Ссылки для упрощенного доступа

logo-print

Сведения Союза комитетов солдатских матерей о российских потерях в Чечне


Ведущий программы "Liberty Live"Дмитрий Волчек беседует с ответственным секретарем Комитета солдатских матерей Валентиной Мельниковой.

Дмитрий Волчек:

Союз комитетов солдатских матерей пришел к выводу, что с начала боевых действий в Чечне погибло около трех тысяч и было ранено около шести тысяч российских военнослужащих Министерства обороны, Внутренних и других родов войск. По мнению солдатских матерей официальные данные о российских потерях на Северном Кавказе занижены, как минимум, в семь раз. На линии прямого эфира ответственный секретарь Комитета солдатских матерей Валентина Мельникова. Валентина Дмитриевна, как вам удалось собрать эти данные, какова методика сбора?

Валентина Мельникова:

Нейтральное слово "методика" не очень подходящее. Дело в том, что мы до Нового Года оценивали число погибших и раненых, все-таки, основываясь на официальных данных и на тех сведениях, которые поступали к нам от раненых солдат, и родителей, которые получали письма. Но как раз на этой неделе нам начали звонить коллеги из Комитетов солдатских матерей, которые работают в разных областях России - из Томской, Тюменской, Кемеровской областей, из Краснодарского края, из Ростовской области, из Челябинска. Оказалось, что сведения, которые уже есть в областях о тех мальчиках, которые уже похоронены, или о которых сообщили родителям, что они погибли, составляют по каждой области от 30 до 50, даже 60 человек. Мы, конечно, не смогли созвониться со всеми, но получается, что те основные большие населенные области - около 80, потеряли в общей сложности около 3 тысяч солдат, офицеров и прапорщиков погибшими. Наши оценки всегда отличаются от военных, потому что генералы, если они сообщают, сообщают только о тех, кто погиб на поле боя. Но ведь мы прекрасно знаем, что не всех удается довезти до госпиталя. При очень тяжелых ранениях не всегда удается спасти ребят. Поэтому мы всегда вводим эту поправку, что погибших больше, чем говорят военные. Сейчас, к сожалению, совсем нельзя опираться на то, что говорят журналистам наши генералы. Они забывают, что они врали нам в ноябре. Они забывают, что если сложить все цифры, которые они называли, то уже получается больше, чем они говорят сейчас.

Дмитрий Волчек:

Да, Министерство обороны называет ваши данными не соответствующими действительности и даже абсурдными. Валентина Дмитриевна, я хотел бы уточнить: три тысячи погибших - идет ли речь только о чеченской кампании, или в нее входят и военнослужащие, погибшие во время боевых действий в Дагестане, начиная с августа?

Валентина Мельникова:

Мы, конечно, учитываем, что по официальным данным после окончания боев в Дагестане было официально объявлено о 285 погибших по всем войскам, и где-то 400 раненых. Но ведь я не удивляюсь оценке генералов, но есть очень простой способ выяснить правду: с той чеченской войны мы требуем публиковать списки фамилий погибших и раненых. Каждый раз военные отвечают нам: "Нельзя расстраивать родителей, вдруг они откроют газету и прочитают, что их сын погиб". Простой способ - давать открытую информацию, каждая семья, у которой погиб кто-то - сын, муж, брат, всегда, наоборот, старается как-то увековечить память погибшего, всегда помогает, когда делают публикации о погибших, и это было бы самым хорошим и надежным ответом.

Дмитрий Волчек:

Это - мировая практика, и в России, скажем, во время Первой Мировой Войны, ежедневно в газетах публиковались списки погибших. Валентина Дмитриевна, как вы полагаете, официальные данные о потерях в Чечне занижены по прямому указанию из Москвы, то есть это - целенаправленная политика дезинформации, или, может быть, это такая инициатива на местах - то есть генералы хотят получить повышение по службе и скрывают подлинные данные о жертвах?

Валентина Мельникова:

По моему мнению, и мнению моих коллег, эта информационная блокада, которая существует с самого начала чеченской войны, организована, я не могу говорить, на каком уровне, но честно говоря, для нас одним из главных организаторов этой информационной блокады и сокрытия всего, безусловно, является Генеральный Штаб, потому что именно это ведомство отвечает за подготовку боевых действий, осуществляет руководство ими и всем, что с этим связано.

Дмитрий Волчек:

У Комитета солдатских матерей всегда были непростые отношения с военными ведомствами. Ощущаете ли вы сейчас какое-либо давление?

Валентина Мельникова:

Военные не могут никак оказать на нас давление, потому что мы не являемся государственной структурой, мы не являемся финансово зависимыми как-то от военных или государства - мы - совершенно свободные, абсолютно независимые организации. Я не могу сказать, что сейчас нам с ними как-то сложнее работать. Да, конечно, совместной работы с военными много - потому что каждый день приходят письма - родители хотят найти мальчика, каждый день звонят мамы, отцы и молодые жены, просят помочь узнать - где человек, что с ним происходит, потому что "горячие линии", к сожалению, таких конкретных данных не сообщают. Они только могут сообщить - жив или погиб, ранен ли, но дальше поиск конечно нужно проводить вместе с офицерами.

Дмитрий Волчек:

Валентина Дмитриевна, известны ли вам данные о потерях в отрядах так называемого "чеченского ополчения" - отрядах Беслана Гантамирова, и вообще, занимается ли кто-то этим?

Валентина Мельникова:

Нет, мы не имеем каких-то контактов с гантамировскими ополченцами и с ним самим, хотя знаем, что они существуют и доступны. На самом деле, также нет официальных сведений о потерях среди милиции, потому что это - другой контингент, потому что они - профессиональные люди, и там совсем все закрыто.

Дмитрий Волчек:

В прошлую чеченскую кампанию вы тоже обнародовали альтернативные данные о потерях в российских войсках. Я думаю, что было бы уместно напомнить эти цифры, если вы их помните.

Валентина Мельникова:

Конечно, мы помним всех. Официальная цифра погибших в первой чеченской войне составляет на сегодняшний день 5 300 человек. Наша оценка, на которой мы продолжаем держаться - где-то около 14 тысяч погибших. Я хочу опять подчеркнуть, что 5 300 - это погибшие на поле боя. Никто до сих пор не опубликовал, сколько умерло от ран и умер в этот "страховой год", который у нас считается для уволенных в запас военнослужащих - страховой год после увольнения - если человек заболел и умер или получил инвалидность, то это считается - в период прохождения военной службы. Этих цифр вообще нет, хотя страховые компании у нас, в общем-то, должны быть гражданские и независимые, и должны публиковать такие вещи.

XS
SM
MD
LG