Ссылки для упрощенного доступа

logo-print

Михаил Лесин о положении электронных СМИ после пожара на Останкинской телебашне


Корреспондент Радио Свобода Анна Качкаева беседует с министром РФ по делам печати, телерадиовещания и средств массовых коммуникаций Михаилом Лесиным о ситуации, возникшей в связи с пожаром на Останкинской телебашне в Москве

Анна Качкаева:

Существует ли угроза для общефедерального вещания?

Михаил Лесин:

Угрозы для общефедерального вещания на сегодняшний день нет, поскольку схема технологического распространения ОРТ, РТР и НТВ фактически уже не зависит от Останкинской башни и осуществляется уже независимо от той аппаратуры, которая раньше использовалась для передачи сигнала.

Анна Качкаева:

Каким образом? Что, из коммуникационного зала было вывезено оборудование, или где-то было поставлена новая резервная вышка?

Михаил Лесин:

Используются ресурсы и емкости, которые были у Ростелекома и у Минсвязи для передачи сигнала и перераспределения этих ресурсов во всех сетях. То есть, построены очень сложные схемы передачи, но они устойчиво работают, и могут длительное время эксплуатироваться, хотя это, естественно, нанесет определенный ущерб тем услугам, которые предоставлялись на базе этих мощностей, в том числе, междугородним телефонным переговорам и другим услугам.

Анна Качкаева:

В каком состоянии находится Останкинская башня? Угроза того, что металлическая конструкция - верхняя ее часть, может разрушиться существует?

Михаил Лесин:

Теоретически такая угроза существует. Практически, на сегодняшний день, все специалисты утверждают, что не существует. Вопрос в том, что башня рассчитывалась на очень высокое количество нагрузок, как погодных и ветровых, так и нагрузок по деформации и, соответственно, запас устойчивости очень большой. Естественно, что никто не знает, как поведет себя башня во врем пожара. Но все специалисты сегодня говорят, что угрозы каких то падений или наклонов не существует. Конечно, хотелось бы получить более детальную экспертизу после окончания тушения пожара, и на ее базе дальше выстраивать всю технологическую работу.

Анна Качкаева:

А все-таки, уже есть какие-то версии причин: почему так стремительно произошло возгорание и почему его не удалось локализовать?

Михаил Лесин:

Большинство экспертов предварительно сошлись на мнении, что это было короткое замыкание. Произошло оно на отметке 420-450 метров. Это фактически зона, куда допускаются специальные работники на специальные высотные работы. Возможность каких-либо терактов практически исключена. Вопрос распространения достаточного количества запасных устройств по обеспечению безопасности - они на башне существуют. Но часть из них сработала, а часть нет. Естественно, что башня планировалась и проектировалась 3 года назад, и технологии с того момента ушли вперед. Возможно, что совокупность ветровых нагрузок и точки начала пожара повлияли на такое распространение пожара.

Анна Качкаева:

Эксперты, люди, которые занимаются вопросами строительства подобных конструкций, говорят, что возможно она была сильно перегружена, возможно сказался недавний ремонт, который, как говорят, закончился полторы недели назад - какие-то такие версии вам известны?

Михаил Лесин:

Я много лет работаю с людьми, которые обслуживают башню. Я не могу сказать о них ничего плохого. Они всегда очень ответственно подходили к работе и прилагали максимум усилий. Возможно, была ситуация селекторной перегрузки. Мы все это будем проверять, И комиссия будет работать по нескольким направлениям - и по направлению МЧС, и по направлению МВД и пожарной охраны, и по нашему технологическому направлению, и мы поймем, как была нагружена башня в тот конкретный момент. Но предварительно пока нет уверенности в том, что была перегрузка, и тем более, что каким-то образом повлиял ремонт. Ремонт улучшал как бы ситуацию, а не ухудшал ее.

Анна Качкаева:

Откуда и когда может быть возобновлено вещание в полном объеме на Москву и Московскую область?

Михаил Лесин:

Сейчас разработаны 7 вариантов восстановления.

Анна Качкаева:

О каких вариантах вы можете рассказать? Откуда это может быть? Со шпиля МГУ, с самого ТТЦ, с Шаболовки?

Михаил Лесин:

Например, со шпиля МГУ, с башни в Балашихе, с дирижабля, в том числе, создание по периметру Москвы телевизионных деревень с установкой слабомощных передатчиков, которые будут захватывать конкретные микрорайоны... Все возможные варианты, которые только есть, мы используем. Сегодня уже собрана вся информация о передатчиках, которые есть на складах, их технических параметрах, возможности частные... В понедельник вечером будет приниматься окончательное решение.

Анна Качкаева:

Вы ведь не только министр, но вы и крупный специалист по рекламе. Сейчас, я думаю, те, кто занимается рекламой просто в шоке. Как будет развиваться ситуация?

Михаил Лесин:

Мне трудно сейчас вообще прогнозировать размеры нанесенного ущерба, поскольку нельзя говорить только о рекламном рынке, потому что это и торговый рынок услуг связи, коммерческих услуг, которые обеспечивала Останкинская башня. И рекламный рынок, несомненно, тоже попал в очень тяжелое положение. Я думаю, что возникновение пожара и его развитие уже принесло сотни миллионов долларов убытков. Конечно, это очень тяжелая ситуация, неожиданный удар. В последнее время мы реально фиксировали увлечение рекламы рынком и ждали улучшения ситуации... Мы должны провести консультации и выяснить, сколько потребуется для восстановления позиций. Мы потеряли... То количество каналов, которое было до трагедии, мы будем восстанавливать очень долго.

Анна Качкаева:

А можно ли будет, по мнению специалистов, эксплуатировать Останкинскую башню, и если да, что и сколько времени и денег на это потребуется, и справятся ли с этим российские специалисты?

Михаил Лесин:

Сначала надо завершить тушение пожара, а потом эксперты должны провести необходимую оценку, а только после этого можно будет говорить о реальных задачах.

XS
SM
MD
LG