Ссылки для упрощенного доступа

logo-print

26 апреля исполнилось 15 лет со дня аварии на Чернобыльской АЭС


С участником ликвидации последствий аварии на ЧАЭС генерал-майором Николаем Таракановым беседовала Марина Катыс. Участвует корреспондент Радио Свобода в Минске Виталий Цыганков.

Ведущий итогового информационного часа Андрей Шарый:

В четверг 26 апреля исполнилось 15 лет со дня аварии на Чернобыльской АЭС. В результате этой катастрофы пострадали миллионы людей, проживающих на территориях нынешних Украины, Белоруссии и России. Рассказывает Марина Катыс:

Марина Катыс:

Всего в ликвидации последствий Чернобыльской катастрофы приняли участие около 600 тысяч человек. Все они были призваны или командированы в Чернобыль из разных регионов Советского Союза. В тогдашней неразберихе только военные вели достаточно документированный учет своих "ликвидаторов". Большинство гражданских лиц впоследствии так и не смогли доказать своего участия в работе по ликвидации аварии на ЧАЭС. Генерал Тараканов был командирован в Чернобыль в июне 1986-го года - почти через два месяца после взрыва четвертого энергоблока. Но только в середине сентября был поднят вопрос о необходимости убрать ядерное топливо с крыш уцелевших энергоблоков. Рассказывает генерал-майор Николай Тараканов:

Николай Тараканов:

Вызывают меня на правительственную комиссию и говорят: "Генерал, мы ничего не можем сделать с ядерным горючим, которое лежит на крышах - первого блока, второго, третьего и на крыше машзала - его надо снимать". А саркофаг, который затеяли строить - он уже подходил к концу. А чего же вы раньше думали? - говорю... Ну как, раньше думали, заказали роботы очень дорогие, запустили на крыши, ни один робот ни одного килограмма ядерного топлива не собрал. Во время взрыва ядерное топливо - больше 50 процентов выбросило наружу на крышу. Такой силы взрыв был, что 20-ти тонная труба поднялась на 150 метров и упала на ребро. И основная масса тепловыделяющих сборок, начиненных ядерным горючим, и целыми, и кусками было разбросано - значительная часть только на крышах и чуть-чуть вокруг. Меня вызывают и говорят: "Надо снимать это ядерное топливо, иначе мы никогда не закончим с этой аварией". И мы побывали в этих зонах и определили, что самый минимальный уровень радиации на крыше - это безумие - 800 рентген, а самый максимальный - 7 тысяч рентген в час. Как же снимать это ядерное горючее и захоранивать?!

Марина Катыс:

Генерал Тараканов немножко ошибся в количестве топлива, выброшенного из реакторной зоны. Не 50 процентов, а практически 90 процентов ядерного топлива вылетело за пределы Четвертого энергоблока. Но дело даже не в этом - тогда, 15 сентября 1986-го года, генерал просил дать ему время подготовить оборудование и самих солдат к проведению столь опасных работ. Тогда на правительственной комиссии он сказал:

Николай Тараканов:

Дайте мне хотя бы 100 таких вот контейнеров, по кубу - я ставлю на крышу этот контейнер, солдат, которых мы отберем - добровольцев, они будут ядерное горючее собирать, и в эти контейнеры - в течение двух-трех минут наполнять, потом на подвеску "МИ-26" - вертолета-двадцатитонника - мы снимаем, а вы дальше решайте, куда - или на Новую Землю, или в наши могильники - это дело ваше. Но должен быть контейнер с коэффициентом отступления, по меньшей мере, в сотню раз... Мне председатель комиссии говорит: "Вы что, генерал, тут вздумали нас учить?! 2 октября тут Горбачев к нам прилетит, а вы за две недели должны снять ядерное горючее".

Марина Катыс:

В результате генералу на подготовку операции были даны только одни сутки:

Николай Тараканов:

Я только успел, единственное, снять у членов правительственной комиссии свинцовые листы во всех кабинетах - все содрали ночью, нарезали такие "латы" на критические органы первой группы, второй группы, плавки из свинца, каска из свинца, бахилы из свинца, прорезиненные рукавицы и так далее. Вес такой защиты - 26 килограммов. Это были солдаты, к вашему сведению, "партизане" в народе их звали, они были призваны на сборы на 6 месяцев. Я спрашивал: "Все ли вы добровольцы? Добровольцы - оставайтесь. Но я вам объявляю: сегодня мы работаем в зоне 2000, 3000... 7000 рентген в час. Больше 20 бэр облучения я гарантирую, но не исключено, что кто-то наступит на тепловыделяющую сборку такую, что может быть ожог рук или ног, хотя у вас есть защита... И ко всему, - говорю, -каждый из вас получит награды, - хотя сейчас говоря и не все получили эти награды, - будут денежные премии выданы за этот выход, но только один раз, на 2-3 минуты. После этого обследование и записываем вас на веки вечные в списки ликвидаторов на этой крыше"... Через две недели мы сняли 170 тонн ядерного горючего, графита и других продуктов взрыва. Мы помыли гидромониторами все крыши первого, второго, третьего блока. Курсанты пожарного училища, 32 человека, как самые молодые - единственно кого мы привлекли, с 6 трубных площадок 150 метровой трубы, куда залетело ядерное горючее, сбросили все то же самое в развал этого реактора. На этом была закончена операция.

Марина Катыс:

К сожалению, на этом закончилась и жизнь многих участников операции. Большинство из них получили дозы облучения, ставшие причиной тяжелых заболеваний. Не избежал этой участи и генерал Тараканов.

Николай Тараканов:

После этого я получил лучевую болезнь, два года неподвижности, лечился в наших госпиталях, потом дважды меня отправляли в США, и я вот с лучевой болезнью, но живой

Марина Катыс:

Как говорит генерал-майор Тараканов, сам ставший инвалидом второй группы, за прошедшие 15 лет в России умерло более 15 тысяч ликвидаторов аварии на ЧАЭС и еще 50 тысяч стали инвалидами.

Андрей Шарый:

В нескольких городах России, Украины и Белоруссии в четверг прошли митинги и пикеты, посвященные годовщине аварии на Чернобыльской АЭС. В Минске каждый год 26 апреля белорусская оппозиция проводит акцию "Чернобыльский шлях", которая имеет и политический характер. В четверг на этом митинге побывал и наш минский корреспондент Виталий Цыганков. Сейчас он у нас в прямом эфире:

Виталий Цыганков:

Действительно прошел традиционный "Чернобыльский шлях". В нем, по разным данным, приняли участие 5-7 тысяч человек. Колонна прошла по центральной улице Минска - проспекту Франциска Скорины. Демонстранты по ходу всего движения не встретили фактически ни одного милиционера, таким образом, власти решили не препятствовать на этот раз Чернобыльскому шляху, так что шествие прошло на этот раз довольно спокойно и завершилось небольшим митингом. Это, кстати, еще раз доказывает, что когда власти не желают идти на провокации, массовые акции оппозиции проходят спокойно и без эксцессов.

Андрей Шарый:

Виталий, о чем говорили участники митинга?

Виталий Цыганков:

Они, прежде всего, говорили о последствиях Чернобыльской катастрофы. Дело в том, что для Белоруссии, которая от нее особенно пострадала, годовщина аварии - особый день. В десятимиллионной стране от Чернобыля пострадал каждый пятый. Миллион восемьсот тысяч человек и сейчас проживают на загрязненных землях, которые занимают около четверти страны. Ужасают последствия катастрофы для здоровья белорусов. Можно привести только несколько фактов: например, показатель смертности среди новорожденных в чистой Гродненской области на западе Белоруссии составляет около 9 на тысячу родившихся детей, в то время, как в наиболее пострадавшей от Чернобыля Гомельской области этот показатель достигает 19. Количество родившихся в Гомельской области детей с врожденными пороками развития превысило дочернобыльский уровень в 6 раз. Специалисты утверждают, что теперь до 90 процентов общей дозы облечения составляет внутреннее облучение - за счет потребления местных продуктов питания. Наибольшие нагрузки получают беременные женщины и дети. Например, заболеваемость беременных женщин в пострадавших от радиации районах Гомельской области увеличилась в 5 раз.

XS
SM
MD
LG