Ссылки для упрощенного доступа

logo-print

То, что случилось с Андреем Бабицким, может случиться с любым журналистом

  • Савик Шустер

На вопросы Савика Шустера и Петра Вайля отвечает депутат Государственной Думы, член партии "Яблоко" Владимир Аверчев.

Савик Шустер:

Владимир Петрович, какова позиция "Яблока" по вопросу Андрея Бабицкого?

Владимир Аверчев:

Когда мы увидели это первое сообщение, то оно просто шокировало. Смотреть на Ястржембского нельзя было без стыда и отвращения. Мы подготовили проект заявления "Яблока" по этому вопросу. Я хочу сказать еще одно: ведь Бабицкий реально мог согласится на такой обмен, я сегодня говорил с Сергеем Адамовичем Ковалевым, он говорит: "Я знаю Андрея, он может, он благородный человек и мог согласиться". Но меня в этой ситуации крайне беспокоит то, что мы не знаем, как вся эта ситуация была представлена самому Бабицкому. Те люди, которые к нему пришли с этим предложением - как они его писали, какие гарантии они ему предоставляли, как описали его роль? Во всяком случае, я не думаю, что это выглядело так, как нам это представил господин Ястржембский. Мне кажется, что Радио Свобода должно найти родителей этих солдат, которые сегодня живы и здоровы и находятся в безопасности, благодаря Андрею Бабицкому, и расспросить их. Вместо этого власть, об этом уже говорилось, пыталась представить его чуть ли не как друга террористов. Ни слова благодарности за то, что он сделал, ему сказано не было. Вместо этого он услышал: "Мы за него ответственности не несем". Это звучит вообще, как приговор к смерти.

Петр Вайль:

Владимир Петрович, мне кажется, что дело Бабицкого при всем уникальном и вопиющем его характере все-таки укладывается в общий контекст информационного освещения всей чеченской войны на протяжении последних месяцев. Как вы думаете?

Владимир Аверчев:

То, что Бабицкий вызывал ненависть официальных властей за то, что он давал иную картину происходящего в Чечне, чем наше новое Информбюро, не вызывает никаких сомнений. Меня настораживает именно то, что сегодня борьба с журналистами ведется не только средствами селекции и фильтрации информации - в общем, этим в подобной ситуации занимаются в разных странах. Мы помним, как примерно этим же занимались американцы во время "Бури в пустыне", - это был первый эталонный пример такого рода информационного контроля. Но здесь мы сталкиваемся фактически с запугиванием не только конкретного журналиста, но и всего журналистского корпуса. Это - демонстрация того, что может случиться с любым журналистам, если он посмеет иметь независимую позицию, и это действительно страшно.

XS
SM
MD
LG