Ссылки для упрощенного доступа

logo-print

Спектакль в Амстердаме, посвященный трагедии подводной лодки "Курск"


Марина Тимашева, Москва:

Спектакль идет вот уже две недели. Он разыгрывается в трюме корабля, пришвартованного почти в самом центре Амстердама. Там, внутри, холодно и очень неуютно. Сцена перекрыта блестящими металлическим конструкциями, в одном углу - оборудование, в другом - койки. Подготовили спектакль за два месяца. Сама идея пришла в голову продюсеру Челло Хукстру. Он заказал четырем драматургам написать монологи загнанных в ловушку подводников. Тексты трех драматургов - австрийского (Густава Эрнста) и голландских (Ханса Лебуила и Каролин Литхарт) - вошли в спектакль. Он так и называется "Монологи Курска". Монологов, а стало быть и героев, пятеро - от командира до матроса. К программке спектакля прилагается полный список имен людей, погибших на "Курске", в спектакль вмонтированы фонограммы последних переговоров между отсеками, авторы спектакля советовались с голландскими специалистами, дабы избежать технических неточностей, но говорить о спектакле, как о реалистическом, хотя он сыгран в традициях психологической школы, невозможно. Да и кто знает, что там было в реальности? По сути, речь идет об экзистенциальной драме. Ближайшая аналогия - пьесы Сартра, состояние между бытием и небытием, в котором пребывают его герои. Говорит Челло Хукстр:

Челло Хукстр:

Основной нашей задачей было рассказать людям историю, которую они в Голландии практически не знали. Потому что события, произошедшие 11 сентября в Америке, освещались всеми газетами и журналами, им были посвящены все новости, а про ту драму, которая произошла в России с подводной лодкой "Курск", было известно немногое. Для меня лично важным было осознание того факта, что "Курск" был 108 метров в длину и лежал на глубине в сто метров. Из этого следует, что можно было вскрыть лодку сверху и выпустить людей. То, что на этот риск пойдут, казалось очень вероятным. Но этого просто не произошло. И когда мы начали добывать информацию из газет, то получались одни только слухи. Все то, что говорилось, выглядело каким-то неточным. И тогда мы подумали: Да, мы могли бы сделать из спектакля политическое расследование, но это совсем не то, чего нам хотелось. Мы хотели рассказать историю о мужчинах, которые знают, что по всей вероятности, обречены. И как они проведут последние несколько часов, оставшихся им, в холоде, без еды и поддержки извне? Нам важно было понять, как сложившаяся ситуация может повлиять на человека. Как отразится она на нашем командире, который всегда был самым сильным человеком на корабле, сможет ли он держаться мужественно и тогда, когда его будущее окажется столь неопределенным. И, с другой стороны, самый молоденький матросик, у которого никогда не было никаких амбиций и который внезапно проявит себя, как очень сильная личность - может быть, просто потому, что жизнь никогда его не баловала. И вот эти перемены в людях, оказавшихся наедине со смертью, было самым главным в нашем театральном исследовании. Для нас эта проблема важнее всех политических проблем. Это ведь очень легко - занять ту или иную политическую позицию в этом вопросе, но нам это было не нужно. Для нас важно было показать подлинную драму, которая в наших газетах занимала только маленькие и узенькие колоночки новостей.

Марина Тимашева:

Челло Хукстр говорит, что уже готовит следующий спектакль. Он будет посвящен матерям, сестрам и вдовам погибших на "Курске" моряков.

XS
SM
MD
LG