Ссылки для упрощенного доступа

logo-print

Дмитрий Рождественский


Ведущий Петербургского часа программы "Liberty Live" Виктор Резунков:

Сегодня мы поговорим о телевидении. В последнее время в России наблюдается интересный процесс: независимое телевидение медленно выдавливается, его место занимает телевидение государственное. Началось все это не сегодня, а несколько лет назад, здесь в Петербурге, в телекомпании "Русское видео". До сих пор продолжается судебное разбирательство по делу директора этой компании Дмитрия Рождественского. В ближайший понедельник ему должны вынести приговор. Дмитрий Дмитриевич, скажите пожалуйста, судебное разбирательство по вашему делу длится уже не первый год. Официально все заявляют о том, что оно не имеет никакого отношения к политике, а по вашему мнению - имеет ли оно отношение к политике?

Дмитрий Рождественский:

Я думаю, что способ старый. Дело в том, что еще в советское время, когда нужно было куда-то отправить какого-либо диссидента, всегда говорили, что он совершил кражу радиоприемника или у него обнаружились наркотики. Так что методика привычная. Вообще, я считаю, что в действиях нашей правоохранительной системы традиционно сохранилось много старых методов, да собственно и новых-то не появилось. Поэтому раз способ старый, то, собственно, и говорить не о чем. Я буду сколько угодно говорить, что дело политическое, а мне будут говорить украл вагонку. И я думаю, что, конечно, здесь нужно что-то менять, но не с той точки зрения, чтобы больше сажать противников существующей власти, а на самом деле просто разбираться, что же по существу происходит. Так что неправильная постановка вопроса, что у вас "неполитическое дело". У нас нет политических дел, как никогда их не было.

Виктор Резунков:

Давайте поставим вопрос иначе. Недавно мы наблюдали за событиями на "НТВ", теперь смотрим, что происходит на "ТВ-6". По вашему мнению, что вообще лежит в основе этих событий?

Дмитрий Рождественский:

Я думаю, что моя компания "Русское видео", которую создавал когда-то коллектив единомышленников - мы были самостоятельные, независимые, вещали по ночам в Петербурге, мы были совершенно независимые, такая эйфория, мы были даже независимы от различных государственных средств, и, наверное, эту независимость нам не простили. И после печально известного дела Собчака - межрегиональной объединенной группы Генпрокуратуры в 1995-м году - мы попали под колпак потому, что нужно было убрать Собчака, а мы работали вместе с первым мэром Петербурга. И до выборов, и особенно после выборов мы почувствовали на себе вот эту лапу, я бы сказал, лапу власти, совершенно безобразную, потому что нас мучили всевозможные инстанции, начиная от налоговой инспекции, полиции, потом собственно Генпрокуратуры, ФСБ... К нам применялись различные методики финансового давления, и даже, я могу сказать об этом совершенно искренне и честно, и некоторые криминальные структуры, работающие в едином комплексе с властными структурами, тоже предъявляли нам свои претензии. То есть, нас изживали. И вот образовалось такая полигонная площадка. На нас отработали все те методы, как можно, не говоря о политическом характере процесса, на самом деле, чисто экономическими методами удавить хозяйствующий субъект. То есть, мы - полигон.

Виктор Резунков:

В дальнейшем эти сценарии были осуществлены уже практически на НТВ?..

Дмитрий Рождественский:

Я сейчас не хочу вдаваться в нравственный смысл конфликта НТВ и власти - это довольно сложная история. Но в структурном плане - да, конечно, если вам кто-то не нравится с идеологической точки зрения, удавить его надо через претензии к данному хозяйствующему субъекту, ибо любое СМИ - это хозяйствующий субъект - через хозяйственные претензии. А поскольку у нас очень сложная экономическая картина в жизни нашего общества, каждый живет по-своему, и всегда, возможно, в жизни каждого хозяйственного руководителя есть те или иные нарушения, и всегда предпринимательскую деятельность можно представить как преступную. Потому что, кстати, Уголовный кодекс у нас тоже давно не менялся. И у нас действуют нормативы еще советского времени. Кроме всего прочего, я особенно хочу подчеркнуть, что наша прокуратура в нынешнем ее состоянии - сейчас, конечно, проходит правовая реформа, но в нынешнем ее состоянии это вышинская прокуратура. Она, как гаишник, сама развешивает знаки, сидит в кустах, ждет проезжающее транспортное средство, сама развесив знаки в удобных ей местах, выскакивает на дорогу и взимает штраф, дай Бог, чтобы взятки не брала. Так что нельзя категорически оставлять в руках прокуратуры как следственные, так и надзорные функции - это необходимо разделить. Ну, это опять другая тема. Я могу быстро сказать, что необходимо создать единый следственный комитет Российской Федерации, а государево око пускай следит за действиями следствия.

Виктор Резунков:

Дмитрий Дмитриевич, вот мы слышали новость - теперь уже Волошин попал под этот пресс. В общем, схема одна и та же - вначале появляются публикации с компроматом, потом включается прокуратура, якобы, для проверки, потом человека увольняют - в лучшем случае, в худшем - сажают. Вот что можно сделать, чтобы она перестала так работать?

Дмитрий Рождественский:

Я думаю, для начала нужно понять, что, собственно, происходит в обществе. Наверное, я скажу сейчас некоторые нелицеприятные вещи, даже и для многих наших слушателей, но мне кажется, что все дело в том, что мы не избавились от традиций самодержавия. Потому что, по сути дела, и брежневский режим, и сталинский режим - самодержавные режимы для России, тогда для СССР. Борис Николаевич Ельцин продолжил традицию самодержавия в России, хотя он был гарантом демократических изменений. Вот такой парадокс. Но как истинный самодержец он расплодил вокруг себя различные типы опричнин. Коржаковскую опричнину, с которой сам потом расправился... Это тоже традиция, знаете, сталинские энкаведисты уничтожали себя поколение за поколением. Об этом замечательно пишет Софья Гинзбург. То есть, понятно, что вечная ротация внутри чекистского аппарата иногда переносится и на само общество. Это свойственно. Поэтому различные опричнины накидываются иногда, даже не понимая желания собственных хозяев. Первое, что я хочу, поскольку власть есть высшая политическая ценность общества - чтобы нынешний президент ни в коем случае не продолжил эту российскую традицию самодержавию, а чтобы ему, и я верю в это, были свойственны ценности свободного общества, открытого общества, как и ценности, которые позволят нам идти дальше вместе со всем христианским миром. Вот я думаю это главное. Тогда не будет опричников. Потому что, какие они - какие накидывались на меня, какие накидывались, как они использовали спецслужбы, как они использовали генеральную прокуратуру - это уже конкретное приложение сил к конкретной кампании. Вспомним известное замечание Ильфа: "До революции он был генеральской задницей, а революция раскрепостила его". У нас прошла демократическая революция, а многие задницы остались даже без контроля партбюро, а справочник вертушки практически пофамильно не изменился. Вы знаете, о чем я говорю - элитные телефоны для власти. Теперь там первые лица просто стали вторыми, то есть, задницы все те же, и желание лизать хозяину то же самое место, к сожалению, осталось, делают с прежним удовольствием. Вот это очень плохо. Нам нужно думать о политических ценностях, о российской духовности, о своем пути с тем, чтобы эта духовность ни в коем случае не приобрела какое-то неугодное движение, так сказать, к мусульманско-иранскому миру. Я ничего не имею против мусульман, но все-таки давайте останемся с цивилизованным человечеством, и это залог нашего успеха.

Виктор Резунков:

Дмитрий Дмитриевич, пока мы наблюдаем совершенно обратные процессы. Вот, смотрите, Аксененко, потом Волошин, в придачу ко всему огромное количество шпионских дел. Как бы основные свидетельства правления Владимира Путина... Вас не шокирует то, что происходит в последнее время?

Дмитрий Рождественский:

Ничего нового не происходит. Меня это шокирует точно так же, как действия прокуратуры при Вышинском, или ЧК при Ленине. На самом деле, как раз происходит это по инерции. Мы не предлагаем, к сожалению, мы должны думать о том - мы не предлагаем новых ценностей, мы недостаточно ясно показываем, к чему мы сами стремимся. И наш несчастный гарант, в которого я и правда верю, поскольку он, насколько я понимаю, человек либеральных взглядов, наш несчастный гарант иногда может не справиться со своими, простите, лакеями. Вот о чем надо думать. Поэтому нам нужно крепкое законодательство, иначе мы всегда будем впадать в... Сейчас проходит правовая реформа, и я вам честно могу сказать, я вот был в тюрьме, к несчастью своему - то, что ГУИН забрал к себе тюрьмы, ГУИН оказался в Министерстве юстиции - прекратило ментовский беспредел. Можно было долго говорить какие менты, милиционеры хорошие или плохие - пока тюрьмы были, там всех унижали. Сейчас меньше унижают. Давайте менять законы. Нужна правовая система в обществе, тогда президенту будет легче.

Виктор Резунков:

Дмитрий Дмитриевич, а как вы относитесь к идее переноса части столичных функций из Москвы в Петербург?

Дмитрий Рождественский:

Главное, я думаю, чтобы часть еще живых, истинных петербуржцев также не засохла и не была занесена впоследствии в Красную книгу. На самом деле, дело не в фуршетах и банкетах по поводу приезжающих в танцующую Мариинку или посещающих торгующего Елисеева, а дело, наверное, скорее в том, что разумность этого шага будет только тогда оправдана, когда мы поймем, что Ленинградский, Петербургский университет воспитывает кадры для всей страны, так же, как ЛИТИ и так далее. Мы делаем очень много для всей страны, но мы не получаем от страны компенсаций. Поэтому бедственное положение так называемых федеральных органов, как культуры, так и науки, и, в том числе, производства. Поэтому, я думаю, что в первую очередь, надо сосредоточиться на компенсации не за банкеты и фуршеты, и не строить здесь дворцы, хотя, конечно, хорошо, что их здесь реставрируют, но не это главное. Город должен получить компенсацию за свой вклад в экономику страны, в ее культуру, и вклад, я бы сказал, определяющий. Тогда мы сможем многие отсталые предприятия, ныне приходится говорить, даже оборонного комплекса, многие гиганты нашей индустрии вынести на окраину, создав достойные условия развития производства и сделать Петербург, на самом деле, в известной мере туристической столицей. Нам нужны средства для этого. Единственное, что у меня есть печальное ощущение, что с ними произойдет то же самое, что со средствами, отпускаемыми на дороги - главное, чтобы не украли, при нынешней администрации. А то вот сейчас там уголовные дела, а я так думаю, что это только начало. Печальное у меня такое предощущение, что то, как наш гениальный хозяйственник содержит город, скоро найдет достойную оценку правоохранительных органов, и сделано это будет не потому, что будут преследовать за убеждения, а и правда за то, что проехать нельзя.

Виктор Резунков:

Дмитрий Дмитриевич, скажите пожалуйста, а вот вы знали Владимира Путина, когда он был заместителем Анатолия Собчака?

Дмитрий Рождественский:

Естественно, особенно близко не знал, но я работал с командой Собчака и испытываю к этому человеку глубочайшее уважение за его ясность мышления, наверное, профессионализм, быстроту принятия решений и эффективность в управлении. Да, он мне очень симпатичен

Виктор Резунков:

Но как вы думаете, вообще он способен перенести какие-то министерства в Санкт-Петербург?

Дмитрий Рождественский:

Я думаю, что это не есть цель. Нам нужно действительно компенсировать городу его вклад в Россию, и нужно понять, что кроме всего прочего, этот же вклад осуществляют и Эрмитаж, и Русский музей, и та же самая Мариинка, и очень многие другие объекты культуры и науки - здесь поле, пространство для работы. А отнюдь не в переносе каких-то чиновных обиталищ, ульев и подобного, что только окончательно позволит не решить транспортную проблему. Нам городу нужны деньги за то, что мы реально делаем для страны.

Виктор Резунков:

Хорошо, вы сказали, что вполне возможно нынешний градоначальник попадет под этот пресс, так сказать. Два уголовных дела, которые сейчас широко обсуждаются в Петербурге - по поводу его вице-губернаторов двух - это как бы признак уже такого наступления, сейчас пойдут потоком такие дела, по вашему мнению?

Дмитрий Рождественский:

Я не знаю. Я знаю только одно: что городская прокуратура с администрацией, прошу прощения, широчка с маширочкой, потом в суде, конечно, придется отвечать, ну, как поставлен прокурор - известно, как к нему относится губернатор - известно, прокурор - гарант неприкосновенности губернатора, Бог с ним. Я думаю, что окружная прокуратура потому и возбудила дела, что городская бы никогда не возбудила. Но дело даже не в этих делах. Дело в том, что я как журналист еще по прежним временам первых месяцев правления Владимира Анатольевича прекрасно знаю, как расправлялись с неугодными, кому и как раздавались дорожные подряды, многие основы его экономической деятельности. Ну, наверное, это не тема сегодняшней беседы... Я думаю, что страна узнает своего героя в ближайшее время.

XS
SM
MD
LG