Ссылки для упрощенного доступа

logo-print

Чего боится Лукашенко?


О предвыборной ситуации в Белоруссии Дмитрий Волчек беседует с обозревателем Белорусской службы Радио Свобода Маратом Дымовым.

Дмитрий Волчек:

Марат, проводились ли в Белоруссии предвыборные опросы общественного мнения, и каковы их результаты?

Марат Дымов:

Опросы проводятся постоянно, и стоит сказать, что общая картина довольно однообразна. Она такова: рейтинг главы государства Александра Лукашенко колеблется где-то в пределах от 35 до 45 процентов. Рейтинг его оппонентов, в общем-то, тоже достаточно устойчив и колеблется в пределах от 3 до 5 процентов. Казалось бы, на первый взгляд, такие устойчивые данные свидетельствуют о том, что собственно от избирательной кампании не следует ожидать никаких сюрпризов. Тем не менее, это не совсем так. Довольно большое число людей - порядка 40 процентов, почти половина, пока не определились, они не знают, за кого будут голосовать. Примерно столько же людей говорят о том, что они не хотят, чтобы Лукашенко был президентом во второй раз. Иными словами тот рейтинг, который имеет глава государства - он очень высокий, но это - почти потолок его возможностей. Кроме того, несколько недель назад, в разгар предвыборной кампании, произошло довольно важное событие: демократические кандидаты объединились и выдвинули из своих рядов одного единого кандидата. Им стал лидер Федерации профсоюзов Владимир Гончарик. Тут, насколько я понимаю, оппозиция рассчитывает на эффект единого кандидата - то, что произошло в Югославии прошлой осенью. Это действительно довольно мощное психологическое средство, когда избирателям становится ясно, что выборы - это не конкурс красоты, не выбор между тем, кто хорошо говорит или хорошо выглядит, а это выбор между двумя путями развития страны. В общем, наверное, можно провести некую аналогию между вот той ситуацией, которая складывается сейчас в Белоруссии на выборах, и ситуацией с президентскими выборами в России в 1996-м году, когда очень многие избиратели рассуждали так: "Да, Ельцин такой сякой, но если не голосовать за Ельцина - голосовать за Зюганова", - и даже проклиная, все равно голосовали за Ельцина. Еще я хотел бы сказать, что в результате сбора подписей выяснилось, что только 4 кандидата могут претендовать на продолжение избирательной борьбы. Особенно, если кандидат от демократов Семен Домаш снимет свою кандидатуру против Гончарика, то кандидатов будет только трое. И первый тур в определенном смысле станет вторым, решающим.

Дмитрий Волчек:

Повлияли ли как-то на рейтинги последние разоблачения, когда оппозиция утверждала, что Александр Лукашенко непосредственно санкционировал создание так называемых "эскадронов смерти", которые физически устраняли его политических противников?

Марат Дымов:

Я, к сожалению, не располагаю данными опросов, которые проводились уже после этих разоблачений, но стоит сказать, что даже до этих разоблачений порядка 40 процентов избирателей говорили о том, что если их действительно убедят в том, что власть имеет к этому отношение, то это повлияет на их выбор. И даже каждый пятый из тех, кто говорил, что "я готов голосовать за Лукашенко", тем не менее, подчеркивал, что если его все-таки убедят в том, что глава государства имеет к этому отношение, то он может пересмотреть свой выбор. Я еще раз подчеркиваю: это данные до выступлений следователей прокуратуры Случека и Петрушкевича, до документов, которые были обнародованы Владимиром Гончариком, так что я думаю, что, конечно, после этого этот фактор стал еще более значимым.

Дмитрий Волчек:

И все-таки, несмотря на разоблачения, положение Александра Лукашенко кажется достаточно прочным, а его рейтинг - высоким, и разрыв между президентом и его оппонентами колоссальный, согласитесь. Тем не менее, создается впечатление, что президент Белоруссии паникует - вот последние его заявления выдают какую-то панику, есть ли у него серьезные основания паниковать?

Марат Дымов:

На это влияют несколько факторов. Один это, так сказать, то, что человек - это стиль. Разоблачения заговоров, поиск врагов, угрозы - в общем-то, это было обычной практикой главы белорусского государства и в весьма спокойные времена. То есть, он, видимо, так понимает государственное служение. Но, тем не менее, по-видимому, есть и факторы, которые касаются конкретной политической ситуации. Это действительно, та непрекращающаяся волна разоблачений, связанная с причастностью власти к исчезновению людей, вот о котором мы с вами уже говорили. Это, ну я бы сказал, невнятная все же позиция Москвы, или -противоречивая позиция Москвы. Когда - да, с одной стороны глава российского государства приезжает в Витебск, пожимает руку Лукашенко. А с другой стороны, российские власти, российский МИД хранят полное молчание, когда обвинения в адрес Лукашенко в причастности к исчезновению людей звучат не только из Белоруссии, но и из Вашингтона. Обычно МИД России как бы просто инстинктивно реагирует на такого рода заявления. А вот в данном случае такого инстинкта нет. Потом, тоже достаточно тревожный звоночек для белорусской власти - это то, что, пожалуй, впервые за эти 7 лет глава Центризбиркома России Вешняков говорит о том, что возможно совместное наблюдение за белорусскими выборами России в составе наблюдателей ОБСЕ. Тут есть предмет для раздумий для белорусской власти.

Кроме того, снова я хотел бы обратиться к данным социологических опросов, но уже не общенациональных, а так называемых "опросов элиты". Вот если, как я уже говорил, среди, так сказать, народа, населения рейтинг Лукашенко очень высок, то среди управленцев он необычайно низок. Порядка 80 процентов управленцев против... В белорусской ситуации, когда как бы говорить правду достаточно рискованно... А, в общем, ведь административный ресурс, во всех его проявлениях - это люди. Люди могут выполнять какие-то приказы, а могут не выполнять приказы. И я думаю, что вот этот вот момент - он едва ли не наиболее беспокоящий главу белорусского государства. Поэтому он довольно нервно сочетал в своем последнем выступлении запугивание, когда он говорит "мне рекомендовали арестовать премьер-министра, главу моей администрации" - с заигрыванием с номенклатурой, когда он говорит: "Да нет, я такого никогда не буду делать, я верю этим людям, я верю всем вам". А вот оппозиция - он говорил это еще несколько ранее - если оппозиция придет к власти, вам всем будет плохо, устроят погром, - и так далее. О том, что этот фактор весьма значителен, свидетельствует то, что едва ли не основную часть лидеров белорусской оппозиции составляют вчерашние сотрудники белорусского президента.

Дмитрий Волчек:

Кроме того, Александр Лукашенко говорил, что события будут развиваться по югославскому варианту, что существует какой-то фантастический всемирный заговор против него - что это, просто запугивание обывателей?

Марат Дымов:

Отчасти это запугивание обывателей, отчасти это опять же тот самый стиль, о котором я говорил. Ну, человек так видит мир. Кроме того - этого тоже нельзя исключать, это демонстрация того, что сам глава белорусского государства для удержания своей власти может пойти весьма и весьма далеко. В конце концов, заговор можно ведь и организовать, чтобы потом его с блеском подавить, раздавить, а когда враги составляют заговоры - тут уже не до выборов, как говорится, если враг не сдается - его уничтожают.

XS
SM
MD
LG