Ссылки для упрощенного доступа

logo-print

Владимир Кара-Мурза: VI пленум правления Союза архитекторов России решил "воздержаться от присоединения к Общероссийскому народному фронту , в связи с тем, что согласно уставу, эта организация является общероссийской общественной организаций профессионалов и объединяет архитекторов и градостроителей с разными политическими взглядами, профессиональная деятельность которых должна быть свободна от политической составляющей". На прошлой неделе разгорелся скандал вокруг присоединения к Общероссийскому народному фронту Союза архитекторов. Известный архитектор, профессор Московского Архитектурного института Евгений Асс опубликовал открытое письмо, в котором сообщил, что случайно узнал — Союз архитекторов, давним членом которого он является, оказывается, вступил в Общероссийский народный фронт. Народный фронт разрастается рекордными темпами: сегодня он объединяет уже 151 общероссийскую и огромное количество региональных организаций. Единственной организацией, которая отказалась пополнить ряды "фронтовиков" на сегодня оказался Союз архитекторов. Протест Союза архитекторов против принудительного зачисления в Общероссийский народный фронт мы сегодня обсуждаем с профессором МАРХИ Евгением Ассом, политологом Станиславом Белковским и Алексеем Клименко, вице-президентом Академии художественной критики. Что возмутило вас в информации о том, что ваша творческая организация вступила коллективно в Общероссийский народный фронт?

Евгений Асс: Возмутил сам факт обнаружения этого совершенно случайно. То есть если бы я не зашел вдруг почему-то на сайт Народного фронта из чистого любопытства, я бы так может быть не узнал никогда, что Союз архитекторов оказался в списке одним из первых. 35 номер – это довольно быстро поторопились записаться. И возмутил меня тот факт, что Союз не уведомил меня о том, что он вступил. Возмутило меня то, что я как член союза оказался втянут в какую-то политическую игру, в которую я совершенно не собирался втягиваться. Возмутило меня то, что Союз архитекторов, даже если имел какие-то благие намерения как-то улучшить положение архитекторов в стране, воспользовался такой политической конъюнктурой для того, чтобы улучшить свои, получить дополнительные дивиденды. Вот этого было достаточно. Плюс к этому меня возмутило то, что я ни в коей мере не собирался становиться членом, чтобы не ошибиться в терминах, присоединяться к Народному фронту, поскольку не разделяю ни одно из положений Народного фронта. Вот, собственно, причина моего возмущения.

Владимир Кара-Мурза: Вы так же член нескольких общественных организаций, как ваши коллеги солидарны с поступком архитекторов и что вы будете предпринимать, узнав о чем-либо подобном?

Алексей Клименко: Я просто счастлив, что благодаря позиции Евгения Викторовича Союз архитекторов нашел в себе мужество отказаться от участия в этом абсолютно непристойном деянии. Спасена честь цеховая, честь профессионалов. И я просто знаю целый ряд замечательных людей из сообщества архитектурного, которые разделяют мои эмоции, мою радость относительно такого решения. Действительно абсолютное безобразие, что без всякого обсуждения так чохом творческий союз объявляют вступившим в это странное заведение, в это какое-то образование. Одним словом, это решение о том, что мы, люди архитектурного мира, не участвуем в этом образовании, я переживаю как огромную радость.

Владимир Кара-Мурза: Может ли пример этого творческого союза оказаться заразительным для других общественных организаций?

Станислав Белковский: Более чем. Потому что создан важный прецедент, что можно не вступать в Общероссийский народный фронт, нет страха. Это типичная перестроечная ситуация, которая очень важна с точки зрения психологического климата не только вокруг этого фиктивного фронта, но и в стране вообще. Хотел бы заметить, что Общероссийский народный фронт так называемый, он не имеет никакого юридического статуса. По закону вступить в него нельзя. Поэтому даже, я думаю, если бы какая-то часть членов союза подала в суд, то удалось бы выяснить, что это вступление не имеет юридической силы и не влечет за собой никаких юридических последствий.

Владимир Кара-Мурза: Андрей Пионтковский, ведущий научный сотрудник Института системного анализа Российской Академии наук, высоко ценит мужество членов Союза архитекторов.

Андрей Пионтковский: Достойный хороший поступок прежде всего того архитектора, который первый поднял этот вопрос перед своими товарищами. Но с другой стороны ведь этот шаг ничем не грозит Союзу архитекторов и ни одному из его членов. Это парадокс нашей ситуации. Такое гражданское мужество может проявлять любой человек, ничем собственно не рискуя. Тем не менее, из-за какого-то генетического страха, видимо, выработанного 70-летием тоталитарного режима, люди на это не идут. Просто элементарное чувство достоинства и соблюдение гигиены какое-то у нас уже начинает восприниматься как подвиг.

Владимир Кара-Мурза: Весной некоторые из тех, кто подписали в свое время письмо против Михаила Ходорковского, отозвали свои подписи, и их коснулись отчасти такие, правда, карикатурные репрессии, в частности, Анастасия Волочкова была отлучена от телевизионного эфира, запретили ей концерты. Как-то предостерегли творческих работников от фронды. Как вы считаете, это не удалось у Кремля и теперь это не повторится?

Евгений Асс: Вы знаете, никто не застрахован. Я совершенно не понимаю логики сегодняшней жизни, она меня пугает. Мне вчера несколько корреспондентов задавали вопрос касательно того, каких репрессий вы ожидаете, имея в виду Союз архитекторов. Для меня сам по себе факт такой постановки вопроса свидетельствует о глубокой болезни, в которой мы пребываем. Ожидается, что ни одно выступление, хотя бы косвенно касающееся правящей сегодняшней власти, хотя Народный фронт не является властной структурой, он непонятно даже, что это такое. Это такое мифологическое облако. И тем не менее, сегодня я прочитал интервью, по-моему, с госпожой Драпеко, которая сказала: худшее, что могут сделать отнять недвижимость, хотя это могли сделать и без ОНФ. Само по себе предположение, что отказ от участия в некоей политической деятельности может быть предметом репрессий, возвращает меня в мыслях к худшим временам нашей истории. Я бы не хотел даже думать об этом. Вот, собственно, как я могу прокомментировать это. Надеюсь, что нас не постигнут никакие санкции со стороны властных структур.

Владимир Кара-Мурза: Как вы думаете, будет ли власть отныне осмотрительнее, записывая огульно целые творческие коллективы театров, например, или каких-то киностудий в свои ряды?

Алексей Клименко: Да нет, конечно. Власти абсолютно не зависят от общества. Эти власти воспринимают нас как неких бактерий, как пыль, как независимые от всех регалии, достижений и так далее, как нечто, что-то абсолютно копошащееся внизу. Они себе вполне хорошо устроены и им наплевать. Но такого рода жест, нежелание участвовать, вот такой протест, возмущение, конечно, может вызвать репрессии. И это очень опасный сигнал для общества. Потому что если будет такая реакция, то тогда естественно говорить о возвращении 30 годов в Германии и в разных других странах, поскольку к этому все идет, к сожалению. Абсолютно нормальная здоровая реакция, этически грамотная, этически здоровая может вызвать остервенелую реакцию. И это свидетельство болезни общества. Я совершенно согласен с Евгением Викторовичем, поскольку это все может обернуться бедой.

Владимир Кара-Мурза: Почему Союз архитекторов, именно этот слой интеллигенции оказался генетически наименее пуганым? Все мы помним, что репрессиям подвергались при Сталине союз писателей наиболее тяжелом, Союз композиторов, Тихон Хренников кого-то отстаивал, а в наше время первым оказался самым отважным Союз архитекторов. В чем вы видите феномен этого?

Станислав Белковский: При Сталине все подвергались, включая крестьянство, другие слои общества. Пастернак хорошо жил на прекрасной даче вплоть до хрущевских времен. Я рискую может быть обидеть Союз архитекторов, но я здесь не вижу какой-то исключительности архитектурного сообщества. Мне кажется, что хорошо, что нашелся человек, который обратил внимание, что происходит что-то не то - этот человек Евгений Асс. Я думаю, что если бы в каждом творческом союзе нашлось бы по одному такому человеку, то они стройными рядами вышли бы из Общероссийского народного фронта, и этим бы дело закончилось. Кстати, еще летом 91 года первый президент России Борис Ельцин издал указ о департизации государственных и окологосударственных учреждений и общественных организаций. Я думаю, что Владимир Путин, лидер Общероссийского народного фронта, как человек, который является не просто преемником Ельцина, но и автором предисловия к его биографии в ЖЗЛ, должен был обратить на это внимание. Но думаю, что у Кремля есть ответный ход, не полагаю, что будут какие-то репрессии, но сейчас очень большая тяга к иностранным архитекторам в России, они привлекаются для реализации разного рода проектов, в частности, проекта иннограда Сколково, и мне кажется, что нужно ввести в совет Общероссийского народного фронта архитектора Норманна Фостера. Это, мне кажется, решит все проблемы и позволит насколько сгладить проблему, связанную с выходом Союза архитекторов России, а заодно, как это принято в современной России, все объясняют завистью. Вот почему ты не любишь Василия Якеменко? Потому что ему завидуешь. Или, скажем, маньяка Чикатило, потому что тоже хотел убить несколько десятков детей, но не можешь. Вот можно объяснить, что Союз архитекторов завидует Фостеру, получающему большие заказы, поэтому взял и вышел из Общероссийского народного фронта.

Владимир Кара-Мурза: Можно вспомнить, что при Сталине Корбюзье участвовал в конкурсе проектов Дворца советов.

Я могу сказать: эка закрутил.

Евгений Асс: Стас молодец, мне нравится эта идея.

Владимир Кара-Мурза: Валерий Хомяков, генеральный директор Совета по национальной стратегии, не видит никакой новизны в самой затее Народного фронта.

Валерий Хомяков: Сама затея с Народным фронтом мне кажется весьма смехотворной. Когда некоторые прокремлевские идеологи выдают это как некое ноу-хау, то надо просто вспомнить нашу недавнюю историю, тот же Геннадий Андреевич Зюганов в 96 году создавал нечто подобное, где была масса, около двухсот общественных организаций, которые его, Зюганова, тогдашнего кандидата в президенты поддерживали. Поэтому здесь новизны нет. Почему выходят? Наверное, вспомнили известное высказывание Фаины Георгиевны Раневской, которая по-другому, конечно, поводу, сказала примерно следующее: деньги кончатся, а позор останется. Это может быть и подвигло, что Союз архитекторов решил расстаться с этой замечательной организацией. Так что далеко не все у нас ушли на фронт, и пока еще, слава богу, такую табличку на здании под названием Россия вешать рано.

Владимир Кара-Мурза: Слушаем вопрос из Санкт-Петербурга от радиослушателя Федора.

Слушатель: Здравствуйте. Я считаю, что идея Народного фронта крайне опасна, это несет в себе некий фашистский запал. Потому что она формирует образ врага, под который можно сплотить миллионы. Вот смотрите, пару минут назад закончилось голосование на "Эхо Москвы", в поддержку Каддафи выступал Затулин, и он победил, потому что он использовал антиамериканизм, он использовал национализм, и он сумел обелить Каддафи. У меня будет вопрос к уважаемому господину Ассу и господину Белковскому. Во-первых, юридически вы не считаете, что это абсолютно незаконно, когда людей миллионами загоняют в Народный фронт? Это в принципе невозможно. Как вы считаете, оппозиции удастся ли добиться отмены выборов как абсолютно незаконных, неконституционных, потому что это грубейшее нарушение всех положений конституции? И второй момент: было сказано про Ельцина. Я очень сильно критикую Ельцина за многие вещи, но здесь, я считаю, Путин явно не продолжает лучшее, что было в 90 годах, он совершенно точно выстраивает тоталитарное закрытое государство, где будет именно подавляться всякая другая оппозиция. Четко сказано, что оппозиция - это враг.

Евгений Асс: Я совершенно согласен со слушателем, действительно в идее Народного фронта что-то присутствует такое демонически ужасное, возвращающее нас к зловещим временам, причем не советской, а как мне кажется, нацистской истории. И вы знаете, это какое-то облако Народного фронта, которое повисло над страной, довольно зловещее. Отчасти я об этом сказал, но мой протест может быть не был бы столь эмоционален, если бы это не было связано с этим зловещим облаком Народного фронта, которое я ощутил висящим над собой. Это меня спровоцировало, может быть в значительной степени этот факт.

Владимир Кара-Мурза: Есть ли признак тоталитарного мышления в подобной форме создания поддержки правящему режиму?

Станислав Белковский: Скорее есть признак мышления имени Остапа Ибрагимовича Бендера. Потому что на тоталитаризм наших руководителей уже не хватает. Кстати, Каддафи тоже прекрасный персонаж для Народного фронта. Мне кажется, если поставить в центре иннограда Сколково по проекту Фостера специальный вип-шатер и поселить там Каддафи - это резко бы повысило интерес к проекту. И вообще участие такого рода раскрученных персонажей в Народном фронте Каддафи до Микки Мауса очень бы способствовало популяризации и фронта, и партии "Единая Россия", которую он фактически представляет. Поэтому главное, мне кажется, вообще не нужно относиться к этому делу серьезно. А облако народного фронта мы скоро увидим, как говорят, снова горят леса в Тверской области. Мы и в прошлом году сталкивались с этим облаком, но тогда мы не знали, что это облако Народного фронта, а сейчас будем знать.

Евгений Асс: Стас, простите, но Норманн Фостер никакого отношения к Сколково не имеет.

Станислав Белковский: Я не разбираюсь в этом деле, у меня все в голове смешалось. Я знаю, что Фостер строит какие-то важные правительственные объекты, может быть даже бункеры для Каддафи.

Владимир Кара-Мурза: Как вы считаете, эти методы уже как фарс повторяются, запись всех, кто должен идти во фронт?

Алексей Клименко: Конечно, для людей нормальных это не более, чем фарс. Но драма в том, что, к сожалению, огромное количество наших граждан воспринимают это за чистую монету и соглашаются. И вот эта атмосфера холуйства, воспитанная на традициях тысячелетнего рабства – это самое ужасное. Огромное количество людей, которые соглашаются с любым словом любого начальства, как бы отвратительно, как бы погано это начальство ни было. И очень тревожна вот эта атмосфера. Стас прав, говоря об облаке пожаров, от которых надо бежать. Но ведь Россия, как бежать всем просто для того, чтобы выжить. Но от этого ужаса нельзя убежать, это облако накрывает всю страну, независимо от географии, не только Московская область, эти пожары бушуют повсюду. И это черное облако - это колоссальная проблема, проблема нравственного, психического состояния общества.

Владимир Кара-Мурза: Слушаем вопрос из Ростовской области от радиослушателя Владимира.

Слушатель: Добрый вечер. Звонивший Федор меня опередил. Но я все-таки хочу более конкретно задать вопрос архитектору Ассу. Скажите, пожалуйста, такое массовое принудительное вступление в этот фронт путинский, не кажется ли вам, называя вещи своими именами, что это прямая дорога к фашизации общества? Фюрер есть.

Евгений Асс: Вы знаете, я бы поостерегся быть столь категоричным. Дело в том, что вообще, как мне кажется, никакого вступления, строго говоря, не происходит, происходит запись. По достаточно достоверным источникам из родного мне Союза, действительно им курьер доставил письмо, за получение письма кто-то расписался. Сам факт доставки письма послужил достаточным основанием для того, чтобы считать Союз архитекторов уже присоединившимся к фронту. Думаю, что с большинством организаций происходило нечто подобное. Это чистое шельмование. Неужели кто-то всерьез думает, что все почтальоны России проголосовали за вступление в этот самый Народный фронт? Неужели все оленеводы собрались на какой-то слет и сказали, что да, мы хотим быть в этом фронте. Я сомневаюсь в этом.

Владимир Кара-Мурза: Как по-вашему, существует ли какая-то разнарядка по зачислению или какой-то график, чтобы пик вступления в Народный фронт пришелся на начало избирательной кампании?

Станислав Белковский: Народный фронт должен быть полностью сформирован к 3-4 сентября, когда начинается кампания "Единой России" за три месяца до выборов. На этот период назначен съезд партии "Единая Россия", тогда будет сформирован ее избирательный список, уже известно предварительно, что список будет состоять из 600 человек, хотя в думе всего 450 мест. Это достаточно парадоксально. Поэтому может быть одно место в думе займет не один человек, а полтора или они могут чередоваться, можно принять поправки в законодательство, чтобы по четным и нечетным академиком. И конечно, к этому моменту комплектация. Жалко, что не 666 людей будет в списке "Единой России" - это сделало бы по-настоящему зловещей конструкцию и запугало народ. Тем более, что прекрасный слоган: стоит Владимир Владимирович на ярком солнце, на заднем плане стоит весь Народный фронт и слоган: "Мы не отбрасываем тени". То, что не используются паранормальные силы в формировании фронта - это недоработка его штаба.

Владимир Кара-Мурза: Ясновидящие войдут.

Станислав Белковский: Ясновидящие – это более-менее, но вампиры, оборотни. Можно животных брать в Народный фронт. Почему до сих пор никто об этом не догадался. Волк может быть в глубине души функционер "Единой России". Явная недоработка - отсутствие опоры на средства массовой информации, как важнейшего элемента демократического общества. Потому что каждую субботу в газете "Коммерсант" публикуются огромные списки предприятий-банкротов, и если все эти предприятия-банкроты чохом зачислить в Народный фронт с трудовыми коллективами, одновременно приостановив банкротство, что было бы мощнейшей социальной мерой, то уже в Союзе архитекторов не было бы никакой необходимости. Мы бы узнали, что, оказывается, две трети населения страны работают на предприятиях-банкротах, и Народный фронт был бы укомплектован по полной программе.

Владимир Кара-Мурза: Гейдар Джемаль, политолог, председатель Исламского комитета России, с подозрением относится к самой форме Народного фронта.

Гейдар Джемаль: Моя организация имеет традицию борьбы с народными фронтами еще с того времени, когда они появились в Таджикистане и Азербайджане. Что касается выхода Союза архитекторов, я думаю, они здраво и зрело оценили конъюнктуру, наверное, они отреагировали на тот месседж, который прошел по так называемому псевдо-блогу Медведева, когда появилась информация, вброшенная якобы на этот фиктивный блог, о том, что Прохорову предложено стать премьером. Естественно, что через некоторое время последовало дезавуирование этой информации. На самом деле, конечно, это сигнал всем элементам политического слоя относительно того, чтобы они ни на какой Народный фронт не закалывались и ничего от этого не ожидали, что перспектив у Народного фронта не будет. Поэтому Союз архитекторов оказался первой ласточкой, который сориентировался, исходя из этого послания, так оно и было задумано.

Владимир Кара-Мурза: Считаете ли вы, что творческие союзы не должны участвовать ни в каких политических объединениях?

Алексей Клименко: Это абсолютно так. Художники, настоящие художники заняты решением своих проблем. Сейчас на Лубянке в фонде Екатерины замечательная выставка, посвященная нонконформистам-шестидесятникам, художникам. Замечательная выставка, всем советую. Внизу экспозиция работ потрясающего фотохудожника Игоря Пальмина, где портреты этих замечательных наших современников, а наверху на трех этажах выставки работы этих потрясающих людей. Они хотели всего-навсего решать свои проблемы, заниматься своим делом, то есть тем, чем должны заниматься творческие люди, у них есть свой мир. Их заставляли, их называли черте чем – антисоветчиками, такими, сякими. Творческие союзы сделаны для того, чтобы обеспечить творческим людям возможность заниматься своим творческими проблемами, своими решениями. И то, что нас записывают бог весть во что и заставляют, изображают из творческих людей сторонников тех или иных политических всяких спекуляций – это просто безобразие, это абсолютно аморальная позиция.

Владимир Кара-Мурза: История этих художников учит, что если ты не занимаешься политикой, политика займется тобой. Помните все "бульдозерную выставку", когда они попытались как раз аполитичные картины выставить напрямую к зрителю, а их придавили и поломали руки многим.

Станислав Белковский: Именно в сегодняшней ситуации выход Союза архитекторов из Народного фронта, хотя формально он туда войти и не мог в силу того, что Народный фронт не является ничем по законодательству, а является чистым фантомом, он показывает, что мы все-таки не живем в сталинском государстве и даже не живем в брежневском, и что можно. Достаточно только захотеть, можно в космос полететь – не вопрос. На протяжении многих лет ко мне приставали разные журналисты с вопросом: слушай, почему ты все время так мочишь Путина и так далее? Есть такая версия, что я агент КГБ, поэтому тебе можно мочить путина. На что я всегда отвечал: ребята, так давайте все станем агентами КГБ. Давайте пойдем в общественную приемную, запишемся, и вы сможете мочить Путина. То есть логика такова, что чтобы мочить Путина надо стать агентом КГБ, значит КГБ оплот свободы, давайте все туда запишемся. Выясняется, что не только КГБ оплот свободы, но и Союз архитекторов. И теперь некогда у меня будут спрашивать, я всем буду говорить: я тайный член Союза архитекторов.

Евгений Асс: Я бы не обольщался насчет Союза архитекторов. Героизм Союза архитекторов несколько преувеличен. Это более-менее случайное, но удачное стечение обстоятельств. Этот пленум, который пришелся буквально на третий день после того, как я опубликовал свое открытое письмо. И пленум никак не мог отреагировать иначе, кроме как обсудить это письмо, а как только оно стало предметом обсуждения, возник этот вопрос. В программе пленума не было вообще в повестке дня этого вопроса, он возник только так случайно. Теперь, что касается того, что живем мы не в какой-то тоталитарной стране, тем не менее, мы живем в удивительно странной стране, которую понять нелегко. Не далее как вчера я пытался всю эту историю объяснить своему немецкому коллеге. Надо сказать, что после того, как я ему сказал "национальный фронт", он замер и после этого не мог пошевелиться. Потому что все остальное, что я ему объяснял, было абсолютно непонятно, начиная с того, что в России вдруг образован какой-то фронт в 2011 году общенациональный, и потом Союз архитекторов и почему-то Союз архитекторов во фронте, потом Союз архитекторов выходит из фронта. Я все это ему с пылом объяснял на довольно приличном английском языке, он смотрел на меня как на последнего идиота, он не мог понять ни одного слова. То есть объяснить, что происходит в этой стране, как сейчас принято говорить, в цивилизованных странах невозможно.

Станислав Белковский: Вместо Общероссийского народного фронта и в пику ему создать Общероссийский народный тыл в заявительном порядке. Все люди, которые не хотят быть во фронте и хотят предпочесть походу на выборы спокойное выпивание в кругу семьи 4 декабря, являются членами тыла.

Евгений Асс: Я очень поддерживаю эту идею, потому что я меньше всего хотел быть партизаном.

Владимир Кара-Мурза: Когда-то Сталин сказал, что во время войны фронт и тыл у нас составляли единый боевой лагерь. Боюсь, что закончится общероссийским народным лагерем.

Евгений Асс: Страшное предложение.

Владимир Кара-Мурза: Слушаем вопрос москвича Евгения Николаевича.

Слушатель: Добрый вечер. Вы знаете, я сейчас слушаю передачу, и первое, меня так больно ударило, я пенсионер и меня возмутило, что, оказывается, и нас пенсионеров втащили в какую-то еще очередную авантюру. Послушайте, как я думаю об этой власти, настолько она цинична, настолько она завралась и настолько она плохо содержит население. Посмотрите: 1 июня - День защиты детей. И вдруг я слышу: 180 миллионов рублей переводится на Селигер, чтобы молодежь на халяву там жрала, пила, прославляла эту проклятую "Единую Россию" и Путина. А вечером они буду курить, колоться и смотреть фильмы, как убить подешевле человека. Туда перевели деньги. А по телевизору нам сообщают, кто сколько может по рублю на онкологически больных детей. Это настолько цинично. В мою молодость мы ездили на БАМ и на целину - это было полезно и экономически, и идеологически.

Владимир Кара-Мурза: Есть ли тут элемент цинизма в том, что власть занимается такими имиджевыми проектами, забывая о реальных нуждах населения?

Алексей Клименко: Абсолютно. Я был в отчаянии, узнав, что дочь моих друзей, замечательная девочка вдруг собралась на Селигер. Я сказал: ты что, не понимаешь, что там фашисты, этот Василий Якеменко, вся эта нечисть, и ты будешь среди этих оболваненных несчастных ребят, которые ради куска подачки во всем этом принимают участие. "А, - говорит, - наплевать на политику, я там буду заниматься аэробикой". Ну как? И я был так счастлив, когда она отказалась по каким-то своим обстоятельствам поехать туда. Это просто ужас, то, что эта власть проделывает с молодежью, она же развращает молодежь этими Селигерами. Эта "Сталь", эта "Молодая гвардия", ведь все эти скинхеды и все эти футбольные фанаты – это же изделия Лубянки, это они натравливают молодежь на националистический экстремизм, на то, чтобы убивать всех непохожих. Ведь это кошмар, это же трагедия страны. Это приведет к тому, что Россия взорвется от этих тинэйджеров, которые не понимают, но которые едут забесплатно в столицу для того, чтобы здесь погулять и с какими-то дурацкими лозунгами погулять на проспекте Сахарова. Это катастрофа для страны, это просто одна из самых главных проблем. Власть развращает молодежь – вот что происходит.

Владимир Кара-Мурза: Ирина Хакамада, писатель и общественный деятель, теряется в догадках относительно мотива поступка архитекторов.

Ирина Хакамада: Я не представляю, почему Союз архитекторов вышел из Народного фронта. У меня идея только одна: может быть они хотят к Прохорову войти, а Прохоров объявил, что он не входит в Народный фронт. Больше у меня никаких версий нет.

Владимир Кара-Мурза: Почувствовали ли вы общественную поддержку своего поступка или какую-то почувствовали настороженность?

Евгений Асс: Вы знаете, я бы сказал так, что те люди, с которыми я постоянно дружу, с которыми в контакте, безусловно, меня поддержали. Думаю, что у кого-то мой поступок вызвал раздражение и возмущение. Думаю, что среди тех, у кого он вызвал такое раздражение часть руководства союза, в частности. Потому что, конечно, они оказались в какой-то западне, из которой не знаю, каким образом они собираются сейчас выходить. Они уже готовы были идти на какие-то компромиссы и договоренности с властными структурами, а тут вдруг им подложили такую свинью. Потому что голосование, если вы знаете, было не стопроцентным, хотя больше 60% проголосовало против присоединения к фронту, остальная часть проголосовала за. Среди них были люди, которые решительно хотели поддержать фронт. Часть людей хотела продолжить некие переговоры с фронтом. То есть, я думаю, что такой консолидированной позиции в союзе нет. Я рад, что среди тех, кто вчера был на пленуме, большинство оказалось здравомыслящих и нравственно зрелых людей, которые поняли, что правильнее сохранить независимость, чем вступать в сомнительные альянсы с такими подозрительными структурами облачными, как Народный фронт. Поэтому общественная поддержка существует среди тех людей, которые разделяют одни и те же политические и нравственные ценности, что и я.

Владимир Кара-Мурза: Как по-вашему, заставит ли этот прецедент политтехнологов из Кремля как-то систематизировать этот процесс стихийный, судя по всему, записи общественных организаций в Народный фронт?

Станислав Белковский: Это невозможно, поскольку организаций очень много, а фронт всего один. По известной поговорке: почему нельзя разделить все на всех? Потому что всего мало, а всех много. И фронт не резиновый, в отличие от Москвы, например. Поэтому, я думаю, что сейчас начнут мочить Союз архитекторов, появятся заказные статьи, в которых будет внятно обосновываться, что союз давно живет на деньги Березовского, и его руководство построило дом Березовского в Лондоне. Совершенно очевидно, что это было мотивом не вступать в Народный фронт, а Евгений Асс лично проектировал в этом доме унитаз.

Владимир Кара-Мурза: Будет восстанавливать Краснокаменскую колонию, которая сгорела, для Ходорковского.

Станислав Белковский: Это ни на что не повлияет. Фронт – это ремейк движения за Путина образца 2007 года, тут никакого нового ноу-хау нет. Тогда это движение возглавляли доярка Агапова и адвокат Астахов. И они объясняли, во всяком случае Астахов, доярка Агапова все больше молчала, а адвокат Астахов заявлял, что после выборов 2007-2008 годов движение за Путина будет контролировать все ветви власти. И как только выборы прошли, движение исчезло, видимо, оно упало с ветвей власти и разбилось. Я думаю, что то же самое случится с Народным фронтом, поэтому стоит немножечко переждать и все это развеется, как тает воск перед лицом огня, как сказано в известной книге, с Общероссийским народным фронтом никак не связанной. Поэтому тут за Народным фронтом никак не угнаться. Главная ошибка кремлевских политтехнологов состоит в том, что они не думали, что можно переключить внимание избирателя с тошнотворного бренда "Единой России", который всем сильно надоел, на какой-то новый бренд, например, Народный фронт. Между ними вставить Владимира Владимировича Путина. И вдруг неожиданно выясняется, что какой бы бренд они ни придумали, он эту тошнотворность сразу наследует. Что бы они ни сделали, все получается автомат Калашникова. Думаю, что сейчас в глубокой печали и раздумье по этому поводу, и дай им бог выйти из этой печали.

Владимир Кара-Мурза: Илья Яшин, член политсовета движения "Солидарность", приветствует способность мыслить самостоятельно.

Илья Яшин: Сложно разваливать то, чего пока не существует даже. Тот факт, что появляются общественные организации, заявляющие принципиальную позицию о неучастии в этом движении, на мой взгляд, вселяет некоторый оптимизм, говорит о том, что все-таки в России существует какое-никакое гражданское общество, которое не ходит строем и не вступает по команде, куда скажут. То, что пленум Союза архитекторов проголосовал против вступления в Народный фронт путинский, демонстрирует независимость этой организации в первую очередь и способность мыслить самостоятельно. Я думаю, что это пример для всех других, кто уже выстроился в очередь в надежде получить какие-то барыши, вступив в этот фронт.

Владимир Кара-Мурза: Слушаем вопрос из Мордовии от радиослушателя Николая.

Слушатель: Здравствуйте. Народный фронт становится виднее, но это неужели двойная партия "Единой России" и поддержка, чтобы агитировать, чтобы вступили в Народный фронт. Я бы вступил в Народный фронт, если бы патриарх Кирилл вступил в Народный фронт, тогда бы и я вступил и другим посоветовал.

Владимир Кара-Мурза: Окажется ли пример архитекторов заразительным или, наоборот, следует ждать, как Николай из Мордовии, что православная церковь вступит целиком в Народный фронт?

Алексей Клименко: Очень хотелось бы, чтобы этот пример оказался заразительным. Идет речь о чувстве достоинства. Хватит уже быть холуями. А то, что Московский патриархат и Кирилл вступят, нет сомнений, конечно. Им же очень нужно, чтобы дело якобы такое - общенародное волеизъявление. Я бы очень хотел ошибиться, но думаю, что эта рекомендация слушателя из Мордовии будет просто руководством к действию для патриарха Кирилла. Он же одного поля ягода с господином Путиным, и поэтому все это, к сожалению, так и будет. А пример этот моих товарищей по архитектурному сообществу говорит о том, что в стране все-таки есть люди, в которых сохранилось чувство собственного достоинства, одно из главных качеств людей на свете. И я уже начал с того, что я просто счастлив, что такое произошло, и горжусь тем, что принадлежу к этому сообществу.

Владимир Кара-Мурза: Надеемся, что до церкви дело не дойдет, потому что еще патриарх Алексий Второй наложил запрет на участие священнослужителей в политической деятельности. Намерены ли вы стоять до конца против попыток политизировать творческую деятельность?

Евгений Асс: Я даже не знаю, будут ли другие вызовы, которые потребуют от меня такой стойкости, надеюсь, что их не будет.

Владимир Кара-Мурза: А вы состоите в союзе садоводов, автомобилистов?

Евгений Асс: Нет, это единственный союз, в котором я состою. Для меня как раз очень важно было сохранить членство в этом союзе не потому, что я в последнее время не очень доволен деятельностью союза, потому что для меня это некоторая история. Союз, в котором состояли мои родители, с которым связана вся моя жизнь и даже до того, как я вступил туда, для меня это было очень важно. Я надеюсь, что никаких других политических вызовов в моей профессиональной практике не будет. Хотя они возникают независимо от профсоюза, просто в силу каких-нибудь профессиональных обязательств, но это уже совершенно отдельный вопрос, я эти вопросы разрешаю сам, без публичных деклараций.

Владимир Кара-Мурза: Может ли на выборах получиться, что автоматическое вступление 35 миллионов уже граждан в Народный фронт может оказаться больше, чем проголосуют реально за этот предвыборный список?

Станислав Белковский: Я больше скажу – так оно и будет. Мне кажется, что "Единая Россия" получит 55-60% голосов, независимо от того, сколько людей реально проголосуют. Это есть основное ноу-хау, которое может быть выдвинуто на нобелевскую премию, только остается понять, по какой дисциплине. Может быть по физике, может быть по химии. Состав думы следующей достаточно ясен: "Единая Россия" получит несколько больше простого большинства и может быть приблизится к конституционному, думаю, что "Правое дело" так же проползет изящной и пластичной фигурой Михаила Прохорова. Вы, кстати, обратили внимание, что уровень конспирологии в обществе столь велик, что Союз архитекторов уже два оратора отправили к Прохорову, причем столь разных, как Гейдар Джемаль и Ирина Хакамада. Но ясно, что там окажется ЛДПР и КПРФ на каких-то ролях, может быть проползет и "Справедливая Россия", хотя в этом есть большие сомнения. Но совершенно очевидно, что вся эта предвыборная кампания вообще не имеет значения. Народный фронт является на сегодняшний день не столько инструментом предвыборной кампании, сколько инструментом отмывания результатов выборов, чтобы потом, когда спросят, почему такая непопулярная партия как "Единая Россия" получила почти две трети голосов, был ответ: а потому что очень популярен был Народный фронт, куда мы согнали всех, кого только можно.

Владимир Кара-Мурза: Ожидаете ли вы по мере приближения выборов новых попыток втянуть творческих людей в политику, в поддержку режима?

Алексей Клименко: Конечно. Эта власть не брезгует ничем для того, чтобы таким шельмовским образом зачислить в свои сторонники всех, кого можно. Она развращает не только молодежь, но и тех несчастных людей, которые пользуются только телевизором. Страна огромная, и интернет есть не у всех. Возможность слышать разные точки зрения, читать книжки того же Немцова "Путин и "Газпром", "Путин. Итоги" и так далее, то есть книжки, где показываются реальные факты коррупции этого абсолютно воровского режима. Люди, к сожалению, оболванены, и власть пользуется всеми доступными ей рычагами, в том числе и самыми примитивными для того, чтобы сделать вид, что она легитимна.

Показать комментарии

XS
SM
MD
LG