Ссылки для упрощенного доступа

logo-print

Военная машина работает, народ безмолвствует


Вероника Боде, Москва:

Подходит к концу военный призыв в российскую армию. Еще две недели назад военный комиссар Москвы Василий Красногорский заявил на пресс-конференции, что план призыва в Москве почти выполнен, и 80 процентов призывников уже прошли через сборные пункты столицы. Несмотря на это, милиция проводит в городе самые настоящие облавы. В этом году они приняли небывалый размах. Регулярные проверки документов, задержания на улицах, приход участковых в квартиры призывников... 8 декабря вооруженные милиционеры появились в общежитии Российского химико-технологического университета имени Менделеева. Студенты рассказывают, что выбегали в коридор, услышав крики "пожар, пожар" - их хватали и, ничего не объясняя, везли в Тушинский военкомат. Рассказ аспиранта по имени Дмитрий записала Мария Персанова:

Дмитрий:

Я мирно спал. Вламываются некоторые люди, вооруженные, с автоматами, зачем-то, потребовали документы, даже не посмотрели, что там - в документах, просто забрали и все. Сказали, давай, спускайся туда, там запихнули в автобус, фактически дали только одеться, причем даже не сказали, куда. Ну, вот, сосед пытался сопротивляться, не хотел уйти, ему просто сказали: "Я тебе сейчас морду разобью", - да и все. Самое интересное: один из этих товарищей в автобусе прямо предложил, вот все слышали: "Сто рублей и я даю вам документы, и валите отсюда, двоих я уже так отпустил, давайте".

Вероника Боде:

Интересно, что Дмитрий вообще не подлежит призыву в армию:

Дмитрий:

В военкомате они умудрились потерять мое личное дело. Во-первых, там моя справка, что я имею отсрочку как аспирант на три года, во-вторых, документы о моих болезнях, как бы... Фактически на меня завели новое чистое дело, ни документов, что я болен - у меня штук шесть болезней - документов я, естественно, не мог с собой взять, потому что меня просто выдернули из постели, там все потеряно, и вот терапевт - она мне заявила: "В связи с тем, что у вас нет никаких документов подтверждающих, я вам ничего не могу написать..." Меня отпустили только потому, что окулист подтвердил мое зрение. Фактически меня бы отправили там на их сборный центр и, возможно, сейчас бы я уже был в армии.

Вероника Боде:

В комитеты солдатских матерей России и в Антимилитаристскую радикальную ассоциацию каждый призыв поступает множество жалоб. С подробностями Валентина Мельникова - ответственный секретарь Союза комитетов солдатских матерей России:

Валентина Мельникова:

Осенний призыв 2001-го года проходит совершенно ужасно, невероятно, но с другой стороны - характерно для воюющей страны. Ребят из дома увозят сотрудники военкомата вместе с милиционерами, или останавливают их в метро, везут в военкомат, затем на городской сборный пункт и тут же отправляют в часть, в тот же день. Им не дают ни обжаловать это решение, ни представить документы, которые подтверждают, что они не могут быть призваны по закону. Сознательное нарушение законных прав граждан. К нам приходят родители, у которых мальчики - студенты и которые имеют право на отсрочку. И эти студенты уже оказались в воинских частях. К нам приходят родители милиционеров, которые служат в милиции и которых из дома забрали и отправили в воинскую часть. Такого не было просто никогда. Люди, которые это делают, должны быть наказаны за то, что они нарушают российский закон. Это странное явление. Это значит, что военная служба в России - не просто наказание, а это просто жизненно опасное мероприятие - осенний призыв.

Вероника Боде:

Тем, кого в срочном порядке отправляют в войска, бывает, не удается даже позвонить родителям. Кроме того, облавы обычно проходят вечером в пятницу или в выходные дни, когда жаловаться уже некуда - сотрудников военных ведомств нет на рабочих местах. Вот что думает об этом Татьяна Кузнецова - председатель Комитета солдатских матерей Москвы:

Татьяна Кузнецова:

Мы это квалифицируем как похищение людей, потому что в любом случае родителям должно быть сообщено, где находится ребенок, которого взял военкомат. Военкоматы врут, я не боюсь этого слова, говорят, что они тут не причем, мальчиков они не забирали. Самое страшное, что отбираются паспорта, отбираются приписные свидетельства, мальчишечки без документов. Был такой даже случай, что мальчонки были прикованы на сборном пункте наручниками к батарее. Полностью идет беспредел. На Ленинградский вокзал их отправляют под конвоем. Они нарушают свой же закон о воинской службе и военной обязанности, федеральный закон, нарушают Конституцию.

Вероника Боде:

Целую неделю мы пытались выяснить, на основании каких документов или распоряжений проводятся массовые отловы призывников. Но это оказалось не так-то просто. Ответственность никто на себя брать не хочет. В одном из военкоматов нам ответили, что милиция чуть ли не по собственной инициативе доставляет им уклонистов. В другом - переложили ответственность на местные органы власти, то есть, на правительство Москвы. Александр Пудин - пресс-секретарь первого заместителя мэра и председателя призывной комиссии Москвы Людмилы Швыцовой - в телефонном разговоре со мной сказал, что призывной комиссии об облавах ничего не известно. Получить комментарий удалось только в отделе взаимодействия со средствами массовой информации ГУВД Москвы. Говорит начальник отдела Евгений Гильдеев:

Евгений Гильдеев:

Доставка призывников в военкоматы осуществляется по специальным запросам, которые направляют военкоматы в органы внутренних дел по месту жительства. Как только у нас приходит пора молодых людей призывать в армию, выходит указ президента. На основании этого указа разрабатывается совместное распоряжение министра обороны и министра внутренних дел, уже на основании которого военкоматы осуществляют запросы в органы внутренних дел, для того, чтобы участковые инспекторы доставляли уклонистов в военкоматы для дальнейшего разбирательства.

Вероника Боде:

Карина Москаленко, член Московской городской коллегии адвокатов и директор Центра содействия международной защите, уверена, что насильственная доставка призывников в военкоматы является незаконной:

Карина Москаленко:

Людей можно задерживать только тогда, когда есть основания полагать, что они совершают преступления. В приведенных вами случаях - чистый произвол. Это нарушение Пятой статьи Европейской Конвенции. Она предусматривает исчерпывающий перечень случаев законного задержания. Так вот, ни один из этих случаев не может быть применен к данной ситуации. Только если будет доказано, что лицо совершает уголовно-наказуемое деяние и только по возбужденному уголовному делу можно лишать человека свободы, потому что все что мы называем задержаниями, арестами - это все лишение свободы. И ни одно ведомство не может и не имеет права сочинять свои собственные нормы, которые позволяли бы вот такой произвол. Никакими нуждами армии государства массовые нарушения прав человека оправдывать нельзя. Это абсурд, когда какие-то специальные подразделения имеют возможность устраивать такие массовые отловы. Незаконное задержание влечет уголовную ответственность для любого такого нарушителя. Может найтись человек, который потребует выяснения в судебном порядке оснований и правомочий данного лица, и думаю, что будет рано или поздно создан прецедент, который докажет представителям государства, властям, что они обязаны подчиняться закону.

Вероника Боде:

Прокомментировать ситуацию мы попросили Сергея Юшенкова - заместителя председателя Комитета по безопасности государственной Думы России. С ним беседовала Кристина Горелик:

Сергей Юшенков:

Ну, это средневековое варварство. Мы знаем и по книгам, и по фильмам, как рекрутировали солдат в Европе - насильно захватывали и заставляли воевать. Ну, что-то подобное и сейчас происходит в России. Конечно, это абсолютно не соответствует стандартам прав человека. Конечно, государство наше все больше и больше превращается в полицейское государство, и то, что таким способом происходит набор военнослужащих, свидетельствует о том, что в нашей стране, мягко говоря, неблагополучно и с правами человека, и с гражданским контролем над деятельностью силовых структур. Прав здесь много сразу нарушается. Право на свободу передвижения, на защиту частной жизни, неприкосновенность жилища, например. Захватывать и арестовывать человека только потому, что милиции показалось, что данный гражданин должен служить в Вооруженных силах - не прописано ни в одном из законов, что можно таким образом поступать. Это противоречит и закону о воинской службе и воинской обязанности... Это, на самом деле, проявление более фундаментальной причины - призыв уже становится анахронизмом. Давно надо отказаться от той системы комплектования Вооруженных сил, которая у нас сложилась.

Вероника Боде:

А военная машина между тем продолжает работать. Призыв в российские Вооруженные силы проходит шесть месяцев в году, и все это время люди призывного возраста, даже имеющие законные отсрочки, не могут быть спокойны, что их не схватят на улице и не отправят в войска. А главное - народ безмолвствует, как и во времена Бориса Годунова. Мало кто из пострадавших обращается в суд. Их родители тоже боятся гнева властей и даже просят не называть свою фамилию в эфире. Пассивность и запуганность населения, доставшаяся России в наследство от советских времен - вот что, в первую очередь, позволяет военным ведомствам действовать в ситуации полной бесконтрольности.

XS
SM
MD
LG