Ссылки для упрощенного доступа

logo-print

Перемены в ситуации в Чечне на фоне атаки террористов на Америку


Ситуацию в Чечне на фоне атаки чеченских отрядов на Гудермес и последних трагических событий в США комментирует ведущий программы "Кавказские хроники" Андрей Бабицкий. С ним беседует Андрей Шарый.

Андрей Шарый:

Андрей, насколько серьезно обострение ситуации в Чечне?

Андрей Бабицкий:

Я думаю, что оно достаточно серьезно, и сейчас пока еще рано говорить о масштабах происходящего. Тем не менее, еще фактически месяца полтора назад было заметно, что чеченские силы сопротивления активизировали свои действия. Не так давно Аслан Масхадов в интервью нашему радио говорил о том, что чеченские отряды переходят от партизанской войны к локальным операциям. Собственно, то, что происходит сейчас - это и есть локальные операции. Чеченские отряды входят в населенные пункты и вступают уже в непосредственный боевой контакт с российскими подразделениями. Я думаю, что это - закономерный исход того процесса, который шел в Чечне в течение последнего года. Фактически сопротивление, оправившись после тяжелейших ударов, которые были нанесены ему после оставления Грозного и разгроме гелаевских подразделений в Комсомольском, сегодня вновь набрало силу, набралось новое дыхание, и я думаю, что слова Аслана Масхадова об изменении тактики - не рекламный прием, как это попытались представить российские средства массовой информации, российские политики и военные, а совершенно сознательное и основанное на реальной уверенности в своих силах заявление чеченского лидера.

Андрей Шарый:

Андрей, как вы считаете, какова цель этих боевых операций? Чеченское сопротивление пытается вызвать российскую армию на новую большую войну? Или же это своеобразное предложение начать мирные переговоры, напомнить о том, что существует реальная военная сила, которая противостоит российским войскам на территории республики и победить ее нельзя - нужно начинать переговоры?

Андрей Бабицкий:

Я думаю, что, конечно, реальных возможностей вести длительные фронтальные боевые действия у чеченского сопротивления нет. Можно сказать о том, что его численность все-таки не превышает 5-7-10 тысяч человек, и поэтому тактика остается прежней, той, что и в первую войну: чеченские отряда заходят в города или населенные пункты и выходят оттуда. Собственно говоря, в Ведено месяц назад была проведена абсолютно такая же операция, думаю, что и в Гудермесе те, кто туда зашел, долго не задержатся. Конечно, это напоминание о том, что у федеральных подразделений в Чечне есть реальный противник, с которым стоит считаться. Конечно, это, как вы сказали, своеобразное "приглашение к переговорам".

Мы не можем сегодня, после того, что произошло в Америке, говорить о чеченском сопротивлении так, как будто ситуация абсолютно не изменилась. Я думаю, что они выбрали именно настоящий момент для проведения такой операции для того, чтобы о них окончательно не забыли. Потому что резко падает интерес к Чечне, и, кроме того, сегодня российские политики уверены, что у них есть карт-бланш на полное уничтожение чеченского сопротивления всеми доступными методами. Я думаю, что это, с одной стороны, и напоминание о том, что сопротивление существует и может воевать не только партизанскими акциями но и прямыми локальными операциями, и, конечно, это и приглашение к столу переговоров, о чем постоянно говорит Аслан Масхадов.

Андрей Шарый:

Андрей, вы фактически ответили на вопрос, который я хотел вам задать, вопрос о том, что наверняка многие российские политики связывают, если уже не связали, синхронизируют эти два процесса - теракты в Америке и новое обострение ситуации в Чечне. Пойдут разговоры о том. что Бин Ладен финансирует и тех, и других. и все эти ноги растут из одного и того же места, и так далее, и тому подобное. Как вы считаете, каким образом сейчас то, что случилось в Америке, повлияет на ситуацию вокруг Чечни, как может повести себя Кремль в этой ситуации?

Андрей Бабицкий:

Я думаю, что, конечно, говорить о связи чеченских отрядов с Бин Ладеном или с радикальными исламскими организациями можно, или даже необходимо, потому что в основе своей сегодня чеченское сопротивление - как раз те, кого называют ваххабитами, сами себя они называют моджахедами, это, на мой взгляд, основная часть и основная сила чеченского сопротивления, и в значительной степени она финансируется радикальными исламскими организациями со всего мира. Я думаю, что, конечно, Кремль сегодня должен садиться за стол переговоров с Масхадовым и, как я неоднократно уже говорил, переговоры не могут вестись с теми, кто несет ответственность за вторжение в Дагестан, то есть, с Басаевым и его соратниками. И Кремль в качестве непременного условия переговоров должен указать на это Масхадову. Собственно, и сам Масхадов говорит в том, что эти люди виновны в том, что началась вторая война. Мне кажется, что при условии разделения сопротивления на радикальную часть и ту, с которой можно вести переговоры, которая является и до сих пор вменяемой в политическом смысле - при этом условии российским политикам все равно придется рано или поздно садиться за стол переговоров, потому что сегодня уже происходят довольно опасные процессы. Фактически сопротивление выступает сегодня как единая сила, в ней сомкнулись и радикальные крылья, и умеренные, и умеренное крыло - оно все ближе к радикальной части, поскольку именно там финансы, деньги, рекруты, вот этого процесса стоило бы избежать, стоило бы попытаться как-то вмешаться и отделить умеренную часть от радикальной.

Андрей Шарый:

И все же я еще раз повторю свой вопрос: я думаю, что у некоторых российских генералов сейчас соблазн как следует ударить по Чечне силен как никогда - допустит ли это Кремль, как вы считаете?

Андрей Бабицкий:

Я думаю, что в течение двух лет российские генералы, собственно говоря, этим и занимались, в общем, не очень преуспели. Мне кажется, что в течение первых нескольких месяцев войны вообще никто особенно не следил за тем, как федеральная группировка ведет эту войну, и они имели возможность применять абсолютно любые методы и любое вооружение, в том числе, как вы знаете, и оперативно-тактические ракеты. Я не думаю, что в арсенале российских генералов есть какие-то средства, которыми они еще не пользовались.

XS
SM
MD
LG