Ссылки для упрощенного доступа

logo-print

НАТО-Россия: недостижимое сближение


Юрий Жигалкин, Нью-Йорк:

Москва вряд ли получит от НАТО желаемое, несмотря на предсказания, сделанные три месяца назад премьер-министром Великобритании Тони Блэром. Стало известно, что руководство НАТО, желая ответить России взаимностью на ее однозначную поддержку в антитеррористической кампании, предложило принципиально расширить совещательную роль России в составе Совета НАТО, оставив за собой право решения.

В ноябре премьер-министр Великобритании, переполненный, скорее всего, чувством благодарности за российскую помощь в афганской кампании, решил ответить российскому президенту взаимностью и предложил создать российско-натовский совет, на котором бы в будущем обсуждались и разрабатывались самые разные акции, от антитеррористических до борьбы с контрабандой опасных военных технологий. Как позже выяснилось, самостоятельная импровизация британского лидера вызвала шок в некоторых натовских столицах, ибо за ней маячила перспектива предоставления России права вето принципиальных решений Североатлантического союза. Но не ответить на примирительный жест России было нельзя, и теперь НАТО официально предлагает Москве создать новый совещательный орган, постоянный консультативный совет, в рамках которого вместе с Россией будут вестись обсуждение основных вопросов безопасности, но решения будут приниматься на заседаниях Совета НАТО. Чем такая форма взаимодействия может отличаться от существующего российско-натовского совета, который Россия с шумом покинула, протестуя против бомбардировок Югославии? Вот что говорит американский военный эксперт, сотрудник фонда Карнеги Эндрю Катчинс:

Эндрю Катчинс:

Я подозреваю, что союз НАТО будет готов обсуждать с Россией вопросы, связанные с безопасностью, в процессе выработки решений по ним, что в идеале позволит Москве добиваться учета во время принятия решений Североатлантическим союзом и ее интересов. Такой вариант был бы шагом вперед по сравнению с нынешней формулой общения, где с Россией зачастую ведут разговоры уже после принятия решений. В то же время НАТО сохранит за собой свободу действий, не опасаясь российского вето.

Юрий Жигалкин:

Тем не менее, я думаю, очевидно, что Россия надеется на гораздо большее, и это столкновение ожиданий обещает продолжение российско-натовских трений. Можно ли в данной ситуации разрешить эти противоречия раз и навсегда?

Эндрю Катчинс:

Я думаю, что обе стороны обречены на движение мелкими шагами по направлению друг к другу до тех пор, пока опыт общения и взаимодействия не приведет к созданию атмосферы доверия, достаточной для вступления России в Североатлантический союз. Естественно, трудно представить себе такой прыжок в ближайший год или пять лет, но, на мой взгляд, чрезвычайно позитивной для будущего российско-натовских отношений была бы перемена взглядов российского военного истеблишмента на возможность сотрудничества с НАТО, его готовность к кооперации, к сближению. Это, кстати, способствовало бы и проведению военной реформы в самой России.

Юрий Жигалкин:

А российско-натовским отношениям, скорее всего, предстоит еще одно серьезное испытание. В ноябре НАТО, видимо, примет решение принять в свои ряды страны Балтии и других бывших союзников Советского Союза.

XS
SM
MD
LG