссии Совета Федерации, инспектировавшей лагеря чеченских беженцев. Репортеры местной телекомпании привезли из этой поездки, в частности, видеозаписи бесед с беженцами:

Беженец:

Бомбят мирных жителей, надо правду говорить. В Старой Сунже не было ни одного боевика, но летчик, почему-то бомбит.

Беженка:

Убивают там женщин и детей, многие люди не смогли выехать, потому что боятся - когда переходят границу, на посту убивают.

Журналист:

Вы это видели сами?

Беженка:

Сама лично видела. Сама лично переходила границу, Ачхой -Мартановский поворот. Там у блок-поста расстреляли "Жигули", убили трое маленьких детей, я вам даже могу сказать, сколько им было - 6, 7, 8 лет:

Олег Родин:

Журналистам удается повстречаться и с теми, кто вернулся из зоны боевых действий, в частности, с контрактниками, которые ждут невыплаченных денег.

Контрактник:

Получается, что когда мы воюем, мы там нужны, а когда возвращаемся - получаемся как обуза обществу, уже никому не нужны, ни военкоматам, никому, только своим родителям. Возвращаешься - ни денежного довольствия, ничего не дают.

Олег Родин:

Что же касается мнения официальных лиц, то оно, как правило, не отличается от аналогичных высказываний по центральным каналам радио и телевидения. Поэтому нижегородцы получают довольно пеструю картину сведений о событиях на Северном Кавказе.

Савик Шустер:

Тула - город интересный, по разным причинам, и потому что там известная дивизия, и потому что оттуда в депутаты Государственной Думы баллотируется Александр Коржаков. Интересно, что там говорят о войне в Чечне. Рассказывает Сергей Новиков:

Сергей Новиков:

Чеченская тема в тульских СМИ - это проводы десантников и омоновцев, это встречи возвратившихся бойцов, и это похороны. Чеченская тема в местной прессе, как печатной, так и электронной, скупа и лишена ура-патриотизма. Единственное исключение, пожалуй, публикации об отправке добровольцев и возвращении, точнее бегстве их в связи с невыполнением федеральными властями условий контрактов. Руководители города и области чеченскую тему в прессе стараются не затрагивать. Чеченская карта не разыгрывается в предвыборной борьбе, как прямо, так и косвенно. Кандидаты в депутаты, даже причастные в свое время к событиям в Чечне опальные генералы Ачалов и Коржаков о нынешней ситуации на Северном Кавказе особенно не распространяются. Я имею в виду агитацию. В СМИ такое вялое и как бы равнодушное освещение чеченских событий в тульских газетах, на радио и телевидении было нарушено лишь однажды. Поводом к тому послужил недавний визит в Тулу представителя правительства РФ в Чеченской республике Николая Кошмана. Он, помимо всего прочего, имел неосторожность попросить руководителей города и области, и всех туляков об оказании помощи в деле восстановления мятежной республики. Вот тут то пресса, в основном, независимая и показала зубы. В комментариях вспомнили и о том, что Тульская область уже оказала помощь режиму Масхадова в размере двух миллиардов старых рублей, и о том, что хотя Тулу уже 58 лет и не бомбили, последствия трехлетнего правления коммунистов для народного хозяйства оказались похуже бомбежек. Короче, самим бы кто помог! Но местные власти, проигнорировав все критические публикации, "кошмановской" Чечне в помощи не отказали.

Савик Шустер:

Еще один материал из регионов - из Пскова рассказывает Анна Липина:

Анна Липина:

События в Чечне, в которых принимают непосредственное участие военнослужащие из Пскова, несомненно привлекают пристальное внимание жителей области. Но то, что пишут псковские газеты, это - просто апологетика войны и ничто другое. Есть областная газета "Псковская Правда", которая занимает сугубо националистическую и даже шовинистическую позицию. Любую информацию из Чечни она подает как возмездие бандитам за их преступления, совершенно не различая мирных граждан и террористов. Что же касается городской газеты "Новости Пскова", которая имеет своего собственного корреспондента в зоне конфликта, то она дает совершенно иную картину: там нет апологетики войны, апологетики бойни, но там есть романтизация военной операции, которая также выглядит весьма неуместной. Многие считают, что если бы центральные российские СМИ были бы объективны в освещении конфликта, то и региональная пресса последовала бы их примеру. Самое печальное это то, что СМИ следуя за политиками, не желают даже обсуждать со своими читателями возможность политического урегулирования чеченского конфликта. Такая информационная блокада, в которой оказались жители Псковской области, не осталась без внимания правозащитников. Активисты псковского правозащитного общества "Вече" распространили заявление, в котором требуют, чтобы ежедневно центральными каналами телевидения и радио жителям страны предоставлялась информация о количестве погибших в боевых действиях на территории Чеченской республики, их имена, возраст, звание и место жительства.

Савик Шустер:

У меня один вопрос: насколько в самом деле общественное мнение формируется местными новостями, и как влиятельны федеральные каналы?

Анна Титова:

Я думаю, что местные каналы в этом вопросе достаточно влиятельны, потому что мы действительно ближе к нашим зрителям, и мы рассказываем о конкретных судьбах конкретных людей, которые уехали воевать в Чечню, наших зрителей это очень волнует. К примеру, на днях пришла информация о том, что пропали без вести два тагильчанина. Естественно, весь Нижний Тагил был в шоке, здесь маленький городок, этих парней все знают. Вчера буквально мы проводили интерактивный телефонный опрос по поводу того, нужно ли бомбить Грозный - 41 процент позвонивших сказал: "Да, нужно". Против оказалось 59 процентов. Это очень показательно, потому что многие все-таки говорят о том, что мирное население не виновато, что многих мирных жителей могут не выпустить боевики, и тогда они погибнут под российскими бомбами совершенно ни за что. Другое мнение, что, конечно, нужно поскорее покончить с боевиками - иначе через два-три года все повторится. Так считают, в частности, бойцы отряда ОМОН, которые находятся в 30 километрах от Грозного. Оттуда вернулся наш корреспондент, он говорит, что там такое настроение.

Савик Шустер:

Сергей Ким, тот же вопрос к вам - кто влиятельнее - вы или центральные каналы?

Сергей Ким:

Я думаю, что в Сибири, в Красноярске, где мы работаем, все-таки федеральные каналы, может быть, из-за того, что у нас нет возможности послать кого-то в Чечню, непосредственно людей, которые могли бы сказать правду и посмотреть на это собственными глазами. Мне кажется, что федеральные каналы определяют, в основном, ситуацию. Безусловно, местные журналисты не молчат, наша телекомпания делает сюжет, рассказывает об этом. Я, готовясь к этому разговору, выслушал все мнения наших коллег - мне кажется, что мы имеем дело с неким "расщепленным сознанием". У нас есть два вида материалов - один это когда мы провожаем отряды ОМОНа, СОБРа, и так далее, примерно раз в месяц мы отправляем из Красноярска какую-то группу наших бойцов в Чечню. Естественно, корреспондент подходит, встречает их как героев, восхищается ими. Было такое слово "романтизировать", наверное, это правильно, потому что это происходит в присутствии родных. Но это одна форма рассказа о Чечне, а другая, безусловно, это когда мы встречаем "груз - 200". В Красноярске уже три человека так вернулись, по крайней мере, наша телекомпания рассказывала уже о трех бойцах, которых мы так встречали - этот страшный "груз-200". Я думаю, что в Сибири федеральные каналы все-таки достаточно хорошо "промыли" наши мозги, и я могу привести только один пример: Явлинский в свое время сделал свое заявление о том, что нужно прекратить военные действия и начать переговоры- первый раз возможность вступить с ним в диалог представилась журналистам в Красноярске. Он был в наших новостях в прямом эфире и получил от зрителей очень негативную оценку. Его ругали, что он, якобы, как его поняли, собирается остановить военные действия, дать боевикам возможность переформировать свои ряды и так далее. Я думаю, что если говорит в парадигме да или нет, то все-таки у нас определяют общественное мнение федеральные каналы.

Савик Шустер:

Анна Титова, вопрос к вам: говорят, что во многих регионах России говорят об информационной блокаде. Вы в Екатеринбурге это ощущаете?

Анна Титова:

Нет, абсолютно нет. Дело в том, что даже кадры чеченских событий мы можем показывать благодаря тому, что мы подписаны на международное агентство AFTM, к сожалению российского подобного агентства не существует, которое бы доступно предоставляло региональным телекомпаниям видеоинформацию, поэтому мы вынуждены подписываться на западные агентства. Надо сказать, что дефицита кадров из Чечни у нас нет. Мы можем рассказывать о том, что там происходит, и иногда, благодаря этому, можем даже рассказать больше, чем центральные каналы.

Савик Шустер:

Сергей, а у вас?

Сергей Ким:

Нет блокады как таковой или запрещения вести эту тему. Но мне кажется, что мы находимся в определенном смысле под давлением общественного мнения. Общественное мнение за то, что бы войну продолжать. Все хотят быстрого завершения, даже без выбора средств. По крайней мере, очень многие. Мы имеем печальный опыт: мы очень активно ставили первыми темами в выпусках, где-то месяца два назад, Указ президента России о том, чтобы направлять военнослужащих срочной службы для участия в военных действиях без их согласия. Я хочу сказать, что мы не получили общественного движения или поддержки нам, несмотря на то, что мы старались это сделать.

Савик Шустер:

То есть, если бы вы, я понимаю, что вопрос предположительный и на него нелегко отвечать, но если бы вы провели такой же интерактив, как 4-й канал в Екатеринбурге, о котором говорила Анна Титова, то у вас, наверное, не было бы 59 процентов против бомбежки Грозного?

Сергей Ким:

Я думаю, что, к сожалению, высказались бы в большинстве за то, что эту войну нужно закончить любыми средствами.

XS
SM
MD
LG