Ссылки для упрощенного доступа

logo-print

Состоялась ли стабилизация власти в Крыму


Феодосия. 3 июля. Драка активистов русских казачьих сообществ и милиции

Феодосия. 3 июля. Драка активистов русских казачьих сообществ и милиции

Виталий Портников: Лето – время Крыма, все вспоминают о полуострове. Даже президент Украины Виктор Янукович решил отметить свой очередной победный день рождения именно в одной из крымских резиденций и провести часть отпуска в Крыму. В Крым приезжают отдыхающие из России, Украины и других стран. Но совершенно очевидно, что для современной Украины Крым – это не просто зона отдыха, Крым – это еще и целый клубок сложнейших политических проблем и экономических противоречий. И последний год, можно сказать, последний крымский сезон продемонстрировал, насколько серьезны эти противоречия и на какие отчаянные шаги готово идти нынешнее крымское правительство, руководимое ближайшим соратником Виктора Януковича Василием Джарты, для того, чтобы утвердить власть Киева во всех политических и экономических аспектах жизни Крымского полуострова.
О крымском политическом сезоне, о том, какие новые проблемы могут возникнуть на полуострове в связи с политикой нынешних его властей, мы и поговорим сегодня в эфире Радио Свобода с нашими гостями. У нас на связи два известных крымских журналиста – корреспондент газеты «КоммерсантЪ-Украина» в Крыму Заир Акадыров и мой коллега, корреспонденты Украинской службы Радио Свобода на полуострове Владимир Притула.
Хотелось бы, чтобы в начале нашего разговора, господа, вы сказали, есть ли какие-то очевидные итоги нынешнего крымского политического сезона. Это был сезон упорядочения власти? Сезон консолидации власти в руках господина Джарты и его ближайшего окружения? Или это все же сезон неких противоречий, которые были выявлены в последние месяцы?

Заир Акадыров: Скорее, это сезон построения вертикали власти, наподобие той, что сейчас выстроена в Киеве по отношению с другими регионами. В Симферополе с приходом Василия Джарты, а он уже почти полтора года является председателем Совета министров автономии, центр тяжести перешел именно к исполнительной власти, а раньше парламент Крыма выполнял эту функцию. И сейчас правительство Крыма перетянуло на себя все рычаги. Поэтому все, что касается Крыма, все актуальные вопросы, все события непосредственно связаны с решением главы крымского правительства господином Джарты, и без его ведома ничего на полуострове сейчас не происходит. Ему удалось за столь небольшое время суметь заявить о себе, суметь потеснить крымскую элиту и стать полноправным руководителем автономии.

Виталий Портников: Владимир, а как это так легко могло удаться пришлому человеку из Макеевки, пригорода Донецка, стать хозяином полуострова? На который раньше представители крымской политической элиты никогда не впускали чужаков. И даже некие попытки их туда внедрить... Я помню такую попытку, когда первый президент Крыма Юрий Мешков назначил премьер-министром москвича Евгения Сабурова, или президент Украины Виктор Ющенко назначил главой крымского правительства своего соратника Анатолия Матвиенко, и все они заканчивались отъездом «варягов» из Крыма.

Владимир Притула: Матвиенко ассоциировался у крымчан с украинскими националистами ужасными, как и Виктор Ющенко. А Сабуров – это был либерал, ельцинист, поэтому он тоже был чужим для Крыма и крымчан. Преимущественно крымчане – это все-таки послевоенные переселенцы и их потомки, которые сюда переселялись под жестким контролем идеологическим, административным советской власти, под контролем специальных служб. Я думаю, что в Крыму был создан советский народ, о котором писали в последней Конституции Советского Союза, где указывалось, что создан советский народ. Я думаю, что эта часть нового сообщества в Крыму во многом была создана. Крымчанам надоело жить в бардаке политическом, экономическом: коррупция, постоянная борьба крымских кланов, постоянные дрязги между Симферополем и Киевом. И тут пришла понятная власть, «сильная рука», которую давно ожидало большое количество крымчан. Поэтому так легко, мне кажется, донецкие заместили собой крымскую элиту, убрали крымскую элиту. И мы видим, что в последние полгода, в принципе, закончилась зачистка крымской элиты, концентрация всей власти, исполнительной и представительной, в руках пришлых, в руках условной донецко-макеевской группы. Условной – потому что там не только выходцы с Донетчины, там даже галичане есть.
С другой стороны, видимо, в последние полгода Василий Джарты показал, что он может добиваться поставленной цели и отодвигать от крымской кормушки своих киевских соратников по партии. Мы видим конфликт с Харой, где побеждает Джарты. Мы видим, как продавливались отдельные законы по Крыму в Верховной Раде Украины. Джарты показал, что он хозяин не только в Крыму.

Виталий Портников: Заир, Владимир говорил о советском народе, который появился в Крыму в результате искусственного переселения людей на полуостров, в результате депортации оттуда коренных народов Крыма. Мы прекрасно понимаем, что важной частью крымского политического пейзажа в последние годы стали крымские татары. Их возвращение на полуостров определяет политическое лицо Крыма, и будущее Крыма, так или иначе, связано с тем, насколько безболезненно, насколько гармонично пройдет процесс возвращения крымскотатарского народа на свою историческую родину. Последние месяцы развития политической ситуации в Крыму показали, что новое крымское руководство, вначале не желавшее обращать внимание на крымскотатарскую проблему, тем не менее, начало относиться к ней, по-моему, более внимательно. Я бы не сказал, что более адекватно, но более внимательно – это точно.

Заир Акадыров: Да, это так. Вначале были попытки силой, может быть, ультиматумом решить какие-то проблемные вопросы. Как пример – это прошлогодняя не состоявшаяся встреча представителей Меджлиса с президентом Украины Виктором Януковичем в Симферополе в августе, когда представители Меджлиса, в частности Мустафа Джемилев, Рифат Чубаров, отказались участвовать в формате, который предложила администрация президента, то есть с участием оппозиционных Меджлису сил. И после того, как руководство Меджлиса отказалось, правительство Крыма поняло, что здесь необходим диалог прежде всего, и понимает, что именно крымскотатарский этнос является определяющим фактором для стабильного развития автономии. После этого удалось наладить конструктивный диалог. Я бы отметил прошедшие выборы на местном уровне не без подачи из Киева. И выборы показали, что они не имеют значимой поддержки среди крымских татар, поэтому, в любом случае, необходимо опираться на мнение Меджлиса и силу, которую он поддерживает. В данном случае это Рух.
После того как выборы прошли, начались попытки наладить конструктивные отношения. Мы видим, как разрешилась ситуация с выделением земли под строительство соборной мечети, после 7 лет споров, судебных тяжб, когда Городской совет Симферополя в 2004 году сначала согласился, а затем изменил свое решение. Но непосредственно при участии Василия Джарты, и это отмечает господин Джемилев, удалось решить проблему с выделением земли под соборную мечеть, где в скором времени начнется строительство. Также сдвинулась с «мертвой точки» еще одна болевая проблема – это самозахваты. Это достаточно актуальный вопрос. Очень много в пригороде Симферополя по одному типу построенных домиков – таким образом представители крымских татар выражают свой протест, несогласие с действиями властей, которые отказываются выделять земельные участки. И опять же при непосредственном участии Василия Джарты удалось сдвинуть эту проблему. И сейчас есть ряд примеров, когда в ряде районов выделяются площади для дальнейшего строительства.
Но, вместе с тем, нельзя сказать, что здесь полностью идет понимание, поскольку недавно руководство Меджлиса заявило о притеснении крымских татар в органах власти. Есть примеры, когда идет сокращение в рамках так называемой административной реформы, объявленной президентом. Под сокращение попадают очень многие представители крымских татар. Об этом заявлял Джемилев, и он делал акцент на том, что так диалог не может строиться. Сейчас мы видим определенные, более-менее мягкие отношения между руководством Совета министров и Меджлиса, но как долго они продлятся – это большой вопрос.

Виталий Портников: То, что происходит сейчас между Меджлисом и крымским правительством, Владимир, это означает, что Джарты себя проявляет уже как политик, не только как бизнесмен на воеводстве?

Владимир Притула: Сложно сказать. Я вижу две причины, почему Василий Джарты идет на достаточно плодотворный диалог с Меджлисом. Он действительно прагматик, поэтому он понимает, что без стабильности в Крыму невозможно решить большинство крымских проблем, невозможно решить вопросы инвестиций, в том числе иностранных, и инвестиций из центрального бюджета. А эту проблему нужно было решать, этот диалог нужно было вести. Кроме того, нужно учитывать, что на Украину оказывается сильнейшее давление европейских стран в отношении крымских татар. Американская сторона внимательно следит за ситуацией в Крыму в отношении крымских татар, ОБСЕ, Верховный комиссар по правам национальных меньшинств. Поэтому я думаю, что этот аспект очень важен. И я соглашусь с Заиром, что не все так безоблачно. Проблемы не только с кадрами крымскотатарскими, которые действительно вытесняются. Все крымские кадры вытесняются.
Например, гуманитарная сфера. Впервые за последние 20 лет закрылась крымскотатарская газета, одна из двух крымских газет, которая выходит на крымскотатарском языке, из-за того, что Киев прекратил финансирование. Киев прекратил финансирование практически всех гуманитарных проектов, связанных с развитием крымскотатарского языка, культуры, образования и так далее, поскольку прекратила деятельность государственная программа поддержки возвращения и обустройства крымских татар после депортации.
Вопросов и проблем очень много, но действительно важно, что такой диалог ведется. При этом и Мустафа Джемилев, и Василий Джарты не скрывают, что они относятся друг к другу очень прохладно как политики. Но они вынуждены этот диалог вести, и он действительно проходит.

Виталий Портников: Тут вопрос того, что крымская власть пытается показать себя законодательницей мод не только в отношении с крымскими татарами, но та ситуация, которая произошла с водружением креста в Феодосии, показала, что крымские руководители готовы бороться и с русскими радикальными организациями в Крыму, чего не было раньше.

Владимир Притула: Ведь не сильно различают в крымском правительстве – русские или не русские, пророссийские, еще какие-то. Идет борьба с любыми проявлениями радикализма. А поскольку пророссийские радикалы более активны, то, естественно, им больше и достается. С другой стороны, вспомним осуждение к реальному сроку на четыре года «короля самозахватов» Данияла Аметова, который возглавлял одну из самых радикальных групп в крымскотатарском движении, которые могли вывести не сотни крымских татар на улицы, а тысячи, и которые были неподконтрольны Меджлису. Мы видим осуждение, правда, пока только к большому штрафу лидера казачьей группы «Соболь» Виталия Храмова, который выступал с ксенофобными заявлениями, разжигающими межнациональную рознь, и против крымских татар, и против иудеев. Мы видим сейчас очень жесткие действия правоохранительных органов против казаков в Феодосии. Достаточно жестко действовали правоохранители и местная власть недавно против участников пророссийских протестов в Симферополе, уже после событий в Феодосии. Если бы среди украинских организованных групп, организаций были бы какие-то радикалы, то я думаю, что им тоже бы досталось, власть бы действовала очень жестко и против них.

Виталий Портников: Заир, в том, что произошла ситуация с феодосийским крестом, пророссийские радикалы обвиняли Джарты и Джемилева, они выкрикивали их фамилии, что Джарты идет на поводу у Джемилева. С одной стороны, может быть, кому-то нравится такая ситуация, а с другой стороны, ведь понятно, что речь идет о политической активности как таковой, что крымская власть старается сделать из Крыма политическое кладбище.

Заир Акадыров: Тема с крестами вновь неожиданно возникла. Это было актуально 10 лет назад, но тогда поняли, что это может привести к необратимым последствиям, поскольку есть ряд справедливых возмущений не только со стороны крымских татар, как представителей мусульманской веры, но и других конфессий. И перестали ставить безосновательно по дорогам кресты. Сейчас опять стали это делать. Для чего? Надо смотреть, кого представляют в данном случае организаторы всего этого действия, тот же господин Храмов, господин Юрченко. Представители так называемых казачьих организаций не раз были замечены в подобного рода акциях, в бахчисарайских событиях, в судакских и в ряде других. Кстати, Владимир сказал, что господин Храмов был оштрафован за ряд ксенофобских высказываний в отношении крымскотатарского этноса. И все происходит неслучайно: приезд первого президента, столкновения в Феодосии на почве демонтажа религиозных символов и так далее.
Власть действует жестко, но Джарты необходима стабильность на полуострове, и он готов добиваться ее любыми способами. А стабильность – это залог того, что в Крым придут инвесторы, Крым не будет отпугивать отдыхающих. Сейчас разгар курортного сезона, и крымская власть говорит о том, что мы открыты, приезжайте, отдыхайте. А подобные провокации идут только в минус Крыму и не в лучшем свете показывают руководство автономии в Киеве.

Виталий Портников: Владимир, Заир вспомнил о первом президенте Крыма Юрии Мешкове, который уже достаточно давно не участвовал в политической жизни полуострова, а тут приехал, и прямо с претензиями на роль некоего нового лидера русского движения Крыма. Это случайность? Это попытки «политического пенсионера» напомнить о себе? Или же Юрий Мешков может опираться на поддержку каких-то сил политических в Крыму? Или, может быть, не в Крыму?

Владимир Притула: Очень много версий высказывается о том, что случайны или неслучайны все эти совпадения. Действительно, лето, как правило, для Крыма – это «мертвый сезон» политический. И как правило, крымские политики не участвуют в различных акциях, чтобы дестабилизировать ситуацию. Для этого есть осень или весна. Курортный сезон кормит Крым. А тут сразу несколько событий, которые вносят определенное напряжение в политическую ситуацию Крыма. В том числе и приезд бывшего президента. Но, мне кажется, все-таки не стоит искать за пределами инициаторов этого приезда. Здесь больше, мне кажется, все-таки проблемы внутри русского движения, которое потерпело жесточайшее поражение на последних выборах, оно разбито. Самые организованные группы «легли» под «донецких», сотрудничают с властью, очень слабенько критикуют крымскую власть. И отдельные радикалы или группы более радикального толка пытаются каким-то образом обратить на себя внимание и показать, что они более перспективны, чем «Русское единство» или русская община Крыма. И столкновения радикальные, действия казаков, а с другой стороны, приезд Мешкова и попытки отдельных крымских политиков-маргиналов попасть в команду Мешкова – мне кажется, это попытки поднять волну в пророссийском политическом болоте. Хотя допускаю, что это и попытки показать отдельным товарищам в Москве, которые отвечают за ситуацию в Украине, курируют Украину и Крым, что есть такие силы, которые готовы влиять на ситуацию таким способом.
Сам Юрий Мешков - достаточно дискредитированная личность. Большая часть крымчан и политикума крымского не воспринимают его серьезно. И сейчас он может угрожать только группе «Русское единство», которая сотрудничает с донецкой командой, одним из лидеров которой является Сергей Цеков. И против него в основном все критические заявления и замечания направлены от Мешкова. Я не думаю, что это что-то серьезное. Хотя с учетом того, что Крым – это очень деликатный регион, хрупкий в этнополитическом плане, я вполне допускаю, что, возможно, кто-то захочет более серьезно использовать Мешкова в будущем.

Виталий Портников: Это же и есть момент разочарования тех политических сил, которые достаточно долгое время воспитывали пророссийское движение в Крыму, которые считали, что с приходом к власти Виктора Януковича и с усилением возможностей пророссийских политических сил в Киеве, естественно, усилятся и возможности пророссийских политических сил в Симферополе. А не произошло ни того, ни другого. И идет лихорадочный поиск не просто ответа на вопрос, а может быть, идет лихорадочный поиск фигур, которые могут заменить уже знакомые фигуры в крымском политикуме и быть более адекватными российским требованиям к политике Крыма.

Заир Акадыров: Возможно, этот поиск идет. Но если есть все же заказчики, он не такой качественный, как им хотелось бы. Ведь те же господа – и Храмов, и прочие, даже представителями консульства Российской Федерации в Крыму названы провокаторами. Это достаточно серьезное заявление консула господина Андреева в адрес тех, на кого, казалось бы, можно было бы опираться. И возможно, Мешков был использован как возможность проверки настроений среди крымчан, насколько у них еще живы эмоции на пророссийскую идею, на объединение возможное с Россией. Около недели пребывает в Крыму Юрий Мешков, но пока не видно каких-либо волнений. Время лечит раны, и оно показывает, что население, может быть, становится более аполитичным и настроено равнодушно к такого рода представителям, как господин Мешков.

Виталий Портников: Заир, Леонид Грач, бывший председатель Верховного Совета Крыма, бывший секретарь Крымского рескома партии, выражал мнения советских людей, живущих в Крыму. А чьи настроения выражает Василий Джарты? Можно ли говорить, что он, как лидер, опирается на определенную часть людей, которые на него смотрят как на хозяина Крыма? Или это некий служебный инструмент для Партии регионов, а никакого персонифицированного лидерского проекта больше в Крыму нет, а может быть, и не появится?

Заир Акадыров: Крым – это один из немногих регионов, которые всегда горячо поддерживают нынешнего президента. Поэтому любой представитель от Партии регионов, который был бы здесь не только руководителем Совета министров, но и во главе другой должности, он был бы тоже горячо поддержан крымчанами из-за того, что он является соратником Януковича. Присутствие фамилии Януковича и дает поддержку любому, кто здесь будет находиться. А в случае с Василием Джарты следует отметить, что есть и его заслуга в том, что крымчане могут на него возлагать какие-то надежды. Поскольку, общаясь с рядовыми обывателями, часто приходится слышать положительные отзывы, что он наводит порядок. С другой стороны, считают, что он не местный, приезжий, и на это тоже обращают внимание крымчане.

Виталий Портников: Владимир, если говорить о перспективах политического развития Крыма, это все-таки путь к стабилизации или к кризису?

Владимир Притула: Сначала я хотел бы не согласиться с Заиром. Мне кажется, сейчас меньше всего крымчан волнует, приезжий Джарты или не приезжий. Абсолютное большинство крымчан – это приезжие или их потомки. Джарты приехал два года назад, кто-то приехать пять лет назад. Я приехал 25 лет назад. Даже крымские татары, репатрианты, которые возвращались из мест депортации, большинство из них родились в местах депортации, они тоже приехали. И так легко Джарты удалось сместить крымскую элиту потому, что для большинства крымчан не так важно, приезжий или не приезжий.
Что же касается перспектив Джарты, сможет ли он стать политиком, сможет ли он перестать быть просто приложением к имени Януковича в Крыму, я думаю, что он пытается это сделать. Я думаю, что Джарты сейчас пытается каким-то образом найти то, что важно для крымчан, помимо того, что он является представителем президента Януковича. Тем более что нынешней украинской власти приходится делать очень много непопулярных шагов, и со временем популярность Януковича в Крыму снижается. Мне кажется, что крымчанам нравится уверенность, «твердая рука», то, что крымчане, наконец, видят, что что-то меняется в Крыму – делаются и асфальтируются дороги, что-то строится. Понятно, что это инвестиции из Киева, это государственные вливания финансовые. Сейчас Крым очень заинтересован, в том числе и Джарты очень заинтересован, чтобы пошли иностранные инвестиции. Поэтому правительство Крыма и правительство Украины обращают очень сильное внимание на позицию европейских стран и американцев, которые подсказывают часто, что и как делать в Крыму. Мы знаем, что программа Европейского союза «Восточное партнерство», значительная часть финансовых ресурсов, предоставленных Украине, они идут в Крым. И Крым в этом очень заинтересован. Я думаю, что Джарты будет просто вынужден вести себя как политик, не просто как управленец и ставленник президента, а он должен уже в определенной мере вести диалог и с крымской элитой, которую он отодвинул. Реально Крым становится политическим болотом, в Крыму нет оппозиции. С другой стороны, зреют протестные настроения и среди части населения, и конечно, среди крымской элиты. Хотя прошла очень серьезная зачистка, тем не менее, с крымской элитой Джарты придется считаться. И я думаю, что следующий этап – это будет поиск какого-то диалога и с крымскими элитами маленькими.

Виталий Портников: Когда мы говорим о крымскотатарском политическом процессе, то у нас получается, что есть все-таки некая безальтернативность развития. Когда вы говорите о каких-то силах, которые извне поддерживаются или Киевом, или еще кем-то, в противовес Меджлису, в противовес Мустафе Джемилеву, то мы должны сделать вывод, что реально ничего, не связанного с фигурой главы Меджлиса, возникнуть в Крыму вообще не может у крымскотатарского народа. Это тоже интересный момент развития, и долгий.

Заир Акадыров: Да, сейчас это так. Сколько ни пытались извне сделать более-менее стоящую, альтернативную силу, все попытки проваливались и не находили поддержки среди крымскотатарского населения. Но это тоже уникальное явление, поскольку господин Джемилев бессменно уже на протяжении 20 лет руководит представительным органом крымских татар. Я не могу сказать, что он пользуется большой поддержкой, поскольку выборы показывают, что с каждым годом та сила, за которую призывают голосовать руководители Меджлиса, получает все меньше и меньше голосов избирателей. Крымскотатарский электорат не настолько активно идет на выборы, как это было в начале-середине 90-ых. То есть практически становится таким же, как и не крымскотатарский избиратель. Но нет другой силы, за которой готовы пойти крымские татары на данный момент. А появится ли она в ближайшем будущем, я очень в этом сомневаюсь. Все зависит от самого Мустафы Джемилева. Если он захочет, чтобы такая сила появилась, и она необязательно должна быть жестко оппозиционной, это может быть оппозиция внутри Меджлиса, то такая сила, конечно, может появиться. Ну а если нет, то в ближайшее время, пока жив и здоров Мустафа Джемилев, вряд ли ожидается смена лидера.

Виталий Портников: Владимир, давайте поговорим о факторе Севастополя. Он всегда был государством в государстве. И всегда севастопольские власти вели себя иначе, чем власти Крыма. А теперь такое ощущение, что Севастополь встроен в ту же вертикаль принятия решений, что и Крым, и Украина в целом. И Виктор Янукович спокойно поменял руководителя севастопольской городской администрации, когда оказалось, что есть проблемы хозяйственного характера. И с этим тоже не было никаких сложностей. И кажется, что Севастополь как самостоятельная политическая единица перестал существовать. С политической точки зрения это теперь просто райцентр.

Владимир Притула: Я согласен. Но во многом здесь другие немножко процессы и другие причины, чем в Автономной Республике Крым. Севастополь – отдельная административная единица. И все-таки, мне кажется, повлияли Харьковские соглашения. Это сняло напряжение в городе. Харьковские соглашения в не меньшей мере повлияли на ситуацию в Крыму, даже больше радикализовали, мне кажется, настроения в Меджлисе, где возникли идеи проведения международного форума в защиту крымских татар и их безопасности в Украине, поскольку они почувствовали в Харьковских соглашениях угрозу. В Севастополе большинство населения восприняло это достаточно позитивно. И это сразу же выбило почву из-под ног пророссийских радикалов.
С другой стороны, Черноморский флот пребывает в очень сложной экономической ситуации. Мы знаем о массовых сокращениях, которые производились в течение нескольких лет. Сейчас заканчивается процедура банкротства строительного управления, и рассматривается вопрос о том, чтобы на его место пришел какой-то российский инвестор и выкупил мощности, поскольку это очень серьезная социальная проблема для города. Хотя во многом это противоречит договору Украины и России по разделу Черноморского флота, но я думаю, что официальный Киев будет вынужден согласиться на то, чтобы российские инвесторы пришли. И сейчас стоит вопрос о том, чтобы значительную часть территории, объектов Черноморского флота, которые не используются, передать городу для его развития. Я думаю, что Киев будет эти вопросы ставить постоянно перед Москвой. А Москва с учетом ситуации в целом украинско-российской сейчас не педалирует какие-то процессы в Севастополе. Там тоже чувствуют уязвимость позиций флота в городе.
Но общественно-политическая ситуация в городе достаточно спокойная, она кардинально изменилась по сравнению с предыдущими годами. Очень легко прошла смена власти в Севастополе, главы администрации, без потрясений. Пророссийские радикалы сейчас в такой же прострации в Севастополе, как и в Крыму. Конечно, во многом это можно сравнить с большим районным центром. Хотя я думаю, что сейчас на первое место будут выходить экономические процессы вокруг Черноморского флота, проблемы взаимоотношений, проблемы земель, которые пустуют, которые очень важны с экономической точки зрения. Я думаю, что вокруг этого будет вестись какое-то скрытое соперничество, борьба. Это не политическая борьба. И я не думаю, что это будет выплескиваться в политическое противостояние. Речь идет о том, чтобы на месте Черноморского флота, гордости русских моряков, развивать какие-то экономические проекты, в которых заинтересована и Москва, и Киев.

Виталий Портников: Вопрос с «Facebook» от Дмитрия: «Можно ли сказать, что сегодня роль Москвы в политическом развитии Крыма после победы Януковича гораздо ниже, чем это было тогда, когда президентом был Ющенко?».

Заир Акадыров: Безусловно. Если раньше севастопольцы могли апеллировать к тому, что такой прозападный президент, а в нашем городе абсолютно не учитываются настроения пророссийского населения, то сейчас во главе государства стоит человек, за которого большинство севастопольцев голосовали. И необходимо учитывать фактор Юрия Лужкова. Когда он был мэром, то шла серьезная финансовая поддержка в развитие Севастополя. А с его уходом все эти потоки были обрублены, и фактически Севастополь остался в самостоятельном плавании, исключительно на средства, которые выделяются из госбюджета, или на те средства, которые идут со стороны Черноморского флота. Но они все идут в Киев, а потом уже идет перераспределение, и не в пользу Севастополя, как им бы хотелось.

Виталий Портников: Владимир, роль российского руководства в Крыму, ведь она же и при Ющенко была достаточно ощутимой, и Россия, как могла, так на эту крымскую педаль нажимала и нажимала. Мы помним имена одиозных российских политиков, депутатов Государственной Думы – Константина Затулина, Сергея Маркова, бывшего московского мэра Юрия Лужкова, которые делали себе карьеру на Крыме. Которые в российской политической жизни не играли уже никакой роли, а в украинской политической жизни они постоянно присутствовали с крымской проблемой. И трудно было понять, либо они самостоятельно занимаются провокативной деятельностью, либо они исполняют заказ свыше, заказ Кремля. А сейчас все эти люди стали маргиналами как в Москве, так и в Киеве, так, наверное, и в Крымской автономии. И это важный момент, отличающий Крым до Януковича и Крым после Януковича.

Владимир Притула: Я абсолютно согласен. Действительно, сейчас у власти президент и правительство, за которых голосовало большинство крымчан и севастопольцев. С другой стороны, произошли определенные политические изменения в Москве, и те российские политики, которые здесь были очень влиятельными, они маргиналы сейчас в России, в Москве. Поэтому очень сильно изменилась ситуация в Крыму. Но многие эксперты, с которыми я разговаривал в Крыму, ожидают, что возврат России все-таки произойдет ближе к парламентским выборам осенью нынешнего года в России, а потом и к президентским выборам в России. Уже известно, что Константин Затулин работает в команде Владимира Путина, и новая структура «Росукрконсалтинг», которая начинает несколько новых, мощных проектов в Украине и в Крыму по работе с журналистами, с экспертами, политтехнологами и так далее, - это первое возвращение Затулина после его падения в Москве. Какие-то деньги выделяются, видимо, кто-то в Москве их под это выделяет. Конечно, полного сокращения российского влияния не произошло. Оно, может быть, переместилось в посольства и в консульства, которые сейчас изучают ситуацию, но я думаю, что со временем мы почувствуем, что все-таки российское дыхание предвыборной борьбы в Крыму ощутимо. И я думаю, что крымская карта российскими политиками, и в первую очередь Владимиром Путиным, еще будет разыгрываться.

Материалы по теме

XS
SM
MD
LG