Ссылки для упрощенного доступа

logo-print

Военные и специалисты из "Минатома" успокаивают общественность по поводу экологической ситуации в зоне аварии атомной подлодки "Курск"


Лиля Пальвелева, Москва:

Как утверждают в командовании Военно-морского флота, радиационный фон в районе аварии подводной лодки «Курск» находится в норме. Радиационные обследования в районе, где затонула субмарина, проводились с того момента, как была обнаружена атомная подлодка - заявляет контрадмирал, начальник службы радиационной защиты ВМФ России контр-адмирал Виктор Захаров. Замеры пробы воды проводились военными сотрудниками Курчатовского института и норвежскими спасателями. Никто из них ни разу не зафиксировал повышения естественного радиационного фона. Однако, многих настораживает тот факт, что на месте аварии до сих пор не удалось побывать сотрудникам Мурманской экологической службе. Виктор Захаров не видит в этом ничего страшного.

Виктор Захаров:

А вот три специалиста российского научного центра "Курчатовский институт" - они что, не гражданские специалисты? Это ведь организация и специалисты, которые не входят в численность органов ВМФ. Вы считаете, что мы - руководство ВМФ, вроде как можем и не дать объективной информации, так вот, чтобы этого не было, как раз мы согласились на ту помощь, которую оказывает российский научный центр "Курчатовский институт". Сейчас за такой помощью к нам обратились специалисты Центрального НИИ имени Крылова из Санкт-Петербурга - тоже организация гражданская, не входящая в состав ВМФ...

Лиля Пальвелева:

Проблема в том, что названные контрадмиралом ведомства принадлежат к "Минатому". Это ведомство, как считают многие экологи, не раз было замечено в том, что утаивало от общества важную информацию об авариях и катастрофах на атомных объектах. Так почему же не пускают мурманских экологов?

Виктор Захаров:

Там же работы глубоководные, они продолжаются в месте гибели атомной подлодки, как только эти работы на каком-то этапе, на какой-то период будут остановлены, естественно, никто никому не будет мешать посещать этот район, брать пробы и так далее, тем более, что район гибели атомной подлодки находится за пределами территориальных вод России, и запретить кому-либо там находиться, мы просто не можем по международным стандартам.

Лиля Пальвелева:

Военные обещают: когда они решат, в какие сроки поднимать подлодку, разумеется, если такое решение будет принято, мониторинг на месте аварии смогут проводить не только российские экологи, но и зарубежные. Поднимать же подлодку станут не раньше, чем будет разработан комплекс мер, обеспечивающих безопасность реакторов. Заместитель директора Курчатовского института Николай Хлопкин убежден, что чрезмерных радиационных последствий эта авария иметь не будет:

Николай Хлопкин:

Реакторная установка спроектирована с учетом возникновения различных аварий, в том числе и затопления подводной лодки. В дополнение к имеющейся на Северном Флоте аппаратуре Курчатовский Институт поставил высокочувствительную аппаратуру и обслуживающий персонал для того, чтобы можно было провести измерение. Эта аппаратура апробирована в работе. Ее использовали при обследовании подлодки "Комсомолец" затонувшей в 1989-м году, как в отечественных, так и в международных экспедициях, и эта аппаратура получила признание. Если с помощью этой аппаратуры будут получены данные, то они будут признанны и международной общественностью. Это важно, потому что сейчас идут разговоры о том, чтобы привлечь международные организации Норвегии и других стран для проведения и эвакуации погибших, и последующих работ по подъему подлодки.

Лиля Пальвелева:

Полон оптимизма и Александр Кирюшин - главный конструктор-директор Нижегородского опытного конструкторского бюро машиностроения, где разрабатывались корабельные реакторы, установленные на подлодке "Курск":

Александр Кирюшин:

Это - реакторы третьего поколения, повышенной надежности, безопасности, с большим сроком службы. Отечественной промышленностью изготовлена целая серия этих реакторов, и можно говорить о том, что эта конструкция вполне отработана. Эти реакторы не требуют обслуживания при работе. Только по правому борту есть проходной коридор, который позволяет личному составу пройти из пятого отсека в седьмой. Каждый реактор снабжен мощной защитой и системой безопасности. Системы безопасности при любых инцидентах работают автоматически, останавливая реактор по отклонениям от основных технических параметров работы. Предусмотрена автоматическая остановка реактора по обесточиванию, по повышению давления, по отклонению температуры, это -автоматическая защита, срабатывающая в секунды.

Лиля Пальвелева:

Александр Кирюшин сообщат, что в его опытно-конструкторском бюро уже проведен детальный анализ динамического воздействия на атомные реакторы и системы безопасности. Вот к каким выводам удалось прийти:

Александр Кирюшин:

Реакторы заглушены и находятся в безопасном состоянии. Это произошла в первую минуту катастрофы. Второй вывод: после аварии в течение времени, которое уже прошло, и в дальнейшем полностью исключены разгон реактора и, тем более, ядерный взрыв. Третий вывод: состояние основных барьеров, ограничивающих и локализующих распространение радиоактивности из активной зоны, таково, что полностью исключается возможность радиационной, экологической катастрофы.

Лиля Пальвелева:

При этом все, кто занимается сейчас исследованиями состояния затонувшей субмарины, признают: ни при каких обстоятельствах подлодку нельзя оставлять на дне в том виде, в каком она сейчас находится. Подводные течения и соленая вода со временем могут привести к опасным для экологии разрушениям ее корпуса.

XS
SM
MD
LG