Ссылки для упрощенного доступа

logo-print

Свобода информации, информация и власть, информация и деньги...


Программу ведет Джованни Бенси. Участвуют: заместитель декана факультета журналистики МГУ Мария Лукина, корреспондент "Независимой Газеты" в Риме Сергей Старцев, редактор Чешского общественного телевидения Либор Дворжак.

Джованни Бенси:

Свобода информации, информация и власть, информация и деньги. За последние недели эти темы оказались в центре внимания российской общественности в связи с делом НТВ и Газпрома. Ситуация вокруг НТВ, обострившаяся за минувшие пасхальные праздники, затрагивает много принципиальных вопросов, типичных отнюдь не для одной России. Бесспорно, что граждане любой страны имеют право на свободу информации. Но каково содержание этого права? С одной стороны, граждане хотят не только получать объективную информацию, но и слушать разные мнения. С другой стороны, носители этих мнений, журналисты, должны располагать необходимыми техническими средствами, без которых они не могут достигнуть широкой публики. Для этого, понятно, нужны деньги. Но кто должен раскошелиться? Частный предприниматель, капиталист, "олигарх"? Или какой-нибудь гигантский, полугосударственный концерн? Или само государство? Или партия? И почему они должны это cделать? Не для того ли, чтобы защищать свои интересы? Но тогда не приведет ли их "щедрость" к новому ограничению свободы информации, ее подчинению отдельным интересам? Вот, видите сколько вопросов.

В России ответа еще не найдено. Но и в других странах тоже. Вот, например, меньше чем через месяц, 13 мая, в одной европейской стране - Италии - состоятся парламентские выборы. Ничего особенного, казалось бы, но на этот раз эти выборы привлекли международное внимание из-за необыкновенной особенности: кандидат в премьеры от оппозиционной коалиции "Дом Свобод", Сильвио Берлускони, одновременно один из крупнейших предпринимателей страны, своего рода "олигарх". В частности, через свой финансовый концерн "Медиасет", он владеет телекомпанией с тремя каналами вещания. Сейчас эти каналы создают противовес общественному, грубо говоря, "государственному" телевидению, но, если Берлускони станет премьер-министром, то в его руках окажется огромная концентрация политической, финансовой и информационной власти, что у многих вызывает опасения. Но не только в Италии судьбы свободы слова тревожат людей. Совсем недавно, например, в Чешской Республике прошли массовые демонстрации протеста против решения властей назначить директором общественного телевидения человека, слишком близкого к определенным политическим интересам, и поэтому представляющего потенциальную угрозу для объективности.

Вот именно этот комплекс вопросов, свобода информации и ее взаимоотношений с бизнесом и политикой, и будет предметом нашей сегодняшней дискусии. В беседе, по телефону, участвуют: из Москвы заместитель декана факультета журналистики МГУ Мария Лукина, из Рима - эксперт по итальянским делам, корреспондент "Независимой Газеты" Сергей Старцев, и, в пражской студии Радио Свобода, журналист, редактор Чешского общественного телевидения Либор Дворжак.

Первый вопрос Марии Михайловне, Москва. Россия была частью, вернее - центром переставшего существовать Советского Союза. Согласно знаменитому определению Ленина, у печати было много функций, помните - "коллективный пропагандист, коллективный агитатор, коллективный организатор", но не, так сказать, "коллективный информатор". На этом историческом фоне, какова значимость свободы информации в современной России? Какое место она занимает в шкале ценностей?

Мария Лукина:

У свободы информации в России, а я сейчас скорее говорю даже о том понимании, которое мы как бы представляем для студентов факультета журналистики, это - наивысшая ценность, пожалуй. И, в принципе, это - ценность, которая проходит сквозной нитью через все демократические законы, о которых мы сейчас говорим. Без свободы информации невозможно в принципе функционирование демократического государства и гражданского общества, в том числе. Поэтому я считаю, что для обучения студентов мы стараемся именно свободу информации, эту ценность, вынести как наивысшую - мы стараемся об этом упоминать во всех предметах, и говорить об этом, и с точки зрения законов, и с точки зрения этических норм, и с точки зрения профессии, собственно технологии журналистики.

Джованни Бенси:

Сергей Старцев, Рим. Дело Берлускони. Оно занимает доминирующее место в предвыборной кампании. Все говорят о его "конфликте интересов", конфликте между ролью политического деятеля и его интересами как крупного бизнесмена. Действительно может его победа на выборах угрожать свободе информации в Италии, и как сам Берлускони защищается от обвинений?

Сергей Старцев:

Проблема существует. Здесь ее в Италии, как вы правильно сказали, называют конфликт интересов. Берлускони - с одной стороны, публичный политик, очень мощный политик, организовавший в 1994-м году собственное движение, партию "Вперед Италия", сейчас он возглавляет коалицию правоцентристских сил под названием "Дом Свобод", и эта коалиция имеет преимущественные шансы на победу на выборах 13 мая. То есть, Берлускони реально претендует на пост премьер-министра Италии, каковым он, вероятно, станет после 13 мая. С другой стороны, Берлускони - успешный предприниматель, который начал со строительного бизнеса, а затем увлекся медиа-бизнесом. Фактически, его можно было бы назвать, как у нас это принято, "олигархом", поскольку его компания "Медиасет" контролирует три общенациональных телевизионных канала и кроме того очень мощную группу "Публиталия", которая занимается размещением рекламы на телевидении. То есть, таким образом существует некоторое противоречие между интересами Берлускони-политика и Берлускони - предпринимателя. Но я хочу сказать, что в 1994-м году Берлускони уже был премьер-министром Италии. Это сейчас не первый опыт. Его пребывание у власти было, может быть, не слишком длительным - около 9 месяцев, но, тем не менее, оно показало, что угрозе свободе слова и информации это не несет. Тем не менее, проблема существует реально. К сожалению за последние 5 лет, когда левоцентристская коалиция "Уливо" ("Оливковое дерево") находилась у власти, проблема не раз поднималась, но решена так и не была: сейчас на рассмотрении итальянского парламента находится законопроект, который должен по идее разрешить этот конфликт интересов. Здесь, собственно, способ разрешения один: либо Берлускони должен продать свою медиа-империю, что, конечно, вызывает большие сомнения - он этого, во всяком случае, очень не хочет, либо нужно передать ее в доверительное управление кому-то, скорее всего - независимому менеджеру, который может быть назначен с согласия правительства.

Джованни Бенси:

Впрочем, были слухи о том, что концерн "Медиасет" Берлускони собирался войти в консорциум Тэда Тернера по приобретению акций НТВ. Однако, адвокат "Медиасет", Джильберто Дони, опроверг эти сведения... Либор Дворжак, Прага. Вы - редактор Чешского телевидения и пережили всю бурю, которая не так давно вспыхнула в связи с назначением Иржи Годача директором этой телекомпании. Но в этом деле, в отличие от дела НТВ в России, не были замешаны финансовые интересы, речь шла только о политической стороне дела, о принципиальной защите свободы печати, не так ли?

Либор Дворжак:

В принципе, вы, конечно, правы. Тут были затронуты кое-какие политические интересы. Я бы может немножечко поправил вас на счет финансовых - там, конечно, в случае, если бы наше общественное телевидение попало в слабые руки, или в руки, которые будут покровительствовать парламенту и правительству - очень могло бы случиться, что второй канал чешского телевидения мог бы приватизировать "наш Берлускони", то есть, Владимир Железный, он же генеральный директор нашего самого успешного частного телевидения "Нова". Но, в принципе, там шла самая обыкновенная политическая игра, когда чешская политическая сцена, особенно - обе партии так называемого "оппозиционного договора" - социал-демократы и Гражданская демократическая партия господина Клауса просто покушались на независимость чешского телевидения, как общественно-правовой институции.

Джованни Бенси:

Господин Дворжак, тогда, когда разворачивалась полемика вокруг Чешского телевидения, в Праге состоялись стотысячные митинги в поддержку телеканала. Люди принимали очень близко к сердцу его судьбы. Чем объясняется эта особая чувствительность чешской общественности к проблеме свободы информации?

Либор Дворжак:

Это, конечно, имеет свои исторические корни. Стоит только напомнить, скажем, майскую революцию 1945-го года, когда народ сбегался к зданию тогдашнего чехословацкого радио, тут неподалеку от нынешнего Радио Свобода; то же самое происходило и в 1968-м году, и то же самое или что-то похожее происходило прямо на чешском телевидении, на чешском или чехословацком тогда радио, во время этого телевизионного "мятежа". Просто впервые проявилось то, что мы называем термином, очень любимым нашим господином президентом - "гражданское общество". То есть, оказывается, что в Чехии - оно еще и не установлено - но, в принципе, оказалось, что гражданское общество действительно возникает.

Джованни Бенси:

Снова Мария Михайловна Лукина, Москва. На основе вашего педагогического опыта на факультете журналистики МГУ: что побуждает российских молодых людей избрать этот курс обучения, вступить в профессию, которая в России еще явно нелегка, ввиду тяжелого наследия прошлого и, быть может, еще не совсем окрепшего в обществе сознания важности свободы информации?

Мария Лукина:

Вы знаете, вообще журналисты всегда были очень популярны в России. Мне кажется, что часто, выбирая это профессию, к нам идут ребята, просто даже представляя что это. Это такая романтическая, что ли, профессия, но не понимают они часто, какие их ждут подводные камни. Поэтому я считаю, что вот как раз задача нашего коллектива - преподавателей факультета журналистики - рассказать, что, собственно, их ждет на этом сложном, как нам кажется, пути. Предупредить, какие их ждут трудности, возможно, помочь им как-то бороться с этими трудностями, чтобы они вышли из каких-то сложных передряг, какие сейчас происходят с НТВ, достойно. Я считаю, что вот так я могла бы ответить на этот вопрос.

Джованни Бенси:

Мария Михайловна, дополнительный вопрос: осознают ли студенты, с которыми вы имеете дело, всю ответственность своего выбора?

Мария Лукина:

Вы знаете, это очень, конечно, индивидуально, зависит от каждого конкретного студента. Но, в принципе, когда они приходят, они приходят еще очень молодые на факультет, им всего по 18 лет, некоторые, конечно, сознают эту ответственность, а некоторые - не думаю. Мне кажется, что тут, на самом деле, вынужденность такого очень раннего выбора не всегда приводит к нам уже сформировавшихся как личности людей.

Джованни Бенси:

Сергей Старцев, Рим. Как вы знаете, в Италии нет факультета журналистики, специальные школы возникают только сейчас, да и не пользуются особой популярностью. Журналистами становятся на практике, начиная работу, так сказать, как мальчик на побегушках в каком-либо СМИ. Вы встречаетесь с итальянскими коллегами: какое впечатление они производят на вас? В какой мере они "заангажированы" в своей профессии и в защите свободы информации?

Сергей Старцев:

Это, конечно, непростой вопрос. Говоря об ангажированности - да, люди, безусловно, имеют собственные политические взгляды, в том числе и журналисты. Но я бы поставил вопрос несколько в другой плоскости. Дело в том, что система средств массовой информации Италии, если мы сейчас говорим о телевидении, в первую очередь - она подразумевает такую ситуацию, при которой журналист часто не может и не должен высказывать собственное мнение в своей программе - даже в авторской программе. Вот мы немного говорили о Берлускони, о том, как ситуация со свободой средств массовой информации оказалась в центре внимания - здесь все сконцентрировалось в марте вокруг сатирической передачи, которую делает известный комик Даниэле Луццатти - он же и автор программы, он же пишет текст программы, по сути, это журналист, сатирик, работающий в стиле раннего Вуди Аллена. Так вот, его передача "Сатирикон" 21 марта не вышла в эфир. Почему это произошло: Луццатти пригласил к себе другого журналиста Марко Травальи, который написал книгу под названием "Запах денег". В этой книге говорилось о том, как Берлускони стал выстраивать свою медиа-империю. Фактически, человек, который прочитал эту книжку и посмотрел, соответственно, эту передачу, мог прийти к мнению, что первоначальные инвестиции в медиа-империю Берлускони сделали боссы сицилийской мафии, в частности, наркомафии. Вот этот выпуск программы "Сатирикон" вызвал грандиозный политический скандал, потому что правые силы во главе с Берлускони - они не подали, скажем, на Луццатти в суд, не предъявили иски, а они начали атаку на государственное общественное итальянское телевидение РАИ. Они говорили о том, что "РАИ открыто поддерживает левые силы, организует над Берлускони на телевидении сталинские процессы", и на этом основании потребовали, с одной стороны - немедленной отставки президента РАИ и закрытия программы "Сатирикон", и более того, прибегли к удивительному шагу: они в ультимативной форме заявили, что оппозиционные политики не будут принимать участие в каких-либо передачах гостелевидения. Вот один из главных союзников Берлускони - Джанфранко Фини - он прямо сказал, что "когда мы придем к власти, нам придется серьезно почистить РАИ. Ни один из руководителей РАИ не должен остаться на телевидении".

Ситуация сложилась такая. Более того: в парламентской комиссии по контролю над РАИ был внесен проект резолюции, согласно которой вплоть до выборов 13 мая ни одна из информационно-аналитических и сатирических программ РАИ, за исключением выпусков новостей, вообще в принципе не должна заниматься политической проблематикой. Правда, этот проект не был принят, но, тем не менее, проблема существует. Итальянский журналист, возвращаясь к вашему вопросу - он очень ограничен в своих средствах. Даже в своей авторской программе он абсолютно избегает комментариев. Он делает все возможное, чтобы гости, приглашенные в его студию - скажем, если программа политическая - это политики - смогли свою точку зрения иллюстрировать, донести ее до зрителей, а сам журналист от комментариев обязательно отстраняется. Более того, я скажу, что программы типа программы, например, "Итоги" на итальянском телевидении вообще не могли бы появиться, в силу того, что сразу был бы введен политический запрет на эту программу, поскольку журналист не может в телеэфире открыто высказывать и пропагандировать собственные взгляды.

Джованни Бенси:

Сергей, еще вопрос: как отражается на информированности итальянской общественности соревнование между общественной телекомпанией РАИ и телеконцерном Берлускони? Играет ли это соревнование положительную роль или нет?

Сергей Старцев:

Любая конкуренция по определению играет положительную роль. И в данном случае в сфере массовой информации, и в сфере масс-медиа - конечно, эта положительная роль ясна. Что касается разницы в подачи информации - то да, она существует. Группа "Медиасет" Берлускони задумана как коммерческая группа, коммерческое телевидение. С этого Берлускони начинал. Кстати, я хочу заметить, что по всем данным группа "Медиасет" - это наиболее рентабельное телевизионное предприятие в Европе. То есть, оно должно приносить прибыль. Государственное телевидение в Италии живет не только за счет рекламы, но получает фиксированную плату от всех абонентов телевидения. То есть, его содержат все итальянские налогоплательщики. Это обуславливает разницу. Государственное телевидение по определению должно представлять интересы всех итальянцев. Коммерческое телевидение Берлускони может позволить себе иную позицию, но если говорить о сути дела, то было бы неправильно представлять себе ситуацию таким образом, что, скажем, журналисты группы "Медиасет" Берлускони обслуживают интересы своего хозяина. Это абсолютно не соответствует действительности. Например, самый его эффективный, высокорейтинговый канал - пятый - известен тем, что его руководители, директор, менеджеры и журналисты - они не скрывают собственно своих левых симпатий. Это совершенно очевидный факт. Это известно и мне из общения с этими людьми, и, в общем, это широкоизвестный факт. То же самое государственное телевидение, которое сейчас Берлускони обвиняет в том, что оно открыто поддерживает левые силы: я вам приведу такой факт, если некоторым журналистам, ведущим новостей второго канала государственного телевидения, были предложены депутатские мандаты от правых сил - это говорит о том, что эти люди придерживаются определенных политических симпатий, хотя в их передачах это и не находит широкого отражения. Тем не менее, это факт. То есть, разные люди, разные журналисты имеют свободу творческую высказываний, свободу слова в рамках этих структур - это очевидный факт. Любой журналист, скажем, группы "Медиасет" вам скажет, что Берлускони никогда лично не вмешивается в редакционную политику канала - есть совершенно другие люди, которые руководят каналом. И журналисты, которые работают на этих каналах, часто исповедуют совершенно разные политические взгляды.

Джованни Бенси:

Либор Дворжак, а ситуация в Чехии - есть ли соревнование между частными каналами и общественным телевидением?

Либор Дворжак:

Безусловно, есть.

XS
SM
MD
LG