Ссылки для упрощенного доступа

logo-print

Аслан Масхадов о последних событиях в Чечне


Ведущий программы "Liberty Live" Дмитрий Волчек беседовал по телефону с президентом Чечни Асланом Масхадовым о ситуации в Чечне и вокруг нее после нападения на российскую колонну в Ингушетии.

Аслан Масхадов:

Как таковой плановой операции за пределами Чечни не было. Что значит партизанская война: вот, например, полковник Буданов - он практически оправдан. У этой 18-ти летней девчонки, наверное, есть братья, родственники, значит, они, по всей видимости, наверное, кого-то будут подрывать. Им какая разница, где они будут подрывать. Если им это удастся на территории Ингушетии или территории Чечни - никто - ни Путин, ни Аушев не сможет их остановить. Трошев тем более. Трошев запутался в Чечне, что он может сделать в Ингушетии? Поэтому мы говорим: надо остановить эту войну - вот решение всей проблемы. Мы упрекнули своих братьев, своих соседей, что именно с их территории передвигаются колонны российских войск и уничтожают чеченцев, убивают чеченцев, с их территории взлетают самолеты, с их территории взлетали ракеты. Мы их просили сделать все возможное, препятствовать этому. Сегодня я скажу, что мнение дагестанцев, ингушей, осетин, наших братьев - народов, иное, чем в начале войны. Сегодня эта война им открыла глаза, они другими глазами смотрят на эту войну. Поэтому остановить вот это все можно только одним путем - остановить это варварство.

Дмитрий Волчек:

В последнее время появились смутные слухи о том, что у вас установились постоянные контакты с российскими представителями и даже говорили, что состоялась секретная встреча между вами и Сергеем Ястржембским во Владикавказе. Вы могли бы прояснить ситуацию?

Аслан Масхадов:

Это - ложь. Никакой встречи у меня с ним не было, и не может быть. Была встреча Махашева с Крашенинниковым. Такие контакты я не запрещал, но и не поощряю их, потому что знаю, для чего все это делается. Это - обман зрителя перед совещанием министров иностранных дел Совета Европы. Все комиссии и встречи - это, наоборот, чтобы скрыть военные преступления. Как они, Крашенинников... могут расследовать военные преступления?! Например, могут они расследовать, кто взорвал собственных граждан в Волгодонске и Москве, или кто затеял эту войну? Буданов - полковник, изверг и маньяк - он почти оправдан. Поэтому мы будем настаивать на международном расследовании военных преступлений с российской стороны, да, может быть, и жестокости с нашей.

Дмитрий Волчек:

То есть, вы не давали Махашеву полномочий на переговоры с Крашенинниковым, и нельзя сказать, что он был вашим полномочным представителем?

Аслан Масхадов:

Я ему такого разрешения не давал. Но Махашев является председателем правительственной делегации, и он запрета от меня не получал, то есть они могли самостоятельно поддерживать контакты с российской стороной.

Дмитрий Волчек:

Господин Масхадов, как бы вы могли прокомментировать решение Комитета министров Совета Европы, который признал, что Россия сделала определенный прогресс в отношении соблюдения прав человека в Чечне?

Аслан Масхадов:

Они хорошо знают, что никакого прогресса не было. После принятия резолюции ПАСЕ, наоборот, возобновились боевые действия, началась новая эскалация - в более жесткой форме. Я считаю, что это, в буквальном смысле слова, заигрывание с Россией. А что это значит - это значит возврат к временам "холодной войны". Это так же представляет опасность для всех народов Европы и Запада, как и для чеченцев, потому что российская сторона считает, делает Чечню разменной картой - прийти к власти, удержаться у власти, добить чеченцев... а некоторые западные государства - Договор СНВ-2, Договор по ПРО.... считают, что они друг друга обманывают - каждая сторона выигрывает, а страдает чеченский народ! Поэтому мы больше боимся, что Запад, как в той войне, начнет финансировать Россию в этой войне. Большего, другого, сверхъестественного мы не ожидаем от Запада. Мы сами справились в ту войну, и справимся на этот раз. Главное, чтобы их не финансировали.

Дмитрий Волчек:

В последнее время появились сообщения о том, что будто бы на 19 мая назначен штурм Грозного чеченскими отрядами. Есть ли какое-то основание доверять таким сообщениям?

Аслан Масхадов:

Я говорил: что значит партизанская война и тактика чеченских подразделений в этот период - сегодня, в ходе партизанской войны? Это - рассредоточившись на мелкие маневренные группировки наносить ощутимые удары, изматывать противника, и, когда появится необходимость - нанести удар, может, и по Грозному, а конкретное число я не определю.

Дмитрий Волчек:

Господин Масхадов, если позволите, несколько личных вопросов - в последнее время очень много говорят о поездке вашей супруги и дочери в Малайзию, и было сообщение о том, что они в ближайшее время намерены вернуться в Чечню - верно дли это?

Аслан Масхадов:

Я всегда говорил, что у нас даже неприлично говорить о семье и детях. Всегда на этом настаивают, но я считаю, что это - такой унизительный процесс, и методы ведения этой войны, когда Строевым, Ястржембским и Маниловым дело до каких-то семей, когда мне нет абсолютно никакого дела до семьи Строева или Путина, и я не знаю, вообще, есть ли у них семья или нет. Я воюю с воюющей стороной. Я считаю, что семья вправе поехать, куда им хочется, и приехать, когда им захочется. Они не преступники и не бандиты, не террористы. Это свободные люди.

Дмитрий Волчек:

Интерес к этому вопросу возник потому что многие, по крайней мере, аналитики сочли это симптомом того, что будто бы вы ведете сепаратные переговоры с российскими представителями и хотите таким образом спрятать семью от гнева других чеченских полевых командиров. Именно потому говорили о том, что российская сторона специально дала вашей семье разрешение на выезд за границу, чтобы она могла скрыться или даже подготовить почву для вашего переезда в третью страну - такие были комментарии в российской прессе и на российских телеканалах. Чтобы вы могли сказать по этому поводу?

Аслан Масхадов:

Какой может быть гнев со стороны подчиненных?! Идет война, они беспрекословно подчиняются моим приказам и распоряжениям. Какое им дело, куда поехала моя семья. Это своего рода методы спецслужб - моральное давление на президента Чечни - семья, старшего брата арестовали и так далее, но какая разница - семью арестовали?... Я - президент, для меня весь народ - семья, братья, дети... я отвечаю за всех, они для меня все одинаковые, и здесь нет ни братьев, ни детей, ничего.

XS
SM
MD
LG