Ссылки для упрощенного доступа

logo-print

Леонид Романков


Ведущий Петербургского часа программы "Liberty Live" Виктор Резунков:

Гость Петербургской студии Радио Свобода - депутат Законодательного собрания Леонид Романков. Леонид Петрович, как настроение? Дождь идет...

Леонид Романков:

Да, но впереди рабочий день, насыщенный, так что не очень обращаешь внимание на погоду. Хотя осень подкралась незаметно. Еще в прошлые выходные было солнце, была такая яркая погода, сейчас темно. Впереди, наверное, долгая зима. Зима - тоже время года.

Виктор Резунков:

Леонид Петрович, мы слушали репортаж нашего нью-йоркского корреспондента Яна Рунова об изменении вещания на компании "НТВ Интернейшенел" (Смотри материал: "НТВ Интернейшенел" перешло в Америке на показ программ "ТВ-6") Что вы думаете по этому поводу.?

Леонид Романков:

Я думаю, что какими бы мотивами, какими бы причинами не вызывалось, с точки зрителя это полезно, потому что будет более объемное представление, будет больше плюрализма. Было бы плохо, если бы только одна такая, чересчур специальная точка зрения существовала бы для наших европейских и американских зрителей. А так - будет альтернативная точка зрения. Я думаю, что это выгодно и полезно для аудитории за рубежом.

Виктор Резунков:

А как вы предполагаете. Все-таки НТВ не оставит какие-то, что ли свои разработки международного вещания?

Леонид Романков:

Нет, я думаю, что будет продвигаться. Поскольку попытка завоевать информационное пространство, так сказать, навязать свою точку зрения, характерна для всех стран такого класса или такого периода. Поэтому, я думаю, что будут продолжаться попытки монополизировать информационное вещание, но надеюсь, что они не победят. Потому что нужно зрителю иметь точки зрения разные, самому сопоставлять то, что ему говорят, и что он видит, и делать собственные выводы. Это будет уважение к зрителю, а не навязывание ему, так сказать, информационного стандарта.

Виктор Резунков:

Леонид Петрович, в последнее время вы, я уверен, смотрели уже новое НТВ - как вам кажется, вообще изменилась как-то политическая позиция канала, в чем-то это выражается?

Леонид Романков:

Честно говоря, я редко успеваю, поздно прихожу домой, редко смотрю. Но я думаю, что задумано было так, чтобы приблизить его к официальным каналам, и поэтому, мне представляется, пропала та.., не хочу сказать оппозиционность, потому что оппозиционность не бывает сама по себе. Она бывает только потому, что есть разные точки зрения на очень важные проблемы. На ту же Чечню, или экономические проблемы, на приватизацию, на, скажем, экспорт-импорт, доступ к трубе и так далее. И думаю, раньше было интереснее. Я смотрел НТВ с Киселевым регулярно, потому что это была такая нетривиальная точка зрения, которая заставляла думать и мысль будоражила. Сейчас как то стало, по-моему, более беззубо, более гладко, более причесанно. Поэтому такого желания смотреть НТВ новое у меня не возникает.

Виктор Резунков:

Леонид Петрович, как вы относитесь к тому, что сейчас происходит с телевидением в России. Уже, по-моему, расставлены все политические и практические акценты, уже как бы трудно определить некий элемент независимости на каналах?

Леонид Романков:

Если вы говорите о массовой аудитории - я думаю, это так, а если говорить о небольших телевизионных компаниях, имеющих ограниченную сферу действия, то там еще можно услышать нетривиальные и неофициальные мнения. Вопрос в том, какую степень распространения имеют эти компании. Но процесс живой, не как в советское время, когда все было всегда известно. Сейчас поднимается рейтинг у одних компаний, финансовые возможности становятся иными. Региональное телевидение очень интересное... Так что, я думаю, что мы будем свидетелями любопытных изменений в телевизионной политике, в освещении тех или иных событий, если брать Россию в целом.

Виктор Резунков:

Леонид Петрович, а что вы слышали - в последнее время очень много говорится о создании цифрового вещания в Питере?

Леонид Романков:

Я когда-то работал в Институте телевидения, занимался проблемой цифрового телевидения, это крайне перспективная технология, довольно дорогостоящая. Но понимаете, есть инструмент, а есть цель или идея. Инструмент цифровой - он гораздо лучше аналогового. Но что будут показывать по этому цифровому телевидению - это гораздо более важно, чем просто купить новые цифровые видеокамеры или цифровые видеомагнитофоны и делать записи, которые не будут искажаться. Качество картинки будет намного лучше. Но это - вопрос вторичный, на мой взгляд. Главное - что показать.

Виктор Резунков:

Леонид Петрович, в последнее время в Законодательном собрании широко обсуждается вопрос о выделении почти миллиона долларов для петербургского телевидения - вы противник или сторонник этой идеи? И если противник, то почему?

Леонид Романков:

Да, вы правы. Действительно губернатор внес предложение при корректировке бюджета этого года выделить около миллиона долларов на поддержку "ТРК Петербург". Я противник этой идеи, потому что в свое время три года назад наше общенародное телевидение было сделано частной фирмой, акционерным обществом и с тех пор все попытки города то есть, наши попытки, попытки ведущих петербургских деятелей культуры как-то повлиять на то, что делается на телевидении всегда блокировались словами, что это - коммерческая организация, к которой вы не имеете никакого отношения. Если помните, были такие передачи "Петербургский стиль", совершенно хамского рода. Были передачи информационного киллера Чернядева, которые вызывали у меня и большинства интеллигентных людей отвращение. Но все наши письма к губернатору и вице-губернатору Потехину, отвечающему за телевидение - говорилось: "Мы не можем на них повлиять. Это - частная, коммерческая фирма". Теперь мы должны частной, коммерческой фирме дать миллион долларов, в то время, как, скажем, дети-сироты только наполовину обеспечены питанием и обмундированием. Мне кажется, это неправильно, и поэтому я внес поправку, которая отменяла бы выделение денег. К сожалению, она была блокирован так называемой прогубернаторской частью депутатов. Еще в среду будет третье чтение, я снова внес поправку. Считаю, что даже юридически мы не можем эти деньги выделять, потому что это надо делать либо по закону, либо на основании учредительного договора, а ни там, ни там нет такой нормы. Поэтому поправка наша звучит так: "Давайте выделять эти деньги в соответствии с законом". Такой закон был в свое время нами написан, и даже был принят собранием, было вето губернатора. Закон говорил, что мы можем финансировать телевизионные организации, но при условии, что они выполняют определенный набор требований. Эти требования были взяты из Хартии европейской по отношению к средствам массовой информации, в которой говорили, что должно быть объективное телевидение, дающее право на ответ, отделяющее новости от комментариев и другой набор... В общем, с тем, чтобы стать цивилизованным телевидением, а не таким "местечково-провинциальным", которое обслуживает исполнительную власть или кого-то другого. Не знаю, посмотрим, что будет завтра. День будет решающий.

Виктор Резунков:

А чем объяснить такую позицию депутатов, которые так активно поддерживают?

Леонид Романков:

Мне трудно сказать. Хотя была в газете такая забавная фраза - так как я просил поименного голосования, я точно знаю, кто хотел давать деньги на сирот, а не на нужды телевидения, и кто это блокировал, те кто блокировал, наверное, будут чаще появляться на экранах пятого канала, люди боятся ссориться с телевидением, потому что это довольно мощный инструмент пропаганды, агитации и воздействия на умы горожан, и поэтому они рассчитывают, что если они помогут телевидению, то и оно им поможет в преддверии будущих выборов и так далее?

Виктор Резунков:

Леонид Петрович, но вообще вот в последнее время очень много рассуждают о том, каким должно быть петербургское телевидение. Вот если вас, к примеру представить, назначили директором питерского телевидения - что бы вы сделали в первую очередь?

Леонид Романков:

Вы знаете, есть такой проект -общественное, или публичное телевидение. Есть европейская модель, которая говорит о том, что телевидение должно обслуживать не отдельные финансовые группы или властные группы, не собрание законодательное не губернатора, оно должно доставлять зрителям и слушателям максимально объективную информацию. (Я говорю только о тех программах, которые называются политическими или публицистическими). И я бы, конечно, постарался, чтобы все эти передачи носили бы объективный характер, то есть сообщалась бы информация с доверием к тому, что зрители сами могут оценить ее справедливость.

Виктор Резунков:

Леонид Петрович, споры по поводу общественного телевидения, по-моему, ведутся уже давно, и не только среди правозащитников - что такое "общественное телевидение"?

Леонид Романков:

Я не могу не вспомнить с благодарностью Юрия Вдовина из "Гражданского контроля", который в свое время снабдил меня документами ЕС, в том числе модельным законом об общественно-правовом телевидении или публичном телевидении. ОРТ, насколько я помню, в газетах писали - создали совет, куда вошли Михалков, Пиотровский и другие люди, и вот я думаю, что было бы неплохо, если бы в такого рода наблюдательном или попечительском совете общественного телевидения принимали бы участие крупные, интеллигентные, порядочные люди, которые бы могли настроить, так сказать, камертон телевидения на наиболее оптимальный для зрителей процесс. Для того, чтобы была максимально объективным образом подана информация, не жвачка готовая, разжеванная для пассивных телезрителей, а для людей, которые хотят активно участвовать в процессе, которые хотят сами делать выводы, и это - уважение к зрителям. Иначе они считаются просто людьми, которым можно воткнуть в мозг информацию, и они как роботы по улицам маршируют. Поэтому такого рода телевидение должно было быть носить характер просветительский, информационно-объективный и воспитывающий людей, потому что я читал работы психологов, в частности, Роберта Чалодини - показ агрессивности и насилия на экране телевидения вызывает подражание, в особенности - у детей, у которых еще размыты вот критерии порядочности, критерии ответственности за свои поступки. Поэтому телевидение - опасная вещь. Если не придать ему характер объективно-просветительский и воспитывающий, то мы может столкнуться с потерей будущих поколений, с тем, что террористы будут выходить из тех, кто насмотрелся в детстве всей этой бесконечной пальбы из револьверов.

Виктор Резунков:

Леонид Петрович, в последнее время, я могу за себя сказать - я наблюдаю со времени президентства Владимира Путина ограничения, скажем так, деятельности правозащитных и вообще различных общественных организаций. Все сложнее и сложнее им становится работать. Что вы думаете?

Леонид Романков:

Я с вами согласен. Я думаю, что у органов - бывших КГБ, теперь ФСБ - появился такой стимул, когда человек из их среды стал президентом, они подумали, что это дает им некоторую развязанность, так сказать, рук. И действительно, вы правы. Возобновление процесса Пасько, например, есть много фактов, которые говорят, что это ведомство почувствовало себя, так сказать, на коне и тормозит, препятствует, снова начинает возвращаться к, не в массовом объеме, но есть отдельные факты, которые меня беспокоят, потому что вижу, что это ведомство действительно начинает бороться снова с проявлениями инакомыслия или вольномыслия. И Сойфера помните дело... Довольно много дел ученых. Это очень опасная вещь.... Ну, очень легко было с диссидентами бороться, потому что они - книжки - это же вам не следить за теми, кто тротил... Поэтому я боюсь такой тенденции, она действительно существует.

XS
SM
MD
LG