Ссылки для упрощенного доступа

logo-print

Российские законы и возможность предоставления слова чеченским лидерам в российских СМИ


Интервью с Михаилом Федоровым - бывшим министром печати Российской Федерации, бывшим послом России при ЮНЕСКО, одним из авторов Закона о СМИ России, секретарем Союза Журналистов. С ним беседовал Александр Батчан.

Ведущий программы "Liberty Live" Андрей Шарый:

Александр Батчан попросил бывшего министра печати Российской Федерации, бывшего посла России при ЮНЕСКО, одного из авторов Закона о СМИ России, секретаря Союза Журналистов Михаила Федорова прокомментировать с юридической точки зрения решение Комиссии при президенте России по противодействию политическому экстремизму о запрете на предоставление слова в российских СМИ чеченским лидерам.

Михаил Федоров:

Во-первых, нужно сказать, что Комиссия при президенте по противодействию политическому экстремизму существует уже давно. К сожалению, свои функции она совершенно не выполняет. Может быть, именно этим объясняется то, что у нас в стране дело с политическим экстремизмом обстоит еще очень и очень неважно. Посмотрите, сколько выходит фашистских изданий. Посмотрите, как вольготно себя чувствуют профашистские и просто фашистские организации и вам станет понятно, что эта Комиссия, мягко говоря, недорабатывает. Это - один момент. Второй момент - то, что решение этой Комиссии, конечно, имеет абсолютно консультативное значение, никакого юридического значения эти решения не имеют, потому что Комиссия - это консультативный орган при президенте, и он может лишь что-то советовать, что-то рекомендовать, это, по сути дела, мнение людей, которые входят в состав этой комиссии. Но это - вопрос, в первую очередь, не правовой, а профессионально-этический.

Я должен сказать, что во многих кодексах журналистской этики он решен. Я сослался бы даже на Кодекс профессиональной этики радиостанции "Свобода". В этом Кодексе говорится, что радиопередачи не должны содержать материалов, которые могли бы рассматриваться как подстрекательские, или как подстрекательство к насилию, и что сообщения о беспорядках и других напряженных ситуациях должны быть сбалансированы и опираться на факты. Таким образом, российский закон полностью с этим совпадает, поскольку в Законе о СМИ прямо говорится, что нельзя использовать СМИ для призыва к нарушению территориальной целостности России и вообще к насилию. Если господа Удугов, Басаев и так далее, выступая по радио, призывают к насилию, то это, конечно, безобразие и грубейшее нарушение Закона о СМИ. Со стороны журналистов, которые это допустили, это будет грубейшим нарушением журналистской этики.

Есть второй момент - Закон о борьбе с терроризмом: этот закон определяет, что не допускается распространение информации, раскрывающей специальные технические приемы и тактику проведения контртеррористической операции, информации, способной затруднить проведение контртеррористической операции и создать угрозу жизни и здоровью людей, информации, служащей пропаганде или оправданию терроризма и экстремизма. Наконец, не допускается распространение информации о сотрудниках спецподразделений, которые занимаются этой операций. Об этом говорит 15-я статья Закона о борьбе с терроризмом. В это же статье говорится о том, кто определяет, в какой форме и каком объеме общественности передается информация об операции. Это - руководитель объединенного штаба, руководящего проведением операции, или его представитель по связям с общественностью. Закон как раз говорит, что тот запрет, который содержится в законе, в первую очередь касается самих сотрудников, которые проводят контртеррористическую операцию. Они не должны распространять эту информацию.

В статье 29-й Конституции говорится, что каждый имеет право свободно собирать, искать, изготовлять, передавать и распространять информацию любым законным способом. Поэтому, конечно, с одной стороны надо исходить из того, что, конечно, никакого юридического запрета для СМИ это решение не несет. С другой стороны, нужно помнить о том, что использование СМИ для призыва к совершению уголовно наказуемых деяний, для призыва к насилию, конечно, является нарушением Закона о СМИ и злоупотреблением свободой массовой информации.

Александр Батчан:

Вы перечислили лиц, которых считают террористами и появление которых в эфире власти восприняли бы и воспринимают крайне болезненно. Но есть еще один человек, который часто звучит в вашем эфире - Аслан Масхадов. Он является законно избранным президентом Чечни, и когда он дает интервью нашей радиостанции, сообщает какую-то информацию, а мы ее передаем, то это тоже в зависимости от того. кто принимает решение, может восприниматься по-разному.

Михаил Федоров:

Если господин Масхадов, выступая в вашем эфире, выражает свое мнение о каком-то событии, но не нарушает Закон о СМИ, то его тем самым не нарушает и ваше радио. Но если он говорит: "Мы одержим победу, всех уничтожим", - и так далее, то в этом есть элемент призыва к насилию. В этом есть элемент призыва к нарушению территориальной целостности страны, и в этом смысле это тоже будет нарушение Закона о СМИ.

Александр Батчан:

Если Масхадов тем или иным образом интерпретирует боевые действия в Чечне, и это отличается от интерпретации российских военных, или если наш корреспондент Андрей Бабицкий, находясь на месте событий, передавал информацию, которая очень сильно расходилась с официальной, то, в зависимости от того, кто интерпретировал бы это, можно было бы тоже сказать, что они призывают к насилию.

Михаил Федоров:

В этом смысле решение Комиссии по противодействию политическому экстремизму, конечно, юридически не совсем корректно. Конечно, не имеет никакого значения, предоставляете вы в прямом эфире слово непосредственно боевику или даете его выступление в изложении. И в том, и в другом случае это будет призыв к нарушению территориальной целостности страны, а это - четкое и ясное нарушение Закона о СМИ.

Александр Батчан:

То есть, если какие-то люди хотят, чтобы их народность имела собственную государственность, и если они хотят высказать это в эфире какой-нибудь радиостанции, и если этот человек звонит, скажем, на "Эхо Москвы" и высказывает свою точку зрения о том, почему они как, например, палестинцы хотят иметь собственное государство, то это уже противоречит Закону о СМИ?

Михаил Федоров:

Понимаете, здесь очень тонкая грань, и она всегда, в конце концов, определяется судом. Она действительно очень тонкая, информация - это одно, а призыв -другое. Для нас с вами это понятно по определению, но всегда ли это бывает понятно в конкретной ситуации? Я, к сожалению, не могу сказать, что одно легко отличить от другого, поэтому закон в подобных случаях и предусматривает возможность с одной стороны для того же Министерства по делам печати выносить предупреждение, а с другой, СМИ, которому оно выносится, имеет право обжаловать его в суде. И суд, в конце концов, и определит - нарушена эта тонкая грань или нет. Это очень серьезная проблема и ей занимаются и международные организации. Как бывший посол России при ЮНЕСКО я должен сказать вам, что мы ее обсуждали многократно, и, к сожалению, простого и ясного решения не нашли.

XS
SM
MD
LG