Ссылки для упрощенного доступа

logo-print

Российские регионы: Забайкалье


Равиль Гениатулин

Равиль Гениатулин

Ирина Лагунина: Сегодня мы продолжаем цикл бесед "Российские регионы" - анализ экономического состояния и состояния власти и общества. Забайкалье. Поиск новостей по регионам России в последние дни, к сожалению, дает только очень тревожные сводки о лесных пожарах. И Забайкалье не исключение. А поскольку новостей мало, то я перейду сразу к участникам нашей дискуссии. Это профессор, доктор географических наук Наталья Зубаревич и заведующий кафедрой журналистики Забайкальского государственного гуманитарно-педагогического университета Владимир Тихомиров. Цикл «Российские регионы» ведет Игорь Яковенко.

Игорь Яковенко: Наталья Васильевна, в чем особенности социально-экономической ситуации в Забайкальском крае, чем он отличается от других регионов России?

Наталья Зубаревич: Главное отличие – это глубокая и устойчивая депрессивность. Она сложилась еще в начале 90-х, а предпосылки были заложены раньше. Дело в том, что Забайкальский край, бывшая Читинская область ее базовыми источниками развития были инвестиции в Забайкальский военный округ, то есть содержание военных и железная дорога, и какие-то месторождения второго-третьего ряда и небольшая обрабатывающая промышленность. Все это в 90 годы рухнуло. То есть область вошла в большой кризис без запаса предыдущих инвестиций, у нее не было ни одного мотора роста абсолютно объективно, и кризис переживала очень тяжело. Если брать экономику, то сейчас ее душевой валовой региональный продукт с корректировкой на стоимость жизни в два раза ниже был, чем в среднем по России. От промышленности осталось чуть более трети того, что было в советское время. Инвестиции в область всегда были низкими, накопленные инвестиции за 2000 годы в два раза ниже, чем в среднем по России, если считать в душевом выражении.
И дальше все это переходит в социальные издержки, очень тяжелые социальные издержки. Например, ожидаемая продолжительность жизни, то есть долголетие в Забайкальском крае на четыре года ниже, чем в среднем по Российской Федерации - меньше 65 лет. Если мы берем доходы населения, корректируя их на прожиточный минимум, то это всего лишь превышение средних доходов в два с половиной раза в России в среднем в 3,3 раза. Уровень бедности устойчиво выше, чем в среднем по стране, и каждый пятый житель Забайкальского края относится к бедному населению. Вот они издержки длительной тяжелой и очень устойчивой депрессивности. В край немножко добавили денег в период объединения с Агинским Бурятским округом, потому что это парадокс, но до объединения округ жил богаче края, потому что там были прописаны структуры Гуцериева, трейдеры "Роснефти" и вал в последний год до объединения вал денег пошел в округ в виде налога на прибыль. И он строился, он развивался, а область в это время испытывала гораздо более сложные проблемы.
И самое главное, такая длительная 20-летняя депрессивность приводит к очень сильной инерции. Если мы посмотрим бюджетную политику края, там поразительные вещи – она, все мечтают о социальной бюджетной политике, в крае она гипер-социальная. Потому что ни на что другое больше денег нет. И в результате на образование, здравоохранение и социальную политику суммарно тратится почти две трети бюджета. И если сравнить с средней Россией - 46%. Край глубоко, тяжело, депрессивен. И надежда на то, что начнут осваиваться медные месторождения, добавятся еще какой-то бизнес, эта надежда есть, но, к сожалению, явных подвижек не ощущается, за исключением одной - период кризиса край пережил легче, чем в среднем по России, падение было относительно небольшим, рост быстрее восстановился по одной простой причине: когда уже выжженное поле, падать особо нечему.

Игорь Яковенко: Владимир Алексеевич, на фоне такой пессимистической экспертизы, которую сделала Наталья Васильевна, несколько слов о политической ситуации в крае. Глава края Равиль Гениатулин уже 15 лет руководит этим регионом, это если считать с Читинской областью, а если учесть его работу мэром, то он у власти уже третий десяток лет. Последние исследования социологические Лаборатории региональной практической социологии Алексея Янькова показали, что Гениатулину доверяют лишь 13%, а не доверяют 49%. С чем же связано такое политическое долголетие этого руководителя?

Владимир Тихомиров: Когда речь заходит о доверии нашему губернатору, то прошедшие выборы, в том числе выборы региональные в законодательное собрание, где он возглавлял список "Единой России", шел так называемым "паровозом", придавал ему большее доверие, они говорят о том, что люди голосуют и за него, он несколько раз переизбирался, и голосуют за ту партию, которую он ангажирует. То есть в этом отношении говорить, что рейтинг упал до 13%, я, честно говоря, этих цифр не знаю, потому что здесь свои аналитики, социологические службы дают другие результаты. Но факт есть факт, он уже несколько раз избирался. Здесь дело, по-моему, в том, что в нашей Читинской области, ныне Забайкальском крае политическая жизнь недостаточно активная. Здесь раньше всем руководил ЦК КПСС, а сегодня "Единая Россия". "Единая Россия" главная, безусловно, сила, которой как-то немножко, чуть-чуть пытаются противостоять коммунисты, КПРФ, у них четыре человека в нашем законодательном собрании, наша фракция и все. А все остальные как бы есть на бумаге, и "Яблоко" есть, и "Правое дело" есть, и ЛДПР, и некоторые другие, но их фактически не видно. Поэтому "Единая Россия", что она скажет, как она пожелает, как она позиционировать Равила Гениатулина, нашего губернатора, так, собственно говоря, население будет все видеть.
Несмотря на то, что правильно Наталья Васильевна сказала, что у нас происходит в экономике, я бы мог очень многое добавить о социальной сфере. И несмотря на такое убожество, которое сегодня существует у нас в крае, у нас считается, что позиции губернатора, позиции исполнительной власти очень сильны. И он не стесняется об этом все время говорить. Вокруг него люди, очень часто скомпрометировавшие себя, очень сильно скомпрометировавшие, и об этом говорят отдельные оппозиционные газеты, и журналисты, и в обществе. Но он не стесняется их держать при себе и живет так, как желает и хочет. Мы отличаемся, наверное, от других тем, что у нас крупных проектов, они не реализуются, несмотря на то, что Равиль Гениатулин очень долго возглавляет наш край, а у нас не реализован ни один крупный проект, начиная с абаканского проекта, то есть разработка абаканского месторождения. Уже 20 лет, там еще палец о палец не ударили, чтобы реально его осваивать. Месторождение золота, тоже международное в свое время было. У нас есть проект по целлюлозному комбинату, тоже говорили. И сегодня на устах у всех освоение юго-востока нашего края, проект, в котором завязан "Норильский никель", 120 миллиардов рублей туда должны идти, ветка идет очень большая, 120 километров построено, правда, на федеральные деньги из фонда федеральной поддержки, инвестиционного фонда, но опять все замерло.

Игорь Яковенко: Петербургские политологи дают такую формулу выживаемости вашего губернатора: они ему поставили по рейтингу выживаемости тройку. И формула такая очень коротенькая, что там нет никаких успехов, но нет каких-то провалов, каких-то негативных новостей. И кроме того, второе слагаемое этой формулы успеха, что нет активных претендентов на этот пост, поскольку, как был сейчас анализ Натальи Васильевны, действительно регион глубоко депрессивный, особо желающих его возглавить нет.

Владимир Тихомиров: Проекты есть. Они просто не реализуются, о них нечего сказать. Их заявили, их в свое время пропагандировали, обещали очень много. А потом по одному и тому же сценарию: их потихонечку забывают, они уходят в песок, о них никто не помнит и так далее. Другое дело, что наш край традиционно спокойный. У нас нет никаких политических взрывов.

Игорь Яковенко: Наталья Васильевна, три года назад произошло объединение Читинской области и Агинского Бурятского автономного округа, и с теоретической, и с практической точки зрения спустя три года, как можно оценить, что дало объединение экономике края?

Наталья Зубаревич: Экономике это не дало ничего, кроме того, что ушли деньги Гуцериева, потому что он был готов держать трейдеров в маленьком субъекте федерации, потому что издержки маленькие, и не готов это делать на большой. Для округа это хуже, без сомнения, потому что он на шальных деньгах быстро рос. Деньги были не заработанные – это понятно. Но Гуцериев все равно бы ушел, мы помним его историю взаимоотношений с Кремлем, с "Роснефтью", и округ бы опять впал в ту бедность и нищету, в которой до этого находился. Мне в этом объединении совершившемся кажется позитивным то, что власти Агинского округа смогли договориться об определенной автономии, в том числе и бюджетной, потому что у них все-таки несколько иные проблемы. Если село Читинской области собственно деградировало опережающими темпами, то в округе, где сельское население доминирует, оно было гораздо жизнеспособное, бурятское сельское население, оно там производило. И я не знаю, что произошло за три года, но на ранней стадии были четко оговорены некая автономия бюджета, представительство четко фиксированное от округа в законодательном органе объединенного края и так далее. Вот такое объединение не через ломку через колено совсем, а с некими автономными функциями, я считаю, что в предложенных обстоятельствах это наиболее рациональное решение. А если брать по-крупному, вы знаете, когда два дистрофика сели рядом друг с другом, богатырь не получается.

Игорь Яковенко: Владимир Алексеевич, частный вопрос: на протяжении нескольких лет на территории вашего края в Краснокаменске отбывал наказание самый известный заключенный Российской Федерации Михаил Ходорковский. Как к нему относятся у вас в Чите, в вашем крае?

Владимир Тихомиров: Диаметрально противоположно. Есть некая политическая группа, которая относится к нему действительно как к узнику совести и так далее, и постоянно освещали процессы по условно-досрочному освобождению, они были в Чите, когда он находился в СИЗО. И подходили к СИЗО в Чите в день его рождения с шампанским, заявляли свою приверженность этому сидельцу нашего СИЗО, за что милиция и спецслужбы гоняли, штрафовали правозащитников и так далее. Население не ведают, не знают ничего, инертное. И наконец, есть убежденные люди, что он сидит заслужено и так далее. В этом отношении было вначале очень сильное любопытство. В Краснокаменск, когда он находился там, а не в Чите в СИЗО, туда группами выезжали журналисты, пытались получить информацию, ловили каждое слово, когда там что-то было связано с его нарушениями дисциплины и какие-то наказания, все это было под очень большим прожектором, все это высвечивалось. Потом постепенно это все затихло. Я бывал на двух заседаниях в Чите, когда слушался вопрос об условно-досрочном освобождении, ему отказали. Первый раз я пришел, зал был заполнен журналистами, любопытными и так далее. А потом, когда процессы шли один за одним, эти заседания, я пришел снова по просьбой одной из газет, чтобы послушать, что там происходит, я сидел там в одиночестве, уже никому не было интересно слушать одно и то же. И все заранее знали, какой будет итог и так далее. Отношение у нас в крае к нему такое.
XS
SM
MD
LG