Ссылки для упрощенного доступа

logo-print

Чечня - партизанская война на долгие годы


Комментарий Андрея Бабицкого.

С находящимся по известным причинам в Москве специальным корреспондентом Радио Свобода по Северному Кавказу Андреем Бабицким беседовал Петр Вайль.

Петр Вайль:

Андрей, вот вроде бы несомненно, что такие поездки, как нынешнее посещение Чечни делегацией Совета Европы полезны, потому что они не дают властям успокаиваться, не дают им пребывать в безмятежности. Они понимают, что какой-то посторонний глаз за ними есть, и он их как-то тревожит. Но вот, все-таки, по вашему богатому опыту, существует ли от этого практическая польза?

Андрей Бабицкий:

На сегодняшний день у меня все более мрачное ощущение. Есть такое чувство, что практическая польза от таких поездок невелика. Посмотрите, как Европа внимает обещаниям Владимира Путина найти политический способ урегулирования чеченской проблемы. Внимает благожелательно, но все-таки, когда Путин говорит о том, что "он не верит в возможность силового решения и намерен искать политические пути урегулирования", то это напоминает оруэлловскую ситуацию, лозунги из его романа "1984" - "Война это мир", - и так далее. Вместо политического урегулирования Путин идет на нарушение Конституции, которая предписывает избирать глав местной администрации, и назначает "наместника генерал-губернатора" - Ахмада Кадырова, в Чечню.

Вариант политического урегулирования, о котором говорят и европейские эксперты, на мой взгляд, в Чечне не просматривается. Путин, по всей вероятности, отвоевав себе на внутрироссийском поле право вести войну долгие годы, я думаю, сейчас уверен в том, что это право он получил и за пределами России. Поэтому разговоры о нарушении прав человека, мне кажется, сейчас не очень серьезно влияют ни на его позицию, ни на позицию военных.

Военно-полицейский режим, который установился в Чечне, не становится ни мягче, ни свирепее. Он одинаков, он основан на произволе, и я думаю, что эта ситуация будет сохраняться до тех пор, пока Кремль окончательно не выработает ресурс этой ситуации. Мне кажется, что сегодня в Чечне складывается положение, очень напоминающее то, которое сложилось в Афганистане после ввода туда российских войск. Я помню начало войны, и мне казалось, что тогда очень многие чеченцы, если и не были лояльны России, то, по крайней мере, были готовы сохранять нейтралитет, если бы армия вела себя иначе, потому что для чеченцев одинаково неприемлем был военный произвол и произвол власти Масхадова, а также власти тех бандитских группировок, которые действовали в Чечне. Сегодня, на мой взгляд, ситуация совершенно изменилась. Сегодня тех, кто воюет, чеченцы воспринимают как защитников. То есть военные, сами того не желая, создали социальную базу для партизанского движения на годы. Но, по-моему, и в Кремле сейчас готовы жить с партизанской войной. Я уже неоднократно встречался с такой позицией, что "Партизанская война - это не страшно, с ней можно существовать".

Достигнут некий статус-кво в нарушении прав человека, и я не очень хорошо себе представляю, что может здесь сделать та или иная европейская комиссия, поскольку, на мой взгляд, вопрос об исключении России из Совета Европы сегодня на повестке дня серьезно не стоит.

XS
SM
MD
LG