Ссылки для упрощенного доступа

logo-print
На конференции в Барнауле "Выбор России в новом десятилетии: застой или перемены?" ученые размышляли он о том, грозит ли современной России "арабский сценарий".

В российском обществе имеется потенциал к переменам, высока вероятность сдвига от так называемой стабильности к серьезным изменениям, к движению в сторону демократизации, – отметил профессор Эмиль Паин.

Авторитарные режимы продуцируют коррупцию, которая вызывает массовое раздражение, ощущение, что сложившийся порядок несправедлив. Это типично для России, как и для других стран догоняющей модернизации.

Эмиль Паин считает, что неудовлетворенность в "вертикальной" стране неизбежно переносится на власть. К тому же, государство, в эпоху интернета, утратило монополию на пропаганду.

В этой ситуации народ способен потребовать узурпированные режимом права, – подчеркнул культуролог Эмиль Паин. Другое дело, что на основе социального протеста могут возникать не только демократические, но и фундаменталистские движения. Есть и другая опасность: силы консервативного антидемократического альянса превосходят по численности и влиянию сторонников демократизации и модернизации. Однако время работает на противоположные тенденции. Имитационная демократия – не вечный двигатель, ее ресурсы ограничены, – уверен Эмиль Паин.

– Перемены будут, таков общий вывод. Во всем мире мы видим сегодня глобальный кризис имитационных демократий. Собственно о российском отражении этого кризисе и была вся конференция, – заметил инициатор барнаульского форума Владимир Рыжков.

Перемены будут, таков общий вывод. Во всем мире мы видим сегодня глобальный кризис имитационных демократий
Но в России, по мнению социолога "Левада-центра" Алексея Левинсона, пока не видно перспектив тунисско-египетского сценария, когда народ выходит на улицу, и под его давлением несменяемая власть уходит. Последние исследования в фокус-группах показали, что, например, в небольшом алтайском городе реально могут выйти на улицу 50-100 человек. Это максимальный мобилизационный резерв любой силы.

К тому же отличие вот в чем: в Египте часть власти – армия, была способна выступить в качестве новой правящей корпорации. В России альтернативной элиты, которая была бы способна управлять страной, нет. В конце 90-х годов таким резервом была госбезопасность, и при Путине эта группа и встала у руля.

Новой альтернативной элиты нет пока даже в том объеме начала 90-х, когда была прослойка людей, которые прошли через механизм выборов и пришли во власть.

Но на сегодняшний день, считает Алексей Левинсон, Россия переживает интересный момент в развития общества, хотя формально политические предпочтения не изменились. Например, в мае 39 процентов проголосовали бы за ЕР. За КПРФ - 12, ЛДПР – 9, "Справедливую Россию" – 3, Партию народной свободы – 1. "Яблоко" – 1.

Но вот новость: рейтинги Путина и Медведева в мае сравнялись: по 69 процентов поддержки.

Общество вполне согласно с тем, что в стране имеются 2 лидера. На вопрос, в чьих руках находится власть, люди отвечают: "Медведева" – 18 процентов, "Путина" – 24 процента, и 48 процентов уверены: в руках обоих.

Но когда спрашивали, в чьих руках должна быть власть, в мае впервые получили новый результат: 42 процента считает, что власть должна быть в руках Медведева, а 31 процент – в руках обоих членов тандема.

На опросах на вопрос где больше воровства, в окружении Путина или Медведева, три четверти отвечают – воруют одинаково. Более того более половины в самых разных возрастных группах считает, что за 10 лет в руководстве страны воровства стало больше. Особенно в этом уверены люди в возрасте от 40 лет и выше.

Согласны с тезисом о том, что население РФ устало ждать от Путина положительных сдвигов, не только 71 процент сторонников КПРФ, но и 45 процентов голосующих за "Единую Россию", – сообщил Алексей Левинсон.

Создание Народного фронта встречено сдержанным одобрением. Он принимается теми, для кого он создан. Остальные этим ходом не убеждены. В том, что это мертворожденное бюрократическое образование, уверено 44 процента неголосующих, 43 процента – сторонников КПРФ, 39 процентов голосующих за ЛДПР.

– Мы приближаемся к очень сложной ситуации, – говорит Алексей Левинсон. – Российский избиратель уверен в том, что выборы будут нечестными, что опять выберут не тех. Но люди перестали думать, что у них нет выбора

Чего можно ждать к президентским выборам?

Есть равные по силе тренды: голосовать за Путина, за Медведева и за кого-то третьего.

Проблема в том, что выборы перестали быть механизмом выбора, они стали голосованием. И как вернуть им функцию демократического инструмента, непонятно, – подчеркивает социолог Алексей Левинсон.

К тому же у значительной части населения России есть установка не менять жизнь, а уехать из страны. Так думает почти половина молодых в возрасте от 18-24 лет, и треть тех, кому до 40 .

Выборы будут фальсифицированы – уверена большая часть опрошенных. Их результаты, скорее всего, признают.

Но у заведующего отделом "Левада-центра" Алексея Левинсона есть данные, показывающие, что если на выборах в декабре фальсификации пересекут приемлемый рубеж, то общественное терпение может закончиться, и возникнут открытые выплески общественного недовольства.

Показать комментарии

XS
SM
MD
LG