Ссылки для упрощенного доступа

logo-print

Андрей Сабетов


Ведущая Петербургского часа программы "Liberty Live" Татьяна Валович:

Сегодня в нашей программе мы поговорим об одном из экстремальных видов спорта - парапланеризме, его значении и развитии в России. В нашей программе принимает участие президент Клуба парапланеризма "Санкт-Петербург" Андрей Сабетов.

Андрей Иванович, в первую очередь, скажите пожалуйста, что такое параплан? Что такое дельтаплан все, наверное, как-то представляют, но чем параплан отличается от дельтаплана?

Андрей Сабетов:

Дельтаплан - жесткая конструкция, а параплан - мягкая, мягкий планер, похожий на парашют. Но это не парашют, потому что параплан может летать не только вниз, но и вверх, в восходящих потоках. Он ближе к планеру и к дельтаплану по своему духу и возможностям.

Татьяна Валович:

А насколько экстремален этот вид спорта?

Андрей Сабетов:

Это в чистом виде экстремальный вид спорта. Потому что, в отличие от парашюта, в турбулентной атмосфере, вихревой параплан может сложиться, и тогда вы какое-то время будете падать. Потом он раскроется, и вы будете лететь дальше, получив причитающуюся вам долю адреналина.

Татьяна Валович:

А можно ли этот экстремальный вид спорта назвать спортом в прямом понимании этого слова, и если проводятся соревнования, то по каким параметрам?

Андрей Сабетов:

Это и как вид отдыха, вид развлечения, в основном. и также существует спорт, по которому проводятся чемпионаты мира, чемпионаты Европы, национальные чемпионаты, у нас в России - чемпионат России. Основное упражнение на этих соревнованиях - маршруты на земле ставится маршрут, на котором есть пункты, пилоту выдается карта, он должен пролететь маршрут на скорость и сфотографировать эти пункты.

Татьяна Валович:

То есть, это своеобразное спортивное ориентирование в воздухе?

Андрей Сабетов:

Да, это своеобразное небесное ориентирование, усложненное поиском восходящих потоков.

Татьяна Валович:

А с помощью чего пилот ориентируется? У вас есть какие-то специальные приборы?

Андрей Сабетов:

В общем-то, общение пилота с небом непосредственно, прежде всего, на 90 процентов, он ориентируется с помощью своих органов чувств, глаз, и управляет с помощью своего тела. Он не сидит в кабине, как в самолете или планере, он открыт воздушному потоку и каждой клеточкой своего лица чувствует все потоки. Но есть у него и приборы. Альтиметр и вариометр - приборы, которые показывают высоты и скорость набора или снижения.

Татьяна Валович:

Насколько искусно пилот должен управлять парапланом? Не было на соревнованиях таких случаев, чтобы улетали в другую страну, пересекали границы?

Андрей Сабетов:

Пилот достаточно искусно управляет парапланом. Параплан полностью послушен опытному пилоту, он, кажется, управляет парапланом одной своей мыслью, хотя все управление происходит путем двух строп управления - клевант. Вы тянете правую, поворачиваете вправо, тянете левую - поворачиваете влево, вот вроде бы и вся наука. Но на самом деле это высокое искусство, которому не так просто научиться.

Татьяна Валович:

А кто может научиться? Кто вообще занимается таким экстремальным видом спорта?

Андрей Сабетов:

Занимаются все желающие. Каких-то жестких требований по здоровью, как в авиационном или парашютном спорте, у нас нет. Занимаются у нас в России дети с 10 лет. Никогда в мире больше такого нет, везде где-то с 16 , а у нас в России такая страна, наверное, сейчас самая свободная, которая разрешила детям с 10 лет, занимаются люди без ограничения возврата и здоровья, практически.

Татьяна Валович:

Но вот почему запрещено как бы в международном сообществе детям? Они не могут определить степень риска? Почему у вас решили, что дети могут уже с 10 лет заниматься таким достаточно сложным и опасным видом спорта?

Андрей Сабетов:

Занятия экстремальным видом для детей, таким экстремальным, как, скажем, горные лыжи, параплан или плавание с нырянием существуют. У нас в России они существуют скорее традиционно, как подотрасль сильной педагогики, нежели спорта как такового. Те занятия, которые мы практикуем для детей с 10-12-13 лет, это, в основном, конечно, простейшие занятия с упором на педагогику, на школу выживания, на простейшие упражнения. И все-таки огромная роль параплана для детей в том, что он под руководством, разумеется, опытного инструктора прививает детям чувство опасности, чувство ответственности, которое в их возрасте так важно.

Татьяна Валович:

А чему еще дети учатся во время этого обучения? Какие качества, может быть, душевные они приобретают во время занятий этим видом спорта?

Андрей Сабетов:

Самое главное это педагогический эффект, формирование в возрасте подростковом правильного соотношения смелости и осторожности и выработки чувства ответственности, потому что в воздухе не поможет ни папа, ни мама, ни инструктор. Дети это понимают, до них мы доводим полностью это все, и это очень важно, что в их возрасте все это формируется.

Татьяна Валович:

А вот оборудование для занятия сложно приобрести? Насколько оно дорого?

Андрей Сабетов:

Да, это дорогое оборудование. Зарубежные парапланы стоят от двух до пяти тысяч долларов, отечественные - около полутора тысяч. В нашей стране еще есть поддержка детского спорта, она мизерная, но существует. Районы города, администрация городская помогают нам в этом. У нас есть тренеры, которые работают с детьми, и есть парапланы, которые куплены для детских секций.

Татьяна Валович:

Андрей Иванович, как вы считаете, нужно ли сейчас проводить военные сборы для резервистов?

Андрей Сабетов:

В свое время, после окончания института, я был на военных сборах... Ну, наверное, военная подготовка должна быть, но в том виде, в каком нас после уже призывали, это были ужасно. Там, по-моему, те, кто нас призывали, сами не знали, для чего они это делали. Поэтому в том виде, в каком мне довелось побывать - вряд ли.

Татьяна Валович:

Каково вообще ваше отношение к нынешнему положению дел в Российской армии? Как вы считаете, должен продолжаться всеобщий призыв или надо переходить на контрактную основу?

Андрей Сабетов:

Переход на контрактную основу, когда это станет возможным, конечно.

Татьяна Валович:

Я знаю, что ваш клуб входит в Ассоциацию малой авиации. У вас не было случаев, чтобы военные пытались вас как-то или привлечь к сотрудничеству, или же как-то наоборот - помешать? Насколько я знаю, пилота на параплане невозможно засечь на радаре...

Андрей Сабетов:

Слава Богу, параплан в его безмоторном варианте - развлечение, которое невозможно практически использовать ни для народного хозяйства, ни в каких-то террористических целях, потому что полет с использованием восходящих потоков - это экзотика, вы не можете всегда гарантированно лететь, куда вы хотите. А вот с мотором - действительно, вы можете лететь на малой высоте, повесив как Карлсон мотор за спиной, и вас действительно трудно засечь и радаром, и так далее, но прецеденты мне не известны какого-то такого использования. Единственное, что были прецеденты пролета над территориями закрытыми, и у нас, и за рубежом, то есть, воздушного хулиганства. Параплан с мотором в этом плане для воздушного хулиганства подходит идеально как воздушный мотоцикл. Конечно, это нехорошо потому что из-за таких случаев страдают все пилоты соблюдающие воздушный кодекс. Были пролеты и над Букингемским дворцом, я знаю, и посадки на стадионах. У нас над городами были посадки, вынужденные посадки в города были, даже на территорию санатория ФСБ в Ессентуках во время соревнований сел один человек и имел неприятности.

Татьяна Валович:

Его потом отпустили, ничего не сделали?

Андрей Сабетов:

Да, только пленку засветили в фотоапппарате и отпустили.

Татьяна Валович:

А какова дальность вообще полета, есть ли у вас соревнования на дальность и как вообще долго в небе может находиться пилот?

Андрей Сабетов:

Мировой рекорд полета на безмоторном параплане - около 350 километров. Это довольно много. Такой полет длится около шести часов, потому что скорость параплана где-то около 40- километров в час, и в зависимости от того, по ветру или против ветра он летит, он может лететь и преодолеть определенное расстояние. На соревнованиях нам ставят дистанции до ста километров. Это бывает замкнутая дистанция, не обязательно чтобы лететь только по ветру, бывает, мы возвращаемся в ту точку, откуда начали маршрут. Вот примерно так.

Татьяна Валович:

Вы говорили, что занятия с парапланом - достаточно дорогой вид спорта. А как вы считаете - в последнее время в России развернулась дискуссия о физкультуре, о спорте, если хочешь быть здоров - нужно ли много денег?

Андрей Сабетов:

Если хочешь быть здоров, надо, прежде всего, активно заниматься спортом, физкультурой, вести активный образ жизни. Деньги здесь, по большому счету, не причем. Они приходят, если есть желание. А такие виды спорта, как параплан, требуют определенных вложений, так же, как сейчас и любой технический вид спорта. Но среди всех авиационных это все-таки самый дешевый, которым действительно массово во всем мире, да и у нас в стране, может заниматься много народу.

Татьяна Валович:

Андрей Иванович, а это в основном летний вид спорта, или нет?

Андрей Сабетов:

Параплан можно назвать в основном летним видом, хотя обучение и полеты мы проводим круглый год, но термические полеты с большим наборов высоты, до нескольких километров под облака, и уход на маршрут возможны, в основном, в летнюю погоду, когда хорошо светит и греет солнышко.

Татьяна Валович:

А зимой как вы тренируетесь?

Андрей Сабетов:

Зимой это, в основном, период обучения, когда плотный, ровный воздух, без вихря, без турбулентности, зимой у нас непрерывно идет курс обучения детей и взрослых в Можайском на наших тридцатиметровых склонах. Также мы выезжаем иногда полетать в горы на Кавказ, в Домбай, например, где даже и зимой есть термика, а также занимаемся кайтингом, то есть буксировкой за мини-парапланом, змеем на лыжах.

Татьяна Валович:

То есть это уже другой вид спорта получается, еще одна разновидность?

Андрей Сабетов:

Кайт - это собрат параплана по духу и по воздуху. Это конструктивно минипараплан, используемый как воздушный змей на министропах, позволяющий буксироваться, то есть ездить как яхте под парусом, в том числе и против ветра, галсами со скоростью до ста и более километров в час.

Татьяна Валович:

Насколько молодой этот вид спорта?

Андрей Сабетов:

Это очень молодой вид спорта. Это яхта весом в один килограмм, которая помещается у вас в небольшом рюкзачке, которую каждый лыжник может взять с собой и на огромных пространствах нашего Финского залива, Ладожского озера путешествовать зимой на лыжах, испытывая полную свободу - куда хочу, туда и еду.

Татьяна Валович:

А как вы думаете, как в дальнейшем будут развиваться парапланеризм и кайтинг?

Андрей Сабетов:

Мы будем развивать и парапланеризм, и кайтинг. Параплан, в основном - для маршрутных полетов летом, а кайтинг, я считаю, его большое будущее в кросс-кантри, то есть, в маршрутах зимой, что на наших северных просторах, болотистом Питере как раз имеем здесь преимущество.

Татьяна Валович:

Вот через несколько дней как раз откроется Олимпиада. Как вы предполагаете, будет ли этот вид спорта включен в будущем в программу Олимпийских игр?

Андрей Сабетов:

Мы хотели бы, поскольку если такие виды, как керлинг, включены в программу Олимпийских игр - мало кому известный, когда кидают, грубо говоря, гирю по льду и метут веником перед ней, то почему бы не включить и параплан, и кайт, которые гораздо более зрелищны и интересны?

Татьяна Валович:

А вы сами еще каким-нибудь видом спорта увлекаетесь?

Андрей Сабетов:

Я в свое время занимался всеми видами туризма - пешим, водным, горным, лыжным, и постепенно пришел к тому, что лучше путешествовать, удобно сидя в кресле подвесной системы, пролетая над горами, ледниками, там, где раньше я шел с тяжелым рюкзаком, обливаясь потом.

Татьяна Валович:

А следить за Олимпиадой будете?

Андрей Сабетов:

Конечно.

Татьяна Валович:

Какой зимний вид спорта вас привлекает больше всего?

Андрей Сабетов:

Сейчас, наверное, горные лыжи, поскольку на кайтах мы катаемся на горных лыжах, и с удовольствием смотрим, какая должна быть базовая техника в этом виде спорта.

XS
SM
MD
LG