Ссылки для упрощенного доступа

logo-print

Кинопродюсер Екатерина Герасичева – о фильме "Шапито-шоу"


Кадр из фильма "Шапито-шоу"

Кадр из фильма "Шапито-шоу"

Радио Свобода продолжает разговор о возможностях проката фильма "Шапито-шоу", получившего спецприз на Московском международном кинофестивале. К достоинствам фильма относятся социальная диагностика, юмор и необычная форма, а к недостаткам – длина: фильм длится четыре часа. Впрочем, "Шапито-шоу" состоит из четырех самостоятельных новелл.

О прокатных планах рассказывает Екатерина Герасичева, генеральный продюсер компании Organic Films, выпустившей картину.

– Все наши фантазии по поводу того, что дистрибьюторы фильм схватят и тут же понесут в широкий прокат, иллюзорны. Поэтому у нас поэтапный план: сначала мы предложим обе части к просмотру в кинотеатрах, например, параллельно. То есть зритель может посмотреть как первую часть, так и вторую, причем независимо друг от друга, первую сначала, вторую потом или наоборот - это совершенно неважно, потому что фильм так устроен, это круг, там нет начала и конца. Если прокатчики согласятся, это будет два сеанса, разнесенные во времени. Не один – сегодня, а второй – через месяц, а одновременно, параллельно будут идти в кинотеатре две части. Если у нас это не получится, то мы будем предлагать прокатчикам какую-то одну часть, которая, может быть, понравится им больше, чем другая. И одним прокатчикам продадим серию из двух новелл, которая называется "Любовь и дружба", другим – ту, которая называется "Уважение и сотрудничество", где Мамонов в главной роли и которая из-за этого считается более привлекательной для проката. Если не получится и это, мы будем использовать так называемый таргетированный прокат. У нас уже есть договоренность с несколькими московскими и региональными кинотеатрами, которые готовы взять фильм и у которых есть на это предполагаемая, но достаточно узкая аудитория, и будем прокатывать вот так.

– Давайте поподробнее скажем о таргетированном прокате. Target + это мишень, это целевая аудитория, которой вы предполагаете этот фильм показывать. Возникает вопрос: вы, как продюсер, думаете, что у фильма "Шапито-шоу" потенциал авторского кино – или есть какой-то коммерческий потенциал?

– Я считаю, что это авторское кино, и не только, оно изначально так задумывалось. Не как арт-хаусное кино, а как кино авторское. Поэтому автор решил сделать его таким длинным, и нам ничего не оставалось, кроме как с ним согласиться, потому что изначально у нас были такие договоренности, что мы даем ему полную свободу.

Съемочная группа уверена, что есть какой-то шанс коммерческого проката. Я очень в этом сомневаюсь, но, как всегда, надеюсь на чудо, и если такое случится, это, конечно, будет прецедентом, что авторское кино, такое длинное, получило в том числе какой-то коммерческий успех. А что касается таргетированного проката – я уверена, что это будет очень востребовано.

– К вопросу о мишени – сейчас вышел в широкий прокат кинофильм "Мишень" Александра Зельдовича, который тоже, на мой взгляд, представляет кино авторское. Тем не менее, этот фильм идет в широком прокате, в Москве во многих кинотеатрах. Не знаю, как у них со сборами, но прецедент имеется.

– Когда я говорила про прецедент, я больше имела в виду не то, что это кино авторское – многое авторское кино имело уже в истории коммерческий успех, – я имела в виду хронометраж. С подобным хронометражом прокатчики в кинотеатры фильмы, как правило, не берут по вполне понятным причинам – опасаются, что не будет сборов. Но мы считаем, что сделали что-то новое, и, как все новое, это имеет смутные перспективы. Может быть, мы будем первыми, потому что фильм из четырех новелл, одна другую цепляет и получается очень цельная история. Может быть, люди захотят и смогут посмотреть все четыре истории, как одну.

– Ваша компания Organic Films пришла в производство после того, как от фильма отказалась компания "Мирумир" Александра Любимова и Александра Мамута. На каком этапе вы появились, и с какими трудностями вам пришлось столкнуться?

– Мы пришли на этапе простоя съемочной группы, они уже год к этому времени ничего не снимали, но отсняли уже достаточно большой кусок – около 50%, чуть больше. Трудностей у нас никаких не было, потому что ребята очень чуткие, деликатные, они всячески нам способствовали и помогали, пытались сэкономить наши же деньги. Но оставался не только большой объем съемок, сами съемки были очень сложными. Бюджет рос за счет того, что было много командировок, разъездов, технических сложностей. Сложности у меня были в коммуникациях со сценаристом, с режиссером, потому что я, как продюсер, была уверена, что у нас очень мало шансов широкого проката, а они именно его и хотели. То есть изначальная договоренность о том, что это будет, например, узкое артхаусное кино, ими отметалась. Они убедили меня, что они смогут сделать так, чтобы это был мейнстрим. Других сложностей у нас не было. Прекрасные люди, совершенно не киношные (извините, что я сейчас, может быть, в адрес настоящих киношников сделала нетактичный выпад). Но все остальное было очень хорошо, потому что с ними интересно, весело, они настолько новые, настолько видят вперед, что это был для меня новый колоссальный опыт.

– Зачем компания, зачем вы, как продюсер, беретесь за явно не слишком прибыльный, некоммерческий проект?

– Я не продюсер и никогда не хотела им быть. Я продюсер волею судеб. Я взялась за этот проект, потому что знала, что он прекрасен, я знала, что он должен существовать и хотела, чтобы он был. Не только в кинематографе, в любом бизнесе существует такая вещь, как репутация. Я уверена, что то, что я сделала, может быть, не окупится деньгами, но оно уже окупилось и репутацией, и каким-то новым киноязыком. Это шаг вперед – а это тоже прибыль.
XS
SM
MD
LG