Ссылки для упрощенного доступа

logo-print

Путь Андрея Бабицкого от Махачкалы до Москвы


Петр Вайль беседует с Олегом Кусовым - корреспондентом Радио Свобода, приехавшим из Махачкалы в Москву.

Петр Вайль:

Олег, вы были первым, кому Андрей Бабицкий позвонил, попав в Махачкалу, и вы немедленно туда выехали, вам с ним встретиться не удалось. Мы эту историю помним, вы назначили свидание в гостинице "Ленинград", но вас задержали на окраине Махачкалы, а дальше началась вся эта свистопляска с дагестанской прокуратурой и МВД. Как все это происходило.

Олег Кусов:

На другой день после моего приезда в Махачкалу в столицу Дагестан прибыли супруга Бабицкого Людмила и его адвокат Александр Зозуля. Два дня они находились в Махачкале, и все эти два дня Людмила все же не понимала, что происходит вокруг ее супруга, такое у меня сложилось впечатление. Два дня она пыталась получить встречу с супругом. Наконец, она, конечно, получила ее, но после долгих мытарств. В понедельник, когда Людмиле сказали, что встречу в МВД Дагестана назначил следователь Главного следственного управления республики, полковник Магомадов, мы все прибыли туда рано утром, но оказалось, что Магомадов уехал в командировку. Двое других следователей, которые также участвуют в деле Андрея Бабицкого, почему-то просто-напросто не пришли на работу. Мы в буквальном смысле слова не знали, куда нам пойти и что нам делать, пока какой-то человек в погонах не объяснил нам, что нам надо ехать на другой конец Махачкалы в какое-то следственное управление при ОМОНе республики. Мы на своем транспорте с трудом добрались до этого места, сами нашли следователя, и Людмила давала ему первые свидетельства. Затем ей в тот же день назначили встречу с Андреем. Она была назначена на 14 часов, но состоялась уже спустя длительное время. Если я не ошибаюсь, то она встретилась с ним около 5 вечера. Было много непонятного и странного, в основном, у нас сложилось впечатление, что правоохранительные органы не просто неохотно участвуют в деле Андрея Бабицкого, но просто-напросто испытывают какое-то давление сверху от какого-то более сильного ведомства. Потому что они были в своих суждениях и заявлениях, и даже просьбах и предложениях очень осторожны и неконкретны. Они не приходили вовремя в свои кабинеты: создалось впечатление, что они просто-напросто зависят от кого-то и не могут принять самостоятельного решения.

Петр Вайль:

Олег, а не создалось ли у вас, или у Людмилы, или у адвоката Зозули впечатления, что Бабицкий "свалился на голову" Дагестанскому МВД, и что для них это было не меньшим сюрпризом, чем для него?

Олег Кусов:

Я почти сутки провел вместе с Андреем в здании МВД Дагестана, и тоже общался со следователями и с министром внутренних дел Дагестана, и, конечно же, я хорошо чувствовал их реакцию - они буквально опешили от такого сюрприза, не знали, что делать с Андреем, и, как у меня сложилось впечатление, постоянно оттягивали ответы на мои вопросы и вопросы Андрея, очевидно, спрашивая совета у Москвы или других инстанций.

Петр Вайль:

Олег, видимо, именно этим и объясняется их желание от вас как-то спрятаться, улизнуть, избежать версии. А вот когда Путин произнес свою известную фразу о том, что он не считает целесообразным содержание Андрея Бабицкого под стражей, они вроде стали действовать довольно быстро. Андрей рассказывает, что он летел в пустом самолете, и даже жене не предложили полететь вместе с ним, а как вы все узнали, что Андрею изменили меру пресечения?

Олег Кусов:

У супруги Андрея Людмилы сложилось впечатление, что буквально в тот же день, после заявления Путина, отношение к ней как бы изменилось. Сотрудники стали как бы более оперативными, и уже вечером Андрей подробно встретился и с адвокатом, и со своей супругой. Спешка была настолько неожиданной, что ни жене, ни адвокату даже не намекнули на то, что Андрей может быть освобожден из под стражи. Узнали мы об этом совершенно случайно, от чужих, посторонних людей. Махачкала вся очень сильно, я говорю без преувеличения, переживала за Андрея, на улице к Людмиле и к нам подходили простые люди, дагестанцы и русские, и предлагали свою помощь, свои услуги. От одного из таких людей мы и услышали информацию о том, что Андрея внезапно увели из Махачкалы. Это было в понедельник в 9 часов вечера. Как слух распространился так оперативно - остается загадкой, тоже через какие-то вторые уста. Но мы имели возможность перепроверить его у одного из источников в МВД Дагестана, и этот человек подтвердил мне, что по его данным Андрея уже вывезли из СИЗО и отправили на аэродром для дальнейшей переправки в Москву.

Петр Вайль:

Олег, я хочу уточнить еще раз: то есть официальные лица МВД Дагестана жену Андрея никак не уведомили?

Олег Кусов:

Как известно, Андрей вылетел из Махачкалы примерно в 10 часов вечера, а примерно в половине шестого закончилась его длительная встреча с супругой. Ей даже и не намекнули на то, что Андрей может быть освобожден, ей даже говорили: "Приходите завтра на очередное свидание", перечислили вещи, которые она может принести, и мы все уже готовились к завтрашнему свиданию в СИЗО Махачкалы. Вдруг, как снег на голову, свалилось известие из неофициальных источников, от простых жителей Махачкалы.

Петр Вайль:

Олег, у меня к вам вопрос, отсылающий к первому вашему свиданию с Андреем Бабицким, когда вы встретились с ним в здании дагестанского МВД и провели с ним целую ночь. Потом вы рассказывали о своих впечатлениях, вы сказали, что Андрей, в общем, выглядит неплохо, что это - прежний Андрей. Скажите честно, чем вы мотивировались? Может быть, вы хотели подбодрить супругу? Потому что то, что мы видим на экранах - мы, кто знал Андрея, видим, что от него осталась половина. Он страшно исхудал, у него запавшие глаза, короче говоря, это человек, переживший очень тяжкие испытания.

Олег Кусов:

Петр, я могу сказать, что сегодняшний Андрей, каким я застал его сейчас по приезду в Москву, и Андрей, которого я видел в пятницу - эти люди отличаются друг от друга. Очевидно, сказался один день на более-менее неполноценной свободе. Он, видимо, вдохнул какой-то воздух свободы, прогулялся по городу, и, когда я зашел в кабинет, то, возможно, это было какая-то эмоциональная реакция и у меня тоже, но, действительно, я увидел его очень бодрым, живым и общительным. Но затем, когда стало известно о его заключении под стражу, все это не могло не отразиться на его внешнем виде, видимо, он опять потерял свой бодрый вид, который приобрел после короткого нахождения на свободе в Махачкале.

Петр Вайль:

То есть, он несколько воодушевился, ему, видимо, показалось, что его все эти испытания заканчиваются, и вдруг пошел новый виток беззакония, да?

Олег Кусов:

Безусловно, мы ведь всю ночь обсуждали наши дальнейшие планы работы. Андрей строил реальные планы. Мы собирались уже лететь в Москву и даже искали провожатых среди наших знакомых - офицеров пресс-службы МВД Дагестана, и вдруг, как обухом по голове, это неожиданное решение, оно сильно сказалось на его состоянии.

Петр Вайль:

Но сейчас, как я полагаю, вы рядом с Андреем, в этой квартире, с его семьей, и я надеюсь, что он уже успокоился?

Олег Кусов:

Ему трудно говорить, мы ходили прогуляться по парку, и ему даже было трудно идти - болело сердце, болела спина, даже небольшая прогулка показалась ему тяжелой физической нагрузкой. Но атмосфера у него в квартире довольно теплая и доброжелательная. Его супруга Людмила и ее сестра Татьяна делают все для того, чтобы Андрей пришел в себя как можно быстрее, и, мне кажется, что с каждой минутой им это удается все больше и больше.

XS
SM
MD
LG