Ссылки для упрощенного доступа

logo-print

Российские власти не делают ничего для расследования военных преступлений в Чечне

  • Савик Шустер

Программу ведет Савик Шустер. В ней участвуют корреспондент Радио Свобода в Москве Олег Кусов, корреспондент Радио Свобода на Северном Кавказе Юрий Багров и директор московского представительства международной правозащитной организации "Хьюмэн Райтс Вотч" Дитрих Ломан.

Савик Шустер:

"Российские власти не делают ничего для расследования военных преступлений в Чечне", - об этом заявила международная правозащитная организация "Хьюмэн Райтс Вотч". В обнародованном отчете организации подчеркивается, что Москва явно не желает разбираться в грубых нарушениях прав человека в Чечне, и ЕС следует вмешаться, и заставить российские власти покарать виновных. Многочисленные свидетельства о преступлениях российских военных в Чечне продолжают собирать и другие правозащитные организации. В то же время, российские суды и прокуратуры расследуют единичные факты неправомерных действий военных. На территории Чечни деятельность судебных и правоохранительных органов остается чисто формальной. Тему ведет корреспондент Радио Свобода Олег Кусов:

Олег Кусов:

За полтора года боевых действий в Чечне российские правоохранительные органы открыли на военнослужащих 38 уголовных дел. В общей сложности, в незаконных действиях против мирного населения обвиняются не более 50 человек, в то время, как всего за это время через Чечню прошли примерно 150 тысяч военных и милиционеров. Ни один из обвиняемых военнослужащих пока не осужден. Работающие в Чечне и Ингушетии правозащитные организации готовы предъявить тысячи фактов неправомерных действий военных за это время. Но российские правоохранительные органы не проявляют к ним интереса. С первых дней войны в Чечне работает правозащитная организация "Хьюмэн Райтс Вотч". Ее сотрудники собрали многочисленные свидетельства о преступлениях военных против мирного населения. Рассказывает директор московского представительства организации Дитрих Ломан:

Дитрих Ломан:

Есть где-то 35 или 38 уголовных дел, возбужденных против военнослужащих. Далеко не все они уже рассматриваются в судах, большинство пока расследуются. Нужно сказать, что 35 дел против военнослужащих - очень мало, особенно, если учитывать то огромное количество нарушений прав человека, которое мы, или "Мемориал", или представители СМИ документировали. Мы говорим о тысячах преступлений против мирных жителей, а только 35 или 38 расследуются.

Олег Кусов:

На страницы газет и телеэкраны подобные примеры почти не попадают. За всем этим внимательно следят военные цензоры в лице сотрудников пресс-службы. Российские журналисты не свободны в своих репортажах. Даже во время прямых включений в информационных телепрограммах они не могут выйти за рамки сочиненной в пресс-службе сводки: как правило, в эти минуты за спиной оператора стоит офицер из пресс-службы. В случае чего он не простит журналисту ни одного лишнего слова, а был пример, когда офицер спецслужбы закрыл ладонью объектив телекамеры во время прямого включения.

Военные пытаются ограничить информацию из Чечни до скупой сводки. Однако, информацию о преступлении полковника Буданова им скрыть не удалось. Произошло это лишь потому, что родственники убитой Эльзы Кунгаевой действовали по горячим следам и поехали за помощью к главе администрации Ачхой-Мартановского района. А там делегация случайно застала начальника штаба Объединенной федеральной группировки на Северном Кавказе. Начальник штаба лично допросил Буданова. Не вполне трезвый полковник отрицал все, что впоследствии было доказано военной прокуратурой. Не доказали следователи лишь изнасилование Будановым 18-ти летней чеченки. Недавно прокуратура Северо-Кавказского военного округа предъявила полковнику Буданову обвинения в "умышленном убийстве, сопряженном с похищением, превышением должностных полномочий с применением насилия, повлекшим тяжкие последствия". Буданов обвиняется по расстрельной статье. Военная прокуратура подробно рассказывает об уголовном деле полковника Буданова. Но, как создается впечатление, это делается ради того, чтобы отвести внимание правозащитников и журналистов от других массовых преступлений военных в Чечне...

Случаем с Будановым военные юристы пытаются заслонить дело полковника Савченко, вывозившего в безопасные места за 5 тысяч долларов вооруженных чеченцев. Практически ничего не говорится о деле начальника штаба 160-го танкового полка Ивана Федорова, который в день избрания Владимира Путина президентом России устроил многочасовую стрельбу из танковых пушек по мирному селению Танги. В момент ареста Федоров оправдывался тем, что решил провести учебную стрельбу по чеченскому селению, в котором накануне прошла "зачистка". Список преступлений военных на территории Чечни, если бы он составлялся не только правозащитными организациями, мог бы занять не один том, однако, тысячи подобных случаев в Чечне сокрыты.

На территории Ингушетии не ведутся боевые действия, однако, недавно Сунженский районный суд рассмотрел 12 исковых заявлений к Министерству обороны. Все претензии к военным суд признал правомерными. Рассказывает Юрий Багров:

Юрий Багров:

Сунженский райсуд Ингушетии за 2000-й год рассмотрел 12 уголовных дел, связанных с нанесением ущерба российскими военнослужащими местным жителям. Население приграничного с Чечней района обращается в судебные органы в связи с порчей посевов, уничтожением домашнего скота, нанесением повреждений домам, в которых они проживают. Все потерпевшие живут в непосредственной близости от мест дислокации федеральных подразделений. Судья Сунженского федерального суда Хасан Умаев сообщил, что по итогам рассмотрения дел Министерству обороны выставлены иски на сумму в 1 миллион 300 рублей. Мне самому приходилось быть свидетелем того, как по узким улицам ингушской станицы Орджоникидзевская на большой скорости мчался БМП. Водители легковушек едва уворачивались из-под гусениц грозной машины. Однако, не всем это удавалось сделать. Один автомобиль был опрокинут в кювет, два попросту раздавлены... В другой раз я видел, как сидевшие на броне БТР-а военные, проезжая через ингушское селение, открыли огонь из автоматов по домашней живности, не вовремя оказавшейся за пределами двора. Возможно, они были в нетрезвом состоянии, как и те контрактники, которые фактически в упор расстреляли ингушскую девушку на улице Энгельса в станице Орджоникидзевская в октябре 1999-го года. По всей вероятности, райсуду предстоит рассматривать еще немало дел, связанных с правонарушениями со стороны российских военнослужащих.

Олег Кусов:

ПАСЕ восстановила в правах делегацию России после поездки лорда Джадда по Чечне. Лорд рассказывал, как работают в Чечне суды, на заседании одного из них он якобы присутствовал лично. Но по данным правозащитной организации "Хьюмэн Райтс Вотч" суды в Чечне до сих пор фактически не функционируют. Прокуратура Чечни приостановила расследование дела об убийстве 60 человек в Новых Алдах и убийстве мирных жителей в селении Алхан-Юрт. Прокуратура Чечни остается формальной организацией. А правозащитники из "Хьюмэн Райтс Вотч" получили в начале нынешнего года из военной прокуратуры ответ на свой запрос о многочисленных преступлениях военных в период штурма Грозного. В ответе говорится, что операция в Грозном была проведена "в полном соответствии с международным гуманитарным правом". Многие чеченцы говорят, что на войне невозможно привыкнуть к бомбежкам и к цинизму тех, кто заинтересован в ней.

Савик Шустер:

Я могу добавить только одно: конечно, можно сказать: "Почему международные правозащитные организации не собирают данных о нарушениях прав человека и зверствах с другой стороны"? Но дело в том, что все, что происходит в Чечне, называется антитеррористической операции, а те, кто действуют против российских вооруженных сил, называется незаконными вооруженными формированиями. Таким образом, против них - против незаконных вооруженных формирований - воюют. А преступления против мирного населения совершаются армией, которая все же, как-никак, несет название армии Российской Федерации, и это очень большая разница. Эта армия представляет государство.

XS
SM
MD
LG