Ссылки для упрощенного доступа

logo-print

Владимир Кара-Мурза - о закупке Россией "Мистралей"


"Мистраль" на Неве

"Мистраль" на Неве

В "Гранях времени": военные эксперты Виктор Алкснис, Виктор Литовкин и Павел Фельгенгауэр.

Россия и Франция в пятницу, 17 июня, подписали соглашение о поставке российскому флоту двух вертолетоносцев класса "Мистраль". Сообщается, что документ подписан в рамках Петербургского экономического форума в присутствии президента России Дмитрия Медведева. Стоимость сделки оценивается в размере более миллиарда евро.

Владимир Кара-Мурза: Представители России и Франции подписали в Петербурге контракт на покупку двух десантных вертолетоносцев для нужд российского военно-морского флота. Контракт предусматривает передачу России технологий по боевым информационно-управляющим системам. Стоимость сделки оценивается в 1,2 миллиарда евро. Контракт подписан в рамках Петербургского экономического форума. Французская сторона пошла на беспрецедентный уровень сотрудничества и по технологиям, и по авиаобеспечению, и по боевым информационно-управляющим системам и системам связи. В контракт входит стоимость обучения экипажей и адаптацич документации. Лицензии на технологии, включая систему "Зенит-9". Если до конца года Министерство обороны России примет решение и согласует покупку еще двух вертолетоносцев, то цена останется той же, но эти вертолетоносцы будут строиться уже в России. Оба вертолетоносца "Мистраль", контракт на закупку которых подписали сегодня, поступят на вооружение Тихоокеанского флота и будут обеспечивать безопасность Курил. Так сообщил высокопоставленный источник в Минобороны России. Эти корабли в том числе будут использоваться для поддержки группировки войск на Курильских островах. Первый "Мистраль" будет поставлен в 2014 году, второй в 2015 говорится, в коммюнике французской госкомпании кораблестроения. Эти вертолетоносцы будут базироваться во Владивостоке, главной базе Тихоокеанского флота. О том, решит ли закупка французских "Мистралей" проблему переоснащения российских вооруженных сил, мы сегодня беседуем с Виктором Литовкиным, военным аналитиком, ответственным редактором Независимого военного обозрения, Виктором Алкснисом, бывшим депутатом государственной думы, членом группы "Союз" Съезда народных депутатов СССР, полковником запаса и Павлом Фельгенгауэром, независимым военным обозревателем. Насколько велика была необходимость для России закупки вертолетоносцев мистраль?

Виктор Литовкин: По моему мнению, такой необходимости не было. Просто это широкий жест нашего президента президенту Франции Саркози, как я считаю, в знак благодарности за ту роль, которую сыграл Саркози в августовские дни 2008 года. Это возможность для Франции заработать те деньги, о которых вы говорили, это возможность обеспечить работой французских кораблестроителей и это возможность развиваться верфи, на которой будут строить эти корабли. Для нас эти корабли не представляют, на мой взгляд, мое мнение опирается на то, что ни один из руководителей военно-морского флота внятно так и не объяснил, зачем нам нужно, несмотря на то, что два года идет разговор о покупке "Мистралей". Я считаю, что эти корабли не вписываются в структуру нашего военно-морского флота, в те задачи, которые он должен выполнять, согласно доктрине военной. "Мистраль" предназначен в первую очередь для проведения экспедиционных операций, то есть для высадки десанта на чужой берег, не всегда оборудованный, при помощи вертолетов, при помощи бронетехники и так далее. У нас в военной доктрине не стоят задачи проведения экспедиционных операций. У нас стоит задача для военно-морского флота - охрана своего побережья, экономических зон прибрежных и транспортных путей в морях и океанах. "Мистраль" для таких задач не очень эффективное средство, разве что бороться с пиратами. Но как мы слышали официальное мнение, что он должен находиться на Тихом океане, защищать Курильские острова. Спрашивается: на Курильские острова кто-нибудь собирается нападать? И как защищать Курильские острова с помощью "Мистралей"? Это смешно и неловко слушать такие объяснения.

Владимир Кара-Мурза: Как вы считаете, была ли покупка двух вертолетоносцев символическим жестом?

Павел Фельгенгауэр: Не думаю, что это был просто символический жест. Тем более, что в последнее время очевидно, что Франция особую благодарность не испытывает и никак не корректирует свою политику
Сейчас похожие корабли используют Франция и Англия для нанесения ударов ударными вертолетами по войскам Каддафи. Возможно, как раз такие операции где-то в мире предполагает нынешнее руководство страны. Нам об этом пока толком не разъяснили, где собираются воевать

внешнюю, например, в пользу России особенно. Так что, наверное, там какие-то цели есть, может быть просто о них нам не говорят. Действительно, это в старую доктрину не вписывается. Старая доктрина была рассчитана прежде всего на конфликт с Западом, США и их союзниками. Такие корабли в таком конфликте совершенно бесполезны, они будут потоплены в какие-то считанные минуты. Такие корабли нужны и могут очень пригодиться в случае столкновения с достаточно слабым в воздухе и на море противником. Но об этом сейчас говорит адмирал Высоцкий, что это гуманитарная операция, миротворческие операции. То есть с теми, кто не сможет их потопить. Например, сейчас похожие корабли используют Франция и Англия для нанесения ударов ударными вертолетами по войскам Каддафи. Возможно, как раз такие операции где-то в мире предполагает нынешнее руководство страны. Нам об этом пока толком не разъяснили, где собираются воевать.

Владимир Кара-Мурза: Как вы считаете, станут ли покупки "Мистралей" шагом по пути модернизации российских вооруженных сил?

Виктор Алкснис: К сожалению, нет. На мой взгляд, это будет еще один дополнительный кол в умирающий оборонно-промышленный комплекс. Дело все в том, что покупка "Мистраля" ничего нам не дает. Мы до войны осуществляли довольно массовые закупки военной техники и в первые послевоенные годы закупали. Но техника закупалась именно для того, чтобы преодолеть то отставание в технологиях, которое имелось в нашей стране, в нашей оборонной промышленности. Покупка "Мистралей" нам ничего не даст, поскольку технологии по сути дела не передаются. Хорошо, мы получим эту боевую информационно-управляющую систему или командую систему управления флотом, но ведь это же черные ящики. Что в этих черных ящиках – одному богу известно. А я, например, неоднократно был в Ираке при Саддаме Хусейне, и иракские генералы на встречах рассказывали, что "Буря в пустыне", все французское оборудование, которое они закупали на миллиарды долларов, перед началом операции "Буря в пустыне" было отключено каким-то неизвестным образом. Кто сегодня даст гарантию, что на той боевой информационно-управляющей системе, которую нам поставляют, командная система управления соединением не будут какие-то стоять электронные жучки, которые в определенной ситуации просто выведут из строя всю эту систему огромную, и это будет просто баржа стоять и изображать, будет мишень для поражения.
Я убежден, что если нам нужно закупать что-то, то надо закупать действительно технологии. Ну а технологии нам никто не продаст, потому что есть ограничения, Запад нам не продает ничего современного. И мы не в состоянии закупить это. Без этого надо развивать свои технологии, свои заводы. Представим, хорошо, нам обещают, что что-то нам будет передаваться, но чтобы нам построить такой корабль как "Мистраль" с использованием современного оборудования нужна современная база инструментальная, нужны станки, нужно оборудование станочное. Так что, нам французы оборудование продадут? Я очень сомневаюсь. Потому что станки все попадают в список, который запрещает импортировать такое оборудование в Россию. Это принято с советских времен. Эта покупка ничего нам не даст, она только угробит и так лежащую на боку оборонную промышленность, в том числе машиностроительную промышленность. Не знаю, какие там личные контакты между президентами, собрались два президента, между собой перекинулись парой фраз: ты мне помог то-то, условно, а в августе 2008 года. А у тебя какие проблемы? А, у тебя проблемы с судостроительной промышленностью французской, нет заказов? Ладно, давайте я тебе закажу, помогу тебе. Такие вещи нельзя решать таким образом, как делает сегодня наше руководство.

Владимир Кара-Мурза: Юрий Рыжов, бывший посол России во Франции, академик Российской Академии наук, уверен, что Россия должна иметь внятную военную доктрину.

Юрий Рыжов: Мы не самоопределились в течение последних 20 лет, кто мы есть в этом мире, отсюда мы не определились, какие угрозы имеется нашей безопасности, не только военно-политические, экономические, экологические, какие угодно угрозы. Из них определить спектр, выстроить в какие-то ряды и постоянно анализировать, и искать средства парирования этих угроз как в военной сфере, так и в экономической и так далее, сообразно с возможностями страны. Поскольку ничего не сделано, мы не определились, какая армия нужна. Если мы не определили угрозу, мы не определили ни армию, ни виды вооружения, которые нам нужны.



Полный текст программы "Грани времени" появится на сайте в ближайшее время.

Материалы по теме

Показать комментарии

XS
SM
MD
LG