Ссылки для упрощенного доступа

logo-print

Передаче руководства операциями в Чечне МВД России


Программу ведет Петр Вайль. Участвуют корреспонденты Радио Свобода Хасин Радуев, Вера Володина, Любовь Чижова, Олег Кусов и Андрей Бабицкий

Петр Вайль:

В пятницу появились сообщения о возможной передаче руководства всеми операциями в Чеченской республике от Федеральной службы безопасность к МВД России. Однако позднее помощник президента России Сергей Ястржембский опроверг эту информацию. Но при этом он не исключил, что в перспективе функции обеспечения правопорядка в Чечне могут быть переданы чеченской милиции. В этот же день было совершено несколько нападений на сотрудников милиции и работников местных администрации, сотрудничающих с российскими властями. О ситуации в Чечне рассказывает корреспондент Радио Свобода на Северном Кавказе Хасин Радуев.

Хасин Радуев:

В пригороде Грозного сегодня совершено нападение на российскую военную колонну. Неизвестные люди попытались взорвать армейский грузовик "Урал" и бронетранспортер. На обочине дороги взорвалась машина "Волга", начиненная взрывчаткой, когда мимо проезжала военная техника. По данным республиканских правоохранительных органов диверсия не удалась, никто не пострадал. В последние дни в республике совершен ряд нападений на сотрудников милиции и чиновников администраций разного уровня. Так, по сообщениям УВД Чечни в четверг в Наурском районе на окраине станицы Мекенская двое неизвестных из проезжавшего автомобиля обстреляли блокпост чеченской милиции. Командир взвода старший лейтенант Майербеков получил ранение, которое оказалось смертельным. В селе Новые Атаги в своем доме убит милиционер, преступники похитили у него оружие. Нападение на дом главы администрации Рамзана Динаева совершено в селе Вышне-Ведено. В него проникли неизвестные вооруженные люди в масках, угрожая автоматами, они разоружили двух охранников и, забрав оружие, скрылись. Самого Динаева дома не оказалось. В Аргуне покушение совершено на главу местной администрации Малсара Тимирбаева, его служебная "Волга" попала под обстрел вооруженной группы на одной из улиц города, однако ни Тимирбаев, ни сопровождавшие его шестеро милиционеров не пострадали, пулевое ранение получил лишь водитель служебной "Волги". Напомню, что между Аргуном и Меске Юртом днем раньше была расстреляна из автоматического оружия машина, в которой находился вице-премьер республиканского правительства Али Алавдинов. Пострадал водитель и один из его охранников. Командование российскими войсками в Чечне в пятницу признало, что в Аргуне снова появились чеченские боевые группы, но пока спецопераций против них не планируется. В городе в течение трех дней проходили митинги с требованиями прекратить так называемые "зачистки" и вернуть ранее задержанных людей. По рассказам местных жителей, обстановка в Аргуне стабильная. В течение последних двух суток здесь не было слышно стрельбы, движение автотранспорта осуществляется без ограничений.

Петр Вайль:

В Москве в пятницу прошло судебное заседание о гибели в Чечне бойцов Сергиево-Посадского ОМОНа 2 марта 2000-го года. Рассказывает Вера Володина.

Вера Володина:

18 января в Пресненском межмуниципальном суде возобновились слушания по уголовному делу о гибели 22 бойцов Сергиево-Посадского ОМОНа. Судебный процесс о трагических событиях 2 марта 2000-го года в Старопромысловском районе Грозного будет закрытым. Как известно, из-за несогласованности действий руководства Подольский ОМОН тогда обстрелял колонну бойцов из Сергиево-Посадского отряда, направлявшуюся в Грозный. Обвинение в халатности, повлекшей человеческие жертвы, предъявлено бывшему заместителю начальника МВД Московской области генерал-майору Борису Фадееву, бывшему главе группы управления группировки МВД в Чечне полковнику Михаилу Левченко и бывшему начальнику Подольского отряда ОМОН Игорю Тихонову.

Известно, что генерал-майор Борис Фадеев сопровождал эшелон со сводным отрядом подмосковных милиционеров от Москвы до Моздока, где отряд разделился, и сергиево-посадские ОМОНовцы уехали в Грозный на автомобилях, а Фадеев с оставшейся частью отряда - по железной дороге в Гудермес. В ходе расследования выяснилось, что именно генерал Фадеев отвечал за безопасность личного состава. Он не принял необходимых мер, в частности, не обеспечил колонну бронетехникой и вертолетами, а также не согласовал маршрут движения ее со штабом Объединенной группировки войск. Но адвокаты подсудимых уверены, что им удастся выиграть процесс. Защитник генерала Фадеева Николай Веденцев заявил, что его подзащитный не получал приказа из ГУВД Московской области о сопровождении сергиево-посадских бойцов, а выполнял другой приказ за номером 54, в получении которого он расписался. Согласно этому приказу, второго марта 2000-го года генерал сопровождал другой отряд милиции, направлявшийся в Гудермес. Защитник полковника Левченко утверждает, что в обязанности его подзащитного не входило обеспечение прикрытия колонн, так как этим должны были озаботиться военные.

Рассматривать дело о гибели бойцов из Сергиева Посада получили Бекару Магомадову - судье Старопромысловского района Грозного. Поскольку в чеченской столице обстановка до сих пор остается сложной, выездное заседание районного суда проводится в Москве. Первое, назначенное еще на 14 января, судебное заседание не состоялось из-за болезни Игоря Тихонова, получившего тяжелое ранение в той перестрелке 2 марта 2000-го года.

Петр Вайль:

Глава ведомства ООН по делам беженцев Руд Любберс, побывавший в лагерях чеченских беженцев на территории Ингушетии, считает, что они должны возвращаться в Чечню только добровольно. Условия, в которых сейчас живут беженцы, Любберс называет минимально приемлемыми. Слово - Любови Чижовой.

Любовь Чижова:

По словам Руда Любберса, большинство чеченских беженцев, находящихся в лагерях на территории Ингушетии, хотят вернуться в Чечню, но не могут этого сделать по соображениям безопасности. Возвращение беженцев в места постоянного проживания должно быть исключительно добровольным, принуждение к этому недопустимо - заявил Руд Любберс:

Руд Любберс:

Занимаясь поиском выхода из их сложной ситуации, мы пытаемся придерживаться следующих принципов. Люди могут или продолжать оставаться жить в Ингушетии или возвращаться обратно в Чечню, но только на добровольных началах. Некоторая часть людей захочет остаться жить в Ингушетии навсегда, но, тем не менее, есть большое количество перемещенных лиц, которые захотят вернуться в Чечню, но только при условии, что ситуация в отношении их безопасности позволит им это сделать. Я бы обратился с настоятельной просьбой к представителям ингушских властей, чтобы они проявили гуманный подход и дали возможность людям самим принять решение. На сегодняшний день уровень доверия к возвращению у перемещенных лиц очень низок.

Любовь Чижова:

По мнению Руда Любберса, в Чечне необходимо принять ряд мер, которые повысили бы доверие у беженцев к действиям федеральной власти и способствовали бы их возвращению домой. Для этого, во-первых, нужно снабдить перемещенных лиц необходимыми документами. Во-вторых, изучить возможность сокращения числа КПП на дорогах из Ингушетии в Чечню. Их, по мнению Любберса, слишком много, и они никак не влияют на безопасность перемещения по магистралям, а лишь способствуют различным инцидентам. Кроме того, Руд Любберс предложил постепенно ограничить присутствие федеральных сил в Чечне, оставив их только в стратегических районах, и создать условия для более частого посещения республики представителями гуманитарных организаций, что пока проблематично по соображениям безопасности. Говоря о жилищных условиях, в которых сейчас находятся беженцы из Чечни, Руд Любберс назвал их минимально приемлемыми:

Руд Любберс:

Когда я находился в Ингушетии, там было относительно тепло, но как только температура понизится - жить людям станет гораздо тяжелее. Дело все в том, что люди постоянно боятся. Они боятся, что станет холодно, что прекратят подачу газа, что из палаток исчезнет отопление... Люди находятся в постоянном страхе.

Петр Вайль:

Вернемся к появившимся сегодня сообщениям о возможной передаче руководства всеми операциями в Чечне от ФСБ к МВД. В администрации Чеченской республики считают, что значительно ускорить процесс стабилизации обстановки могла бы передача основных функции республиканской милиции. Сейчас же реальная власть в Чечне принадлежит российским военным. Подробнее об этом - Олег Кусов.

Олег Кусов:

Руководство ФСБ контртеррористической операцией никак не ускорило её окончание. Как создаётся впечатление, за всю вторую чеченскую кампанию сотрудники ФСБ смогли только задержать и довести до суда Салмана Радуева, Турпал-Али Атгериева и ещё нескольких малоизвестных полевых командиров. Подобные результаты позволили наблюдателям сделать вывод: руководство операцией со стороны ФСБ провалилось. Лидеры чеченского сопротивления, из-за которых, по заявлениям российских властей, и началась полномасштабная операция, до сих пор, как сообщают официальные источники, находятся в Чечне. Они и не покидали её всё это время. По дорогам республики почти беспрепятственно передвигаются полевые командиры, приближённые Басаева, Хатаба. Не исключено, что информация о целесообразности перепоручить руководство другому ведомству, прежде всего, распространена в интересах ФСБ. Эта спецслужба, по всей видимости, с удовольствием бы избавилось от решения столь нереальной задачи, как наведения порядка силовым методом на Северном Кавказе.

Чеченские власти, в свою очередь, пытаются убедить Кремль в том, что руководство операцией необходимо передать создаваемой местной милиции. Тогда основные функции по обеспечению порядка, в том числе, и по проверке паспортного режима в городах и сёлах, перешли бы к более компетентным людям. К тому же, чеченцы не стали бы издеваться над своими соотечественниками, как это делают сегодня российские военные и милиционеры. Говорит руководитель информационно-аналитической службы представительства Чечни при президенте России Эди Исаев.

Эди Исаев:

В целом, я считаю, сегодня в республике создается Управление внутренних дел Чеченской республики, туда послан очень грамотный человек - товарищ Пишхоев. Сейчас будут создаваться местные отделения милиции - городские, районные, поселковые. Они знают прекрасно республику, знают кадры республики, знают людей республики. Конечно, эти, так называемые "зачистки", так называемые "проверки" - более объективно, они были бы более корректны, и доверия к ним было бы больше у местного населения. Но, к сожалению, сегодня мы имеем факт, когда, тем не менее, идут так называемые "зачистки", народ проводит митинги, возмущения, потому что есть факты мародерства, есть факты неправильного отношения к местным жителям. Чтобы навести порядок, настал вопрос доверия. Если мы - граждане Российской Федерации, то на территории Чеченской республики должны действовать законы Российской Федерации. Я думаю, что ФСБ свои функции выполнило. Если это будет передано местной милиции и МВД Российской Федерации, то и конкретности, и объективности, и доверия местного населения к нам будет больше. И возврат наших беженцев будет более реальным.

Местной милиции будет, где-то, в количестве десяти тысяч человек. Это бывшие работники милиции и новобранцы. Федеральная милиция должна оказывать, все-таки, помощь в вопросах ведения следственной работы, ведения, скажем, обучения кадров, подбора кадров. Бесспорно, это будет взаимодействие, где-то, 50 на 50. А то у нас получается - на три месяца создаются местные отделения милиции, временные. Пока они ознакомятся с обстоятельствами на местах, то, они моментально уезжают. Сегодня у нас огромное количество людей в Чечне без паспорта. Это поборы - заплатил десять рублей, даже если нет документов, есть факты, когда люди, даже те, кого нельзя было пропускать, проходят.

Олег Кусов:

А есть ли необходимость сохранять на территории Чечни армейский контингент в нынешнем виде?

Эди Исаев:

И МВД Российской Федерации и вооруженные силы - они должны остаться как гарнизоны. Они должны иметь уже помещения, и люди будут находиться там. А сегодня такое количество армии, которое сегодня там находится, - это просто не только лишнее, мы людей морально убиваем. Они находятся в очень плохих условиях, они должны быть в тех частях, где они были до этих пор. Тому, кому положено там остаться - для них сейчас созданы все условия, для них построены прекрасные помещения, но тяжелая техника и количество солдат, которые находятся на территории - они не правомерны строить отношения с теми, с кем мы ведем сегодня борьбу.

Олег Кусов:

Это был руководитель информационно-аналитической службы представительства Чечни при президенте России Эди Исаев.

Однако, военные пока не желают уходить из Чечни. Генералы, похоже, свыклись с мыслью, что иметь подобный полигон на Северном Кавказе выгодно и для карьеры, и для собственного кошелька. Не признают они и промосковских гражданских руководителей Чечни. Так считает лидер организации "Чеченский антивоенный конгресс" Саламбек Маигов.

Саламбек Маигов:

Можно говорить о том, что военные с первого же дня сохраняли и сохраняют свое превалирование в решении всех задач. Вот элементарный пример. В период, когда Аргун был блокирован, более недели министры правительства Ильясова не могли покинуть не то, что свой дом - свои жилища. Власть отдана военным, и она реально находится у них, и отказываться от этой власти они не хотят, потому что именно они контролируют нефтебизнес и продажу нефтепродуктов.

Олег Кусов:

Генералы по-прежнему имеют определяющее влияние на ситуацию в Чечне. Очевидно, что исправить столь пагубную ситуацию может только фактическая передача власти политикам. Но только тем, кого поддерживает чеченский народ.

Петр Вайль:

Сегодняшние сообщения и постоянное обсуждение кто руководит, и кто должен руководить всем в Чечне я попрошу прокомментировать моего коллегу Андрея Бабицкого. Он - рядом со мной в Пражской студии радио Свобода.

Андрей Бабицкий:

Опровергнутое Сергеем Ястржембским сообщение о передаче руководства федеральной группировкой в Чечне от ФСБ МВД, тем не менее, занимало первые строчки новостей в российских СМИ всю первую половину дня. Интерес к такому решению, коль скоро оно действительно было бы принято, вполне понятен, поскольку в любом нетрадиционном повороте событий, связанных с чеченской войной и российские журналисты и общество в целом, стремятся угадать попытки власти найти ответ на крайне важный вопрос: что же все-таки происходит и чем все это закончится? Телевизионная картинка уже давно и окончательно мертва. Как ржавым обручем скованные военной и политической цензурой материалы из Чечни сработаны по раз и навсегда установленному, примитивному шаблону так, что на разных каналах корреспонденты уже давно выглядят как рядовые, поочередно выталкиваемые к микрофону из единого строя. Сюжет, тысячекратно тиражированный, о тяжелых, но победоносных операциях российских подразделений, ежедневно уничтожающих бандитские отряды, не способен ничего объяснить и прорисовать сколько-нибудь логичные и понятные перспективы на будущее. Если операция развивается столь успешно, или не столь успешно, но, все-таки, успешно, почему же все рассуждения военных и политических начальников о ее скором и даже отдаленном завершении кажутся скверным анекдотом?

Не то, чтобы общество не поддерживало войну, нет, оно готово и дальше готово мириться с потерями, тихо ликовать, слыша о "зачистках" и переживать их как сладостную месть кровожадным "варварам". Или наоборот печалиться, считая произвол военных трагической неизбежностью. Но все же, по законам жанра, у каждой истории обязательно должна быть развязка. Здесь же ее нет, и не предвидится. А окончательно согласиться с тем, что чеченская война, так же, как в свое время афганская, станет хронической незаживающей язвой, общество пока не согласно. Поэтому информация о решениях Кремля, меняющего тактические составляющие военного конфликта, пользуется неизменным вниманием. Здесь, на мой взгляд, проявляется одно важнейшее свойство новейшего путинского времени, когда люди, придавленные, как кажется, навсегда ошибочной стратегией, бесконечно верят в магические возможности власти отыскать, наконец, то спасительное и единственное средство, которое непременно приведет народ к победе, а врага - к поражению.

XS
SM
MD
LG