Ссылки для упрощенного доступа

logo-print

Генпрокуратура становится не более чем органом или подразделением президентской администрации

  • Савик Шустер

Ведущий итогового информационного часа Савик Шустер:

В конце января президент Путин отозвал поправки к УПК, которые ранее сам же внес в Государственную Думу. В случае их принятия были бы существенно урезаны полномочия силовых министерств, прокуратуры, Федеральной службы налоговой полиции. А на прошлой неделе процесс либерализации уголовно-процессуального законодательства окончательно зашел в тупик. Назначение Назира Хапсирокова на пост в администрации президента делает прокуратуру еще более опасным орудием в руках исполнительной власти. Комментарий Леонида Никитинского:

Леонид Никитинский:

В среду в Совете Федерации была поставлена жирная точка в вопросе о либерализации уголовно-процессуального законодательства. Получив накануне письмо, направленное им Генеральным прокурором Владимиром Устиновым, сенаторы отклонили поправки к УПК. Загадка состоит в том, что пока эти поправки, которые связаны с некоторыми ограничениями оснований для арестов и сроков содержания под стражей, проходили три чтения в Государственной Думе, Генеральная прокуратура и другие так называемые правоохранительные ведомства против них не возражали. Лишь на прошедшей неделе Генеральный прокурор очнулся и указал в своем письме, что принятие поправок приведет к немедленному освобождению из-под стражи аж 350 человек, обвиняющихся в тяжких преступлениях. А до тех пор все, включая прокуратуру, считали, что поправки позволят разгрузить забитые под завязку СИЗО, облегчат участь и тех, кто сидит там, в основном, по обвинению в менее тяжких преступлениях и приблизят Россию к стандартам европейского уголовного правосудия.

Что же произошло? Надо сказать, что поправки, отклоненные Советом Федерации, задевают интересы прокуратуры и ограничивают ее полномочия в гораздо меньшей степени, нежели другие поправки к тому же УПК, то есть Уголовно-процессуальному кодексу, которые в начале января внес в Государственную Думу, а потом неожиданно отозвал президент Владимир Путин. Напомню: путинские поправки были связаны с передачей независимым судам прерогативы подачи санкций на аресты и обыски. Сегодня это делают прокуроры, которые контролируют работу следователя из более начальственного, но все же соседнего с ним кабинета. Это реально могло бы означать для прокуроров и следователей утрату той лихой бесконтрольности, которой они сегодня обладают и реально пользуются.

Что двигало Владимиром Путиным, на минуточку выпускником юрфака Питерского университета и учеником профессора Собчака, в этой истории с поправками так и осталось еще одной загадкой. Поскольку как юрист он не мог не понимать значения своих действий, то наиболее изощренная из версий, выдвинутых журналистами, гласила, что внесение тех поправок имело единственной целью их последующий отзыв, с тем, чтобы таким образом наглядно продемонстрировать законодателям отношение президента к самому вопросу о либерализации уголовно-процессуального законодательства. И хотя в такое коварство со стороны президента поверить было трудно, однако, история с поправками, отклоненными на прошлой неделе в Совете Федерации, совершенно укладывается в эту логику. В частности, Генпрокурор Владимир Устинов до подобного демарша со стороны Владимира Путина, видимо, просто не решался на стадии их прохождения в Государственной Думе возражать против куда более мягких поправок к УПК.

После того, как все поправки, ограничивающие произвол прокуратуры, провалены, этот орган опять предстает в полный рост именно как орган, которым на самом деле орудует, как своей собственной рукой, исполнительная власть в центре и на местах. В четверг эту картину дополнило сообщение о назначении Назира Хапсирокова - бывшего управделами Генпрокуратуры - помощником главы президентской администрации Александра Волошина по работе с правоохранительными органами. Как никто зная механизмы поощрения квартирами и льготами лояльных сотрудников Генпрокуратуры, обладая, по-видимому, наиболее полным собранием компрометирующих материалов против них, Назир Хапсироков, обосновавшись на Старой площади, получил в свои руки еще и административный рычаг. С этого момента Генпрокуратура во всей полноте своего произвола становится вместе с тем не более чем органом или подразделением президентской администрации.

XS
SM
MD
LG