Ссылки для упрощенного доступа

logo-print

Научится ли российская власть извлекать уроки из своих ошибок?


Андрей Шарый беседует об условиях работы журналистов в зоне трагедии атомной подводной лодки "Курск" и информационной политике российских властей с руководителем информационной службы телекомпании "НТВ" - Владимиром Кулистиковым, и руководителем информационной службы телекомпании "ТВ-6" - Михаилом Пономаревым.

Андрей Шарый:

Как работается сейчас журналистам в районе катастрофы?

Владимир Кулистиков:

Работается тяжело, потому что, конечно, доступ к источникам информации очень ограничен, но я думаю, что проблема гораздо шире. Под "колпаком" контролирующих доступ к источникам информации служб работают не только телевизионные компании и журналисты печатных СМИ, но и сам президент. Мы всю картину происходящего получаем от тех, кто, возможно, заинтересован в том, чтобы представить ее в таком виде, в котором мы ее получаем.

Андрей Шарый:

Михаил Пономарев, вы согласны с такой постановкой вопроса?

Михаил Пономарев:

Да. Но я бы еще добавил: я сегодня вспомнил одно событие: 31 декабря - в день отставки президента Ельцина выяснилось, что тогда еще и.о. президента Путин приехал ночью в Чечню - об этой поездке знали только сверхсекретные службы, и она была максимально закрыта. Это понятно - система безопасности и так далее. Но за 10 часов до этого момента туда в срочном порядке была переброшена специальная передающая телевизионная станция Российского Государственного Телевидения. Вспомнив сейчас об этом, я подумал: а не потому ли туда, на ракетный крейсер "Петр Великий", разрешили приехать съемочной группе РТР, чтобы она освещала, как туда приедет Путин. К тому же: сегодня в Мурманск должна была вылететь рейсовым самолетом из Москвы в 18.00 по московскому времени группа журналистов. Мне позвонили и сказали, что рейс отложили минимум на три часа. Если принимать во внимание, что и в Москве, и Мурманске сейчас очень хорошая погода, то я думаю, что Мурманск закрыт именно, потому что туда должен прилететь Путин. Я знаю, что вопросами информационного обеспечения занимается господин Лесин - мы все это знаем, и как бы совершенно очевидно, что ему приходят в голову эти мысли. Я почти уверен, что телевидение оказалось на ракетном крейсере "Петр Великий" только после того, как было принято решение о том, что туда приедет Путин.

Андрей Шарый:

Сейчас Всемирная Служба Би-Би-Си передает новости с Баренцева Моря со ссылкой на телекомпанию "РТР". Это - ее звездный час. Вы считаете, что российские власти считают ее единственной, которая способна точно, адекватно и в соответствии с их установками освещать спасательную операцию, или это какой-то очередной огрех властей?

Владимир Кулистиков:

Я думаю, что это - закономерность. Российская власть сейчас решила общаться только с теми журналистами, в которых она уверена. Не в том смысле, что они адекватно передадут мысли, позиции и взгляды власти, а в том смысле, что они будут действовать так, как им будет предписано. Я думаю, что то, что сейчас происходит: на фоне этих, я думаю, жутких и трагических не только для россиянина, но и для всех жителей планеты событий они действуют точно так же - они предлагают эксклюзивные возможности тем, в ком они уверены на сто процентов. Они уверены в том, что они их могут контролировать. Но дело в том, что это не высшая политическая власть, а власть ведомственная, достаточно локальная. Она своими решениями ставит в неуклюжую позицию, я думаю, всех носителей власти в России. Я думаю, что в этом проблема, и над ней стоит задуматься.

Андрей Шарый:

Западная печать и российская, я думаю, даже более резко, чем западная, критикуют российские власти за их поведение в ситуации вокруг трагедии "Курска". Но есть и СМИ, в том числе и на Западе, которые сравнивают нынешнюю ситуацию с ситуацией до демократических реформ и отмечают, что все-таки есть изменения к лучшему. Согласны ли вы с той точкой зрения, что 10 лет назад никто ничего бы не узнал, и можно ли на фоне того, о чем мы с вами говорим, сделать вывод, что ситуация как-то изменилась?

Михаил Пономарев:

С той точки зрения, что раньше мы бы ничего не узнали - да. 10 - не знаю, но 15 лет назад никто никогда бы об этом ничего не узнал. Это - правда, но это не имеет отношения к заслугам ныне действующей власти - все это было сделано Горбачевым и Ельциным. А нынешняя власть совершает, на мой взгляд, глубочайшую ошибку, не пользуясь достигнутыми ее предшественниками достижениями в области объективности и открытости. Она тем, что происходит, просто перечеркивает, на мой взгляд, все, что было сделано.

Андрей Шарый:

Как вы считаете, способна ли эта власть извлекать уроки из своих неудач?

Михаил Пономарев:

До последнего хочется верить, что да. Но на сегодняшний день научных оснований верить в это нет. Тем более, что уже есть с прошлого очень большой опыт, на котором уже можно учиться. Если человек не умеет учиться на чужом опыте, то почему он должен понимать собственные ошибки? Хотя, мы выбрали президента, и 4 года будем надеяться, что он научится извлекать уроки из собственных ошибок.

XS
SM
MD
LG