Ссылки для упрощенного доступа

logo-print

Валерий Островский


Ведущий Петербургского часа программы "Liberty Live" Виктор Резунков:

Гость Петербургской студии Радио Свобода - известный петербургский политолог, профессор Валерий Островский. Доброе утро, Валерий Петрович, как настроение?

Валерий Островский:

Настроение я бы сформулировал словами Антонио Грамша: "Надо быть пессимистом мысли и оптимистом воли".

Виктор Резунков:

Валерий Петрович, сейчас во всем мире обсуждается, каким может быть участие России в антитеррористическом альянсе. Как известно, в принципе ни для кого не секрет, что и ООН уже, и НАТО как институты, в принципе, можно сказать устарели перед новой угрозой для человечества... Как вам видится, что можно бы сделать вообще?

Валерий Островский:

Вчера перед гражданами России выступил президент Путин. Я, к слову сказать, наверное, вместе со многими обратил внимание на те следы бессонных ночей, которые остаются на лице президента. Судя по всему, последние решения дались ему лично очень нелегко. Но в этом выступлении Путин все-таки сослался на санкции международных органов, прежде всего, Совета Безопасности. Но сослался как-то не очень, я бы сказал, уверенно. Я думаю, что сегодня и в России возникает понимание того, что ООН -дитя последствия Второй мировой войны, а если принять за гипотезу, что мы находимся в состоянии Третьей мировой войны, но уже не с государствами, а с некими сетевыми террористическими структурами, глубоко проникшими в ткань всей мировой жизни, совершенно ясно: ООН с ее неповоротливостью, с ее постоянной склонностью к колебаниям, склонностью прислушиваться к разного рода экзотическим персонажам... Чего стоит, например, последний форум ООН в Южной Африке по поводу расизма, где, в конечном итоге, основным требованием стала выплата Западом Африке 300 миллиардов долларов за некогда существовавшую работорговлю... Вот такого рода организации, конечно, неспособны противостоять хорошо законспирированным и отлаженным в смысле работоспособности организациям, террористическим структурам. Способна ли противостоять такая организация как НАТО или, скажем, Европейское сообщество? Только один пример? Мы совершенно справедливо ругаем нашу Государственную Думу, которая полустраничную резолюцию про поводу трагических событий в Америке обсуждала за закрытыми дверями два дня. Почему спикер Думы сказал, что "очень много сильных языков". Я себя подумал - и наверное столько же слабых голов и нельзя нашу Госдуму постоянно демонстрировать нашим избирателям. Но ведь и Европейское сообщество, руководящие органы после случившегося со скрипом очень долго принимали такую же полустраничную европейскую резолюцию. То же самое НАТО - оно только объявило, что США подпадают под пункт пятый о коллективной защите, но в странах НАТО, тем не менее, продолжаются колебания. Нет, сегодня нужно принять для себя только один тезис: если мы на войне, то надо действовать как на войне, и мне думается, что аналогом могла бы стать Атлантическая хартия 1942-го года, которая была принята демократическими странами, воевавшими против Гитлера и аналог своего рода "Большой Тройки", когда Сталин, Черчилль и Рузвельт встречались в Тегеране, в Потсдаме, и так далее. Сегодня эта "Большая Тройка" конечно, может быть расширена. Вполне понятно, что новой конструкцией станут "Большая Восьмерка" с привлечением в нее ряда ведущих азиатских, арабских, скажем, стран, что было бы весьма полезно.

Виктор Резунков:

Валерий Петрович, как вам кажется, должна ли Россия поддерживать контакты, дружеские отношения, со странами, подозреваемыми в поддержке террористов?

Валерий Островский:

...Надо очень четко различить отношения и дружеские отношения. Конечно, с теми странами и правительствами, на которые падают тени подозрения, даже малейшие тени подозрения в малейшем пособничестве террористам, дружеских отношения поддерживать ни один разумный человек не может. Вопрос в другом - нужно ли стремиться к тому в обязательном порядке, чтобы менять политические режимы? Самой трагической ошибкой последних десятилетий в мире было, безусловно, введение советских войск в Афганистан и попытка, начиная с 1979-го года, сменить в Афганистане не только режим, но и политический строй - установить социализм в Афганистане. Ведь это закончилось, мы видим, катаклизмом мирового значения. Я думаю, что мало кто обратил внимание на вчерашнее заявление госсекретаря Колина Пауэлла о том, что Америка не собирается свергать правительство талибов. Если уже талибы существуют - пусть они существуют, но они должны быть наказаны за то, что они так или иначе поддерживали и укрывали Усаму Бин Ладена. И здесь очевидно нужен компромисс. Да вмешательство во внутренние дела этих стран, наверное, невозможно с той целью, чтобы сменить политические режимы - если уж народ выбрал политический режим - пусть он переживает его на собственной шкуре. Но в то же время необходима такая политика изоляции этих государства, этих правителей, которая не давала бы им возможности совершать агрессивные действия или содействовать им. Ведь многие подменяют вопрос о борьбе с терроризмом вопросом о борьбе христианства и ислама. Но ведь и ислам разный. Я не говорю о том, что есть культурный и мирный ислам, но даже воинственный ислам - он разный. Точно так же как в Средние века боролись Ричард Львиное Сердце и выдающийся исламский арабский полководец Салах-Эд-Дин, но в это же время в исламе была страшная, дикая секта Асассинов, которая не останавливалась ни перед чем. Точно так же и сегодня - скажем, покойный Ахмад-Шах Масуд. Еще в начале 80-х годов от офицеров, вернувшихся на побывку с афганской войны, мне доводилось слышать об их уважительнейшем отношении к этому противнику. Итак: есть ислам воинственный Ахмад-Шах Масуда, с которым можно сотрудничать во имя борьбы с терроризмом, и есть терроризм, прикрывающийся исламскими лозунгами, покрывающийся соответствующими правительствами, и с ним нужно воевать.

Виктор Резунков:

Валерий Петрович, вчера Владимир Путина дал 72 часа чеченским полевым командирам, чтобы они сдались, я понимаю, что прогнозы - неблагодарное дело, но можете ли вы сделать какой-то прогноз относительно России - как будут развиваться события в ближайшем будущем?

Валерий Островский:

Я полагаю, что в ближайшее время перед Путиным и министром обороны Ивановым, который, по сути дела, вчера стал вторым человеком в стране, стоит одна очень непростая задача: показать всему миру и своей стране, что война в Чечне является составной частью борьбы против мирового терроризма. Не секрет, что мир эту точку зрения пока что еще не принимает. Не принимает, на мой взгляд, не только потому, что в Европе сильны левые, леворадикальные настроения, но, прежде всего, потому, что сам характер ведения военных действий в Чечне за последние годы вызывает большие сомнения. В самом деле, если на крохотной территории Чечни, для мира составляющей полкопейки. по меньшей мере, огромные спецслужбы, которые считаются лучшими специалистами по Востоку, не могут нанести удар по главарям бандформирований - Басаеву, Хаттабу, то встает вопрос: а как же вы будете в таком случае участвовать в афганской новой кампании, коли она состоится? Возьмем, скажем, последние события в Гудермесе? Чеченцы заняли Гудермес абсолютно спокойно, развернули штаб, развернули пункт питания, развернули пункт связи, развернули лазарет, то есть, они действовали так, будто не происходило в этом месте с 1994-го года никаких военных действий и не было никаких победных реляций. Совершенно ясно, что с точки зрения организационной главной проблемой для российской стороны в чеченской кампании является то, что слишком много командующих, слишком много ответственных. Кажется, не было извлечено никаких уроков со времен Русско-японской войны, когда были назначены два командующих - генерал Куропаткин и наместник на Дальнем Востоке генерал Алексеев - они действовали вразнобой, и, в конце концов, война была проиграна. Если российское руководство хочет действительно довести кампанию до конца, то нужно понять: большинство чеченцев перейдут на сторону тех, кто будет сильнее, спокойнее, увереннее, и, в конечном итоге - справедливее. Сегодня, к сожалению, чеченцы не видят этого. Не видят и наши солдаты. Мне осенью пришлось принимать экзамены в одно учебное заведение, скажем так, военно-милицейско-политического характера, и там сдавали экзамены ребята из Внутренних войск, которые возвращались с этой войны в Чечне, отслужив срочную службу. Из разговоров с ними я вывел одно: у них нет ненависти - я задавал прямой вопрос - к чеченцам. Но они говорили с таким презрением, я бы сказал, с такой ненавистью, о части своих командиров, которые продают оружие, продовольствие. Когда я спросил: "Парень, ты собираешься стать прокурором или следователем прокуратуры, что это для тебя"? И вот эта пара ребят сказали: "Для нас главное - вывести их на чистую воду". Вот может, в этих ребятах - будущее страны. Вот на этих ребят Путин, если он хочет навести порядок в стране - он должен опираться. А сегодня этот 72-часовой ультиматум у меня вызывает большие сомнения, потому что, честно говоря, я не вижу сегодня организационных, военных ресурсов для его выполнения.

XS
SM
MD
LG