Ссылки для упрощенного доступа

logo-print

Какова будет новая чеченская война?


Ведущий программы «Liberty Live» Владимир Бабурин беседует с директором Института гуманитарно-политических технологий имени Абдурахмана Автурханова Абдулхакимом Султыговым и корреспондентом Радио Свобода Андреем Бабицким, освещавшим ход чеченской войны 1994-го - 1996-го годов.

Владимир Бабурин:

Господин Султыгов, нынешняя война, которая фактически уже началась, будет ли она другой, не такой, как первая?

Абдулхаким Султыгов:

Безусловно, эта война имеет совершенно другие, принципиально иные характеристики. В данном случае мы имеем дело с войной на уничтожение в чистом виде, план которой, по всей видимости, был разработан задолго до дагестанских событий и взрывов в Москве. Все многочисленные факты говорят о том, что в данном случае эта военная кампания имеет многоплановые цели, но главное - характер войны, конечно, будет ожесточенным, потому что чеченскому населению, практически, всему мужскому населению Чечни не оставили иных шансов, кроме как умереть, либо попасть в фильтрационный лагерь.

Владимир Бабурин:

Вопрос к Андрею Бабицкому: Андрей, вы только что вернулись из Дагестана, мы с вами тогда разговаривали, и было ясно, что грядет новая чеченская война. Сейчас под ружье будут поставлены те, кому во время первой войны было по 14-15 лет, совершенно новое, озлобленное поколение. То есть, видимо, единственный шанс российских войск - это уничтожить всех чеченцев до последнего?

Андрей Бабицкий:

Шанс на что? На победу - нет, конечно. Действительно, начало кампании 1994-го - 1996-го годов - это тысячи полторы необученных чеченцев, которые мотались по Грозному, в общем, не очень зная, как надо обращаться с оружием, и, хотя достаточно успешно были отражены первые штурмы города, но, в целом, это не была обученная и дисциплинированная армия. Сегодня дело обстоит по-другому, сегодня за эти 3-4 года появилось поколение, которое знает о том, что Россия воевала на чеченской земле. Это мальчишки, которым было по 13-14 лет. Они не воевали в ту войну, сегодня им 17-18. Они, конечно же, возьмут в руки оружие, и они воспитаны и сформированы вот этой вот ненавистью к России, которая пришла, разрушила их города и села, и ушла, оставив за собой эти руины, так, как будто бы так оно и надо. И, кроме того, действительно, мужское население не выпускают за пределы Чечни, и ощущение у чеченцев такое, что война рассчитана на тотальное их уничтожение, на тотальное уничтожение мужского населения, поэтому, естественно, обороняться будут все те, кто хотел бы иметь хотя бы малейший шанс на выживание.

Владимир Бабурин:

Господин Султыгов, как вы полагаете, есть ли еще шанс остановить войну на Северном Кавказе, или это уже невозможно?

Абдулхаким Султыгов:

Во всяком случае, при действующей исполнительной власти Ельцина и Путина думаю, что это практически невозможно. Война была спланирована и имеет одну простую цель. То, что мы сегодня имеем - это, по существу, есть фронтальное наступление на права и свободы в Российской Федерации, в частности, применительно к гражданам Чеченской республики, это и есть, по сути дела, государственный переворот и изменение конституционного строя России. Это делают конкретные лица, и они от этой линии отказываться не будут. Единственная надежда, на то, что здравомыслящие силы, может быть, Федеральное собрание, либо какие-то партии, каким-то образом сорганизуются, чтобы, что-то сделать по примеру польской «Солидарности». По-другому противостоять тому, что сегодня происходит в России, невозможно. С другой стороны, федеральные чиновники в принципе не понимают, что будет происходить. В Чечню, конечно, можно войти, но выйти оттуда будет уже нельзя, потому что, на самом деле, федеральные власти спровоцировали кавказский фронт, конфликт цивилизаций. Это уже не Чечня или Дагестан, а новый «Афганистан». Ну а войны в Афганистане не выдержал СССР - колоссальная держава, а Россия и подавно не выдержит.

XS
SM
MD
LG