Ссылки для упрощенного доступа

logo-print

Ситуация в Чечне вся состоит из противоречий


Специальный корреспондент Радио Свобода Андрей Бабицкий, находящийся сейчас в Грозном, отвечает на вопросы Савика Шустера и Владимира Бабурина.

Андрей Бабицкий:

Сегодняшней ночью и сегодня днем велись очень интенсивные, беспрецедентные по интенсивности обстрелы окраин Грозного и центра Грозного. Район площади Минутка перепахан полностью, я был сегодня под сильным обстрелом, самым сильным, под которым я когда-либо бывал, в районе 20-го участка - это селение Алды. Обстрел ведется с высоты, на которой расположена телевизионная вышка. Обстрел велся по жилым кварталам, сколько погибло людей - неизвестно, поскольку мы были вынуждены уйти оттуда вместе с чеченскими ополченцами. Но, по всей вероятности, погибшие есть, не знаю - сколько, но даже один - это много. Сейчас снова некоторое затишье, но в любой момент оно может быть нарушено. Примерно полчаса назад где-то метрах в двадцати от того места, где я нахожусь, ударила авиационная ракета. Здесь предполагают, что, возможно, завтра, с утра, состоится штурм города.

Савик Шустер:

Во вторник федеральные средства информации, все федеральные службы сообщили о том, что, в принципе, атаки чеченцев были отбиты. Насколько вам известно, какова сейчас ситуация в Шали и Аргуне?

Андрей Бабицкий:

Мне довольно сложно судить об этом, но я могу говорить лишь о стратегической модели, которую используют чеченцы. Атаки не столько были отбиты, сколько чеченцы заходят в село, в те населенные пункты, по которым идет эта "волна", очень ненадолго. Они заходят и сразу выходят, собственно говоря, сколько они могут держаться без того, чтобы нести большие потери, они держатся, потом переходят в следующее село. Эта волна идет по всей Чечне, как вы уже заметили, с тем, чтобы федеральные войска почувствовали себя в окружении. Я должен сказать, что сейчас очень сильно ослаблена оборона вокруг Грозного, уже в течение нескольких дней федеральное командование оттягивает силы от чеченской столицы и, видимо, перебрасывает их на те участки, на которых идут бои. Я уже побывал в двух местах, где фактически снята вся бронетехника - это район Старой Сунжи и район 20-го участка селения Алды, где оставлены буквально один, два или три БТР или БМП, которые и ведут ответный огонь по чеченским позициям.

Савик Шустер:

Андрей, во вторник российское командование рассказало о том, что в городе Шали все это действие было проведено затаившимися там боевиками, которые притворились мирными жителями и остались в городе, и в какой-то момент взяли оружие, и с тыла ударили по российским позициям, и что в связи с этим сейчас вводятся новые фильтрационные правила - сейчас все мужчины Чечни от 10 до 60 лет будут считаться потенциальными боевиками. Такова сейчас ситуация. Как бы вы оценили все это, и меры, которые будет предпринимать федеральная сторона?

Андрей Бабицкий:

Федеральное командование ведет себя на редкость неостроумно, потому что если оно таким образом будет исчислять боевиков, то все мужчины от 10 до 60 лет действительно станут боевиками - им просто не останется иного выхода. Что касается тех, кто взял в руки оружие - это - те люди, которые находились в селах и готовы по приказу из Грозного осуществлять операцию "Джихад", она носит такое название, в основном, это бойцы, которые воевали на прошлой войне, собственно говоря, об этом Масхадов и говорил в своих многочисленных заявлениях. Никогда командование чеченских вооруженных сил не скрывало своих намерений, и говорило, что за спиной федеральной группировки те бойцы, которые выжидают удобного момента, поднимутся и ударят в тыл федеральным силам, что сейчас собственно и произошло. Но это были не только эти бойцы, надо сказать, что, в основном, этой операцией руководит Шамиль Басаев, и отряды под его командованием точно так же заходят в эти населенные пункты и объединяются с теми бойцами, которые там находились. Но я должен сказать, что очень многие бойцы выхолят из тех сел, в которых проводится операция "Джихад", потому что они понимают, что после того, как все это произойдет, "зачистка" может очень серьезным образом ударить по этим бойцам, так что, по большому счету, можно сказать, что людей, прибывающих в Грозный, с каждым днем становится все больше и больше, потому что бойцы прошлой войны понимают, что им надо сейчас уходит в Грозный - иначе у них будут большие проблемы при новых "зачистках".

Владимир Бабурин:

Сегодня утром с нами на связь выходил Хасин Радуев, и у него был один из военных комендантов, которые не подчиняются ни федеральным войскам, ни Масхадову, это такое местное чеченское самоуправление. Он рассказал, что из тех сел, которые сейчас блокированы российскими войсками, нет никакой возможности выхода беженцев, и именно поэтому эти села пытаются сейчас занять чеченцы, чтобы обеспечить выход мирного населения. Он сравнил ситуацию с 1996-м годом - такой "слоеный пирог". Ваша оценка - это действительно так?

Андрей Бабицкий:

Да, это очень похоже на правду, я разговаривал с Русланом Гелаевым, это командующий Юго-Западным фронтом, куда входит и Грозный - одна из самых серьезных проблем, которые пытается решить чеченское командование - это вывести из под удара мирных жителей. К сожалению, неизбежна и обратная ситуация, когда операция "Джихад" ставит мирных жителей под удар. Тем не менее, у Руслана Гелаева есть такой план - он фактически предложил его федеральному командованию - создать вокруг Грозного нечто вроде "кольца безопасности" именно таким образом - попытаться выбить федеральные силы на возможно большее расстояние от города, а после этого запустить в него мирных жителей. Чеченцы уверены, что здесь они смогут обеспечить мирным жителям какие-то, довольно серьезные гарантии безопасности, я говорю об этом, потому что видел, насколько хорошо сейчас в своих подвалах прикрыты мирные жители, за ними ведется постоянное наблюдение.

Владимир Бабурин:

То есть, сейчас жители Грозного из столицы не выходят, потому что там надежнее, или у них нет возможности выйти через кольцо федеральных войск?

Андрей Бабицкий:

Вы знаете, дело обстоит очень по-разному. Очень многие русские хотели бы выбраться, но они просто плохо понимают, что происходит и, как я уже говорил, крайне ограничены в средствах, и поэтому не в состоянии выйти, просто они не могут понять, как они могут это сделать. Что касается многих чеченцев, то, конечно, они ощущают себя здесь в гораздо большей безопасности, нежели за пределами города. Кстати говоря, это можно отнести и ко мне, здесь, в Грозном, я чувствую себя гораздо в большей безопасности, чем на территории, контролируемой федеральными силами.

Савик Шустер:

Андрей, вы говорили, что может быть штурм Грозного, потому что шла вот такая артиллерийская и авиационная подготовка. А потом вы сказали, что российские войска все-таки снимают с позиций вокруг Грозного некоторых военнослужащих и перебрасывают их туда, где, наверное, идут более ожесточенные бои. Таким образом возникает такая противоречивая ситуация - если хотели бы проводить штурм Грозного, то не было бы людей, или как?

Андрей Бабицкий:

Ситуация в Чечне вся состоит из противоречий, из взаимоисключающих эпизодов, которые просто никак не вяжутся друг с другом. Тут нет нормальной человеческой логики, тут логика сумасшедшего, который руководит этой кампанией. Собственно говоря, чеченцы уже несколько дней ждут штурма. Они уверены, что если федеральное командование объявило о намерении держать паузу, то штурм обязательно будет. Но вот, по всей вероятности, и федеральное командование, как это делают и чеченцы, сменило тактику. Возможно, штурм состоится, возможно нет - этого никто не знает, Артподготовка ведется действительно очень интенсивная. Артподготовки такой интенсивности были только в начале этого года. Я думаю, что ситуация складывается таким образом: силы, конечно, оттянуты, но последнюю попытку, мне кажется, и федеральное командование, и и.о президента все-таки предпримут с тем, чтобы привести ложь, которую передают по телевидению, в соответствие с реальностью. Российские власти, и военные, и гражданские, политические, они ее предпримут.

Савик Шустер:

Каковы жертвы с той и другой стороны, то, что вы видели, и что вы можете предположить?

Андрей Бабицкий:

Счет идет на десятки - это то, что я видел собственными глазами. Но это все равно очень много. Савик, вы понимаете, я в свое время говорил о "ветхозаветном" измерении этой войны, но фактически эта фаза завершилась. Для чеченцев эта война стала совершенно обычной войной, по своему характеру абсолютно напоминающей прошлую. Только масштабы другие - с той стороны силы в несколько раз больше, но и с этой стороны тоже. Сейчас снова ведется счет на десятки погибших мирных жителей, но и один погибший - это уже событие.

XS
SM
MD
LG