Ссылки для упрощенного доступа

logo-print

Кто зарабатывает деньги на чеченской нефти?


Ведущий итогового информационного часа Андрей Шарый:

Около 90 процентов нефтяного рынка Чечни, по данным экспертов, контролируют военные. По некоторым сведениям, от добычи и реализации нефтепродуктов в бюджет Чечни поступает в сотни раз меньше средств, чем в распоряжение российских военачальников. Рассказывает Олег Кусов:

Олег Кусов:

Стотысячная военная группировка в Чечне, если судить по заявлениям военачальников, по-прежнему противостоит партизанским отрядам численностью в несколько тысяч человек. Российские генералы противятся значительному выводу войск. При этом масштабных действий в Чечне давно уже нет. Однако, по дорогам республики постоянно передвигаются длинные воинские колонны. Генералов в штабе группировки больше, чем чиновников в чеченском правительстве. Боевых действий практически нет, но военные не сидят, сложа руки. Как отмечают наблюдатели, интересы контролирующих ситуацию в Чечне лиц уже продолжительное время лежат в нефтебизнесе. Нефтедобыча - самая прибыльная деятельность в Чечне. Понятно, что сегодня она находится в руках практически хозяев республики - российских военных. Наш корреспондент Рустам Калиев только что вернулся из Чечни. Он на месте изучал ситуацию, связанную с добычей и реализацией нефтепродуктов. Ему не раз приходилось слышать от представителей гражданских властей Чечни утверждения о том, что практически вся нефть в республике бесконтрольно расхищается, доходы от ее реализации почти не поступают в бюджет. Кто же сегодня контролирует нефтяную отрасль Чечни? Об этом рассказывает Рустам Калиев:

Рустам Калиев:

Незаконной торговлей нефтепродуктами в Чечне занимаются практически все - военные, чеченские силовые структуры и местные жители. 90 процентов рынка незаконного оборота нефтепродуктов контролируют военные. В отличие от конкурентов, военные не платят на блок-постах, не тратятся на покупку или ремонт автотехники. Колонны военных грузовиков в сопровождении боевой техники ежедневно пересекают границы Чечни и соседних регионов, беспрепятственно вывозя из республики тысячи тонн нефтепродуктов. Объем нефтяной продукции, вывозимой из Чечни в день, составляет не мене 6 тысяч тонн на общую сумму в 800 тысяч долларов США. В основном, это так называемый конденсат - смесь солярки и бензина. Он вырабатывается кустарным способом на многочисленных мининефтезаводах, подавляющее большинство которых контролируется российскими военными. На таких заводах стоимость конденсата колеблется от одного до полутора рублей за литр. Стоимость литра чеченского конденсата в Ставрополье, Дагестане или Северной Осетии, куда вывозится основная его масса, в несколько раз выше, и доходит до 5 рублей за литр. Мне довелось наблюдать движение одной из таких колонн. Сырой конденсат накапливается в течение суток на территории мининефтезаводов, которые расположены сотнями на северо-западе Грозного, в Наурском, Надтеречном и Грозненском районах. Как только наступают сумерки, военные машины подъезжают к минизаводам и, заполни емкости, покидают их территорию. Эти грузовики затем собираются в большие колонны, до 60 грузовиков, на территории военных баз, и уже поздно ночью направляются в Ставропольский край и другие соседние регионы, где военные уже имеют точки сбыта. К утру военная техника возвращается в Чечню, чтобы к вечеру повторить маршрут.

Впрочем, военные торгуют не только чеченским, но и поступающим на их нужды бензином. В штабе Объединенной группировки российских войск в Чечне мне рассказывали, что здесь не редкость, когда дизельное топливо и бензин, поставляемые в Чечню на нужды военных, прямиком уходит на автозаправочные станции в соседние регионы, а вместо высокосортного топлива военную технику заправляют грозненским конденсатом, который гробит и без того изношенную технику - сказал мне в конфиденциальной беседе российский офицер.

Не только военные, но и гражданские власти Чечни пытаются поставить под свой контроль нефтяную отрасль республики. На данном этапе гражданские власти проигрывают. Нестабильность, царящая в Чечне, играет на руку силовикам. В последнее время чеченский премьер-министр Станислав Ильясов предпринял ряд шагов направленных на усиление власти гражданских чиновников в республике. Он пытается пока, однако, безуспешно переподчинить правительству военную комендатуру республики. Претензии Ильясова к командующему группировкой войск генералу Баранову стали звучать более отчетливо. Возможно, это тоже связано с нефтяной проблемой. Сложно предугадать, кому, в конечном итоге, достанется право распоряжаться чеченской нефтью, но одно очевидно уже сейчас: единственная бюджетообразующая отрасль республики остается яблоком раздора и одним из немаловажных факторов, способствующих продолжению войны в Чечне.

Олег Кусов:

Некоторые российские и чеченские политики утверждают, что военные не покидают Чечню из личных материальных соображений - они, якобы, не желают терять большой источник дохода. Говорит депутат Государственной Думы России от Чечни Асланбек Аслаханов:

Асланбек Аслаханов:

Отдельная часть военных - другую часть близко не допускают - для них эта война это Клондайк. Они уже распределили, где какие скважины там контролируют. Я неоднократно говорил, что нефть-сырец или конденсат, который гонят, идет в трех направлениях - через все блок-посты в сопровождении БТР-ов везут в Дагестан, Ингушетию-Осетию и Ставропольский край. Продают ее. Представляете, сколько ежесуточно получают денег. Кремль этим вопросом не занимается. Я, по крайней мере, в Кремле бываю часто, разговариваю с руководством администрации президента. Они говорят: "Слушайте, эти вопросы давайте - к Совету безопасности".

Олег Кусов:

Количество минипредприятий по добыче и переработке нефти в Чечне во время контртеррористической операции намного выросло. Бывший председатель Верховного совета России Руслан Хасбулатов убежден, что минизаводы создаются по воле военных:

Руслан Хасбулатов:

Все заинтересованы в продолжении этой войны. Начиная от рядового, стоящего на блок-постах, и заканчивая генералом-командующим. Почему? Вот один фактор, который почему-то постоянно ускользает от внимания прессы: при Масхадове там была одна тысяча приблизительно вот этих примитивных нефтеперерабатывающих установок. Сейчас, говорят, уже 4-5 тысяч. Кто контролирует - конечно, генералы, конечно, военные. Даже в моем селе Толстой-Юрт, в котором никогда не было никаких нефтеустановок, теперь действуют вот эти нефтеперерабатывающие заводы, примитивные. Когда упоминают в печати об этих заводах, почему-то делается вид, что это там какие-то чеченцы подпольно - да ничего там подпольного нет. Под четким контролем, под "крышей", как принято говорить, военных осуществляется вот эта нелегальная переработка нефти, и получают крупные доходы. Стоящий рядовой на блок-посту - за то, чтобы пропустить, берет деньги, а воинские начальники - вот таким образом. Вот в чем проблема. Скрытых пружин много. Сторонников сохранения вот этой ситуации под видом борьбы с терроризмом очень много.

XS
SM
MD
LG