Ссылки для упрощенного доступа

logo-print

Почему призывники не хотят служить отечеству?


Ведущий итогового информационного часа Петр Вайль:

По данным Министерства обороны России, в 1985-м году в Москве было 443 призывника, уклонившихся от службы в армии. За 15 лет их число выросло в 50 раз и сейчас составляет более 20 тысяч человек. Во вторник тему "почему призывники не хотят служить отечеству" обсуждали в Москве представители российского военного ведомства и общественных организаций. Рассказывает Вероника Боде:

Вероника Боде:

Увеличение числа призывников, уклоняющихся от военной службы, свидетельствует, по мнению заместителя министра обороны Игоря Пузанова, о кризисе патриотизма в стране:

Игорь Пузанов:

Это не армейская, это государственная проблема. Это отношение государства. И в равной мере относясь неуважительно к законам гражданским, точно так же относятся и к законам, которые определяют необходимость служения родине и государству. У нас проблемы государства еще более обострены, потому что тех людей, у которых совершенно гражданского долга и в душе-то в помине нет, мы обязаны в кратчайшие сроки направить на путь выполнения служебных обязанностей. И при всем том негативизме, который на сегодняшний день есть, ведь подавляющее-то большинство все равно добросовестно выполняет свой воинский долг. Хотя, к несчастью, мы призываем далеко не лучший контингент из тех, которые должны прийти. Потому что там масса отсрочек, которые позволяют сегодня уклоняться от службы - в полной мере по остаточному принципу комплектуют вооруженные силы.

Вероника Боде:

Валентина Мельникова, ответственный секретарь Союза комитетов солдатских матерей России, полагает, что нежелание призывников идти в вооруженные силы связано не с отсутствием патриотизма, а с тем, что происходит сегодня в самой российской армии:

Валентина Мельникова:

Молодые люди не хотят, чтобы их подвергали унижением, оскорблениям, чтобы их жизнями абсолютно бесконтрольно распоряжались. Конечно, это проблема отсутствия военной реформы. Мы создали с вами новое государство, но мы не создали с вами другую российскую армию. К сожалению, вот все это отношение - оно унаследовано от советской армии. Количество обращений военнослужащих по призыву и их родителей в Комитет солдатских матерей приближается к 40 тысячам в год. Это жалобы на то, что или парень не выдержал избиений, сбежал, или призвали незаконно больного - болеет, или родители не знают, что случилось, или вот сейчас, с прошлого года - вот как когда люди, которые участвовали в боевых действиях, и которым государство должно выплатить деньги - оно не хочет платить. Это не нормально. Это значит, что государственная служба, которой является военная, не соответствует тому, что должно быть. Если государству нужны солдаты по призыву, то вся военная служба и призыв должна быть нормальными, человеческими, по закону. И отношение к солдату как к важному человеку должно быть и в воинских частях. Сейчас этого нет, и нарушения прав человека, и жестокое обращение, и пытки, к сожалению, на военной службе процветают.

Вероника Боде:

В том, что военная реформа необходима, не сомневается никто, даже сами военные. Но разговоры об этом ведутся давно, а конкретных действий не видно. Своими соображениями по поводу реформы делится заместитель председателя Комитета по безопасности Государственной Думы Сергей Юшенков:

Сергей Юшенков:

У нас нет должной системы гражданского контроля. С моей точки зрения, сердцевиной все-таки гражданского контроля должен быть парламентский контроль, а точнее - контроль за расходами самих вооруженных сил. Между тем, у нас самая закрытая система, самый закрытый бюджет, и мы не можем проконтролировать, насколько эффективно тратятся те средства, которые отпускаются в вооруженные силы, в том числе и на содержание личного состава. Закрытый бюджет - это самая главная основа коррупции, взяточничества и всех тех безобразий, которые имеются в армии. Что касается перехода на профессиональную армию - понимаю, что нет никаких возможностей у государства сразу, с сегодня на завтра, перейти на профессиональную армию. Но разговор о профессиональной армии идет уже больше 10 лет. И идут, к сожалению, только разговоры, вместо того, чтобы действительно принять очень четкую программу, рассчитанную на 10 лет - хорошо, давайте на 10 лет, но так, чтобы было очень четко понятно, что через 10 лет у нас действительно будет профессиональная армия.

Вероника Боде:

По мнению Сергея Юшенкова, существенным элементом реформы могло бы стать постепенное уменьшение срока службы в армии с одновременной отменой некоторых отсрочек, а также сокращение расходов на содержание чиновников и использование освободившихся средств в вооруженных силах. Что касается перехода к профессиональной армии, то по свидетельству заместителя министра обороны Игоря Пузанова все упирается в отсутствие средств:

Игорь Пузанов:

Это тема для того, чтобы говорить о бюджете, о возможностях государства, а не просто хотеть: давайте обозначим срок и через 5 лет будем иметь профессиональную армию. Ну, возьмите карандаш, и счеты, даже калькулятор здесь не нужен для того, чтобы понять, что государство в ближайшей перспективе не в состоянии потянуть армию, которая обеспечит минимальные задачи по обеспечению обороноспособности, профессиональную. И поэтому говорить о профессиональной армии, об альтернативной службе, в данном случае - бессмысленно.

Вероника Боде:

Получается, что разговоры о военной реформе вот уже 10 лет ходят по замкнутому кругу. Депутаты и правозащитники добиваются преобразований, а военные ведомства ссылаются на отсутствие денег, сетуют на кризис патриотизма и не торопятся менять ситуацию.

XS
SM
MD
LG