Ссылки для упрощенного доступа

logo-print

Сосуществование языков в Молдавии


Ведущий программы "Темы дня" Андрей Шарый беседует в студии в Праге с побывавшим в Молдавии корреспондентом Радио Свобода Владимиром Ведрашко.

Андрей Шарый:

Обострились отношения между Румынией и Молдавией, из Кишинева выслан высокопоставленный румынский дипломат, которого молдавские власти обвинили в причастности к организации антиправительственных выступлений. В ответ Бухарест тут же выслал из Румынии молдавского дипломата. Политический кризис, охвативший республику Молдавия в последние месяцы, получил, таким образом, еще одно измерение. Из Кишинева только что вернулся мой коллега Владимир Ведрашко, которого я попросил рассказать о своих впечатлениях. Для беседы мы выбрали тему сосуществования в Молдавии молдавского, румынского и русского языков. Именно вопрос языка, напомню, стал главным поводом, вызвавшим обострение отношений между коммунистическим правительством страны и национально ориентированной оппозицией.

Владимир Ведрашко:

Ситуация с языком в Молдавии очень сложная и очень интересная. Такое впечатление, что страна переживает этот период усиленных поисков собственной идентичности. Людей волнуют вопросы: кто они, откуда они происходят. И на каком языке он им говорить - это тоже один из острых вопросов. Если вы хотите поговорить с кем-то на улице, вы можете совершенно свободно обращаться на русском или на румынском языке, и отвечать вам будут, иногда используя оба языка, то есть, советизация, или русификация, молдавского языка, происходившая на протяжении многих лет, наложила настолько сильный отпечаток на культуру, на общение людей, что один и тот же человек говорит с вами одновременно на двух языках.

Андрей Шарый:

Владимир, существует ли молдавский литературный язык, или это вариант румынского литературного языка?

Владимир Ведрашко:

Сейчас в Молдавии говорят о румынском языке как о языковой основе молдавской культуры. Существует немало сторонников изучения литературного языка. Таким образом, речь идет именно о румынском языке и о его молдавском говоре, так мне объясняли в Кишиневе.

Андрей Шарый:

Я по-другому поставлю вопрос. Скажем, школьные учебники в Кишиневе и в Бухаресте - это сильно отличающиеся между собой учебные пособия?

Владимир Ведрашко:

Учебники, газеты, журналы и книги, которые пишутся на румынском языке с использованием латиницы, а не так, как это было в советское время - с использованием кириллицы, - это один и тот же язык.

Андрей Шарый:

Кишинев - это русскоязычный или румыноязычный город, как он выглядит? Вывески на улицах, на магазинах, на государственных учреждениях?

Владимир Ведрашко:

То, что пятнадцать лет назад было по всему Кишиневу написано на русском языке: "Продукты", "Библиотека", "Сберкасса", "Театр", автобусные остановки - все сейчас на румынском языке на латинице. Интересно было слышать мнение некоторых людей, что они так и не научились еще читать правильно по-румынски на латинице. Причем это молдаване. Просто традиция настолько сильна, и так привычка жизненная сложилась, что они десятилетиями разговаривали на молдавском языке, при написании которого использовалась кириллица.

Андрей Шарый:

Надо полагать, что, если не 100 процентов, то подавляющая часть населения республики говорит по-русски или понимает русский язык. Есть ли проблемы для человека, говорящего только по-русски, не говорящего по-молдавски или по-румынски в Кишиневе?

Владимир Ведрашко:

Я столкнулся с другой проблемой. Стоя в небольшой очереди, я, когда подошла моя очередь, спросил на румынском языке человека, который передо мной обслуживал кого-то по-русски, и он, это русскоязычный человек, отреагировал на мой румынский язык так, что я понял - мне надо срочно перейти на русский. И я на себе ощутил, говоря на румынском языке, со стороны русскоязычного человека неприятие того, как я говорю. Признаюсь, это был единичный случай, в целом же атмосфера в городе, и мои многочисленные контакты с разными людьми ни разу в других случаях не давали повода думать, что для человека с русским языком есть какие-то трудности. Другое дело, что государственная документация и делопроизводство ведутся на румынском языке. И если хочешь входить в административные вопросы, то придется изучать язык титульной нации.

Андрей Шарый:

Русскоязычный телевизионный молдавский канал существует в Кишиневе?

Владимир Ведрашко:

В Кишиневе немало каналов, это и румынские, и российские, и молдавские. Молдавские каналы работают на румынском языке, люди очень много смотрят русскоязычные каналы, точнее говоря, российские каналы, и считают их самыми интересными. Что касается использования на молдавском канале русского языка - в новостных передачах это есть, но также есть канал "Про-ТВ" с преимущественно румынским капиталом, он считается румынским каналом, который тоже дает выпуски в эфир на русском языке, часть выпусков. Это показывает, сколь важное значение придается в республике в сфере идеологии, в сфере информации русскому языку. То есть, это - живой, работающий язык. И многие люди на нем, видимо, действительно, сто процентов, или почти сто процентов, свободно общаются на русском языке.

Андрей Шарый:

В Югославии после распада федерации и после того, как перестал существовать, прежде всего, по политическим причинам, сербохорватский язык, сейчас часто можно услышать от людей: "Они говорят на "нашем языке". Не любят они употреблять "сербский" или "хорватский" - "вы хорошо говорите на "нашем" языке"? В Молдавии как называется язык: "молдавский" или "румынский", или тоже просто "наш" язык для тех, кто говорит на этом языке?

Владимир Ведрашко:

В Молдавии очень часто простые люди: таксисты, продавцы говорят, что они общаются друг с другом на молдавском языке. Но если вы послушаете их молдавский язык, или возьмете, например, информационную листовку, на которой будет написано что-то на латинице, то вы поймете, что это - "наш" молдавский язык, ибо он не сопоставим ни с литературными нормами румынского языка, ни с русским языком. Это такой гибрид, вызванный этим подвешенным состоянием, когда люди находятся в поисках своего языка.

Андрей Шарый:

В какой степени вопрос языка используется сейчас политиками? И какую роль он может сыграть в дальнейшем развитии политического кризиса в республике?

Владимир Ведрашко:

Главную роль в развитии кризиса в республике играет, конечно, не язык. Язык - это повод. Все люди понимают, и все говорят о том, что нынешнее руководство просто не справляется с теми задачами, которые само перед собой поставило. Естественно, радикалы используют эту ситуацию для того, чтобы призывать к свержению нынешнего коммунистического правительства, и первый довод, первый аргумент в их руках - вопрос о языке. Именно на этом вопросе споткнулось правительство и президент Воронин, когда, совершенно необдуманно, необоснованно, посреди учебного года ввели в систему образования, в обучение со второго класса русский язык и объявили его государственным языком. Но это решение не прошло по разным причинам, и, прежде всего, Конституционный суд определил его как несостоятельное с точки зрения юридических формулировок, содержащихся в этом законе. Поэтому теперь это отменено, это положение снято, но, конечно, вопрос о языке является одним из аргументов в руках радикальной оппозиции.

XS
SM
MD
LG