Ссылки для упрощенного доступа

logo-print

Литературная премия "Антибукер"2000-го года - подробности


Марина Тимашева, Москва: Литературная премия "Антибукер" огласила в понедельник имена лауреатов. Литературные премии (особенно в прозе и стало быть, ее критике) в современных российских условиях напоминают чемпионат Нигерии по лыжному спорту и рассказывать о них так, как о конкурсах балета, где из шести танцоров действительно выбирают лучшего, было бы нечестно. Однако, "Антибукер" 2000-го года отличился, кажется, оптимальностью решения. Премия существует с 1995-го года, вначале выдавалась только в номинации проза, затем расширялась и на сегодняшний день включает в себя пять номинаций. Соответственно в жюри - пять составов, в этом году в жюри работали Олег Табаков, Мария Розанова, Александр Гельман, Ирина Купченко, Евгений Рейн и даже министр культуры Михаил Швыдкой. Около 300 произведений было представлено на соискание премии в этом году. "Шорт-лист" был опубликован в "Независимой Газете". Премия "Луч света" за литературную критику будет вручена Евгению Ермолину из Ярославля за статьи в журналах "Дружба народов", "Новый мир" и "Континент". Премия в номинации "Четвертая проза" за эссеистику и мемуаристику достается Алексею Филиппову - "Дневник отчаяния и надежды. Дорога через войну" был написан им в 1945-46-м годах. Премия "Незнакомка" ( поэзия), естественно, досталась Бахыту Кенжееву за книгу стихов "Снящаяся под утро". Премия "Три сестры", увы, присуждена Василию Сигареву из Нижнего Тагила за пьесу "Пластилин". Говорит Олег Табаков:

Олег Табаков:

Проблема достаточно рутинная. Отца, матери, дети, стремление старших дисциплинировать жизнь младших, и трагический разрыв происходит в молодой душе в результате этого... Внешние какие-то признаки ненормативной лексики, которые в ограниченном количестве присутствуют в этом произведении, не являются определяющими... Прямо в самую боль палец сунул да еще повернул - отзываешься, наверное, если еще способен отзываться...

Марина Тимашева:

Отзываются не все. Ненормативной лексики в этом списке с и без того неинтересных английских и немецких оригиналов очень много. Дабы долго не комментировать, скажу, что в самой "Независимой газете" статья о подобного сорта драматургии называлась "Сраматургия". Большая литература уже прошла этот круг и, несолоно хлебавши, судя по самим решениям жюри Антибукера, вернулась восвояси, теперь вот драматургия взялась наверстывать упущенное. Кстати, в списке номинантов были имена Семена Злотникова и Леонида Зорина, так что выбирать было из кого.

В номинации "Братья Карамазовы" (проза) соперничали 9 произведений. Одно из них принадлежит перу Бориса Житкова - это роман "Виктор Вавич", впервые изданный на русском языке только в 2000-м году. Вопросы напрашивались сами собой: кто будет получать премию за давно покойного чудного писателя, известного аудитории разве что по произведению Самуила Маршака? Жюри поступило дельно. Говорит главный редактор журнала "Новый мир" Андрей Василевский:

Андрей Василевский:

Вы все знаете, что некоторое время назад в издательстве "Независимой Газеты" впервые вышел на русском языке роман Бориса Житкова "Виктор Вавич". К сожалению, эта книжка прошла, не сказать, чтобы совсем незамеченной, но недостаточно оцененной и недостаточно замеченной, потому что книга эта была во всех отношениях замечательная: и по своим литературным достоинствам, и по своей предыстории, и по своему, так сказать, полиграфическому исполнению. Это была блестящая культурная полиграфическая работа. Члены жюри, когда они составляли "Шорт-лист", обнаружили, что, в общем, условия времени, как они сформулированы на нынешний момент, позволяют включить Виктора Вавича в "Шорт-лист", поскольку нет запрета на включение туда произведений умерших авторов, а это действительно первая публикация на русском языке. Тем не менее, когда мы обсуждали окончательное решение, в общем, "Виктор Вавич" отпал по целому ряду причин. Я бы нашел такие аргументы: во-первых, очевидно слишком, потому что по своим литературным достоинствам эта книжка, в общем, превосходит другие произведения, которые обсуждались в этом году. Нет сюжетов премиальных... Во-вторых, присуждение премии "Виктору Вавичу" неизбежно интерпретировалось бы как выражение неприязни или презрения жюри к современной литературе, к современному литературному процессу. Это, безусловно, не входило в намерения жюри и противоречит самому духу "Антибукера", который призван поощрять современные явления в литературе и искусстве. Поэтому мы не дали роману Бориса Житкова "Виктор Вавич" премию "Братья Карамазовы". Но мы вспомнили вот о чем: в прошлом году жюри по номинации "Четвертая проза" долго мучилось, дать ли премию Иванченко или воспоминаниям Марины Тарковской - она приняла такое решение: дали премию Иванченко, но обратились в Виталию Третьяку с просьбой найти какой-то способ, чтобы отметить безусловно хорошую книгу Марины Тарковской. И он такой способ нашел, отметив книгу Тарковской своей специальной премией поверх всех номинаций. Мы приняли такую резолюцию: обратиться к Виталию Третьяку с просьбой найти какой-то способ отметить книгу Бориса Житкова "Виктор Вавич", имея в виду, чтобы материальное содержание этого поощрения было использовано для допечатки тиража романа в издательстве "Независимой Газеты" и бесплатной рассылки книги в библиотеки России.

Марина Тимашева:

Председатель жюри принял решение, о котором его просили. А премию в номинации "Братья Карамазовы" получил роман "Коронация" Бориса Акунина. Андрей Василевский:

Андрей Василевский:

Мы, я считаю, достаточно легко нашли книгу в "Шорт-листе", которая оказалась в той или иной степени приемлема для всех без исключения членов жюри, и мы единогласно решили, что лауреатом премии "Братья Карамазовы" будет роман Бориса Акунина "Коронация". Присуждение этому роману премии не является премией Борису Акунину как проекту - это премия конкретному тексту. Второй момент: не было ли это таким нашим "ответом Букеру" - что "вот, вместо вялотекущего Шишкина мы вам выставляем активно текущего Акунина", - не было ли здесь какой-то сверхзадачи? Нет, ее абсолютно не было. Во всех наших рассуждениях мы шли от конкретного произведения, конкретного текста.

Марина Тимашева:

Таким образом, едва ли не впервые в истории литературных премий России, жюри удалось примирить вкусы сотни литературных критиков со вкусами читателей. Если бы не это решение, впору было говорить о литературных премиях так, как говорил Михаил Жванецкий о министерстве мясомолочной промышленности: "Они там производят и сами же потребляют". Борис Акунин возвращает слову "литература" его естественный смысл - он пишет книги, которые читают люди, а не только получающие за чтение деньги специалисты, с другой стороны, его историко-приключенческие, детективные романы, в отличие от продукции Марининой, могут быть предметом серьезного разговора. К тому же, романы Акунина не конъюнктурны и утверждают определенные нравственные принципы. Стоит, правда, обратить внимание на то, что действие хороших романов Бориса Акунина и Бориса Житкова происходит в прошлом, в одной и той же эпохе, при одном и том же императоре Николае Втором, а главным действующим лицом обоих произведений является интеллигент, состоящий на службе или помогающий полиции.

XS
SM
MD
LG