Ссылки для упрощенного доступа

logo-print

Аслан Масхадов о войне в Абхазии, переговорах с Москвой и ситуации в Афганистане


С президентом Чечни Асланом Масхадовым беседовал по телефону ведущий программы "Темы дня" Андрей Шарый.

Аслан Масхадов:

Надо сразу задать вопрос: кому выгодно то, что происходит сегодня в Абхазии? Грузии сегодня конфликт на границе Абхазии и Грузии не нужен, потому что Грузия делает все возможное, чтобы вывести военные базы согласно соглашениям Стамбульского саммита 1999-го года с Гудауты и Вазиани. Для Грузии это самое главное. Для чеченцев самое главное - обуздать российских агрессоров, остановить войну, нам не до Абхазии. Другая сторона - это выгодно России, потому что Россия всячески хочет оттянуть вопрос вывода российских войск и военных баз с территории Гудауты и Вазиани. Поэтому я думаю, что главный режиссер там с Москвы, а то, что там с нашей стороны, может быть, какой-то Гелаев или кучка недальновидных людей - это тоже они управляемы оттуда. Гелаев сегодня не представляет чеченский народ, тем более - чеченское правительство, и тем более чеченское сопротивление, потому что год назад я издал указ: освободить его от занимаемой должности и лишить права защиты отечества за то, что он оказался на территории Грузии. И есть второй приказ главнокомандующего: вообще, категорически, в соответствии с этим приказом, запрещено даже нападать на российские военные объекты на территории Грузии, Азербайджана и Армении. Зная, что российские спецслужбы хотят спровоцировать такой конфликт, я специально издал такой приказ.

Андрей Шарый:

Господин Масхадов, в ваших планах, планах чеченского сопротивления, тех отрядов, которые находятся под вашим командованием - какую роль играет Панкисское ущелье, верно ли, что там располагаются базы чеченского сопротивления?

Аслан Масхадов:

По-моему, все, что произошло в Панкисском ущелье - это нужно было любой ценой российским спецслужбам спровоцировать конфликт между грузинами и чеченцами, поэтому там оказался Гелаев. И мы сделаем все возможное, чтобы этого не случилось. Главная цель, которую преследовали российские спецслужбы - любой ценой спровоцировать грузин и чеченцев, чтобы втянуть российские войска и оставить военную базу в Вазиани. Этого не произошло, я думаю, потому, что грузинский лидер, хорошо зная Россию, российскую политику, повел себя очень умно. Поэтому я еще раз подтверждаю, нет там никаких чеченских боевиков, нет там никаких баз, никаких учебок, есть кучка отщепенцев... и больше никто.

Андрей Шарый:

Операция, которую проводят США и их союзники в Афганистане и во всем мире - каким-то образом сказалась на материально-финансовом снабжении отрядов чеченского сопротивления?

Аслан Масхадов:

В первую очередь, я хотел бы сказать, что все, что случилось в Нью-Йорке, в Америке - это действительно варварство, безумие. Мы осуждаем подобные методы и мы говорим, что это - не наши методы. Как бы российское руководство, российские спецслужбы не хотели сделать Бин Ладена крестным отцом чеченского сопротивления - это не получится. Чеченцы воевали с Россией и воюют 400 лет, и воевали, когда Бин Ладен еще не родился. Поэтому борьбу чеченского народа за право на жизнь, на самоопределение нельзя связывать с международным терроризмом. Поэтому, по-моему, ничего не сказалось, никаких там финансовых потоков больших у нас не было, никаких Бин Ладенов мы не знали, это все выдумки, пропаганда России. Второе, я хотел бы сказать: то, что сегодня происходит в Афганистане - мы хотели бы тоже со своей стороны, хорошо зная, что это такое, когда вместо того, чтобы осуществить заслуженную кару над конкретным террористом, у которого есть фамилия и свое имя, когда возмездие осуществляют над целым народом - чеченцы испытали это на себе очень хорошо. Поэтому мы призываем американское руководство проявить сдержанный подход при выборе методов борьбы с терроризмом и сделать все, чтобы жертвой не стал афганский народ...

Андрей Шарый:

Господин Масхадов, можно ли говорить о том, что кто-то из ваших людей, представителей осуществлял или осуществляет контакты с фундаменталистскими исламскими организациями, такими, как "Аль Каида"?

Аслан Масхадов:

У меня нет таких данных. Я не знаю никакой "Аль Каиды" и Бин Ладена. Я с самого начала так называемой антитеррористической операции сделал заявление - об этом, наверное, знают все: если хоть у кого-нибудь есть неопровержимые доказательства или факты о причастности любого гражданина Чеченской республики к терактам в Волгодонске, Москве, Буйнакске - мы сделаем все возможное, чтобы представить этого гражданина на любой международный судебный процесс. Мы и сегодня об этом заявляем... Сегодня безответственные политики типа Жириновского и Селезнева заявляют, что вот это должно развязать руки генералам, российскому руководству - нужно найти последнего боевика в пещере. Мы заявляем, что никогда российским генералам никто руки не связывал, и мы никогда не возлагали надежды на ОБСЕ, Совет Европы, ПАСЕ, на Америку, на Запад. Мы возлагаем надежды только на себя и на Всевышнего....

Андрей Шарый:

Есть ли какие-то новости по вопросам политического урегулирования ситуации в республике?

Аслан Масхадов:

Да, контакты есть. Сегодня, по-моему, проблема с местом встречи, и главное условие для чеченцев - кто-то должен выступить посредником с третьей стороны, чтобы наладить контакты между моими представителями и представителями с российской стороны. Вообще, я бы хотел сказать насчет переговоров и возможного контакта - вроде двусмысленное заявление руководителя России о таком контакте. Некоторыми это воспринято как разумный шаг, где преобладает разум - отказаться от силового варианта, выйти на контакт с противоборствующей стороной и начать переговорный процесс - это мы приветствуем, если это так. Наоборот, другие... - это поняли как ультиматум. Чеченцы никогда не сложат оружие, потому что сегодня мы убеждаемся, что оружие в руках наших бойцов, наших ополченцев, наших муджахедов - единственная гарантия безопасности нашего народа...

По-моему, все-таки там тоже начал преобладать разум. Поняли, что нет силового варианта и не может быть. Сегодня, практически, чеченское ополчение, чеченские муджахеды перешли к масштабным позиционным боевым действиям. События в Ведено, Аргун, Ножай-Юрт, Гудермес - показывают, что мы практически уже отказываемся от диверсионных, партизанских методов и переходим к масштабным действиям...

Андрей Шарый:

Планируете ли вы на нынешнем этапе переговоров обсуждать вопрос о статусе Чечни и отношениях республики с Россией?

Аслан Масхадов:

Конечно, самое главное сегодня - остановить войну, убедить руководителей России, что нет силового варианта и сесть за стол переговоров, остановить боевые действия - самое главное. А потом, чтобы больше не было войны, наверное, все-таки нам нужно будет сразу же решить вопрос о взаимоотношениях Российской Федерации с Чеченской республикой Ичкерия.

XS
SM
MD
LG