Ссылки для упрощенного доступа

logo-print

Значение послания о положении страны президента США Джорджа Буша


Программу ведет Андрей Шарый. Участвуют: профессор Юрий Давыдов, директор Центра европейских исследований Института США и Канады, корреспонденты Радио Свобода: в Вашингтоне - Владимир Абаринов, и в Нью-Йорке - Юрий Жигалкин, он беседовал с сотрудником Центра стратегических и международных исследований американским политологом Энтони Кордесманом.

Андрей Шарый:

Президент США Джордж Буш выступил во вторник вечером на совместном заседании обеих палат Конгресса с традиционным посланием о положении страны. С подробностями из Вашингтона - Владимир Абаринов:

Владимир Абаринов:

В Конституции Соединенных Штатов сказано, что президент должен периодически информировать Конгресс о положении страны. Он, кроме того, имеет право в случае необходимости созвать обе палаты или любую из них. Обычно президент делает это раз в год. Начало традиции положил, как и многим другим политическим традициям Америки, первый президент США Джордж Вашингтон. Однако, уже третий президент, Томас Джефферсон, отказался от этой практики, решив, что событие слишком напоминает тронную речь британского монарха в парламенте. Кроме того, Джефферсон был неважным оратором. Его послания зачитывал Конгрессу чиновник с хорошей дикцией. Этому примеру в течение века следовали и его преемники. И лишь в 1913-м году 28-й президент Вудро Вильсон возродил традицию, выступив на совместных заседаниях палат в общей сложности 23 раза.

Джордж Буш воспользовался своим правом созвать совместное заседание палат 20 сентября прошлого года, выступив с речью, в которой он объявил войну международному терроризму. На этот раз Джордж Буш начал свою речь напоминанием о том, с каким грозным вызовом пришлось столкнуться Америке 11 сентября прошлого года и о финале этого противостояния.

Джордж Буш:

Американский флаг снова развевается над нашим посольством в Кабуле. Террористы, которые когда-то оккупировали Афганистан, сегодня оккупируют тюремные камеры в заливе Гуантанамо. А предводители террористов, те, кто призывал своих последователей жертвовать жизнью, ударились в бега.

Владимир Абаринов:

Вместе с тем президент предупредил соотечественников, что война с терроризмом не окончена. "Наша война с террором хорошо началась, но она только началась", - сказал он.

Джордж Буш:

Во-первых, мы уничтожим базы террористов, сорвем их планы и предадим их правосудию. Во-вторых, мы не должны допустить, чтобы террористы и режимы, которые стремятся обладать химическим, биологическим ядерным оружием, угрожали Соединенным Штатам и миру.

Владимир Абаринов:

В числе террористических группировок, которых ждет возмездие, Джордж Буш назвал такие, как "Хамас", "Хезболла" и "Исламский джихад", а среди стран, оказывающих им поддержку и стремящихся обзавестись оружием массового уничтожения - Северную Корею, Иран и Ирак.

Джордж Буш:

Мы будем тесно сотрудничать с членами нашей коалиции, чтобы не позволить террористам и государствам, которые им покровительствуют, получить материалы, технологию и специалистов для создания и доставки оружия массового уничтожения. Мы разработаем и развернем эффективную противоракетную оборону, чтобы защитить Америку и ее союзников от внезапной атаки. Народы всех стран должны знать: Америка сделает все, что требуется, чтобы обеспечить свою безопасность.

Владимир Абаринов:

Президент подтвердил приверженность Америки идеалам свободы и справедливости, одинаково необходимых человеку независимо от его этнической, религиозной и культурной принадлежности.

Джордж Буш:

Америка будет лидировать в защите свободы и справедливости, потому что они одинаково нужны всем людям повсюду в мире. Они не собственность какой-либо одной страны, и ни одна страна - не исключение. Мы не стремимся навязывать свою культуру, но Америка всегда твердо отстаивала бесспорные условия, определяющие достоинство человека: власть закона, государство с ограниченными полномочиями, уважение к женщинам, частной собственности, свобода слова, правосудие для всех и веротерпимость.

Владимир Абаринов:

Джордж Буш высоко оценил взаимодействие с партнерами по антитеррористической коалиции.

Джордж Буш:

В этот момент общая опасность стирает старые раздоры. Америка сотрудничает с Россией, Китаем и Индией так, как мы не сотрудничали никогда раньше, ради мира и процветания. В каждом регионе рыночная экономика, свобода торговли и открытое общество доказывают свою способность улучшить качество жизни. Вместе с друзьями и союзниками из Европы и Азии, Африки и Латинской Америки мы покажем, что силы террора не в силах остановить стремление к свободе.

Владимир Абаринов:

Значительную часть своего послания Джордж Буш посвятил экономическим проблемам страны. Он призвал законодателей как можно скорее преодолеть межпартийные разногласия и принять предложенный администрацией пакет экономических стимулов, направленных на оживление деловой активности. "Когда Америка работает, она процветает, поэтому мой экономический план можно сформулировать двумя словами: рабочие места", - сказал президент Буш.

Андрей Шарый:

В своем обращении к стране президент Буш зашел как никогда далеко, заявив о том, что Северная Корея, Ирак, Иран и их союзники по терроризму представляют из себя "ось зла", и Соединенные Штаты сделают все, чтобы в их руки не попало оружие массового поражения. Может ли за этими заявлениями стоять нечто большее, чем риторика? Наш корреспондент в Нью-Йорке Юрий Жигалкин беседует с сотрудником Центра стратегических и международных исследований американским политологом Энтони Кордесманом.

Юрий Жигалкин:

Комментируя выступление президента, некоторые наблюдатели говорят, что оно доказывает то, что Джордж Буш окончательно согласился с точкой зрения тех в его кабинете, кто выступает за радикальные, военные способы выяснения отношений с режимами, спонсирующими терроризм и работающими над оружием массового поражения. Означает ли это, что в ближайшее время можно ожидать акций против этих режимов?

Энтони Кордесман:

Проблема заключается в том, что у нас нет никаких практических оснований судить о том, какие последствия может иметь это выступление президента. Сам президент не сказал ничего конкретного о возможных вариантах действий, оставив за собой право выбрать любой. Поэтому эту акцию можно рассматривать и как попытку чисто политического давления на враждебные Соединенным Штатам режимы, и как подготовку общественного мнения страны к потенциальным военным акциям, и как начало работы над созданием широкомасштабной международной коалиции, и как первый шаг новой кампании борьбы с распространением оружия массового поражения. Словом, до тех пор, пока сам президент Буш не выскажется более-менее определенно относительно своих планов, нам остаются лишь догадки, не основанные, честно говоря, почти ни на чем. Вместе с тем, надо признать, что проблемы и манера, в которой высказался президент, заставляют ожидать серьезных последствий. В отличие от президента Клинтона, который часто призывал к международным акциям, исходя из морально-этических соображений, и редко исполняя свои призывы, инициативы президента Буша, как правило - результат прагматических соображений. И в своей речи он дал достаточно поводов думать, что за ней последуют действия, но пока невозможно сказать, что сделает президент Буш.

Юрий Жигалкин:

А что, все-таки, по-вашему, он способен сделать в этой ситуации?

Энтони Кордесман:

Трудность заключается в разработке стратегии, которая бы была способна предотвратить угрозу, представляемую тремя довольно разными режимами: иракским, иранским и северокорейским, которые, по словам президента, составляют ось зла. Я думаю, многих в Америке удивит, скажем, наличие в этой кампании Ирана. И сейчас от Белого Дома будут ждать разъяснений того, что имел в виду президент в своем обращении к нации.

Андрей Шарый:

Вместе с нами точку зрения Энтони Кордесмана слушал и профессор Юрий Давыдов, директор Центра европейских исследований Института США и Канады. Выступление президента Буша прошло в патетической обстановке, его 45-минутная речь, как сообщают дотошные наблюдатели, 77 раз прерывалась аплодисментами. С одной стороны, это, вероятно, свидетельство поддержки политики Буша со стороны депутатов, с другой - лишнее напоминание об атмосфере повышенного патриотизма, в которой в последнее время живут США. Господин Давыдов, как бы вы оценили содержательную часть выступления Джорджа Буша?

Юрий Давыдов:

Я думаю, что президент вынужден был учитывать состояние общества. В какой-то степени после событий 11 сентября общество это оказалось деморализованным, оно было шокировано, не ожидало, совершенно, этого. И оно хотело бы вернуться к прежнему, обрести прежнюю уверенность в самом себе, в своей стране и так далее. И поэтому, решительные действия и решительные слова президента - они, в какой-то степени, нацелены на достижение именно этой цели - прежде всего, возродить уверенность общества в самом себе. Буш как бы говорит - да, мы способны, мы находимся в состоянии войны, мы находимся в состоянии экономического спада, но мы - самая мощная держава, мы вынесем все, и мы их накажем, возмездие восторжествует, оно осуществится - тем самым, возвращая обществу в какой-то степени эту уверенность. Я думаю, что именно этим объясняет такая патетика патриотическая, которая присутствует очень сильно в послании "О положении страны".

Андрей Шарый:

Господин профессор, а вы согласны со своим американским коллегой-политологом Кордесманом, который считает, что на основании этого выступления Джорджа Буша не следует делать каких-то ясных выводов о дальнейшей стратегии Соединенных Штатов по борьбе с терроризмом. В частности, речь идет о продолжении операции, распространении ее на другие страны, кроме Афганистана.

Юрий Давыдов:

Я, в общем, с ними согласен. Это, действительно, правильно. Во-первых, это совершенно различные страны. И отношение мира к талибам, и к этим странам, и даже внутри самой "тройки" к различным странам - оно различно. И у Западной, и у Восточной Европы, и у Саудовской Аравии, тем более у России. Это не талибы, в отношении которых, действительно, признавали, что они содержат террористические группировки, там есть лагеря, и необходимо с ними бороться. Как мне кажется, сейчас все заострено на проблеме возмездия. Оно, с одной стороны, и завершено, но еще не полностью, поскольку не обнаружен и не пойман основной вдохновитель этой террористической операции. Поэтому говорить о чем-то дальнейшем, видимо, для президента очень трудно, он пытается говорить какими-то лозунгами, хотя проблема действительно очень значительна. Потому что многое изменилось после этого. Изменилось и международное положение, изменилось и понятие силы на международной арене, и понятие устрашения, и понятие сдерживания, и понятие стабильности. Вот как все это вернуть? Это очень долговременная работа, над которой должна работать не только одна страна - Соединенные Штаты Америки, а сообщество стран.

Андрей Шарый:

То есть, вы именно так толкуете слова Джорджа Буша о том, что война с терроризмом только начинается. То есть, не следует понимать их буквально как слова, говорящие о том, что именно военная операция будет продолжена?

Юрий Давыдов:

Нет, я не думаю, что речь идет только о военных операциях. Мы знаем, что помимо военных операций американское правительство приняло ряд мер, направленных на то, чтобы затруднить финансирование террористических организаций, их деятельность, легализацию, их продвижение, поэтому вряд ли можно считать, что военным способом можно справиться с терроризмом. Вообще, существуют, откровенно говоря, два метода борьбы с международным терроризмом. Один я бы назвал - "путь израильский", это путь полувоенный, главным образом. Это путь уничтожения своего противника, путь уничтожения его лидеров, это то, чем Израиль занимается сейчас, и то, чем он занимался пятьдесят лет. Видимо, не очень успешно. Второй путь - это, все-таки, английский в Северной Ирландии. Там, конечно, тоже присутствуют и войска английские, но они не ведут войну, они не военными действиями решают проблему антитерроризма, они пытаются создать какие-то социальные, политические условия, чтобы само общество было против этого, чтобы не было самой почвы, не было основы для развития. Вот это - наиболее важная и наиболее трудная задача, которая будет стоять и перед Бушем, и перед всеми нами.

Андрей Шарый:

И еще один вопрос, господин профессор. Общая опасность стирает старые раздоры - заявил Джордж Буш, упоминая об уровне сотрудничества Соединенных Штатов с Россией. Однако, такого обмена любезности за любезность, на что, очевидно, рассчитывали в Кремле, соглашаясь на участие с Соединенными Штатами в борьбе с международным терроризмом, не произошло. В частности, Вашингтон отказывается признать войну в Чечне "чистой" войной против терроризма, продолжая настаивать на том, что совершаются нарушения прав человека, и так далее, и тому подобное. Есть ли какие-то противоречия в тех словах, которые произнес Джордж Буш сегодня?

Юрий Давыдов:

Да нет, я думаю, что особенных противоречий нет. Конечно, Чечня - это сложное дело, и там много разных аспектов, в том числе и проблема терроризма, и проблема прав человека. Они сосуществуют, но, все-таки, сейчас критика России со стороны Запада, и, прежде всего, самих Соединенных Штатов не такова, какой она была ранее. А кроме этого, ведутся переговоры по целому ряду проблем. И, хотя, очень трудные переговоры, и резкие шаги предпринимаются, мы знаем о намерении Соединенных Штатов Америки выйти из Договора по ПРО, ну хорошо, хотят они выйти - Россия спокойно прореагировала на это, и продолжаются переговоры о стратегической стабильности, о сокращении стратегических вооружений. Сегодня заместитель министра Мамедов заявил, что эти переговоры были довольно успешными. Достигнуто соглашение о дальнейшем уничтожении химического оружия в России и готовности Соединенных Штатов финансировать этот процесс. Здесь ведь важно, чтобы произошел такой поворот.

XS
SM
MD
LG