Ссылки для упрощенного доступа

logo-print

Татьяна Казакова


Ведущий Петербургского часа программы "Liberty Live" Татьяна Валович:

Накануне весеннего праздника мы поговорим о том, как создать хорошее настроение и насколько сложно поставить хорошую комедию. Сегодня наш гость - художественный руководитель Петербургского театра комедии имени Николая Акимова режиссер Татьяна Казакова. Татьяна Сергеевна, вот театр Акимова, театр комедии, пожалуй, единственный в России, который на протяжении всей своей истории сохранил верность жанру комедии. Как вы думаете, насколько трудно сейчас поставить хорошую комедию?

Татьяна Казакова:

Я думаю, настолько же трудно, как было всегда. Чтобы поставить хороший спектакль, нужно иметь хорошую пьесу в основе, иметь группу замечательных артистов, которые способны играть смешно, держать зал в постоянном внимании, интересе, и должны быть какие-то идеи в голове. И вообще, должна быть такая творческая группа очень талантливых людей. На самом деле, мне кажется, что сегодня вообще время комедий. Люди хотят смотреть что-то такое веселое, что дает им возможность немножечко отстраниться от тягостных дум, слушая всякие сводки того, что творится в мире, того, что происходит кругом, и даже когда они смотрят в окно и видят серую погоду. Поэтому для них театр, любой театр, прежде всего - развлечение и отдых. И уже затем задача театра - что-то им под этим предлогом рассказать. Мне кажется, что хорошая комедия должна сочетать в себе какую-то человеческую историю хорошую и то, как она рассказана, каким языком.

Татьяна Валович:

А вы сами веселый человек?

Татьяна Казакова:

Я думаю разный, но, в общем, думаю, что да.

Татьяна Валович:

Азартный?..

Татьяна Казакова:

Да.

Татьяна Валович:

А при выборе пьесы для постановки, в первую очередь, чем вы руководствуетесь?

Татьяна Казакова:

Прежде всего, тем, чтобы пьеса мне самой нравилась. В первую очередь, я говорю не о себе лично, а режиссере. Режиссер, как вы знаете, "вечный двигатель", главный инициатор, главный возбудитель всякого действа. Поэтому он сам должен хотеть поставить. Пьеса должна ему нравиться. Еще лучше, если он в нее влюблен, если думает, что он в ней что-то такое найдет, что это будет интересно, но и, конечно, подсознательно работает другой фактор, насколько это будет интересно залу. Бывает такая разница между тем, что, допустим, даже критика хвалит, и тем, что нравится публике. К сожалению, такой вот раздел существует, но я считаю, что театр, прежде всего, для зрителя. Если зритель смотрит спектакль, если он повторно или несколько раз на него приходит, приводя своих знакомых, родных - это и есть настоящая оценка того, что люди трудились и задумывали все неплохо.

Татьяна Валович:

Действительно, чтобы в наше непростое время зритель пришел в театр, его нужно заинтриговать чем-то, заинтересовать. Но насколько - где граница, можно ли эпатировать публику ,и где вообще граница дозволенного, потому что многие режиссеры прибегают к достаточно сомнительным приемам, чтобы привлечь публику?

Татьяна Казакова:

Эпатировать, конечно, можно. Способов очень много. Конечно, все это зависит от человека, который это делает и степени его образования, таланта, прежде всего. Да, вы правы. У нас был критик из Москвы, она рассказывала, что творится в Москве, говорит, что некоторые рецензии так и называются - "Вызывайте милицию", - что такое творится на сцене, что непонятно, для чего это сделано и какие критерии вообще, и, конечно, это рассчитано на эпатаж. За рубежом даже существуют такие театры, поскольку там публика инертна или пассивна, бывают даже такие действия -раздражители, выскакивают в зал или обливают, кричат, задевают, провоцируют скандал, чтобы возникло некое напряжение между зрительным залом и сценой. Но я считаю, что все-таки театр - это искусство. И законы держания внимания, интереса заключены, прежде всего, в отношениях между людьми, в том какими способами театр держит внимание.

Татьяна Валович:

И, наверное, конечно, нужно любить и уважать того зрителя, который пришел...

Татьяна Казакова:

Это, прежде всего. Все-таки я считаю, что наш зритель замечательный, мы должны быть благодарны ему за то, что он находит время и деньги, приходя в наш театр. В нашем театре всегда полные залы, и он очень доброжелателен. Человек хочет отдохнуть, хочет смеяться, бесконечно доброжелателен, это удивительно. Поэтому великий артист Михаил Чехов говорил так: "Если артист, выходя на сцену, не любит людей, которые сидят в зале - он не артист, он не понимает, чем он занимается", - и мне кажется что все-таки, может, такие чувства приходят артисту не сразу в голову, но, на самом деле, мы, конечно, существуем для этих людей, потому что мы сами часть этой жизни, и театр должен всегда понимать свое предназначение. И мне кажется, что главное его предназначение - нести надежду людям в жизнь, поднимать их настроение, быть им нужным. Это некий такой набор воздуха дополнительный, создание какой-то иной жизни, которое делает театр на сцене. И если спектакль получается, то отсвет этой удачи мы видим в глазах публики.

Татьяна Валович:

Вы говорили, что одно из главных условий успеха вообще театра - коллектив. Вы работаете в этом театре уже 6 лет. Как складываются ваши отношения с коллективом?

Татьяна Казакова:

Я думаю, что любая жизнь в театре, в общем, вопрос очень серьезный, глубокий и тяжелый. Это не мной придумано, так было до меня, и я уверена, будет всегда, потому что творческая жизнь вообще построена в искусстве на отборе, выборе. Здесь, конечно, есть момент того, что приходят новые люди. Есть люди, которые простаивают, долго стоят и так далее. Происходит некий такой отбор временем. Правда, сегодняшнее время отличается от других, потому что сейчас есть возможности работать и в антрепризах, и даже в других театрах, поскольку так построена жизнь театра - сегодня ты играешь, завтра стоишь, и никто не знает, когда наступит эта пауза. И есть великие примеры того, как люди достойно держались в момент их невостребованности, как они заполняли свою жизнь, не опускались до человеческой растрепанности и творческой несостоятельности. Это - жизнь, к которой надо быть готовым. Как спортсмен, вот он работает, работает, день и ночь, с шести утра, лет 20-30 у него подчинено жесткому режиму, а потом это останавливается, и он должен жить другой жизнью. И тоже он должен как-то учиться, знать, что в лучшие годы этой жизнью он живет. Так, мне кажется, должно быть и в театре. Но в театре не так, потому что в театре люди горячие, это такие индивидуальности, такие характеры, люди, конечно, обижаются, потому что самолюбие играет огромную движущую силу в становлении артиста, его развитии, поэтому, конечно, это по-разному. Но я считаю, что играть должны те, кто должны играть, не те, которые хотят, а те, которые могут. И в данном случае тут все идет на уровень критерия человека, который ставит спектакль.

Татьяна Валович:

Но вот все-таки отношения между молодыми актерами - понятно, что каждому хочется себя проявить, и уже корифеями - зритель идет на имена, как говорится - как вам удается существовать? Некоторые говорят: "Я создаю спектакль под одного актера", - и иногда это оправданно, потому что знаешь, что и зритель придет на имя, но ведь нужно и молодым давать какую-то возможность?

Татьяна Казакова:

Я пытаюсь это сочетать. У нас есть звезды, звезды есть разные, есть те люди, которых знают все и если имя стоит в афише, люди все равно придут, независимо, хороший спектакль или плохой, люди хотят смотреть на того артиста, которого видели по телевидению, в кино . У нас таких "четыре кита", я их называю, народные артисты России Петр Сергеевич Вельяминов, Михаил Семенович Светин, Анатолий Юрьевич Равикович, Игорь Борисович Дмитриев. Это люди, которых все знают, любят, и есть артисты, которые очень много работали в этом театре, являются звездами этого театра, группа, мы их называем "акимовцев", и есть совсем молодые люди. И моя задача, конечно, чтобы и новые входили, и звезды работали, и так далее. Мне кажется, что у нас и звезды не обижены, и молодежь работает в театре.

Татьяна Валович:

Татьяна Сергеевна, какие цветы вы любите?

Татьяна Казакова:

Я люблю все цветы. Я люблю, когда они свежие, когда они разные, и мне кажется, что женщина вообще ассоциируется с цветком сама по себе. И это чувство свежести, радости и женщина бывает таковой. Есть сравнение - "прекрасна как цветок". И я считаю, что цветы дарят, вообще напоминают нам о жизни, красоте, том, что жизнь связана не только с бытовыми вещами, но и с тем, что выше нас, какая-то радость, которая дается нам свыше.

Татьяна Валович:

А вы отмечаете 8 марта как праздник?

Татьяна Казакова:

Я работаю в театре, поэтому трудовые будни для нас праздники. Мы начали справлять 8 марта уже вчера. У нас Центральный район смотрел премьеру нашу, тем самым отмечая 8 марта, и я имела честь вместе с Владимиром Степановичем Антоновым поздравлять всех с этим праздником. Вообще, я считаю, что мы плохо относимся к праздникам, не умеем радоваться, не умеем их встречать и вообще ценить. Но раз они есть, мы должны об этом помнить. Но я думаю, что любая женщина 8 марта что-то делает этакое с собой, что-то такое, что принадлежит, на мой взгляд, только женщине. Это же удивительно, сколько женщина на себе несет, сколько она работает, но в любых условиях она помнит, что она женщина, что она должна одеться, должна выглядеть, что все это ей приносит огромную радость и удовольствие, и если это в женщине как-то исчезает, то, в общем, я считаю, что это беда. Вообще любому празднику надо радоваться и ценить жизнь за то, что она дает нам возможность отмечать эти праздники.

Татьяна Валович:

Вы человек настроения?

Татьяна Казакова:

Как и все, наверное. У меня такая должность, что я не могу этому поддаваться?

Татьяна Валович:

Насколько сложно совмещать художественное руководство театром с тем, что вы еще и сами ставите спектакли?

Татьяна Казакова:

На мой взгляд, это все очень глубоко связано. Я уверена, что во главе театра должен стоять действующий режиссер. История театра нам оставила театры как театры, как единое целое явление в художественной жизни города и страны именно тогда, когда во главе театров стояли очень сильные личности режиссерские. Творческая жизнь все определяет. Все остальное должно подчиняться этому и работать для создания условий, чтобы вот такая жизнь существовала как можно дольше. Вообще творческая жизнь это некий воздух. Все это очень быстро преходяще, так же, как молодость, как, собственно говоря, жизнь. Поэтому оберегать, хранить, создавать условия - это главная задача всего, что вокруг сцены, есть сцена, на которой есть жизнь, а все остальное - чтобы там все было замечательно?

Татьяна Валович:

А как вы считаете, в России сейчас театру предоставлена большая свобода, смогли ли они использовать эту свободу в той мере, в какой было надо?

Татьяна Казакова:

На мой взгляд, испытание свободой, в общем, суровое и тяжелое испытание. Мне кажется, что в начале все очень сильно растерялись, потом все кинулись в одну сторону, вот быть оригинальными, еще что-то такое, все мимо чего-то главного, на мой взгляд, потом сама система стационарно-государственных театров, у нас одна модель - государственного театра, сейчас какие-то появляются получастные, но все это трудно, не способствует творческой жизни. С другой стороны, в какой-то мере это в общем все и нормально. Потому что вся наша жизнь - вечное движение, перемещение, изменение, и дай Бог, чтобы при этом происходило создание нового, прежде всего, новых театров, потому что театр я люблю бесконечно.

Татьяна Валович:

Татьяна Сергеевна, тезис о том, что Петербург - культурная столица, заставляет чиновников от культуры все время изобретать какие-то новые и программы, и методы. Совсем недавно появилась такая разработка, как Программа поддержки и развития театрального искусства в Петербурге до 2005-го года, в которой было объявлено, что деньги на новые постановки будут же опять же распределять чиновники, причем на каких основаниях - непонятно. Как вообще, мешает, помогает эта система?

Татьяна Казакова:

Еще Константин Сергеевич сказал, что вся беда в театре - от театральных чиновников, потому что, занимая определенные места, они изобретают какие-то идеи. А я знакома с этим положением. Оно тоже вызывает, в лучшем случае, удивление. Как могут, на какой основе распределять бюджеты, как чиновник может запретить режиссеру ставить то или другое произведение. Какие у него критерии? Что эта постановка уже была? Ну и что, если первая постановка была плохая или даже очень хорошая, это не гарантия, что другой человек не может ее поставить заново и интересно. Существовали тысячи примеров и в Москве, и в Питере, когда одновременно одно название шло в трех-четырех театрах. Знаменитый "Вишневый сад" в Москве - у Волчека, Эфроса и в МХАТе, и так далее. И люди идут. Они идут, если хотят это смотреть, если это поставлено интересно. Чиновник не может никаким приказом заставить поставить это интересно или неинтересно, сыграть талантливо или нет. Это решает только театр, только творческая группа. Мне кажется что, в общем, чиновник существует, чтобы помогать работать театру, а не чтобы мешать и не придумывать ничего такого, что противно самой природе театра. А внутри один закон, это творческая работа у нее свои законы.

Татьяна Валович:

Есть еще проект выделить к грядущему юбилею Петербурга какой-то театр или постановку, объявить даже конкурс на то, чтобы была поставлена какая-то пьеса. Это вообще реально?

Татьяна Казакова:

Нет, там по-другому, конкурс на написание пьесы, посвященной Петербургу. Но, во-первых, это объявлено очень поздно. Во-вторых, никаким приказом нельзя заставить родиться хорошую вещь. Она рождается по своим законам, или не рождается. Все театры очень хотят принять участие, потому что любят свой город и хотят, конечно, как-то отметить этот праздник. Но это немножко напоминает советские времена - заказы такие. Если она появится - дай Бог, замечательно, но я все-таки думаю, что это нужно, во-первых, было объявлять раньше, и все-таки это творческий процесс. Ничего из-под палки или по заказу создаваться не может. Если это будет - это будет удивительно, я считаю.

Татьяна Валович:

Совсем скоро, в конце марта, начнется очередной театральный фестиваль - будете ли вы принимать участие?

Татьяна Казакова:

Существует целая группа, она состоит из критиков. Они смотрят все, потом выдвигают спектакли, которые считают наиболее яркими достижениями прошедшего сезона, и потом уже малая комиссия путем отбора, включая художественный совет города, путем голосования выдвигает эти спектакли.

Татьяна Валович:

27 марта начнется "Золотая маска" в Москве, насколько я помню - вот театральные фестивали, насколько они важны для России?

Татьяна Казакова:

Мне кажется, что вообще всякий фестиваль - это замечательно. Особенно это здорово для людей, которые живут очень далеко от центра, и для них сам факт приезда в Москву или Петербурга, показа своих спектаклей -замечательное явление. Слишком большая оторванность от жизни, очень тяжелая жизнь... Но опять-таки, критерии, по которым выбирается, отбирается, голосуют они, конечно, все очень субъективны. Но я считаю, что если этот фестиваль поддерживает хоть кого-то из театральных деятелей - это уже хорошо.

XS
SM
MD
LG