Ссылки для упрощенного доступа

logo-print

Впечатления из гарнизона "Полярный". Печальное состояние техники российских спасателей


Ведущий программы "Liberty Live" Андрей Шарый:

В мире продолжают обсуждать вопрос: может ли в дальнейшем российский военно-морской флот обеспечить безопасность своих военнослужащих в случае возникновения аварийных ситуаций на атомных подводных лодках? Чтобы попытаться ответить на этот вопрос, корреспондент Радио Свобода в Мурманске Андрей Королев побывал в закрытом гарнизоне "Полярный", где, как считают российские военачальники, располагается одно из наиболее подготовленных подразделений аварийно-спасательной службы Северного флота. Рассказывает Андрей Королев:

Андрей Королев:

Для того, чтобы попасть в "Полярный", на базу Кольской флотилии подводных лодок Северного Флота, нужно иметь в кармане 50 долларов и аккредитационную карточку журналиста, выдаваемую в Мурманской горадминистрации. Документы корреспондента зарубежной радиостанции тоже подойдут, но в этом случае ставки возрастают до 200 долларов. Мичман, назвавшийся Василием, встречает меня у КПП и предупреждает, что все денежные расчеты со своими экскурсоводами я должен произвести позже. Магнитофон и фотоаппарат он у меня отбирает - никаких аудиозаписей и фотосъемок, с собой можно взять только блокнот и авторучку. По дороге от КПП к пирсу, где, по словам спасателя Сергея, находятся малые спасательные подводные аппараты "Ленок", ставшие притчей во языцех во время катастрофы "Курска", я узнаю, что в отряде противодиверсионных сил и средств, предназначенных для борьбы с боевыми пловцами - сокращенно ПДСС, получили сигнал об аварии субмарины 13 августа. После этого была объявлена часовая готовность. На службу немедленно были вызваны все сверхсрочники и офицеры. Однако, ни в воскресенье, ни в понедельник приказ отбыть в квадрат, где потерпела крушение подлодка "Курск" так и не поступил

Отвечая на мой вопрос о том, почему командование отказалось от использования глубоководных водолазов отряда ПДСС, Сергей лишь растерянно пожимает плечами. "Наш отряд ориентирован на работу на глубине до 40 метров. Но при использовании так называемых "трехболтовок" мы вполне смогли бы выполнить любую работу и на глубине до 150 метров", - говорит он, поясняя, что трехболтовки - это специальные водолазные костюмы, к манишке которых тремя ботами крепится шлем. Таких трехболтовок на шкиперских складах Северного Флота в поселке Дровяное очень много, причем новых, совсем неиспользованных. Далее Сергей ведет меня к пирсу, где действительно стоит дизельная подлодка "Ленок" и малый ракетный корабль "Резвый", только что вернувшийся с места аварии. Не производя при первом поверхностном осмотре впечатление никуда негодного, внутри "Ленок" являет собой полное запустение. "Даже кабелей электропроводки нет", - говорит Сергей, добавляя, что все растащили для продажи в пунктах металлолома, разбросанных во множестве по всему побережью.

"Ленок" - это дизельная подлодка с расчетной глубиной погружения около 200 метров. Именно на нее устанавливаются спасательные аппараты "Приз", которые, в свою очередь, могут использоваться на глубине, превышающей 400 метров. В случае с "Курском", как объясняет Сергей, "Ленок" мог бы зависнуть над затонувшей лодкой для того, чтобы с него в дальнейшем осуществлялся спуск самих "Призов" для стыковки с люками и комингс-площадкой субмарины. В "Приза" имеется по два независимых друг от друга отсека. В одном из них помещается команда из трех человек, а в другом - он, по сути, является барокамерой, те, кого следует эвакуировать на поверхность. За один спуск можно поднять 6-7 человек. Причем если давление в "Призе" и лодке разное, то имеющиеся на борту спасательной капсулы приборы определят это с точностью до десятых долей атмосферы. После этого давление в специальной барокамере устанавливается на уровне давления в потерпевшей аварию субмарине. Это исключает вероятность гибели эвакуируемых моряков от кессонной болезни. После того, как спасательный аппарат наполняется людьми, он отделяется от люка лодки и направляется на стыковку с "Леноком", где люди размещаются в специальном отсеке - также аналоге барокамеры. Здесь давление постепенно выравнивается с показаниями на поверхности моря. Вся эта процедура занимает от 5 до 6 часов. Но с использованием нескольких спасательных капсул за световой день можно эвакуировать до 40 человек.

Заканчивая рассказ, Сергей подводит меня к одному из "Призов": "Они буквально начинены ртутью", - продолжает он, добавляя, что не так давно на этом месте был задержан матрос срочной службы, пытавшийся извлечь из лодки капсулы со смертоносной жидкостью. При этом Сергей обращает мое внимание на носовую часть аппарата, к которой прикреплены так называемые "манипуляторы" - своеобразные щупальца, при помощи которых команда "Приза" способна на глубине производить уникальные работы. Когда представители КБ демонстрировали возможности щупалец, смотреть на это чудо сбежалась вся морская база. Этими щупальцами можно из обычного стеклянного графина перелить воду в граненый стакан, не пролив ни капли. При этом они способны управляться с грузами весом до 400 килограммов.

Однако, демонстрируемые моим провожатым аппараты сейчас представляют собой жалкое зрелище. Расхитителей не сдерживают даже грозные надписи на бортах, свидетельствующие о том, что несанкционированное проникновение вовнутрь представляет опасность для жизни. "Но можно ли судить за это людей, которым годами не платят жалованья", - спрашивает Сергей, подводя черту под экскурсией и пряча в карман бушлата деньги.

Несколько слов для справки: по данным Прокуратуры Северного Флота, только в этом году на флоте покончили с собой три офицера и четыре мичмана. Один из них перед тем, как уйти из жизни, оставил записку, в которой просил у своих детей прощения за то, что не имел возможности обеспечить им сытую жизнь.

XS
SM
MD
LG