Ссылки для упрощенного доступа

logo-print

Обвинения Бориса Березовского в адрес ФСБ и Генпрокуратуры России против Березовского


Программу ведет Андрей Шарый. Участвуют корреспонденты Радио Свобода: из Лондона - Андрей Бабицкий и Наталья Голицына, и из Москвы - Олег Кусов.

Андрей Шарый:

Опальный бизнесмен Борис Березовский, скрывающийся от преследования российских властей за границами страны, претворил в жизнь свою угрозу в адрес Кремля. Во вторник в Лондоне состоялась вызвавшая невероятный интерес публики и журналистов премьера документального фильма под названием покушение на Россию, в котором, как уверяет Березовский, содержатся доказательства причастности российских властей к взрывам жилых домов в Москве и Волгодонске в 1999-м году. На премьере фильма и встрече Березовского с журналистами побывали мои коллеги Наталья Голицына и Андрей Бабицкий:

Наталья Голицына:

Пресс-конференция в Лондоне была организована от имени всероссийского политического движения "Либеральная Россия". В ней участвовали сопредседатели движения Сергей Юшенков и Юлий Рыбаков. Борис Березовский был представлен как видный член этого движения. В своем кратком введении к фильму Борис Березовский заявил, что, по его мнению, взрывы жилых домов в Москве и Волгодонске были организованы ФСБ. 10-минутный документальный фильм, показанный на пресс-конференции, был снят французскими документалистами Шарлем Газелль и Жаном-Шарлем Денью. Отвечая на вопросы журналистов, Борис Березовский заявил, что он не утверждает, что Путин лично отдавал приказ о взрывах домов, но что президент России либо знал о подготовке этой операции, либо покрывает Патрушева. По мнению Березовского, взрывы были организованы ФСБ по единственной причине: спецслужбы не были уверены, что Путин способен прийти к власти демократическим путем.

В фильме отсняты выступления Владимира Путина, Хасбулатова, Патрушева, Евгения Савостьянова, Юрия Фельштинского, Олега Калугина, каждый из которых комментирует политическую ситуацию в России, войну в Чечне и взрывы жилых домов. Говорят эксперты по взрывам и рязанская телефонистка - она случайно подслушала разговор, касающийся запланированного взрыва. Авторы фильма подводят зрителей к мысли, что случившееся в Рязани было случайно раскрытой попыткой ФСБ организовать взрыв жилого дома. Бывший глава центра по исследованию взрывчатых веществ Никита Чечулин заявил на пресс-конференции, что у него есть документальные доказательства того, что взрывы были подготовлены ФСБ. Чечулин заявил, что был завербован ФСБ.

Относительно последнего заявления Генпрокуратуры о том, что Березовский был организатором конфликта в Дагестане, сам Борис Березовский заявил, что поддержал бы ФСБ, если бы она предприняла реальное расследование конфликта в Дагестане и готов ответить на все вопросы по этому поводу.

Андрей Шарый:

О причастности Бориса Березовского к подготовке войны в Дагестане мы поговорим чуть позже, а сейчас я обращаюсь с вопросом к моему коллеге Андрею Бабицкому - он в прямом эфире по телефону из Лондона. Андрей, вы смотрели фильм, вы слышали слова Березовского - они в чем-то убеждают вас и других журналистов, которые были там с вами?

Андрей Бабицкий:

Вы знаете, у меня двоякое отношение: и да, и нет. Очевидно, что, как и предполагали многие, Березовскому не удалось найти прямых доказательств причастности ФСБ к взрывам в Москве и Волгодонске в сентябре 1999-го года. Сегодня на пресс-конференции не прозвучало ни прямых свидетельств, ни документов, и, собственно, сам Борис Березовский и двое российских депутатов, представлявшие тему, не были убедительны. Десятиминутное извлечение из французского фильма о взрывах заставляет предположить, что само кино - это красивая, высокопрофессиональная версия книги Литвиненко и Фельштинского.

Фактически, как и раньше, главным и, по сути дела, единственным аргументом в пользу версии об участии спецслужб России в подрывах жилых домов остается крайне запутанная, темная и до сих пор не получившая внятных объяснений история так называемых учений в Рязани. В свое время, если вы помните, еще журналисты "Новой Газеты" предположили, что тогда речь могла идти о подготовке сотрудниками ФСБ реального взрыва, и только обнаруженная достаточно случайно самими жителями дома закладка в подвалы мешков со взрывчаткой предотвратила еще одну трагедию. Честно говоря, все, с кем я говорил, предсказывали, что Борис Березовский вынужден будет обратиться именно к рязанским событиям за неимением других доказательств, так, собственно, оно и произошло.

Впрочем, одно новое и довольно неожиданное свидетельство все же было приведено. Как сказала Наталья Голицына, на пресс-конференции прозвучало заявление бывшего исполняющего обязанности директора НИИ "Росконверсвзрывцентр" Никиты Чекулина о том, что в 1999-2000-м годах ФСБ закупало тонны гексогена и направляло этот опасный груз различным подставным ведомствам в российских регионах. Увы, этот факт также не является прямым доказательством, он лишь свидетельствует о том, что российские спецслужбы остаются неподконтрольной организацией, которая, в силу этой неподконтрольности, имела возможность взорвать все, что угодно. Но факты, свидетельствующие о том, что эта возможность была использована, отсутствуют.

Означает ли это, что Бориса Березовского постиг провал? И да, и нет. С одной стороны, кампания, развернутая в преддверии сегодняшней пресс-конференции, обещала прямые доказательства. Их, как я уже говорил, нет. И в этом смысле Березовский серьезно подорвал собственные позиции. Он блефовал, а это в таких серьезных, трагических вопросах дискредитирует не только блефующего, но и доказываемую версию. С другой стороны, мне кажется, что рязанская история сама по себе рождает столько вопросов, что версия о причастности ФСБ вполне может быть поддержана одной этой историей. И в этом смысле внимание Бориса Березовского к рязанским событиям мне не кажется напрасным и случайным, поскольку в России, как мы понимаем, сегодня эта история уже погасла и не стала предметом какого-то серьезного расследования и общественного контроля.

Андрей Шарый:

Андрей, скажите, пожалуйста, в этой связи, в связи с тем, что вы говорите, насколько серьезной представляется фигура нового "свидетеля", "тайного свидетеля", как называли его до начала пресс-конференции, Никиты Чекулина? Насколько он выглядит серьезным свидетелем, и есть ли какие-то основания верить его словам?

Андрей Бабицкий:

Вы знаете, я так понимаю, что человек занимал достаточно серьезную должность, он был фактически директором НИИ "Росконверсвзрывцентр", и он заявляет о том, что его завербовал ФСБ, что по заданию ФСБ он закупал тонны гексогена, они под фальшивой маркировкой распространялись по разным регионам России. Мне кажется, что это достаточно серьезное свидетельство, но, как я уже говорил, увы, оно не говорит о том, что этим гексогеном были взорваны дома в Волгодонске и в Москве.

Андрей Шарый:

Андрей, и последний вопрос. А чем мотивировал это человек желание выступить с этими доказательствами - как-то он объяснял мотив своего поступка?

Андрей Бабицкий:

Вы знаете, все, кто выступал на пресс-конференции, мотивировали свои действия, свои высказывания одним: желанием пролить свет на эту темную историю и как-то доказать, что ФСБ, несомненно, участвовала в этих взрывах. Я просто думаю, что, в принципе, именно этот человек и именно его заявление - не являются тем доказательством, на котором можно строить заново всю версию причастности. Мне кажется, что рязанская история сама по себе дает очень много пищи для размышлений.

Андрей Шарый:

Теперь о другой половине, если можно так сказать, этой истории. Генеральная прокуратура России сообщила во вторник, 5 марта, о наличии свидетельских показаний о причастности Бориса Березовского к подготовке похода чеченских вооруженных формирований на Дагестан летом 1999-го года. Согласно свидетельским показаниям, Борис Березовский финансировал закупку оружия для отрядов Шамиля Басаева и Хаттаба. Рассказывает Олег Кусов:

Олег Кусов:

Генеральная прокуратура обнародовала показания свидетелей о связях Бориса Березовского и лидеров Ичкерии. В данном случае речь идет о тесном сотрудничестве, результатом которого, якобы, стали похищения людей, закупка оружия и подготовка дагестанского военного похода. Генпрокуратура дала понять, что располагает видеозаписями хорошо осведомленных в делах Березовского людей. Но особняком в этом ряду стоит обвинение Березовского в похищении в конце 1998-го года в грозненском аэропорту генерала МВД России Геннадия Шпигуна. По показаниям свидетелей, генералу Шпигуну были известны взаимодействия вице-президента Ичкерии Вахи Арсанова, премьер-министра Ичкерии Басаева и вице-премьера Удугова в бизнесе по похищению людей. Свидетели, имена которых не разглашаются, утверждают, что Геннадий Шпигун был нейтрализован по просьбе Бориса Березовского. Вся эта информация была выплеснута Генпрокуратурой в день попытки Березовского разоблачить ФСБ в деле о взрыве жилых домов в Москве и Волгодонске.

Генеральная прокуратура сделала вид, что получила данные сведения не так давно. Между тем, Борис Березовский не скрывал своих связей с лидерами Ичкерии. В апреле 2000-го года Березовский заявил в интервью журналу "Штерн", что власти республики советуются с ним по главным стратегическим вопросам. Весной 1999-го года, если верить Борису Березовскому, руководители чеченских формирований делились с ним планами вторжения в Дагестан, но Борис Абрамович, якобы, указал им на ошибочность этих намерений. Тем не менее, война в Дагестане началась в августе 1999-го года и стала прологом второй чеченской кампании.

Президент Ичкерии Аслан Масхадов три года назад в интервью газете "Монд" заявил, что Березовский оказывает финансовую помощь Шамилю Басаеву и Мовлади Удугову. Финансировал Березовский, якобы, и независимый чеченский телеканал "Кавказ", который находился в оппозиции президенту Масхадову.

Руководство МВД России в апреле 1999-го года отмахнулось от сообщения главы следственного управления Службы национальной безопасности Ичкерии Ахматханова о том, что его служба располагает данными о причастности Березовского к похищению Шпигуна.

Все эти заявления, безусловно, требуют доказательств. Но создается впечатление, что эти показания Генеральная прокуратура и ФСБ не намерены использовать в суде. Скорее всего, о них бы и не вспомнили в Москве, не надумай Березовский демонстрировать в Лондоне свой фильм. На практике следственная информация опять служит инструментом давления в политической игре. Безусловно, важен вопрос, на самом ли деле Березовский, находясь в ближайшем окружении президента России, финансировал чеченские формирования и организовывал похищения людей. Теперь эти обвинения потребуют, как минимум, опровержения со стороны Березовского. Но не менее страшно, что правоохранительные органы России игнорировали показания в свое время, фактически скрывали, оставляли их не доказанными и не опровергнутыми. Эти действия тоже можно назвать государственным преступлением.

XS
SM
MD
LG